Глава 3: Дафна
9 июня 2023 г., 18:00
Она стояла немного в стороне от всех остальных мам, ожидавших, когда они заберут своих детей. Как она ни старалась, ей никак не удавалось вписаться в компанию других мам и пап в школе Розы, и после целого семестра странных взглядов и тупых разговоров она совсем перестала надеяться завести друзей. Рон прекрасно ладил со всеми, и этого должно было быть достаточно, чтобы удовлетворить Гермиону.
Она ничего не могла с этим поделать. Другие родители считали ее отстраненной и немного пугливой, по крайней мере, так она поняла из подслушанных разговоров и нерешительных слов, сказанных Рону. Другие родители шептались о ней, о молодом солдате, раненном на войне. Откуда они узнали, что шрам на ее груди — старая боевая рана, она никогда не узнает, но это заставляло их держаться с ней настороженно.
Они думали, что она стала жертвой маггловской войны, и хотя она никогда их не поправляла, это породило немало слухов в городе. Родители шептались о ветеране войны и ее муже-шпионе — она начинала думать, что Роза рассказывала в школе сказки, чтобы придать сенсацию тому, что делали ее родители.
С какой стороны ни посмотри, Дафна все равно выделялась среди других родителей. Только потому, что она стояла позади пары женщин, которые с трудом справлялись с регулировкой громкости, она уловила сплетни недели.
— Я вам говорю! — настаивала женщина с темными кудрями. — Последние две ночи он просто стоял у подъезда и смотрел на небо!
Что-то в этих словах отозвалось в Дафне, в памяти всплыли смутные воспоминания о чем-то, что изучал Рон.
— Это самое странное, — продолжила она. — Я имею в виду, что парень неплохо выглядит, но почему он стоит у моего подъезда тринадцать минут каждую ночь?
— Тринадцать минут? — засмеялась ее подруга. — Ты засекала время?
— Ну, это одно и то же время обе ночи. 11:52 каждую ночь ровно тринадцать минут.
После этого Дафна перестала слушать, но не перестала думать о том, что она подслушала. Надо будет уточнить у мужа, но она была уверена, что в последний раз подобное происходило три ночи подряд. Возможно, это означало, что он вернется сегодня вечером?
Роза прервала её мысли, выбежав из здания школы, чтобы поприветствовать мать и младшего брата. Она нетерпеливо потянулась, чтобы взять Арти из рук Дафны, и прижалась к нему, целуя в щёку.
— Где твой брат? — подозрительно спросила Дафна. Как и Рон, Уилл не любил школу и умудрялся попадать в неприятности из-за всякой ерунды. Слава Мерлину, Роуз взяла пример со своей матери.
— Он идет, — ответила Роуз, пожав плечами, и протянула брата обратно. Он становился немного большим, чтобы Роуз могла держать его слишком долго.
Краем глаза Дафна увидела, как женщина с кудрявыми волосами взяла за руку мальчика с такими же кудрями и пошла к машине.
— Ты знаешь этого мальчика? — спросила она Роуз, жестикулируя через плечо, как можно более незаметнее, точно зная, что Роза уловит её движение.
— Да, — наморщила нос Роуз. — Это Митчелл Блейн, — объяснила она. — Он хулиган.
Она сказала это с такой убежденностью, что Дафна на мгновение забеспокоилась, не стала ли Роуз одной из его жертв. Затем она вспомнила, как ее вызвали забрать дочь после того, как она ударила другого ребенка в нос, и ей пришлось на мгновение забеспокоиться, что Роуз может быть хулиганкой. Встряхнув головой, она заметила Уилла, подкрадывающегося к ним с подозрительно хитрым видом.
— Что ты сделал? — Это было сказано скорее с покорностью — и с изрядной долей отчаяния — чем с гневом.
— Лучше тебе не знать, — умно ответил он, легонько толкнув Роуз, так что она была вынуждена повернуться и начать идти.
У Дафны возникло ужасное ощущение, что они убегают с места преступления.
— Ты нарушил какие-нибудь законы?
— Нет, — заверил он ее, сделав самое честное выражение лица, на которое был способен.
Она подозрительно сузила глаза, но ничего больше не сказала, решив увести их обоих подальше от школы к их обычному месту аппарирования. Рон мог бы спокойно воспользоваться маггловской машиной, но Дафна предпочла использовать совместную аппарацию. Приходилось немного жонглировать, чтобы убедиться, что все закреплены, но она ещё никогда не оставляла никого или какие-либо части тела позади, и это рано приучило её детей к ужасным ощущениям.
Когда они благополучно вернулись домой, а Уилл сидел за столом и требовал перекусить, прежде чем отправиться играть на улицу, Дафна спросила детей, знают ли они, где живет Митчелл Блейн и его семья. Получив от них что-то похожее на ответ, она налила каждому стакан молока, дала по печенью и отправила их в путь.
Роза вернулась через несколько минут с пергаментом и цветными чернилами.
— Я собираюсь написать письмо дяде Биллу, ты мне поможешь?
Дафна дождалась окончания ужина, когда дети были в своих комнатах и играли, прежде чем затронуть эту тему с Роном. Она была права в том, что помнила об этом человеке и его странных появлениях, и Рон, похоже, хотел немного порыться в памяти, чтобы узнать больше. Это не было первоочередной задачей, как она поняла, но теперь, когда ему напомнили об этом, Рон, казалось, был рад возможности разгадать эту тайну.
— Хотя это не очень хорошо, что мы просто наблюдаем за ним, — размышлял Рон. — Магглы только этим и занимались, но нам это ни о чем не говорит.
— Я сомневаюсь, что он позволит нам подойти к нему.
— Нет, — согласился Рон.— Один маггл в Дербишире попробовал это сделать, и человек просто повернулся и ушел.
— Он ушел? — Дафна нахмурилась. Трудно было сказать, что ее больше удивило — то, что человек ушел, испугавшись, или разочарование от того, что он не исчез неожиданно и не проклял магла. По крайней мере, проклятие или исчезновение дало бы им хоть какое-то представление о том, что происходит.
— Как ты думаешь, Гарри разрешит нам одолжить Алекс?
Дафна была уверена, что ослышалась.
— Прости, что?
— Алекс, — повторил Рон. — Примерно такого роста, — он провел рукой где-то в районе ребер, — со светлыми волосами и склонностью к вспышкам пламени?
Дафна открыла рот, чтобы возразить, что нет, Гарри не позволит им одолжить свою дочь, и что нет никакой логической причины, по которой они должны одалживать одиннадцатилетнюю девочку, но она захлопнула рот с внезапным пониманием.
— Ты думаешь, он бы разрешил?
Рон посмотрел на нее взглядом, который она узнала как взгляд, говорящий о том, что он не может поверить, что ему так повезло, что он женился на женщине, которая согласилась бы на его безумные затеи. Ей очень нравился этот взгляд, он означал, что в ней все еще есть немного дикости, и она не потеряла ее полностью из-за роли мамы, сидящей дома.
— Давай выясним, — сказал он с ухмылкой и повернулся, чтобы порыться в ящиках, как будто у него была надежда найти то, что он искал.
Дафна легонько подтолкнула его с дороги и через несколько мгновений достала плюшевую сову; они все еще держали несколько штук на всякий случай, и они были чертовски полезны при быстром общении с мужчиной (или женщиной), который мог просто появиться где угодно. Она подбросила сову в воздух, пробормотала заклинание, чтобы активировать ее, и увидела, как та исчезла в пухе искусственных перьев.
Не прошло и двух минут, как Элли появилась на кухне, а пламя появилось за мгновение до нее.
— Вы звали?
— Мы можем одолжить Алекс на час? — спросил Рон, не утруждая себя объяснениями.
Дафна закатила глаза.
— Конечно, — ответила Элли, а затем с подозрением спросила: — Зачем?
Рон быстро ввел ее в курс дела, рассказав о странном человеке, которого поймали, очевидно, во время наблюдения за звездами в окрестностях Британии, и о том, как они, наконец, получили представление о том, где он может быть этой ночью.
— Он никому не причинил вреда, — заверил Рон Элли, — Он просто не позволяет никому приблизиться к себе, а сам просто уходит.
— Мы подумали, что Алекс с ним повезет больше, — объяснила Дафна. — Она не слишком грозна на вид, и у нее есть удобный механизм побега.
Элли бросила на нее недоуменный взгляд, часть которого, Дафна была уверена, была вызвана ошибочным предположением, что кто-то в здравом уме может считать Алекс чем-то иным, кроме угрозы. Она пожала плечами.
— Да, хорошо. — И исчезла в очередном столбе пламени, предположительно, чтобы забрать Алекс.
Однако, когда она вернулась через двадцать минут, она привела с собой всю семью. И она, и Гарри были одеты так, словно собирались охотиться на темных волшебников — не то чтобы они обычно так не одевались, — а девочки были одеты в пижамы с тапочками на ногах, как будто это могло как-то замаскировать угрозу, которую они представляли. Они обе бодрствовали и выглядели бодрыми. Дафна подумала, успела ли Элли за двадцать минут своего отсутствия объяснить, зачем их вызвали. Впрочем, она не была уверена, что это хоть немного ослабило бы их бодрость. Это были те самые девочки, которые считали нормальной возможность пообщаться с драконом.
Они оказывали ужасное влияние на ее собственных детей. Не то чтобы Рон всегда был на высоте, у него самого была склонность делать то, чего делать не следовало, а потом пытаться прикрыться, говоря им, чтобы они больше так не делали. Партнер Гермионы называл это предупреждением "не делайте этого дома".
— Я послал сообщение Джорджу, — заверил их Гарри. — Он должен скоро приехать, чтобы присмотреть за детьми.
По какой-то причине это не было особым утешением. Они провели время в ожидании приезда Джорджа, планируя, как они собираются это сделать. Гарри потратил несколько минут на то, чтобы сходить к дому, за которым они будут наблюдать, и узнать, как там обстоят дела. Когда он вернулся, то обнаружил удобную живую изгородь вокруг дома на противоположной стороне улицы и большое дерево на переднем дворе с красивыми крепкими ветвями.
Джордж прибыл в середине сессии планирования со Стефани на буксире. В то время как он был одет для веселой ночи веселья своих племянников и племянниц, она была одета для драки. Очевидно, что она приехала ради возможности увидеть этого загадочного звездочета, а не ради радости провести ночь с тремя детьми.
— Я конечно люблю тебя, малыш, — сказала она Арти, щекоча ему пальцы ног, когда Джордж забирал племянника у Рона, — но охотиться на темных волшебников гораздо веселее.
— Думаю, и я, и Арти на это обижены, — добродушно проворчал Джордж.
Дафна рассмеялась, когда Стефани похлопала Джорджа по плечу и сочувственно улыбнулась ему, после чего выскочила за дверь кухни вслед за Роном и Элли. Перед уходом Дафна поцеловала детей на прощание.
— Ведите себя хорошо, — предупредила она.
— Я за ними присмотрю, — заверил ее Джордж.
— Я тебя имела в виду.
В заднем саду она догнала остальных. Не говоря ни слова, Гарри протянул ей руку, положил другую на плечо Рона и вспыхнул. Охваченные теплом, они вдруг оказались на дороге перед домом Блейнов. Сам дом представлял собой небольшой коттедж, окруженный идеально ухоженным садом, которым мог бы гордиться Вернон Дурсль. Или её собственные родители; дом, в котором она выросла, был таким же идеальным на вид, но, как и Гарри, она предпочитала беспорядочный домашний уют Норы.
Элли появилась чуть позже, схватив Стефани за руку, с ожидающим выражением лица. Дафна поняла, что она ждет прихода своих дочерей. Они пришли, через мгновение после матери, держась за руки. Это было еще то зрелище, когда девочки Поттер появлялись и исчезали в столбе пламени в столь юном возрасте. Свобода, которую давала им эта способность, была ужасающей для матери. Гарри и Элли относились к этому спокойно, но бывали моменты, когда она видела выражение их лиц, говорящее о том, что то, на что способны их дети, иногда пугало и их.
Как только все собрались, Гарри начал отдавать приказы.
— Хорошо, Элли займет крышу, девочки и я займемся деревом, Стефани, на улице стоит машина, как думаешь, сможешь взломать дверь? Хорошо. Вы двое, — он указал на Дафну и Рона, — займитесь живой изгородью.
— Ну, я полагаю, самое время полежать в живой изгороди, — ответила Дафна с язвительностью, но она ушла с Роном на противоположную сторону улицы. Она не очень-то злилась по этому поводу; если честно, ей не терпелось снова испачкать руки.
Позади них Элли взлетела на крышу и бесшумно приземлилась, а затем исчезла за дезиллюминационными чарами, настолько сильными, что человек, наблюдающий за небом, не увидел бы ее, если бы случайно выбрал этот путь, чтобы посмотреть на небо. Стефани в считанные секунды проникла в машину, стоявшую на соседней улице, магией заглушив сигнализацию и легко закрыв за собой дверь. Гарри помог дочерям забраться на дерево и скрыться в листве и ветвях, пока их не стало видно ни с улицы, ни с дороги.
В живой изгороди на противоположной стороне улицы были вырезаны небольшие ворота, и они с Роном проскользнули через них, причём Рон наложил заглушающие чары, чтобы скрыть скрип петель ворот. Каждый из них выбрал свою сторону и стал искать среди живой изгороди подходящее место, чтобы подглядывать за соседним домом. Рон нашел одно, и вскоре они уже лежали на влажной траве, заглядывая под изгородь и ожидая.
Лежание рядом с Роном так сильно напоминал ей о времени, проведенном в Хогвартсе, что Дафна почувствовала почти болезненное желание пережить некоторые из этих воспоминаний.
— Я знаю, что ты скучаешь по этому, — голос Рона, когда он заговорил, был не более чем шепотом.
— Да, — согласилась она, — но я бы не стала менять ничего из того, что мы сделали, только для того, чтобы вернуться к охоте на темных волшебников.
Они уже говорили об этом, о том, что она пойдет работать, но в конце концов решили, что вместо того, чтобы пытаться сдать экзамены в Аврорат (не то чтобы они сомневались, что она сможет), они сделают Арти. Она не жалела об этом решении, ведь наличие Арти было гораздо важнее, чем несколько тестов. Когда Арти будет в школе, они смогут снова рассмотреть варианты. Она никогда бы не попросила Рона оставить свою работу, чтобы присматривать за детьми; в данный момент им нужен был его доход.
— Иногда я скучаю по этому, — тихо признался Рон. — Мне не хватает борьбы и острых ощущений от охоты на Пожирателей смерти и попыток убить Волдеморта.
Рон никогда бы не признался в этом никому другому, она знала это, но она также знала, что он мог признаться ей в этом, потому что она тоже это чувствовала.
— Это изменило нас, — пробормотала она. — Обучение сражаться и убивать в столь юном возрасте изменило нас так, что я не думаю, что мы когда-нибудь сможем вернуться.
— Иногда я задаюсь вопросом, — с сомнением произнес Рон. — Нужно ли нам учить своих детей тому же, чему учились сами? Защищаем ли мы их, обучая их защищать себя, или просто надеемся, что мы всегда будем рядом, чтобы обеспечить их безопасность?
Дафна хотела дать ему тот ответ, который он хотел услышать. Она хотела сказать ему, что Волдеморта больше нет, и нет ничего такого страшного, от чего их нужно было бы защищать, но могла ли она действительно сказать ему это? Она знала, что Гарри и Элли учат своих дочерей драться. Многие маггловские дети, как она знала, занимались карате или боевыми искусствами для развлечения, и Гарри и Элли учили своих детей именно так. Как будто навыки, которым они обучались, были просто очередным видом спорта, а не навыками, которые однажды могут понадобиться им для самозащиты.
В последний раз, когда она разговаривала с Эмми, та планировала встряхнуть программу Защиты От Тёмных Искусств в Хогвартсе. Она долго жаловалась, что, несмотря на наследие, оставленное Элли и ПЗ, за прошедшие годы произошло медленное возвращение к временам изучения заклинаний и темных существ по учебникам. Когда она согласилась занять должность профессора ЗОТИ, она сообщила Флитвику, что планирует перевернуть учебный план с ног на голову — и Министерство ее полностью поддержало. Хотя она должна была начать преподавать только в сентябре, она планировала это с тех пор, как узнала, что Вон переезжает обратно в Канаду.
Возможно, Эмми сможет научить их детей тому, что они должны знать в Хогвартсе, так же, как учились они сами.
— Я не знаю, — это все, что она могла ему сказать. — Действительно ли мы хотим, чтобы они познали тот страх, который испытали мы?
После этого они замолчали, погрузившись в мысли, которые им совсем не нравились, и были рады просто побыть вместе, как в старые добрые времена. Дафне было интересно, что делает Гарри, чтобы девочки не скучали. Она сомневалась, что они привыкли устраиваться на долгие скучные ночи под наблюдением.
В конце концов, они с Роном начали тихо шептаться о всяких пустяках. Они уже перешли к обсуждению того, что собираются делать с детьми на благотворительном вечере Малфоя, когда наконец наступило 11:52. Из своего укрытия они могли видеть незнакомца, когда он появился на углу улицы. Он подошел к дому Блейнов пешком и, как и было сказано во всех отчетах, занял позицию на подъездной дорожке и повернул голову к небу.
По плану, как они решили, первые несколько минут они должны были просто изучать мужчину. Дафна пробежалась по нему глазами, вглядываясь в каждую деталь. Он был не так уж высок, может, чуть выше ее, а его темные вьющиеся волосы выглядели так, будто он не более чем расчесал их пальцами. Его джинсы были чистыми, хотя и немного потертыми на коленях, а сапоги действительно были сделаны из драконьей шкуры.
И он действительно просто стоял, опустив руки, и смотрел на небо.
Если бы она не искала, Дафна вряд ли заметила бы, когда Алекс спустилась с дерева к дому, чтобы подойти к мужчине, как будто прокралась через черный ход. Она шла тихими, уверенными шагами, пока не оказалась рядом с мужчиной. Сначала она ничего не сказала, просто стояла, засунув руки в карман куртки, и смотрела на небо.
Пока она не заговорила, Дафна не была уверена, что мужчина вообще заметил ее.
— На что вы смотрите?
— Я ни на что не смотрю. — Его слова прозвучали странно для ушей Дафны, печально и одновременно обнадеживающе, и в них, как ни странно, не было акцента. Если бы Дадли услышал их, он бы назвал их роботизированными.
Когда Джеймс появилась с другой стороны и задала очередной вопрос, Дафне пришлось переоценить, как много она знала и понимала о девочках Поттер.
— Вы что-то ищете.
Мужчина подскочил, как ошпаренный кот, не заметив появления Джеймс.
— Как ты это сделала?
— Заглушающие чары на моих тапочках, — объяснила Джеймс, поднимая пушистую туфельку, чтобы он увидел ее. Папа подарил их мне.
Самообладание незнакомца внезапно изменилось. Как будто кто-то щелкнул выключателем, и он вдруг стал выглядеть не безобидным и грустным, а испуганным и разъяренным. Он отошел от девушек, с рычанием исказив лицо.
— Вы ведьмы! — прорычал он, его слова прозвучали глубже, чем следовало, и вибрировали в груди Дафны, как будто он выкрикнул их ей под ребра.
— Мама говорит, что мы особенные, — сказала ему Алекс, не подтверждая и не опровергая его подозрений, но подтверждая Дафне, что Гарри и Элли учат своих детей гораздо большему, чем просто драться, как магглы. Ни одна из девушек не выглядела обеспокоенной его внезапной агрессией.
Ее слова что-то задели в незнакомце, и он вдруг выбросил перед собой руки и выкрикнул что-то на незнакомом Дафне языке. Наверное, это было заклинание, потому что что-то врезалось в девочек, сбивая их с ног и кувыркаясь в воздухе. Девочки упали на траву с двумя звуками «уфф», и начался настоящий ад.
