Связывающие нас звёзды. Les étoiles qui nous lient.

      С Лёшей мы стояли у небольшого кафе. Погода была омерзительной, а на улице шёл непрекращающийся дождь. Сильно моросило, а градусов ощущалось так на десять, может даже меньше. Но даже на это мы не зацикливали своё внимание, сейчас самое важное - это настроиться на разговор с моим учителем.       Честно, даже для себя, я перестала как-то нервничать по этому поводу. За долгую ночь я продумывала разные исходы, что из чего понять и вынести. Как понимаете, на хороший результат я не вышла. Будь, что будет.       — Меня ждёте? — раздался голос совсем неподалёку от нас. Мы с братом одновременно вздрогнули и повернулись. Заметив это, учитель хмыкнул, но сразу же убрал свою улыбку, кашлянув. — Прошу, проходите, — он открыл дверь, пропуская нас внутрь.       Мы зашли в просторное, довольно таки уютное кафе, которое грело нас теплотой и завораживало своим приятным аппетитным запахом. Столиков было немного, в основном у окна и пару по середине. Пастельные обои и кафельный пол. Картины с разными фильмами и красивый стенд с разной информацией.       Пройдя пару метром, мы остановились у столика, находящегося у окна. Я с Лёшой сели на одной стороне, а на противоположной устроился Тимур Сергеевич. Ещё раз осмотрев помещения, я стала пялиться на учителя. Тот почувствовал мой взгляд и также посмотрел на меня в ответ. Я сразу же отвела.       — Меня зовут Алексей, я являюсь братом Лолы, — начал брат.       — Тимур Бартли, приятно познакомиться, — ответил тот, протягивая руку для рукопожатия. Мой брат сначала посмотрел на него, позже на меня, а после ещё раз на руку. Всё-таки пожал.       Учитель заметил напряжённую атмосферу, улыбнувшись, спросил:       — Я полагаю, вы немного находитесь в лёгком недопонимание, так?       — В лёгком? — я опешила. Серьёзно? — Вы хотите назвать то, что просто взяли и вторглись в мою жизнь без моего согласия лёгким "недопониманием"? —и мой глаз, кажется, уже начал дёргаться, а моё лицо выражало мину отвращения к этому человеку.       — Позволь ему объяснить, Лола, — сказал мой брат, кладя мне на плечо свою руку, в качестве маленького утешения. Вздохнув, я кивнула. — Мы ждём.       — Дело в том, что я, как самый разумный и адекватный преподаватель, по совместительству классный руководитель, читал досье каждого из моих учеников. Дойдя до вашей, — он посмотрел на меня, заставляя почувствовать себя неловко. Его взгляд был презрителен, а ещё похож на очень гордый и самовлюблённый, будто пытался сказать, что такой как он - всегда прав. — Я узнал печальную историю о вас и вашей семье. Честно, я никогда не испытывал такого сочувствия и милосердия. И в моей голове возникло одно предложение, кабы помочь вам... — не успел он закончить, как я резко его перебила.       — Помочь? Нам? Серьёзно? Чем мы не похожи на обычную семью? — я вопросительно подняла бровь, ожидая, что тот не найдёт ответа.       — Ваш отец был убийцей. Ваша мать фактически бросила вас. А вы, Лолита, полтора года находились в приюте и есть шанс попасть туда обратно. Алексей единственный кто зарабатывал деньги, на протяжении долгого времени, если верить написанному в досье от вашего директора, — я была в шоке. Никто не знал так много про нашу семью. Никто. Откуда об этом знает директор? Как директор вообще позволил узнать это какому-то левому человеку, который учит нас всего две-три недели? Уверена, что моя мама ещё отчасти что-то рассказала ему, когда они подписывали этот договор об опекунстве. — Поверьте, я желаю вам помочь. Тебе, Лолита, в том, чтобы поступить и не дать сторчаться и умереть, особенно из-за таких подонков, как тот извращенец в переулке. Особенно зная твою репутацию в городе.       — Скажите... О чём вы говорили с мамой, когда соглашались на это всё? В чём заключается этот договор? — резко перевела тему. Конечно меня трогала эта история с "помощью", не каждый готов помочь семье Даровых.       — Почти ни о чём. Она поведала мне вашу трагическую историю и дала своё согласие, — ответил тот, откидываясь на спинку дивана.       — И в чём она заключается? — влез брат. Он буравил учителя своим взглядом, явно находясь ещё в оцепенении от услышанного.       — Я всего лишь буду каждые выходные вас проверять. На целость и сохранность. Лолиту буду готовить к экзаменам. А вас, Алексей, на трезвое состояние и рабочесть. Также следить за временем, кто и когда должен быть дома, — он легонько улыбнулся, скрестил свои руки на груди и в ожидающе смотрел на нас.       Мы с братом переглянулись.       — Но я уже совершеннолетний, мне не нужна мамка.       — Мне нужно, чтобы ты был всего лишь трезвым и работал, как полагается совершеннолетнему мужчине, не так ли? — Братли усмехнулся, явно радуясь, что заткнул Лёшу. Брат же просто кивнул, понимая, что даже тут учитель оказался прав. Тимур Сергеевич и вправду снова оказался прав, во всём.