Сейчас самое время

      — Джинни, — Гермиона в очередной раз постучала в запертую дверь женской уборной, — ты в порядке?       За закрытой дверью шумела вода. Получить ответ Грейнджер уже не надеялась. Она прислонилась спиной к двери и откинула голову в ожидании, когда подруга решит покинуть свое убежище. Уизли спряталась там сразу после ухода Гарри и Рона. Гермиона никогда не видела, чтобы Джинни плакала, но была уверена, что именно этим она и занималась в уборной. Просто гриффиндорка не хотела показывать своего страха и особенно слез. Такова была ее натура.       Грейнджер и сама чувствовала то же, что и Джинни. Вот только она боялась неизвестности, и ее больше пугало не собственное одиночество, а Гарри. Ему нельзя быть одному. Только не сейчас. Что, если Волдеморт снова проникнет в его сознание? И какое задание дал ему Дамблдор? Почему именно сейчас? Неужели найти крестраж? Если да, то какой именно?       Гермиона сходила с ума от всех этих мыслей и вопросов. Ей тоже хотелось спрятаться от всего мира и не думать о тех ужасах, что могут с ними произойти. Но еще больше ей хотелось знать, кто сейчас находится на восьмом этаже. Кого видела Джинни?       — Джин, я обещаю… ой, — дверь резко распахнулась, из-за чего гриффиндорка чуть не рухнула спиной назад.       — Я в порядке, — сообщила Уизли, смерив подругу взглядом.       Ее глаза были красными, такого же оттенка был и кончик носа, а веснушки стали еще ярче на бледном лице. Джинни убрала волосы за уши и взглянула в глаза Гермионе.       — Я собираюсь на восьмой этаж, — тихо призналась она.       — О… я как раз… я тоже собиралась, вообще-то, — немного растерянно ответила ей Гермиона.       Она сделала несколько шагов назад, пропуская подругу в коридор.       — Мне очень страшно, Гермиона, — прошептала Уизли, проведя руками по лицу, — я видела Пожирателей смерти. Никогда в жизни мне не было так страшно. Что, если бы они меня заметили? Я бы уже была мертва, — она вздохнула и опустила глаза, — весь вечер я задаюсь вопросом, что именно я видела. Мне показалось, что там были ученики. Студенты Пуффендуя. Такое может быть? — она посмотрела на подругу, но Грейнджер промолчала, давая Уизли возможность высказаться. — Еще меня беспокоит тот факт, что я встретила там Забини. Он целенаправленно шел к тому месту, даже врезался в меня, так спешил. Что, если мы в конец запутались и доверились не тем? Вдруг мы совершаем самую серьезную ошибку в своей жизни?       — Хочешь сказать, что это Малфой и его друзья впустили Пожирателей? — скептически поинтересовалась Грейнджер. — Если так, то им это было не нужно. Ты ведь видела учеников Хогвартса. Значит, им без надобности было проникать в замок. Они и так были здесь изначально. Ты видела их лица?       — Они были в масках, — выразительно ответила Джинни, принявшись задумчиво кусать губы и крутить прядь у лица, — я где-то их видела. Не могу вспомнить.       — Конечно, ты их где-то видела. В Большом зале, например.       — Нет, нет… я… — Джинни замерла, а через пару секунд подняла на Гермиону взгляд, полный осознания и шока, — они были с Полумной Лавгуд и Парвати. Давно ты видела Патил в нашей спальне?       — Думаешь, это они? Они впустили? Стой, — Грейнджер схватилась за волосы и стала шагать из стороны в сторону, — мы с Малфоем искали Исчезательный шкаф в Выручай-комнате. Его там не оказалось, зато я нашла очки.       — Очки? — Джинни недоверчиво приподняла бровь.       — Да. Полумна носила такие, когда мы ехали сюда в поезде, — пояснила Гермиона. — Драко сказал, что шкаф могли перенести в другое место или спрятать. Он сказал, что это могла бы быть Лавгуд.       — Она на такое не способна, — поморщилась Уизли.       — Она — нет, а вот Пожиратель смерти — да, — она многозначительно посмотрела на подругу.       Джинни округлила глаза так, словно только что прозрела.       — Империус или Оборотное?       — И то, и то. Я вдруг подумала, а что, если ученики не при чем? — нахмурилась гриффиндорка. — Может быть, это Пожиратели смерти под Оборотным?       — В этом есть смысл, — твердо кивнула Джин. — Я их встретила недавно: Лавгуд, Парвати и этих троих. И они были довольно жуткими. Полумна тоже, но я не придала этому значения, ведь она всегда такая. А вот эти трое…       — Я хочу посмотреть, что там происходит. Может, уже все прекратилось? Тогда я смогла бы расспросить Драко.       Девушки двинулись по коридору к выходу из женской части башни.       — Драко, — передразнила Джинни, закатив глаза. Но потом вспомнила, что сама совсем недавно поцеловала слизеринца, и покраснела, — я кое-что сделала.       — Что? — Гермиона не стала останавливаться и схватилась за ручку двери, чтобы войти в гостиную.       — Поцеловала Забини, — прошептала Джинни, следуя за подругой.       Гермиона резко остановилась и обернулась. Джинни налетела на нее, не успев затормозить.       — Что ты сделала? — Грейнджер приподняла брови, изумленно глядя на рыжую ведьму. — А разве не ты мне говорила, что я совершаю большую ошибку? Что так нельзя?       — Да, но… — Джинни растерянно огляделась: вокруг них было полно народу, — давай об этом потом. Много ушей. Пойдем лучше подышим.

***

      За окнами замка пошел снег. Огромные хлопья кружили в воздухе, медленно опускаясь на землю. Ветер стих, позволяя крепкому морозу сменить его на посту. В этот поздний час Хогвартс окутала тишина, которой никогда ранее не было. Ни один ученик школы не покидал гостиную. Двор был пуст. Все голоса стихли. В опустевшем Большом Зале тихо потрескивал огонь в огромном камине и чуть подрагивал огонек волшебных свечей. Даже сквозняк — и тот перестал завывать в длинных каменных коридорах. Словно сама природа боялась шелохнуться, боялась нарушить напряженную тишину.       Вызвать бурю раньше времени.       — Не лучшее время для нападения, Том, — тихо, но четко произнес Альбус, медленно подходя к вооруженной волшебными палочками группе Пожирателей Смерти.       Послышалось тихое хихиканье. Преподаватели за спиной Дамблдора напряглись, Минерва Макгонагалл нахмурилась, присматриваясь к лицам, спрятанным за масками.       — Ты обознался, старик. Никакого Тома здесь нет, — ответил резкий женский голос.       Этот голос невозможно было спутать с каким-либо другим. Оно было пропитано безумием и холодной жестокостью. Словно внутри этой женщины не было ничего. Лишь ледяная мгла.       — Что вам здесь нужно, Беллатриса? — спросил он, склонив голову на бок. — Если пришли поговорить со мной, то зачем было прятаться за спинами учеников? Вы же не хотите навредить детям.       — О, — протянула она, снимая серебряную маску, — мы пришли не разговаривать, Альбус. А детей я здесь не вижу, — она взмахнула рукой и маски других Пожирателей слетели с их лиц вместе со школьными мантиями.       Рядом с Беллатрисой Лестрейндж стояли брат и сестра Кэрроу. Низенькая рыжеволосая женщина неприятно улыбалась, стреляя глазами то в Макгонагалл, то во Флитвика.       — Где Драко Малфой? — громко спросила Беллатриса, указывая палочкой на директора школы.       — Наверное, в гостиной своего факультета, — пожал плечами Альбус, излучая абсолютное спокойствие, — так вы пришли за ним? Зачем же, если не секрет?       — Для тебя уже не существует никаких секретов, старик, — злобно улыбнулась волшебница. — Бомбардо! — выплюнула она, махнув палочкой за его спину.       Взрывная волна на секунду оглушила преподавателей. Мадам Трюк еле успела выставить щит, но тяжелый отколотый камень упал ей на ногу. Она вскрикнула, рухнув на спину. Профессор Флитвик послал в Пожирателей смерти ответное заклятие, но они ловко защитились.       Слышался треск, рев и грохот. В пространстве между ними то и дело вспыхивали яркие искры. Воздух стал густым и вязким. Несколько преподавателей были оглушены и ранены. Пожирателям смерти удалось отделаться ссадинами и порезами. Они выманили оставшихся волшебников к лестнице, ведущей на Астрономическую башню. План Лестрейндж был таким: выманить директора на башню, призвать Волдеморта и на его глазах убить Дамблдора. Конечно, это должен был сделать Драко. Но он, по ее мнению, не сильно торопился. Послание-то он уже давно получил.       Когда они вышли на площадку, морозный ветер подхватил их мантии и растрепал кудрявые волосы Беллатрисы. Глаза слезились, пальцы рук из-за ледяного воздуха не слушались. Заклинания все сыпались и сыпались на преподавателей, загоняя их в угол. Режущие, обжигающие, взрывающие. Применялись все, что были известны темным магам. Профессор Макгонагалл больно ударилась спиной о каменную стену. Зажмурившись, она вздохнула, позволяя усталости на секунду взять верх.       В это мгновение в нее полетело очередное проклятие от Кэрроу. Минерва только успела поднять голову. Она ожидала, что прямо сейчас попрощается с жизнью. Боль была сильной. Руки заледенели, и, как назло, элементарные заклинания вылетели из головы. Она бы усмехнулась над собственной глупостью в такой момент, но не успела.       Что-то сверкнуло прямо перед ее лицом за секунду до удара яркого красного луча. Это был щит. Она судорожно вздохнула, когда увидела, кто послал его.       Серебристые волосы мелькнули в толпе волшебников. Под светом луны они почти сияли. Его взгляд резал не хуже ножа и всех тех проклятий, что сыпались мгновением ранее. Малфой своим появлением заставил всех остановиться. Преподаватели, не ожидающие увидеть посреди боя ученика, замерли. Беллатриса остановила помощников, взмахом руки. Ее племянник наконец прибыл, чтобы принять верную сторону. Совершить то, что приказал Темный Лорд.       Доказать свою верность хозяину.       — Драко, — улыбнувшись, протянула она, — наконец-то ты здесь. Мы заждались.       Женщина протянула ладонь, больше похожую на когтистую лапу зверя. Ее глаза сверкали, а волосы были похожи на оживших змей. Драко сжал челюсть и посмотрел сначала на Дамблдора, затем на Макгонагалл. Его взгляд прошелся и по остальным. Гораций Слизнорт удивленно разглядывал юношу, скривив рот.       — Сделай это, — сказала ему дорогая тетушка, — сделай, а я вызову его…       — Экспеллиармус, — быстро произнесли Кэрроу, воспользовавшись моментом. Палочки преподавателей вылетели из рук и приземлились в ладони Пожирателей смерти.       — Драко, может быть, ты расскажешь нам, что происходит? — мягким тоном обратился к юноше директор.       — Этот старик такой любопытный, — засмеялась Алекто, — а ты не рыпайся! — она ткнула палочкой в Минерву, которая попыталась встать, и произнесла заклинание, оглушающее волшебницу. Затем ее волшебная палочка выплюнула еще одну искру для Слизнорта.       — Я должен… — голос Малфоя дрогнул, он не верил, что добровольно произносит эти слова, — я…       — Нет! — все услышали звонкий девичий голос и обернулись, — Драко!       — Экспеллиармус! — вскрикнула Джинни, следовавшая за Гермионой. — Остолбеней!       Волшебные палочки вылетели из рук Кэрроу, а они сами рухнули на пол, но Беллатриса успела увернуться. Она быстро произнесла ответное заклинание и оттолкнула Уизли на несколько метров. Та сильно ударилась о перила и тут же потеряла сознание. Лестрейндж замахнулась на вторую гриффиндорку, но Малфой остановил ее.       — Хватит, — тихо попросил Драко, — я здесь, я все сделаю.       — Я на это надеюсь, милый, — она погладила его по плечу и улыбнулась Грейнджер.       — Что происходит, Драко? — Гермиона держала перед собой палочку, чувствуя, как ее рука дрожит, а по щекам стекают горячие слезы. — Что ты тут делаешь?       — Мисс Грейнджер, — Дамблдор посмотрел на нее тем самым взглядом, который она помнила еще с первого курса. Ей вдруг показалось, что ей снова одиннадцать лет и она только что вместе со своими друзьями одолела горного тролля. — Не стоит вам здесь находиться. На улице холодно. Вернитесь, пожалуйста, в гостиную.       — Я никуда не уйду! — закричала Гермиона. — Как Пожиратели проникли в школу, Драко?! Что вы собираетесь сделать?       Беллатриса захохотала.       — Гермиона, я должен. Я ведь один из них.       Грейнджер шумно выдохнула, чувствуя, как мороз проникает под кожу.       Один из них.       — Нет, — прошептала она, качая головой, — я не верю. Ты говорил другое. Ты же… нет, — неужели Джинни все это время была права? Неужели они и правда совершили огромную ошибку, поверив им?       Ледяной ветер усилился. Он с силой швырял кудрявые локоны в лицо девушки, отчего она с трудом могла разглядеть молодого человека, что стоял напротив нее, у самого края площадки. Тьма окружала их. Луна подсвечивала бледную кожу и платиновые волосы. В его правой руке была зажата волшебная палочка, а в глазах была лишь ледяная сталь.       — Я должен сделать это! Как ты не понимаешь?! — голос Малфоя звучал надрывно и немного хрипло. — Я должен! — его глаза вдруг наполнились слезами, а рука с палочкой дрогнула.       — Драко, ты же не убийца, — произнесла девушка, качая головой.       — Откуда тебе знать, кто я? — почти прокричал он, позволяя слезам вырваться наружу. Черт бы ее побрал. Пусть уходит. Пусть не смотрит на него такими глазами. Он должен. Должен.       — Я знаю. Я уверена в этом, — Гермиона протянула руку вперед, — давай я помогу тебе, и мы вместе что-нибудь придумаем, мы же так давно знакомы, столько лет проучились вместе. Я знаю, что ты не способен на убийство, ты хороший человек.       — Тик-так, Драко, — прошептала Беллатриса, поглаживая его по предплечью.       — Я плохой человек, Грейнджер, кому как не тебе знать это. Я очень плохой человек, — парень резким движением поднял рукав белоснежной рубашки, — он выбрал меня! — на его левом предплечье виднелась темная метка. Череп и змея издевательски смотрели на девушку. — Я должен выполнить приказ, — теперь его взгляд был направлен на директора, — я должен убить вас.       По его бледной щеке скатилась слеза. Рука дрожала. Неужели это правда происходит? Неужели он сделает это? Для чего тогда все было нужно? Война все равно начнется. Директор погибнет от рук того, кто должен был всех спасти. Все погибнут. Они проиграют.       Малфоя трясло, а Лестрейндж, сжав его предплечье, напоминала о приказе Темного Лорда.       — Драко, — Дамблдор сделал к нему шаг и замер, — ты не плохой человек. Просто с тобой произошло много плохих вещей. Я не призываю тебя сейчас нарушать обещание и подвергать опасности кого-то другого, — Драко застыл, глядя в глаза старику. У него было ощущение, что тот читает его мысли, — но время, оно дает нам столько возможностей. Используй их. Я верю, что ты сможешь сделать то, зачем пришел.       Гермиона посмотрела на директора, потом на Малфоя. Она не понимала, что происходит. Дамблдор что-то знал? О чем он говорит?       Она не успела подумать о чем-либо другом. Сделать что-то еще. Даже шевельнуться. Весь мир казался ей искаженным. Ее сознание отказывалось воспринимать реальность такой, какой она была сейчас. Девушка почувствовала легкую волну магии рядом с собой, а затем черная мантия пронеслась мимо нее, касаясь носа ее ботинок.       — Директор, — голос Снейпа вдруг возник в ее голове, когда Гермиона осознала, что медленно садится на пол. Руки и ноги не слушались, а деревянные доски казались такими мягкими.       — Северус, пожалуйста, — мольба Дамблдора таковой не казалась.       Гермиона лежала на боку на ледяных досках Астрономической башни и не отрывала взгляд от лица Драко Малфоя. Он смотрел на нее в ответ. Не шевелился и, казалось, не дышал. Никто не видел, как он смотрел на нее. Взгляды Беллатрисы и Северуса были обращены на директора школы чародейства и волшебства.       Прежде чем закрыть глаза, Грейнджер увидела, как на бледном лице Драко отразилась зеленая вспышка непростительного проклятия. А в следующую секунду он аппарировал вместе с Беллатрисой Лестрейндж и Северусом Снейпом.