Глава 23: Дафна
29 июня 2023 г., 18:00
В каком-то смысле она была ужасной старшей сестрой. Во время войны она попала в вечный круговорот жизни и смерти, что заставило ее сестру сделать шаг вперед и присоединиться к борьбе — больше, чем она когда-либо делала раньше. Дафна никогда не признавала того, через что она заставила пройти свою сестру, и единственное, что она могла придумать, чтобы хоть как-то загладить свою вину, это познакомить Асторию с Драко, неохотно признав, что он на самом деле не полный придурок.
К сожалению, ей пришлось задуматься о том, что свести сестру с Драко Малфоем было не самым умным решением, когда она вошла в их маленький уютный дом и нарвалась на такой громкий спор, что удивительно, как соседи не жаловались. Ее соседи, в конце концов, всегда были готовы и ждали, чтобы пожаловаться на крики и вопли из их дома. И она охотно признавала, что их источник (Уилл) имеет большее отношение к ним, чем к чему-либо другому.
Если быть честным с Драко, то он, похоже, не очень-то и кричал, это была ее сестра. Она подумывала о том, чтобы снова выйти на улицу, но не успела - по лестнице к ней спускалась Артемида со Скорпиусом на руках.
Если она и слышала крики, то прекрасно справлялась с игнорированием, потому что она ярко улыбнулась Дафне и с энтузиазмом обняла ее, угрожая раздавить младшего брата.
— Привет! — весело поприветствовала она, хотя и немного смущенная и все еще совершенно не обеспокоенная всеми этими криками. — Что ты здесь делаешь?
— Я планировала украсть твоего отца, но теперь думаю, что возьму вас двоих и убегу, пока есть возможность.
К большому беспокойству Дафны, ее племянница закатила глаза.
— Мама очень злится на папу, потому что узнала, что он ушел из Института, — сказала Артемида, как будто в этом не было ничего страшного. Тот факт, что между ее родителями явно назревала впечатляющая размолвка, не имел никакого значения. — Ей не нравится, когда мы говорим о плохом.
Это было новостью для Дафны, и это настолько удивило ее, что она на мгновение забыла игнорировать слова, которые выкрикивала ее сестра.
— О, но ты же говорил с Эбби, не так ли?!
Этого было достаточно, чтобы Дафна была на стороне Драко в споре. Она никогда не слышала, чтобы ее сестра говорила так ревниво и злобно, и ей не нравилось, что она без труда говорит такие вещи, когда знает, что ее дети находятся в доме и определенно слышат, что им говорят.
Она не могла винить Драко за то, что он, наконец, огрызнулся:
— Я говорил об этом и с Артемидой, и с Гарри. В чем ты хочешь меня обвинить?
Приняв решение, Дафна прошла в гостиную и взяла с камина над камином горшочек с летучим порохом. Она ткнула палочкой в решетку, чтобы в углях зажглось пламя, а затем бросила в него порошок. Как только пламя стало зеленым, она жестом велела Артемиде войти в огонь.
— Отправляйся в нору, — приказала она. — Роза и Уилл уже там.
Артемида улыбнулась ей, и Дафна поняла, что это очень храбрая улыбка, скрывающая то, как сильно ее ранило то, что ее мать только что накричала на ее отца. Дафна беспокоилась, понимает ли Артемида, что происходит. В ее возрасте, по ее мнению, понятие неверности не должно иметь никакого значения.
Она подождала, пока Артемида и ее брат уйдут, а пламя утихнет, и только после этого позволила себе сосредоточиться на том, что происходит на кухне. Она думала о том, чтобы прервать их, ворваться и встать посередине, но в конце концов решила просто проигнорировать это и начать исследование без Драко.
Она знала, что из всего, что он хранил от отца, остались только книги, и что он держал их запертыми в большом старом кожаном сундуке в своем домашнем кабинете, поэтому она пошла туда, а не на кухню. Это казалось более безопасным вариантом.
Ей не потребовалось много времени, чтобы открыть чары вокруг сундука; они были установлены не по какой-либо другой причине, а чтобы держать Артемиду и ее любопытство подальше.
Именно там она и находилась, когда Драко нашел ее. Конечно, она не думала, что он действительно искал ее, скорее наткнулся на нее после того, как в ярости убежал от жены, но результат был тот же.
Он замер, увидев ее сидящей за письменным столом и читающей книги его отца, но ничего не сказал, пока не закрыл за собой дверь и не пересел в кресло напротив.
— Мы не будем об этом говорить, — объявил он, и, поскольку она была более чем счастлива согласиться с этим, она просто кивнула и сменила тему.
— Стефани думает, что она поняла, с чем мы столкнулись. Вроде того.
— Вроде того? — повторил Драко. — Что это значит?
Дафна пожала плечами.
— Я не знаю, я получила сову от Рона около часа назад, в которой говорилось, что Стефани установила связь между нашими Сумасшедшими, безумным волшебником тысячелетней давности и археологическими раскопками Волдеморта.
Она вызвала у него интерес, она видела это по тому, как утихла боль после его ссоры с Асторией, и он полностью сосредоточился на том, что она ему говорила.
— Так что же ты ищешь?
Она рассказала ему то, что знала, то немногое, что Рон додумался включить в своё письмо (не так уж много), но он понял, что они ищут любое упоминание об экспериментальной магии, с которой Волдеморт мог играть, и которая связана с изучением магических существ.
— Это не совсем сужает круг поиска, — заметил Драко.
— Магические существа, — пояснила Дафна. — Это должно быть связано с магическими существами, обладающими силой или магией, которые Волдеморт мог бы оценить.
— Я не знал, что Волдеморт ценил что-то связанное с магическими существами, — заметил Драко. — Насколько я знаю, до этого не было ничего, что говорило бы о том, что он заинтересован в чем-либо, что могут предложить существа, если только это не быстрая и мучительная смерть.
Хотя Дафне пришлось согласиться с тем, что Драко прав, ей также пришлось признать, что хотя они знают гораздо больше о том, чего пытался достичь Волдеморт, чем большинство людей, это не значит, что они знают все, чем он увлекался.
Медленно, скрупулезно они просмотрели каждую книгу, каждую реликвию, которая когда-то принадлежала Люциусу Малфою. Это был мучительный процесс, который не приносил никакого удовлетворения, не то что охота на Пожирателей Смерти. Она предполагала, что это может стать их следующим шагом. Если (когда) они ничего не найдут в остатках коллекции Люциуса, то Дафна и Драко, возможно, смогут организовать визит к одному из немногих оставшихся Пожирателей смерти, избежавших смерти в ночь последнего нападения Волдеморта на Хогвартс.
Она не могла представить, что Рон и Гарри еще не додумались поговорить со Снейпом. Не то чтобы она ожидала, что у него будет больше информации, чем он уже дал им. Она сомневалась, что когда-либо существовал Пожиратель Смерти, которому Волдеморт доверял настолько, чтобы раскрыть все свои секреты.
Это делало поиски в старых вещах Люциуса еще более бессмысленными. Вместо этого им нужно было как-то просмотреть личные вещи ВолдеМорта, найти что-то, что имело для него ценность.
Если такие вещи вообще существовали.
Солнце уже садилось, когда внизу раздался звук закрытия двери, и Дафна решила, что так сестра сообщает Драко, что она ушла, и он может выйти из кабинета и спуститься по лестнице туда, где есть еда.
Драко даже глазом не моргнул, но Дафна вздрогнула. Они провели в его кабинете уже несколько часов, а Астория ни разу не пришла за ними, даже чтобы проведать своих детей. Этот факт не понравился Дафне, и именно он заставил ее нарушить клятву не говорить о том, что она подслушала, когда только приехала.
— Я отправила детей к Молли, — пробормотала она Драко, когда они начали собирать книги и вещи, чтобы положить их обратно в сундук.
— Я так и подумал, когда почувствовал запах дыма от камина, — ответил Драко. — Спасибо тебе за это, Артемида никогда бы не подумала уйти одна.
— Понимает ли она, что происходит между вами? — рискнула спросить Дафна.
— Я не уверен, что сам понимаю, что происходит, — признался Драко, и если ему было странно произносить эти слова сестре своей жены, то ей было ещё более странно услышать их и не броситься защищать сестру.
О, какая-то часть Дафны хотела вскочить и обвинить Драко просто потому, что это была Астория, но была и другая, только немного большая часть, которая понимала, что происходит что-то, чего она не понимает, что ее сестра с чем-то борется, и она вымещает свою растерянность и гнев на Драко. Надеюсь, потому что она чувствовала, что может это сделать, а не потому, что он был причиной ее беспокойства и тревоги.
Ей действительно нужно было поговорить с сестрой, поговорить как следует, без детей, вдвоем. Чтобы их не прерывали гигантские движущиеся глиняные статуи и странные люди, ведущие себя сомнительно.
И как это получилось, что она уже несколько месяцев не разговаривала с сестрой как следует? До того прерванного позднего завтрака прошло много времени с тех пор, как она нормально поговорила с сестрой. Мерлин, неужели Скорпиус еще не родился, когда они в последний раз разговаривали как следует?
— Давай заберем детей, и ты сможешь прийти к нам на ужин, — предложила Дафна, заставляя себя отвлечься от разрыва отношений с сестрой. — Я уверена, что Рон придет, ведь речь идет о еде, и мы сможем узнать, что еще ему удалось раскопать с тех пор, как он послал ту сову.
Уилл играл в саду, когда они появились в конце дорожки, и заметил их, как только они начали подниматься по дорожке. Он взволнованно подбежал к ним, и Дафне оставалось только вздыхать от досады. Он был с ног до головы покрыт грязью. Как ему это удалось, она не хотела знать, просто направила свою палочку на его лицо и с помощью быстрого очищающего заклинания отчистила его лицо так, что стали видны его веснушки.
— Папа тоже здесь, — сказал ей Уилл сквозь зубастую ухмылку. Ухмылку, которая заставила ее нахмуриться.
— Я уверена, что у него были все зубы, когда я привела его сегодня утром, — пробормотала она Драко, пока Уилл мчался к дому.
Драко мог только смеяться.
Они вошли в кухню через дверь, которую Уилл оставил открытой, и оказались в наплыве Уизли. Рон сидел за столом, увлеченно беседуя с отцом и Джорджем. Артур баюкал Скорпиуса на руках и рассеянно поглаживал его по спине, а Джордж, казалось, беззаботно болтал Арти вверх ногами.
Артемида и Роза стояли у раковины, помогая Молли убрать посуду, оставшуюся после приготовления шоколадного торта, если судить по восхитительному аромату, разносившемуся по кухне. Торт стоял на карнизе окна и остывал, в то время как кухонный стол был завален посудой.
Очевидно, сегодня они ужинали в Норе, что немного облегчало ситуацию, потому что не было ощущения жалкого ужина, который Рон и дети могли бы предоставить Драко.
Уилл чуть не сбил Стефани с ног, когда она возвращалась из ванной, когда Молли крикнула, что ему лучше помыться, если он хочет получить ужин. Стефани это ничуть не смутило, она просто быстро увернулась от него, даже не сбившись с шага, и двинулась приветствовать Дафну, крепко обняв ее, а Драко быстро ухмыльнулся.
— Как проходит жизнь без работы? — пошутила она.
— Бумажной работы гораздо больше, чем я думал, — ответил он.
— Значит, с исследованиями не повезло?
Дафна покачала головой, и они все пересели за стол.
— Если у Люциуса и было что-то важное, то не среди этих книг и вещей.
Драко помрачнел.
— Зная свою удачу, я сжег все, что имело отношение к делу, в том костре, который развел.
— Это был отличный костер, однако, — усмехнулся Рон.
— Полагаю, тебе не повезло? — отозвался Драко.
Рон помрачнел, и Дафна поняла, что, несмотря на все его надежды, никто из них не нашел ничего полезного, ничего, что могло бы подтвердить то, что они начали подозревать. Как они могли найти что-то, что доказало бы, что замышляли Волдеморт и волшебник тысячу лет назад, если все, на что они могли опираться, — это подозрения и непродуманные теории?
— Вы нашли что-нибудь, что могло бы нам помочь? — спросила Дафна, и если ее голос прозвучал немного разочарованно, она знала, что Рон не будет держать на нее зла.
— Ничего, — признался Рон. — Мы не нашли ничего, что действительно объяснило бы, что искал Волдеморт. Это была просто идея Стеф.
— Эй! — запротестовала Стефани, когда упрек внезапно перешел на нее. — По крайней мере, я придумала что-то, что могло бы объяснить то, что мы нашли.
— Нет, — вмешался Артур, — я думаю, что в этом что-то есть.
— Серьезно? — спросил Драко.
— Джордж рассказал мне немного больше о том, что происходит, и я говорил с Полумной, когда она приходила к нам в гости как бы запутанно это ни было — я думаю, что она могла найти некоторые упоминания о том, что в прошлом мужчины и женщины искали способ усилить свою магию, используя силу магических существ.
— Но это все было сказочное волшебство, — нахмурился Рон, редкий голос разума. — Ничто из того, что она нашла, не может быть подтверждено.
— Я даже не знала, что она искала, — пробормотала Дафна.
— Никто из нас не знал, — заверила ее Стефани. — Я думаю, она пыталась найти ответ на вопрос о Гарри и Элли с тех пор, как узнала, кто они такие.
— Это было одиннадцать лет назад, — заметил Драко. — Ты хочешь сказать, что она изучает этот вид магии уже десять лет и до сих пор ничего не нашла?
Дафне не понравилось то, что это подразумевалось: если Полумна ничего не нашла за десять лет, каковы шансы, что они найдут что-то всего за несколько месяцев? От этого загадку было не легче разгадать. Как они должны были остановить этих сумасшедших или даже выяснить, что они ищут, если они даже не знали, что они такое?
И если ничто не подтверждало идею о том, что эти люди были созданы с помощью силы магических существ, тогда кем же они были? Почему они были так уверены, что это именно та магия, которую они ищут? Неужели они так отчаянно искали ответы, что просто потянулись за ближайшим (самым безумным) ответом?
— Мы просто ходим по кругу, гоняясь за пресловутыми сказками, — пробормотала она.
— Мне кажется, что ответы, которые мы ищем, находятся прямо там, вне пределов досягаемости, — пожаловалась Стефани. — Удалось ли Руби и Элли найти что-нибудь в Зале Пророчеств?
— Что насчет Зала Пророчеств? — спросил Драко.
Они слушали, как Рон объяснял, что Руби помнит о Пророчествах Феникса. Как бы мало она ни помнила, это было похоже на первую правильную зацепку за последние сто лет. Конечно, это была не та зацепка, которую можно было легко использовать. В какой-то момент им придется рискнуть и прикоснуться к одному из пророчеств, Дафна знала это, как и все остальные. Если Отдел Тайн не смог выяснить, для кого предназначались пророчества после стольких столетий, то, как и в случае c тайной исследований древнего волшебника, каковы были шансы, что они найдут что-то за несколько дней поисков?
— Как вы думаете, сколько времени понадобится Элли на исцеление, если она коснется одного из них, а он не предназначен для нее? — спросил Драко, озвучив, возможно, единственный практический вопрос, который кто-то задал за весь день.
— Ты думаешь, она исцелится? — Артур, казалось, был заинтригован перспективой. Все они видели, что случается с людьми, которые касаются пророчества, предназначенного не для них.
— Гарри однажды умер, — резонно заметил Драко. — Почему бы Элли не исцелиться?
Это заставило их всех задуматься. Драко был прав, Гарри однажды не удалось умереть, когда он пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти Рона от рук Волдеморта. А что если сама природа Элли как феникса не защитит ее от воздействия проклятия, наложенного на пророчества?
Дафна полагала, что вопрос не столько в том, исцелится Элли или нет, ведь разум исцеляется так же, как и тело, сколько в том, сколько времени это займет. Если они ошиблись и Пророчества Феникса не предназначены для Элли, Гарри или их дочерей, неужели они могут смириться с тем, что Элли не будет участвовать в битве столько времени, сколько потребуется для ее исцеления?
Неужели до этого уже дошло?
— Нет, — твёрдо сказал Рон. — Сначала мы должны попробовать все остальное.
— Возможно, у нас нет выбора, — рассуждал Драко. — Мы не можем позволить этому продолжаться долго. Может быть, нападения и не были жестокими, но они усиливаются. Сколько еще нападений, подобных тому, что произошло в Косом Переулке, нам предстоит пережить, прежде чем мы попытаемся проникнуть в Зал Пророчеств?
Как бы ей этого не хотелось, Дафне пришлось согласиться. Они могли провести так много времени, сидя и надеясь найти ответы, игнорируя один из лучших шансов узнать правду.
Конечно, тогда Стефани должна была пойти и озвучить вопрос, который никто из них даже не рассматривал.
— Что если пророчества предназначены для Поттеров, — рискнула она, — но что если они не имеют никакого отношения к тому, что происходит сейчас?
— О, это заставляет меня чувствовать себя намного лучше относительно будущего, — пробормотал Драко.
