Пожалуйста, приснись мне...

Дни пролетали, сменяясь неделями. Незаметно пролетел месяц. На исходе был второй. Дженсен погрузился в тихое семейное счастье. Ему было комфортно и уютно рядом с любимыми. И все бы можно было считать прекрасным, если бы не одно «но». Он измучался от тоски по Мише. Несколько раз он срывался и, наврав жене, что едет по делам, улетал в какой-то незнакомый город, чтобы провести с ним ночь. Мистер Коллинз был активным мужчиной. Он занимался благотворительностью, лазил по горам, плавал, путешествовал. Невозможно перечислить все его хобби. Он, как ребенок-непоседа, просто не мог усидеть дома, постоянно шарахаясь по городам и весям. И Дженс порой впадал в стопор, узнав, куда ему придется лететь. Договорившись в очередной раз о встрече по телефону, Дженс теперь в первую очередь интересовался местом дислокации. Потому что в первый раз это вышло тупо. Миша тогда назвал лишь отель, и Дженс, буквально изнасиловал гугл, пытаясь понять, что тут не так. Он искал отель с таким названием где-то поблизости, а оказалось, ему придется лететь за две тысячи километров. Но даже это не смущало. Сев в самолёт, он закрывал глаза, мечтая лишь о том, что через несколько часов снова обнимет любимое тело, зацелует, обласкает с ног до головы, а потом сдастся. Сдастся на его милость, чтобы сгорать в его руках, чувствовать его внутри и снова плакать, достигая своего «Дзена». А потом подарить силу ему. Видеть, как он стонет и мило и похабно матерится. Как он пылает в экстазе, моля продолжить. Как он снова будет звать Дина. О! Его невозможный синеглазый ангел! Однажды его непонятно какими ветрами занесло на Гаваий. Впрочем, ветер этот был вполне предсказуемый. Дженсен Эклс — известная личность. Да к тому же, жутко фотогеничный красавчик. Поэтому предложения сняться в рекламе сыпались ему как из рога изобилия. В связи с плотным графиком, он чаще отказывался. Но сейчас он просто не мог больше находиться в безделии и с радостью вылетел на острова. Ему и правда предложили прекрасный контракт. Три дня съёмок и чек на кругленькую сумму. О чем он не преминул сообщить жене. Та, конечно, поворчала, так как планировала провести уикэнд в полном составе, но согласилась. Дженс прибыл с утра и тут же приступил к работе. Он ожидал, что сюжет ролика будет довольно избитым и банальным. Но Эклсу не привыкать. Фантазия рекламистов, как правило, не сильно обширна. Что главное? Чтобы красивый мужик, поигрывая мускулами и улыбаясь самой соблазнительной улыбкой, сообщил в камеру что он любит такой сок, виски, шампунь, одеколон… Перечислять можно бесконечно. На этот раз рекламщики не блеснули остроумием. Дженсу предстояло, усевшись на коня, прокатится по пляжу в свете угасающей зари, продемонстрировать безупречное тело и сногсшибательный взгляд зелёных глаз, а заодно и прорекламировать очередную хрень. Но внезапно планы режиссера поменялись. Увидев Дженса, парень почему-то решил, что выдумки с конем — отстойный примитивизм. Каково же было удивление Дженса, когда его заставили нарядился в кожу на голый торс, нацепить кучу фенечек, да и ещё усадили на мотоцикл. Дженс был в восторге. Он рекламировал какой-то напиток. Толпа народу, собравшаяся на пляже, чтоб понаблюдать за этим процессом, пищала от восторга, видя как Эклс, сидя на Харлее, в свете вечерней зари жадно и очень сексуально пьет напиток из бутылки, позволяя каплям стекать по его обнажённому торсу. Внезапно Дженс замер, почувствовав на себе пристальный и очень будоражащий взгляд из толпы. Нет, этого быть не может! Миша не мог здесь находится! Ещё в аэропорту Дженс отписался Мише, что вылетает на три дня на Гавайи. Миша ответил, что в Европе, и вряд-ли сможет вырваться. Но сейчас Дженсен был готов голову отдать на отсечение, что чувствовал именно Его взгляд! Окинув взглядом толпу, он нервно вздрогнул, увидев парня в гавайской рубашке, шортах и темных очках — авиаторах. Миша! Это точно он, хоть и пытается замаскироваться и спрятаться в тени пальм. Дженс быстрым шагом направился к нему. — Ты прилетел… — прошептал он, слегка наклонившись к его уху. — Мишка… Я скучал. Дженсу сейчас больше всего хотелось послать к чертям все это и, сжав Мишу в объятиях, впиться в эти сексуальные губы. Миша слегка приспустил очки и, сверкнув синими глазами, улыбнулся и тихонько провел пальцем по обнаженной груди Эклса. — Я остановился в этом отеле. — он кивнул вправо, туда, где красовался огромный комплекс. — Номер 512. Скажешь на ресепшн, что идёшь к мистеру Новаку. Тебя пропустят. А сейчас, мне надо убежать. У меня для тебя сюрприз, Дженси. Жду тебя в 10-00. Не опаздывай, котик. Тебя ждёт незабываемый вечер. Он наклонился и легко, едва заметно чмокнул Дженса в ухо. — А ты очень сексуально смотришься в коже и на мотоцикле. Я бы тебя прямо на нем уложил. Сел бы сзади, наклонил тебя на руль и трахнул. Жёстко. Но, есть другой план. Мне пора. Люблю тебя, малыш. И он растворился в толпе прежде чем Дженсен успел что-либо ответить. Он только вздохнул. Вот ведь ведьма на помеле! Ну ни минуты на месте усидеть не может! Что за сюрприз он придумал? Ну что их ждёт незабываемая ночь — это точно! Фантазия Миши про мотоцикл внезапно взбудоражила до мурашек. Эклс снова направился на съёмочную площадку. Он уселся на Харлей и потянулся. Сейчас, этот короткий миг встречи, внезапно распалил в нем такой огонь, что он невольно поерзал на сидении, сжимая его бедрами. Возбуждение накатывало с головой. Перед глазами стоял он. «Я бы тебя на нем уложил.» Так он говорил. И Эклс невольно потянулся вперёд, лег на руль и выгнулся в пояснице. В глазах плескалась похоть. Пухлые губы приоткрыты, бедра двигаются на сидении, будто он сейчас не на мотоцикле, а в постели. Неуёмная фантазия рисовала сладкие картины. Вот он, абсолютно обнажённый, полулежит, сжимая руками ручки Харлея. А сзади, крепко прижимая его к себе и целуя его шею в него входит ОН. Сильно. Резко. С напором. Дженс содрогается под этими «ударами», вдавливаясь членом в сиденье. Боже! Как охренительно! Он изгибается ещё сильнее, почти реально ощущая Мишу внутри себя. Пухлые губы приоткрываются. С них слетает стон. Глаза полуприкрыты. Все его лицо дышит наслаждением. Девчонки в толпе зевак завизжали от восторга, а режиссер ткнул локтем оператора: — Кертис, снимай это! Бля, снимай быстрее! Вот это кадр! — он сверкнул глазами и крикнул. — Дженсен! Ты великолепен. Это прям то, что надо! Дайте ему кто-нибудь срочно бутылку. Дженс, пей! Ох, нихера ж себе! О, да, детка! Кадр просто огнище! Наснимав достаточно дублей, он подошёл к Дженсу. — Парень, я не знаю какой бес в тебя вселился, но ты прям жёг! Да бля, от одного твоего вида станет жарко, и дико захочется пить! Я думаю, что ещё два дня мы даже снимать не будем, так что можно отдохнуть и насладиться океаном. Дженс вынырнул из пучины своих фантазий и улыбнулся. — Джонни, я — актер. Я тебе что хочешь сыграю. — он всеми силами старался скрыть, то что творилось с ним сейчас. — Но, знаешь, это замечательно. Покайфую на побережье пару дней. Надеюсь, на чек это не повлияет? Джонни засмеялся. — Ну как ты мог такое подумать! Ты отыграл свою партию гораздо лучше, чем я ожидал. Так что, чек заслуженно твой. Плюс, бонусом, два дня на островах. Наслаждайся, Дженсен. Эклз тут-же «выпутался» из кожи и с визгом «Яяхууу!» побежал к воде. Самое то сейчас нырнуть в прохладные воды океана. Фанаты, радостно визжа, поспешили присоединиться. И вскоре на берегу развернулась стихийно возникшая фотосессия. Ну ещё бы! Сфотографироваться с красавчиком Эклсом хотели многие. Особенно если учесть тот факт, что он был в одних плавках. Незаметно пролетело время, и на побережье начал плавно опускаться вечер. Дженс пошел в свой номер, принял душ и переоделся. Стоя перед зеркалом он внимательно вглядывался в свое отражение. Как пацан, ей-богу! На свидание готовится. Он расстегнул побольше ворот рубашки и, слегка подбоченившись, кокетливо сложил губы бантиком. — Миша. Мииииша. Мишка. Мишанька. — на все лады он просклонял любимое имя, просто кайфуя от его произношения. Он прижался лбом к холодному зеркалу, напряжённо всматриваясь в свои разом потемневшие глаза. — Два дня, Коллинз! Два дня… И эти два дня ты будешь только мой! «Я отключу телефон Мы будем только вдвоем. Пусть все печали пройдут Для меня важнее сегодня ты А другие подождут…» Стрелки часов медленно подбирались к 21-00. До отеля, в котором остановился Миша, примерно 10 минут. Чтож. Он пройдется неспеша. По крайней мере подышит воздухом и успокоит бунтующее и горящее в нетерпении тело. Он шел по улице, обтекаемый толпами фланирующих туристов, и мечтательно вглядывался в темнеющее небо. Совсем как Его глаза, когда страсть накрывает их. Подойдя к отелю, он немного постоял на крыльце, докуривая, потом решительно выдохнул и вошёл в дверь. — Здравствуйте. — Дженс обворожительно улыбнулся девушке-администратору, не снимая темных очков. — Я пришел в гости к другу. Мистер Ко… Ой, простите, мистер Новак. Номер 512. Девушка просияла. — Здравствуйте, Дженсен. Я Вас узнала. Мистер, хмм.Новак ждёт Вас. Проходите. 5 этаж. — потом она легонько наклонилась вперёд. — Миша ждёт тебя, Дженс. Эклс вдруг смутился под этим пристальным взглядом. — Мисс. Э. Хлоя. — он кинул взгляд на бейдж на груди девушки. — Это, конечно, здорово, что Вы меня узнали. И я с удовольствием дам Вам автограф, но с чего Вы решили… Договорить он не успел. — Дженс, я поклонница СПН, и я читаю фики. Дестиэль. Я люблю эти сюжеты. Но Вы не волнуйтесь — я нема, как рыба. Идите. Хорошего вечера, мистер… Винчестер. — она хитро улыбнулась. Дженс покраснел как рак и двинулся к лифтам. Вот ведь чёртовы фанаты. Напридумавают историй и сами же в них верят. А ведь они оказались правы, черт возьми! И сейчас Дженс, трепеща от волнения, дрожащими пальцами нажимал кнопку 5. Лифт остановился, и Дженс вышел на площадку. Направо или налево? Кинув взгляд на таблички, он решительно двинул влево. Вот и дверь с номером «512». Дженсен замер перед ней. Что его ждёт сегодня? Не успел он приготовиться постучать, как дверь номера распахнулась, и крепкие руки втянули его внутрь. — Дженссссс. — тихий стон обрушился как удар молота по голове. Руки сжали в объятиях, а губы жадно покрывали поцелуями лицо. — Иди сюда, мой охотник. Эклс охнул и прижался сильнее, позволяя этим рукам и губам ласкать его. — Миш, ты. — Заткнись, Дженс. — резкий толчок в сторону, по направлению к комнате, и вот уже Эклс, потеряв равновесие, падает в кресло. Миша тут-же садиться сверху и, сжимая его в объятиях, впечатывается в губы страстным поцелуем. Руки бысто расстегивают рубашку. Миша сползает по телу, извиваясь, как питон. Хищно ухмыльнувшись, он стягивает с Джена шорты и боксеры и со стоном приникает губами к члену. Язык облизывает все, что ему попадается. Дженс изгибается навстречу этим ласкам. Его член крепнет. Он стонет, извиваясь под натиском этих губ. Голову медленно заволакивает туманом. Он чувствует, как палец медленно проникает в него, и это лишь добавляет огня. — Миш, черт, Мишка… Я… — слова начисто вылетели из головы. Член пульсирует, поглощаемый горячим ртом. Внизу живота все будто обледенело. Этот мятный холод скапливается, образовывая льдинку, которая вдруг взрывается, рассыпаясь на миллионы осколков. Они тают, омываемые горячей лавиной экстаза. Дозированное, как лекарство, удовольствие, поступает в кровь. Это его личный наркотик, без которого он не может жить. Дженс впивается внезапно похолодевшими пальцами в подлокотники и кричит. Рвано. Пунктиром. И снова… Громкий всхлип, стон и, он заходится в рыданиях, как-то жалобно и истерично, словно вырывает из груди боль, терзавшую его. Становится удивительно легко. Сладкий кайф расползается по венам, неся с собой умиротворение. Рыдания прекращаются, остаётся лишь тихий, почти беззвучный плач и соленые ручейки слез по щекам. Он размазывается в кресле, уносимый тёплыми волнами блаженства, откуда его выдергивает внезапное вторжение в святая святых. Горячий и каменно-твердый ствол входит, заставляя Дженса выскользнуть из цепких объятий удовольствия, чтобы вновь зажечься. Он подтягивает ноги к животу, ещё больше открываясь навстречу движениям. В его теле вновь полыхает пожар. — Миша, Каасс, Кастиэль… О, мой ангел! Глубже, прошу тебя. — а дальше слов уже нет, только звуки. Их невозможно сыграть, сымитировать, передать или подделать. Это мелодия наслаждения. — Джеенс. — хриплый стон рвет эту музыку. — Твою мать, сукин ты сын! Как же я тебя хочу! Я ненавижу тебя за это. И себя тоже. Но, блядь, я не могу сопротивляться. Ты стонешь, как шлюха, Дженсен. И я теряю рассудок. Глубже хочешь? Да я порву тебя, чертов охотник! Будет тебе глубже! Дин… Бля, Диииин. Миша вцепляется в бедра Джена, царапая кожу. Он движется без остановки, как заведённый, вгоняя член все глубже и интенсивнее. Там слишком горячо. И он не выдерживает. Впивщись губами в кожу, он пытается перехватить рвущий грудь крик и стремительными толчками выплескивает внутрь все. Минуту он дрожит, прижимаясь к любимому телу, а потом, выскользнув из него, медленно стекает на пол. Его дыхание порывистое и тяжёлое. Дженс сползает с кресла и ложится рядом, прижимаясь к нему. — Здравствуй, Миша. — улыбается он. Они даже не поздоровались, когда он пришел. — Здравствуй, Дженсен. — Миша поворачивается к нему. Они оба хохочут. — Я, конечно, понимаю, что мы оба соскучились. Но, бля, Миш… Чтож так сходу-то? — Дженс смеётся, утирая слезы. — И это и был сюрприз? Если да, то очень эффектный! — Дженс, ты за кого меня принимаешь? — Миша перекатывается на него и ложиться сверху, вдавливая всем телом в ковер. Он кидает торопливый взгляд на часы. — Пора. А то мы опоздаем. Такси уже ждёт. Он быстро вскакивает и протягивает руку. — Бегом, в ванну. Иначе мы пропустим самое интересное. Уже через 15 минут они вылетают на улицу и падают в такси. Ещё 15 минут в пути, и вот они у странной рощи. Поблагодарив водителя и оставив ему прилично чаевых, Миша выходит из машины. Дженс выползает следом и удивлённо оглядывается по сторонам. Куда они приехали? Что задумал этот неугомонный хулиган? Они идут по маленькой тропинке через лес и выходят на берег океана. Две большие хижины стоят в отдалении друг от друга. Дженс удивлённо вскидывает бровь, как бы задавая вопрос «Зачем мы здесь?». Но Миша не отвечает. Он решительно берет его за руку и тянет в хижину. Дженс входит за ним и застывает на пороге. Лавочки, цветы, свечи и…алтарь. Возле него стоит облаченный в белый балахон мужчина. — Ну где же вы? — он улыбается. — Все готово к церемонии. Миша тянет за собой Дженса. И вот они уже у алтаря. Дженс удивлённо хлопает глазами. Что происходит? — Дженсен… Дин Винчестер. Здесь и сейчас я прошу Вашей руки, мой охотник. — Миша опускается на одно колено и протягивает руку. На ладони открытая коробочка со сверкающими в ней кольцами. — Согласен ли ты, Дин, стать моим навеки, пока смерть не разлучит нас? Дженс непонимающе смотрит на все это. — Миш, что это? Ты же понимаешь, что мы не можем этого сделать. Мы оба не свободны официально и вообще… — А кто говорит про официальности? Я знаю, что этого не могут сделать Дженсен Эклс и Миша Коллинз. Но это могут сделать Дин Винчестер и Кастиэль Новак. Не волнуйся. Этот брак не имеет официальной силы. Это церемония — шутка. Здесь могут «зарегистрировать брак» даже хомячок с удавом. Но это неважно, Дженс. — он поднялся и посмотрел в зелёные глаза. — Я всеми фибрами души хочу быть с тобой. Хочу быть твоим. Так пусть хотя бы наши герои соединятся. Да, неофициально. Да, незаконно. Но они будут вместе. Ты согласен? Дженс смотрит на него ни отрываясь. В его глазах горят слезы, а губы тихо подрагивают. — Шутка, Миша? Для тебя все это шутка? Да как ты можешь?! — он срывается с места и бежит на улицу. Прочь. Прочь отсюда. Он выбегает на берег океана и устало падает на песок. Слезы застилают глаза. Миша! Да как ты можешь играть чувствами! Он в ярости хватает камень и, вскочив на ноги, замахивается и швыряет его в воду. Потом ещё. И ещё. Выпустив пар он садиться на песок и тупо смотрит на воду. Сзади на плечи ложатся теплые руки. Нежные пальцы гладят его лицо. — Дженс, прости. Я не знал, что ты так это воспримешь. Я не хотел обидеть. — Миша тихо опускается рядом. — Это не шутка. Если бы мы могли, я бы официально предложил тебе это. И мне плевать на общественное мнение, на контракт и прочую мишуру. Потому что я люблю тебя! Дженс, пожалуйста, не злись. — Миш… — он оборачивается и смотрит в глаза. А в них горит отчаяние. — Миш. Это ты прости. Я знаю, ты хотел как лучше. Но мне вдруг стало так невыносимо больно. Из-за того, что ты назвал это шуткой. Я все понимаю. Мы не можем. И, по большей части, из-за меня. Ты, как я понял, легко можешь разорвать свой брак. Я же не могу. И не хочу, Миша! Я люблю Дэннил. Люблю мою дочь. Но я и люблю тебя. Мне сложно жить с этим. Я разрываюсь на части. Какие тут шутки? — Я все понимаю, Дженси. Поехали в отель. Я помогу тебе успокоится. — Миша решительно поднялся. Дженс вскочил следом и вдруг, неожиданно для него, заключил Мишу в объятия. — Ну уж нет, мой ангел. Сегодня Дин Винчестер ответит тебе «ДА». Мы ещё можем провести церемонию? — губы Дженса нежно пробегают по щекам Миши. — Слышишь? Я говорю тебе «ДА», Кастиэль Новак. Примерно через полчаса, стоя у алтаря, они, не выпуская друг друга из объятий, заключили свой странный, ненастоящий, но так нужный им союз, скрепив его поцелуем. Сидя на большой кровати в хижине, Дженсен разглядывал свидетельство о браке. На красивой голубой бумаге со слониками были выведены имена Кастиэль Новак и Дин Винчестер. Дженс вздохнул. Сегодня их альтерэго смогли осуществить то, на что реальные люди никогда не решаться. Ну и пусть! Плевать! Сегодня его ангел стал воистину принадлежать ему. Навсегда!