Сейчас самое время

      Коридоры Хогвартса были заполнены учениками. Стоял шум. Повсюду разносились голоса, смех, иногда споры учеников. Забини шел быстрым шагом, словно пытаясь пройти полосу препятствий, а именно не напороться на тех, чьи лица всплывали в памяти. Лица мертвецов. Он был схож в этом с Пэнси. Блейз ни за что бы не показал этого, но он тоже боялся. Где-то глубоко внутри себя он признавался, что боится этих детей. Потому что для него каждый день — это новая пытка. Новый день — новый взгляд когда-то умерших глаз, новый смех уже потухшей однажды души.        И вот, когда он завернул в практически пустой коридор, когда Забини показалось, что можно вздохнуть спокойно, слева из высокой арки вышли три ученика седьмого курса. Как выстрел в грудь. Такой силы, что пришлось остановиться. Замереть на пару секунд, чтобы дать им фору, не приблизиться случайно.       Грейнджер встретилась с ним взглядом. Под ее глазами пролегли темные круги. Она не спала этой ночью, и Забини прекрасно знал причину. Сегодня их объединило вчерашнее происшествие. Он даже немного радовался, но приказал себе не показывать ей ничего. Не сближаться. Не сейчас. Вдруг ничего не выйдет? Вдруг станет только хуже? Блейз уже потерял подругу когда-то, и он определенно не собирался дать этому повториться.        Троица шла впереди него, а он все сбавлял и сбавлял шаг, чтобы отстать как можно сильнее. Он хотел успокоиться, хотел просто выключить в себе эмоции, что вызывали в нем воспоминания.        Быстрое «Авада Кедавра». Удар о каменную плитку и веер каштановых кудрей. Он перевел взгляд правее, точно как в воспоминаниях. И, словно наяву, взгляд Джинни. Яркие карие глаза. Как янтарь, залитый кристально чистыми слезами. Ее трясущиеся руки, огненные волосы, взметнувшиеся в воздух от потока ветра и рывка вниз. Она почти упала рядом с Поттером. И кричала. Кричала так громко, что ее вопль как будто до сих пор стоял у него в ушах.        И в конце, когда Пэнси достала зелье, он помнил взгляд Уизли. Она не до конца понимала, что происходит. Не понимала, какая надежда только что родилась в его груди. Как феникс, эта надежда восстала из пепла. Он залпом выпил зелье, глядя на ее растерянное и заплаканное лицо.        Кажется, он заметил тогда в ее взгляде нечто... Того же феникса.        Она смотрела на него через стол Когтеврана. Ее макушка подсвечивалась ярким солнцем, лучи которого создавали огненный нимб. Уизли поставила кубок на стол, оторвала взгляд от слизеринца и повернулась к Поттеру, начав что-то рассказывать ему. Тот уткнулся в учебник, а напротив ее брат активно жевал свой завтрак. Грейнджер сидела к Слизерину спиной, притихшая и явно обеспокоенная. Половину ее фигуры скрывала голова ученика Когтеврана, но Блейз все равно мог заметить, как она сутулилась и вяло ковырялась в тарелке с овсянкой.        — Ну, что? — спросил Тео, поднимая голову на Малфоя, который только сейчас к ним присоединился.       Он потер предплечье. Метка горела всю ночь.       — Бешеный ублюдок, — выплюнул Драко, присаживаясь напротив Тео и тут же бросая взгляд в толпу учеников в поисках гриффиндорцев.       — Дамблдора нет в замке, — прошептала Пэнси, наклоняясь ближе, — я слышала, что кто-то с шестого курса затевает вечеринку, и они обсуждали, что директора нет.        — Думаешь, он ищет…        — Своего парикмахера, — ухмыльнулся Нотт, глядя на друзей, которые пытались осмыслить сказанное им.       — Ага, чтобы уничтожить его, — кивнул Малфой, понимая, о чем речь, — за отвратительную прическу.        — В любом случае, я надеюсь, что он найдет то, что ищет, — продолжила Пэнси, — это очень поможет нам… в будущем.       — Да уж, сейчас уничтожить криворукого парикмахера сложновато. Никогда не знаешь, сидит ли он в одном месте или постоянно скитается, разыскивая место получше. В такое непредсказуемое время выловить его почти невозможно.        — Уничтожить парикмахера, — усмехнулся Блейз, качнув головой.        — Ты прав, — ответил Малфой Нотту, — но мы должны помочь ему. Нужно найти то, что хорошо спрятано. То, что я однажды нашел.        Все четверо переглянулись. Над столом повисло напряжение.        — Ты якобы не нашел это сейчас, за что и получил наказание? — спросила шепотом Паркинсон.       Драко кивнул, глядя ей в глаза.        — Но ты же знаешь, где это. Мы можем просто пойти и… — начал Блейз, но был прерван.       — Не можем, — отрезал Малфой. — Будет хуже, если он узнает об этом. Я хорош в окклюменции, но лишь до тех пор, пока он не использует свои силы на максимум. Если он будет в ярости, то буквально взорвет мой разум.       Драко старался говорить как можно тише, склоняясь над столом, но это лишь больше нагоняло ужаса. Малфой был прав. Нужно быть очень осторожным и не предпринимать необдуманных действий. Волдеморт может заподозрить что-то, засомневаться и досконально проверить каждый свой тайник. Сейчас он уверен в том, что лишь страх перед ужасной смертью мотивирует его приспешников выполнять приказы и быть честным перед хозяином. Но когда он поймет, что один выбился из общего стада, то сожжет всех, посчитав, что остальные могли заразиться. Всех, включая невинных. 

***

      Блейз держался высоко в воздухе. Сегодня вечером он пошел к полю для квиддича один. Малфой остался с Ноттом планировать дальнейшее сближение с Грейнджер. Забини отказался в этом участвовать. Он сделает все, что нужно, но сближаться с ней в этот раз не хотел.        Слишком больно терять то, к чему ты привыкаешь. Тех, кого пускаешь в сердце.       «Но как же Уизли?» — всплывал в его голове вопрос. «Она выжила тогда», — отвечал он сам себе. С ней ничего не случится.        Ветер хлестнул по лицу, когда он ускорился, метнулся вверх, а затем резко остановился и осмотрелся. Хогвартс был прекрасен. Невозможно наглядеться. Если бы зелье отправило их на семь лет назад, то Забини был бы только рад. Ему нравилось здесь. Он с детства любил бродить по замку и открывать для себя новые ходы и лазейки, а потом показывать их Нотту и Малфою. Драко по началу не очень любил их ночные вылазки, закатывал глаза и морщил нос, но потом он подрос, и ему стало интересно.        Ведь девушкам нравятся хулиганы. Разве нет?       И вот, кажется, настало то время, когда он точно мог сказать, что они немного перегнули палку. Пожиратель смерти. Хм-м. Ну… хулиган же.        Блейз помчался вниз. На секунду он прикрыл глаза, доверяя свою жизнь метле и потоку воздуха, затем открыл и резко свернул вправо, чтобы не сбить с ног ученика, внезапно появившегося посреди поля. Метла дернулась, нырнула вниз и сбросила Забини из-за удара о землю.        — Черт тебя дери! — заорал кто-то позади него.        Слизеринец распахнул глаза от того, насколько хорошо знал этот голос. Он поднялся, отряхивая колени и приглядываясь. Сумерки скрывали лицо студентки, стремительно двигающейся прямо на него.        — Забини, какого дракла ты творишь? — гневная Уизли подошла к нему совсем близко, так, что теперь он мог рассмотреть ее лицо.        Черт, даже в холодных сумерках, даже учитывая ее враждебный настрой, рядом с Джинни ему было так тепло. Блейз усмехнулся:       — Прости, не ушиб?        — Чуть не ушиб! Почему ты здесь один? У тебя есть разрешение? — затараторила неугомонная гриффиндорка. — Вы тренируетесь здесь без ведома…       — Стой, стой, — улыбнулся юноша, — притормози. Давай это останется нашим маленьким секретом, ладно? Я просто взлетаю вон туда, — Забини чуть пригнулся к ней и указал пальцем куда-то в небо над центром поля, — зависаю на некоторое время, потом делаю пару кругов и снижаюсь.       — Ты хотел сказать «падаешь»? Ты падал вниз и чуть не снес меня по пути.        Она хмуро смотрела ему в лицо, уперев руки в бока.        — Ну, не снес же. Да и какая разница? Падаю, летаю. Такой вот у меня стиль, — пожал Блейз плечами.       — Это какая-то ваша стратегия, да? — прищурилась Джинни. — Хочешь разбиться, чтобы игру перенесли? Прошлого раза не достаточно?        — Ты жестока. Я не настолько люблю квиддич, чтобы пожертвовать ради него жизнью.        — Я не удивлена.        — А что ты тут забыла? — Забини решил перейти в наступление. — Разве ты не должна быть в гостиной… с Поттером, например?       — Не твое дело, где и с кем я должна быть! — мгновенно ощетинилась Уизли.        — Но ты сейчас здесь. Со мной, — он хитро улыбнулся, — решила полетать?        — Вы же летаете, — она сложила руки на груди, — значит, и мне можно.       — Вот как, — его глаза загорелись, — давай до трех побед?        Она нахмурилась, не понимая, о чем он говорит, но потом взгляд Джинни упал на его руки. Забини слепил снежок и трансфигурировал его в мяч.       — Его надолго не хватит, — хмыкнула гриффиндорка.        — Ну, тогда тот, кто последний будет держать мяч в руках, и победил.        — А если ты не выпустишь его из рук все это время?       — Броски в кольца никто не отменял, — пояснил Блейз. — Так что придется. Давай, ты все равно хотела полетать, а так будет веселее.       — Может быть, я хотела побыть одна, — надменно заявила Уизли. — Об этом ты не подумал?        — Ты не хочешь быть одна, — на миг лицо Блейза приобрело серьезное выражение, — ты просто не привыкла к одиночеству. Так зачем оно тебе сейчас?        Джинни молчала, глядя ему в глаза так, словно пыталась разглядеть что-то другое, что-то, не знакомое ей. Но это был просто Забини. Да, его лицо в полумраке выглядело куда старше, а в глазах будто угас огонек прежнего азарта. Но это был просто Забини.        Она резко выбила из его рук мяч и с грацией птицы взмыла в небо.       — Тогда догоняй, — крикнула она сверху и понеслась к кольцам, слыша за спиной приятный низкий смех.

***

      Мяч растворился в полете. Немного не долетел до кольца и исчез, бросая на заснеженную траву несколько капель воды. Уизли и Забини, зависшие в воздухе, проследили взглядом за этим трагическим падением, вздохнули и спустились к земле.        — Ты отлично справилась, — улыбнулся Блейз, — хоть и проиграла, — добавил он, усмехнувшись. Скосив глаза, он заметил, как Джинни мгновенно вспыхнула.       — Что? Проиграла? — она округлила глаза, но серьезности в выражении ее лица не было. — Вообще-то, последний раз мяч был в руках у меня! — она положила руки на талию, когда вернула школьную метлу на место.       — Нет, — Забини в шутку сделал задумчивый вид, — я уверен, что мяч был у меня.       — Да ты издеваешься, — засмеялась Джинни и ткнула его пальцами под ребра.        Блейз засмеялся, согнувшись от щекотки и отступая на пару шагов в сторону.       — Я, между прочим, говорю абсолютно серьезно, — сказал он, догоняя ее, когда девушка решительно направилась ко входу в замок.        — Ну да, конечно. Ладно, — она резко остановилась у самого входа, из-за чего Забини чуть не поскользнулся на снегу и не врезался в нее, — давай закончим наш разговор здесь, — она смотрела на него так серьезно, что слизеринцу показалось, будто бы с ним летала совершенно другая Джинни Уизли.       — О чем ты? — нахмурился Блейз, делая шаг вперед, чтобы лучше видеть ее лицо. Вокруг совсем стемнело.       — Я… о разговоре, о нашем разговоре, разве не понятно? — она нахмурилась и сложила руки на груди. — Не хочу продолжать все это в замке… — она описала в воздухе не известную фигуру, очертив их двоих.        — Ты стыдишься, — выпалил Забини.       — Нет, я не стыжусь, — четко проговорила Уизли, — в отличие от некоторых, — она сделала секундную паузу и быстро продолжила, — не хочу, чтобы после нашего разговора по всей школе разошлись слухи… и не хочу выслушивать в свой адрес…       — Да о чем ты, черт возьми? Мы же просто говорим…       — Вот именно. Просто говорим. Когда мы наедине, то это просто Джинни Уизли и Блейз Забини разговаривают о чем-то нейтральном. А когда мы будем у всех на виду, то… неужели ты не понимаешь? — раздраженно выдохнула она. — Вечер, мы идем откуда-то вдвоем, разговариваем, смеемся. Из этого раздуют…       — Боишься, что Поттер узнает? — Забини прищурился, вглядываясь в ее лицо. Он был уверен, что если бы не темнота, то смог бы рассмотреть румянец на ее бледных щеках, возникший вовсе не от мороза.        — Да при чем тут Гарри? — Джинни всплеснула руками и стала убирать волосы от лица из-за внезапного нападения потока ветра.       — Ну, у вас же там отношения и все такое, — хмыкнул слизеринец.       — Что? Отношения? Вообще-то… с чего ты так решил?        — А разве нет? Я, конечно, могу ошибаться… — Блейз поднял ладони вверх, сдаваясь. — Ладно, это не мое дело.        — Да. Это не твое дело, Забини, — Уизли развернулась, чтобы уйти, но бросила напоследок: — Я в замок, а…       — А я войду чуть позже, — закончил юноша.       — Да, — она на мгновение замерла, всматриваясь в его силуэт.       — Что-то хочешь мне сказать? — улыбнулся он, не отрывая глаз от Джинни.       — Я всегда думала, что ты меня ненавидишь. Как, собственно, и всех остальных гриффиндорцев.        — А сегодня ты думаешь по-другому?       — Сегодня я думаю, что ты что-то задумал, — ее голос был холоднее ледяного ветра, что хлестнул Блейза по щеке, — никогда не будь уверен в том, что напустил достаточно пыли мне в глаза. Все это ничего не значило, — она снова покрутила рукой в воздухе, имея в виду их полет.        После этих слов Джинни быстро поднялась по каменным ступеням и вошла в замок. Блейз стоял несколько минут в тишине. Пошел снег. Юноша прикрыл глаза и подставил лицо снежинкам. Сердце в груди бешено билось, а вокруг все еще витал аромат ее духов.