Хищник и добыча, или как Кейл чуть не убил лиса своей заячьей лапой

Кто бы мог подумать, что место, в которое их отправил ветеринар был огромный особняк, который себе не смог бы позволить даже Альберу. — Это точно тут? — Если судить по адресу, то да. Для врача у мужчины довольно разборчивый подчерк, и да, это место, обставленное золотом, точно то, куда им надо вместе с серошëрстой прелестью. Альберу нажимает на звонок, и тут же железные ворота отворяются, а из особняка выходит человек с не слишком хорошей аурой. От него веет опасностью, в груди невольно сердце стучит быстрее, как бы крича: «Уходи отсюда!» Только вот Кейл, вопреки страхам Альберу делает шаг навстречу опасности. — Здравствуйте, вы Эрухабен? — он держит корзинку под дно, приобнимая еë, а заодно и снова уснувшего котëнка. — А вы, молодые люди? — Кейл и Альберу. — жестом указывая где кто, заяц смотрит в глаза мужчины, который внимательно следить за движениями Кейла. Всё они сделаны без намëка на страх. А вот спутник этого зайца мелко дрожит, даже если старается это скрыть, что доказывает, Эрухабен до сих пор дракон, только отчего-то этот заяц бесстрашно смотрит прямо в лицо, а разделяет их корзинка с котëнком. — Ты точно заяц? — А что, не видно? — Кейл усмехается, его уши и хвост торчат из-за небольшого стресса. У Альберу вылезли только уши. Может из-за его сущности, может из-за чего другого. — Тогда знаешь ли ты, кто я? — Эрухабен, улыбаясь, вздыхает. Странное дитя. — Честно, без понятия. Ветеринар Пендрик сказал, что вы поможете с этим ребёнком. Нам подбросили его под дверь. Услышав это, Эрухабен нахмурился, осматривая спящего едва родившегося котëнка. — Две недели? — Да. — Твари. — вздыхает мужчина и разворачивается, направляясь ко входу. — Проходите. — Вы будете её оставлять? — Эрухабен рассматривает документы на своëм столе, подбирая то, что нужно. — Нет? Из-под изящных очков выглядывает мужчина, смотря на раздумывающих… Кто бы это ни был. — Будем. — Кейл вздыхает. Будет сложно совмещать и учëбу и воспитание. — Когда будет первое превращение? — У котов обычно на третий год. — Замечательно. — к тому времени они уже закончат учëбу. — Ха. Странный ребёнок. — сказал Эрухабен так тихо, что услышал только он сам. — Заполните, а затем отдайте мне. Я всё оформлю. Но для начала, кто вы друг другу? — Мы в браке. — отвечает, как обычно, Кейл, потому что Альберу тихо уселся на диванчик рядом с мужем, держась за него и не отпуская. — Ясно. Тогда ещё вот это.

***

— Мы дома! — кричит Он из прихожей, и под еë крик Кейл выглядывает из кухни. — Кто мы? — он окидывает взглядом пришедших и усмехается. — Я на вас не готовил. Всё четверо детей (Эрухабен тоже) стояли в прихожей весëлые, на каждом уши-ободки, всякие разные. Зачем они им, непонятно. Двое из них (без Эрухабен и Он) измазаны в мороженом. И одна в новой одежде. — Смотри какая толстовка! — крутится девочка. На фиолетовом фоне было нарисованное изображение всех. Там и Альберу с Кейлом в обнимку, и Он рядышком облокотилась на плечо Кейла, и Хонг с Раоном играют в догонялки, и Эрухабен пьëт чай, и Таша с мужем за руки держатся, и Джули уминает порцию печенья, сидя в наушниках. — У нас такие же! Скажи же, старший брат! — они тоже делают шаг вперёд, показывая такие же, только чёрные кофты. — Вау… — лучезарно усмехается Кейл и, услышав шипение сковородки на кухне, вернулся обратно. — Очень красивые. Кто рисовал? — Я! — Он зашла на кухню, самодовольно улыбаясь. — Очень красиво. Ты молодец. — Кейл целует в макушку, поощряя еë интерес. — ты на чем рисовала? — На планшете. — она вдруг вспомнила, что ни разу не показывала результат Кейлу, только Альберу. — А это удобно? Тебе не нужен специальный? — А можно? — еë глаза наполняются искренний радостью, а Кейл усмехается. — Если тебе интересно, конечно можно. Есть ведь ещё курсы по рисованию, записать тебя? — Неа. Я по видеоурокам училась, мне нормально. — Он! А можно я возьму твою тетрадь? — Раон видимо опять нашëл конспекты по химии, пытаясь забрать одну тетрадочку себе. — Нельзя! — она, не прощаясь, уходит из кухни, забегая в свою комнату. — Хах. Детишки. — Эрухабен заходит на кухню, сначала трогая, чтобы понять температуру, а потом включая чайник. — Как у вас с Альберу дела? — А с каких пор тебе интересны отношения? — Да ладно! Хвастайся уже. Мне Альберу всë рассказал. — Эрухабен показательно выглядывает из-за плеча зайца, пытаясь рассмотреть на руках кольцо. — Господи! На! — он протягивает левую руку, перемешивая овощи с мясом на сковороде. — Ты смотри. Один в один, как прошлое. — и Эрухабен действительно рассматривает, пытается понять, настоящее ли золото, и довольно улыбается. Настоящее. — Когда он придёт? — Задерживается сегодня. Часов в восемь. — Кроссман усмехается, будто знает, что скажет Эрухабен в следующее мгновение. — Тогда выпьем, бедное дитя? — из бумажного пакета выглядывает бутылочка вина, а по звуку понятно, там их несколько. — Ты их копируешь что ли? — Коллекционирую. Несколько веков ждал приятного человека, который будет пить со мной. Заяц усмехается, этот дракон неисправим. — Только немного.