.
24 мая 2023 г., 17:34
Акутагава уже давно смотрел на него. Парень, который иногда пересекался с ним взглядом, был ангельской внешности, весь светлый, красивый, просто чудесный. Рюноскэ не думал, что когда-нибудь подумает так про незнакомца.
Но наблюдения показывали, что он не ошибся. Мальчишка явно младше, гражданский, не эспер. Сидит в окружении каких-то взрослых лбов, неловко пьёт свою голубую лагуну, наверняка безалкогольную.
Чуя сбоку пьяным взглядом смотрит вникуда.
— Не пялься так. Или подкати, — посоветовал он, зная, что молчаливый и нелюдимый Акутагава, отдыхающий в ночном клубе, вряд ли будет высматривать себе жертву для Расëмона.
— Он с друзьями, — мрачно отозвался Рюноскэ, не сводя пристального, чёрного взора с улыбающегося лица.
— И что? — Чуя обернулся, сфокусировался и прищурился. — Не знал, что у тебя вкус на мальчиков-зайчиков.
«С виду такой холодный, а тянешься к ярким», — хотел добавить Накахара, но передумал.
Акутагава посмотрел на него пустыми глазами, а после снова сосредоточился на своём интересе. Блондинистая голова дёргалась в разные стороны к двум собеседникам, которые спорили между собой, зажав парня. Однако, когда незнакомцу это наскучило, его аметриновые глаза вперились в Рюноскэ, что тут же беспокойно отвернулся, почувствовав яркую искру в животе. Что-то было не так, и он не понимал, какова причина этой вспышки.
Уходить не хотелось, хоть Чуя уже допивал последний бокал и собирался домой. Видимо, понял, что зря вытаскивал мрачного Акутагаву из своих серых будней. Его не интересовал алкоголь или атмосфера клуба; тот, ради кого он тут сидел, тоже, похоже, был тут не за этим. Компания незнакомца состояла из разношерстных людей, взрослых и совсем юношей, и что-то в этом факте Акутагаве не нравилось. Словно он был знаком с кем-то из них.
Но, вглядываясь в весёлые лица, понимал, что это бред. Навеянный пьяным сознанием, возможно.
— Привет.
Самобичевание резко кончилось. Чую сбоку ветром сдуло.
Рюноскэ обернулся, вытаращившись на того, за кем наблюдал весь вечер.
— Привет, — буркнул он, тут же испугавшись, что оттолкнет парня своим поведением.
— Ты тут один?
Рюноскэ поднял взгляд на выход, заметив там своего начальника. Он задорно махал ему рукой и указывал на дверь.
— Да. Один, — подтвердил Акутагава, стоило рыжим волосам мелькнуть и исчезнуть в суматохе. — А ты с компанией.
Диалог, неловкий и скованный, шёл, на удивление не очень разговорчивого Рюноскэ, сносно.
— А? Да, — улыбнулся парень и резко скользнул на нагретый Чуей стул. — Но мне с ними скучно.
— И ты решил подойти ко мне? — с сомнением спросил он.
— Мне показалось, тебе одиноко. — Замялся незнакомец, однако его лицо озарила неровная ухмылка. — Меня зовут Ацуши.
— Ацуши, — шепнул Рюноскэ, пробуя звучное имя. — А ты ко всем мрачным типам подходишь, потому что им одиноко?
— Только к тебе, — не растерялся Ацуши, продолжая улыбаться. — Как тебя зовут?
Подумав, Акутагава решил назвать своё имя, а не фамилию — мало ли, этот парень слышал про него:
— Рюноскэ.
— Приятно познакомиться, — дружелюбно отозвался он и протянул руку, которую Акутагава неуверенно пожал.
Та оказалась тёплой, маленькой — умещалась в его костлявой ладони идеально. Рукопожатие затянулось, и Ацуши чересчур нервно выдернул руку, уложив её на барную стойку.
— Ты что-то будешь?
— Безалкогольное только, — Ацуши пристально уставился на него, нахмурился и — Акутагава напрягся — прищурился. — Будто бы я тебя где-то видел.
— Правда? Где же? — саркастически поинтересовался Акутагава, чувствуя, что вечер закончится на криках и просьбах вызвать полицию. Он приготовился вызвать Расëмон, чтобы уйти, но…
— Не знаю. Да и не важно, — легко отмахнулся Ацуши и склонился ближе. — У тебя очень красивые глаза.
— Ртуть. Они похожи на ртуть, — сразу же в ступоре сказал Рюноскэ, удивлённо приподнимая уголки губ. — А вот твои на аметрин. Они… Красивые.
Ацуши рассмеялся. Акутагава почувствовал себя чуточку лучше. Может, не такой уж он и злобный, каким казался, раз мальчишка, до которого хотелось коснуться и погладить, хохочет с его неумелых комплиментов.
— Спасибо, Рюноскэ. Не хочешь уйти отсюда? Здесь шумно, — зажато предложил Ацуши, отвернувшись. Его лицо пылало маком, а голос немного дрожал.
Акутагава понял, что он ему нравится, и это немного воодушевило. Что ж, похоже, у него всё немного налаживается в плане личной жизни. Ведь это Чуя насильно вытащил его сюда, чтобы Рюноскэ уже нашёл хоть кого-нибудь. Проще говоря, по мнению Накахары, недотрах налицо. По скромному мнению Акутагавы, ему всё равно на желания организма.
А тут объявился симпатичный мальчишка, и игнорировать это стало тяжело.
— Не хочешь ко мне? — рискованно предложил Рюноскэ, надеясь на положительный ответ.
— О… а… да. Да. Сейчас я предупрежу своих, — растерянно пробормотал Ацуши и унесся.
Акутагава убийственно встретил взгляды компании Ацуши, и те недружелюбно покосились на него в ответ.
Руки предвкушающе дрожали.
***
Завалились они в квартиру Рюноскэ, уже целуясь и лапая друг друга. Ацуши оказался смущенным и неловким, но отвечал пылко и страстно, ероша чёрные волосы Рюноскэ, создавая там целый взрыв. Кровать скрипнула под весом двух тел, Ацуши громко выдохнул, когда оказался на спине, а между его ног примостился Акутагава. Поцелуи были тягучими и долгими, в животе сладким импульсом рождалось возбуждение, и дикий кипяток заставлял тереться об Рюноскэ, лишь бы необходимое давление утихомирило пожар. — Нетерпеливый, — хмыкнул Рюноскэ, двигая бёдрами навстречу. Ацуши запрокинул голову и глубоко вздохнул, переходя на писк. Пальцы на ногах поджались, стоило худой руке коснуться промежности. — Какой же ты необыкновенный, — прошептал Акутагава, двигая ладонью вдоль члена сквозь ткань. Ацуши, весь красный, стыдливо опускающий глаза, высоко простонал, толкнувшись в ладонь. Ему было так хорошо, безумно горячо и приятно чувствовать себя значимым, любимым в этот самый момент. Любимым таким парнем, который притянул всё его внимание и от которого он не ожидал взаимности. Рука исчезла. Рюноскэ вплотную прижался к нему и подвигал бёдрами, чувствуя бешеный отклик и хныканье. — Развратный мальчишка, — прохрипел Рюноскэ, вжавшись лицом в чужую шею — рука Ацуши оказалась в его штанах. Он легонько прикусил кожу, ощутив сильную дрожь и крепкую хватку на члене. Мальчишка неуверенно двинул ладонью вверх и вниз, получая хриплый стон в ответ. Рюноскэ продолжил выцеловывать худую шею, прикусывая косточку ключицы. Его хотелось пометить, хотелось целовать, хотелось съесть. Он был сладким, запретным, невозможным. Блаженным сном, отчего не верилось, что Ацуши, одетый, разгоряченный и трясущийся, сейчас абсолютно его. — Рюноскэ, — позвал он и потерся об него, получая наконец то, что хотел — руку на члене, идеально поглаживающую его. Было тепло и хорошо, до сводящих зубов приятно. Внутри закручивалась пружина, мешая ему вдохнуть раскалённый воздух. Спустя мгновение он забился в оргазме, и его стон поглотил мокрый поцелуй. Чужой язык сплелся с его, и он удовлетворённо растекся по постели. Акутагава, наверное, никогда не сможет забыть этого парня. Особенно то, какой он после секса — горячий, с расфокусированным взглядом, с абсолютно пошлым выражением лица. Он его. В этот момент, в этот отрезок времени он — его. И Рюноскэ всё устраивает.***
— Как… как его зовут? Шум в ушах ненадолго дезориентировал. Акутагава пораженно смотрел на досье и молчал. Парень, с которым он занимался сексом позавчера и который наутро незаметно исчез, оказался новой целью Акутагавы. Ацуши Накаджима, которого он доводил собственной рукой до оргазма, был опасным эспером — и за него назначена награда. Твою мать. А ещё он знал Дазая. И компания, с которой Ацуши отдыхал, оказалась сотрудниками Вооружённого детективного агентства. Да ему везёт. Акутагава обречённо сел на стул и уставился в пустоту. Чуя сбоку понимающе хмыкнул Мир потихоньку шатался и возвращался на место с фразой: — Найди его. Иногда ирония в его жизни слишком жестока.
