Сейчас самое время

      Мэнор пропитался запахом крови, пота и страха. Последние дни Волдеморт был крайне недоволен выполнением своих приказов, и именно поэтому гостиная и столовая особняка были залиты кровью. Алые густые лужи отражали свет, исходящий от огромных люстр на тяжелых цепях. Сотни свечей горели в них, пытаясь осветить весь тот мрак, что творился в этом доме.        Драко откровенно трясло, когда он шел позади Беллатрисы, замыкая цепочку верных псов. Тетка пританцовывала, поправляла развевающиеся кудри и хихикала, вспоминая, как упал Альбус Дамблдор, каким было выражение его лица. Ей все казалось смешным. А Малфой никак не мог выкинуть из головы образ Дамблдора, сидящего за столом в Большом зале. На первом курсе, когда он шел вместе со всеми к Распределяющей шляпе, его любопытный взгляд наткнулся на седовласого директора школы. Тот поймал его и добродушно улыбнулся. Уже тогда он знал, что это за мальчик. Знал, кто его отец. Драко почему-то был уверен, что Дамблдор уже тогда знал, что произойдет с этим самым мальчиком. Но старик все равно относился к нему, как и ко всем. Словно Малфой точно такой же, как Поттер, как и остальные ребята.        А теперь, одержав победу во Второй Магической войне, он зарывает себя в яму и готовится проиграть. Малфой стал прокручивать в голове последние дни и пытался найти тот момент, когда все пошло не по плану. Почему ему дали задание убить Гермиону? Кто перепрятал Исчезательный шкаф и зачем? Неужели Волдеморт все знал? Может быть, он аккуратно прочитал мысли Драко? Нет. Темный Лорд никогда не нежничал со своими слугами. Его легилименция резала, как тупой нож. Пробивала череп и вонзалась в сознание не хуже его огромной змеи.        На плечах его черной мантии блестел таявший снег, когда он последним вошел в холл собственного дома. Хотя он давно уже не считал это место своим домом. Штаб Пожирателей смерти, место для пыток и темницы для пленников. Ничего больше. Тут невозможно было жить. Примерно каждый час снизу слышались стоны и вопли, постоянно воняло, неизвестные люди шныряли туда-сюда. Из всей толпы Пожирателей смерти, что сидели сейчас в столовой, Малфой знал лишь нескольких. Друзья его отца. Хотя, наверное, вернее будет сказать, они когда-то были друзьями, но служба Волдеморту все похерила. Каждый хотел выслужиться и прожить чуть дольше остальных.        Темный Лорд сидел во главе стола и молчал. Его взгляд лениво плыл по головам сидящих за столом. Драко увидел отца и стал искать взглядом мать. Ее там не оказалось. Он крепко сжал руку в кулак, а затем расслабил пальцы.       — Мой лорд, — сдержанно поприветствовал Волдеморта Снейп и сел подле него.       — Мой лорд! Мы с хорошими новостями, — чуть ли не пропела Беллатриса, низко кланяясь.       Том покосился на нее и натянуто улыбнулся. Затем его взгляд врезался в Драко. Юноша даже ощутил, как темная магия пихнула его в грудь. Он вздохнул и поклонился.        — Знаете, что я больше всего ненавижу, помимо прочего? — спросил Волдеморт у сидящих, но, не дожидаясь ответа, продолжил: — Медлительности. Медлительные люди нерешительные. Нерешительные — значит, трусливые. Они боятся сделать что-то не так. Много думают. Лишние мысли тормозят их действия. Мистер Малфой, вот скажите мне, если вам дан приказ, нужно ли так долго обдумывать его?       Люциус хотел было заговорить, но Том махнул рукой.       — Да не ты, болван, — многие отвратительно захихикали, — я обращаюсь к твоему отпрыску, — взгляд волшебника переместился на юношу, — Драко Малфою, — четко проговорил он, скалясь.       — Я медлил лишь для того, чтобы сделать все чисто… — Драко не узнал собственный голос. Хриплый, рваный и пустой.       — Чисто, — усмехнулся Темный Лорд, — ты медлил, потому что боялся. Трус.        Драко вдруг согнулся пополам, прижимая руки к животу. Жгучая колющая боль пронзила его насквозь. Вены налились лавой, каждая конечность словно без остановки выкручивалась. Агония не прекращалась так долго, что ему показалось, будто Круциатус действует уже несколько часов. Волосы взмокли, ноги подкосились, и он упал на колени. Малфой не произнес ни звука. Сжав челюсть и зажмурившись, он держался изо всех сил. Еще не хватало своими криками доставлять удовольствие этому уроду.        — Молчите, мистер Малфой? — снова усмехнулся Волдеморт. — Вот и правильно, — он добавил еще одну порцию проклятия.        Драко почувствовал, как по его подбородку потекла кровь. Теплые капли ударились об пол, и только тогда он понял, что это из носа. Юноша сжался, прислонившись лбом к холодному мраморному полу. Хоть бы пережить эту ночь. Хоть бы снова увидеть ее. Объясниться. Он молился всем богам, каких только мог вспомнить, лишь бы выжить и все рассказать Гермионе. Лишь бы она поверила ему еще раз.       — Итак, значит, Альбус Дамблдор мертв, — Том вскинул руки и улыбнулся, давая понять, что его настроение улучшилось, — выпьем за эту чудесную новость.        Волшебники за столом оживились. Все потянулись к серебряным кубкам, которые вмиг наполнились красным вином. В столовой вдруг стало шумно, словно Драко пришел на чей-то банкет. Он даже бросил взгляд в сторону стола, чтобы убедиться, что ему не показалось. Все будто забыли о его существовании. Разговоры перешли от смерти Дамблдора к более веселым. Они стали обсуждать прошедшие операции. Планировали захват школы. Волдеморту понравилась идея сделать из Хогвартса штаб-квартиру Пожирателей смерти. Мэнор казался ему слишком тесным и серым.        Вдруг Волдеморт поднял руку, в его ладони материализовался золотой колокольчик. Он качнул его, и по комнате разлился звон. Меньше чем через минуту Малфой увидел, как со стороны кухни вышла его мать, левитируя несколько подносов с закусками. Юноша застыл, так и не встав с колен.        Нарцисса выглядела плохо. Осунулась, под глазами пролегли темные круги, губы потрескались. Волосы были собраны как будто в спешке, седых прядей стало больше. Ее платье выглядело так, будто она не меняла его несколько дней, а то и недель. Он получил сегодня послание, из-за которого тотчас помчался на Астрономическую башню: его мать держали в клетке и пытали с помощью Круциатуса. Это все, что Драко знал. А теперь она была в роли слуги в собственном доме. Люциус не поднимал глаз так же, как и его жена. Она расставила тарелки, задержавшись у плеча мужа чуть дольше необходимого.        — Убирайся, — прорычал Волдеморт, обращаясь к Драко, — в гостиной для тебя есть работа.        Лишь в этот момент Нарцисса подняла взгляд и на секунду остолбенела. Малфой видел, как она вздрогнула, видел, как в ее глазах забурлили эмоции. Его мама была все еще здесь, внутри этой серой оболочки. Она столько всего хотела ему сказать. Но не могла.        Драко сжал губы, поднялся и медленно пошел в гостиную. 

***

      В воздухе пахло травами. Почти так же, как и в классе зельеварения, вот только в этом помещении было гораздо светлее. Гермиона понимала это, даже не открывая глаз. Она и не хотела этого делать. Воспоминания нахлынули на нее огромной волной уже спустя минуту после пробуждения. Грейнджер хотела выть, кричать и нестись в гостиную Слизерина, дабы получить все ответы, ведь вопросов у нее было так много.        Малфой предал их? Нет, это не вопрос. Он предал. Он же сам сказал, что является одним из них. Он должен был убить Дамблдора и сделал это. Гермиона же была там, она видела.        Девушка с трудом оторвала руки от мягкого одеяла и сжала пальцами виски. Неужели Драко все-таки убил? Грейнджер пыталась вспомнить, что именно видела. Это давалось ей с таким трудом, будто кто-то залез к ней в голову и все перемешал. Она чувствовала себя котелком с кипящим зельем.        — Джинни! Джинни! — кричала она после того, как кто-то освободил ее от проклятия.       Уизли только пришла в себя и растерянно смотрела на свои окровавленные руки. Так много крови. Откуда? Джинни смотрела на алые пятна, потом на разорванную ткань на своем животе. Спустя некоторое время все стало ясно. Когда Беллатриса ударила ее заклинанием, она использовала еще и режущее проклятие. На животе и груди Уизли было три глубоких пореза. Ее словно растерзал гиппогриф.        Неизвестно, сколько времени прошло с того момента. С той ужасной ночи, когда они были в шаге от смерти. И лишь один в ту ночь сделал этот шаг. Она помнила зеленую вспышку, отразившуюся на бледном лице Малфоя. Прямо в его остекленевших глазах.        Кто-то использовал Непростительное заклинание. Они убили Альбуса Дамблдора.        Грейнджер закрыла рот рукой, пытаясь сдержать всхлипы. Не получилось: слезы текли не переставая. Она зажмурилась, вспоминая последние несколько месяцев. Все разговоры, взгляды, прикосновения. Малфой врал ей. Он предал ее. Их всех. Как она могла так легко поверить ему? С чего вдруг она решила, что он вот так в один миг изменится? Какая глупая!        Джинни была права. Грейнджер теперь не сомневалась в этом. Они не должны были верить Малфою. А Забини? Тоже хорош. Наверное, берет пример со своего лучшего друга. Эта четверка обвела всех вокруг пальца. С самого начала все было пропитано ложью. Но Грейнджер подкупило их поведение. Они вдруг стали такими непривычно дружелюбными. Сначала это вводило в заблуждение, но потом Гермиона поверила в то, что они действительно вернулись в прошлое, чтобы всех спасти.        Она покачала головой, проклиная себя и свою веру в людей.        — Гермиона?        За ширмой послышался слабый голос Джинни. Грейнджер отодвинула одеяло в сторону, встала и вышла к ней. Уизли лежала на соседней кровати. Одеяло прикрывало ее до груди, но, судя по тому, как она морщилась при движении, порезы до сих пор не зажили. Она выглядела болезненно. Ее кожа стала совсем светлой, глаза как будто потухли. Даже огненные волосы перестали излучать тепло.        Джинни смотрела на нее и молчала, будто боялась сказать что-то лишнее.       — Наверно, ты была права, — прошептала Гермиона, будучи не в силах сказать это громко.        Слезы все еще стекали по ее щекам, и она прекратила попытки сдержать их или скрыть.        — Прости, — Уизли покачала головой, глядя куда-то перед собой, — я не хотела, чтобы все было так… я… мне так жаль.        — Мне сложно поверить в это. Не знаю почему, но было легче поверить в то, что он из будущего, — Грейнджер горько усмехнулась и села на край кровати.        — Наверное, это все из-за чувств. Он стал для тебя… — Джинни вздохнула и пожала плечами.       — Я думаю, что ошиблась…       — Ты не одна. Когда Гарри уходил, я даже не обняла его, — с сожалением произнесла Уизли, — потому что думала о Забини. Он поцеловал меня в тот вечер, а минут через десять я уже стояла перед Гарри. Я так растерялась тогда. И если Малфой оказался предателем, то его друзья на его стороне. В любом случае. А это значит, что я ошиблась не меньше тебя.        Гермиона хотела сказать ей про Дамблдора, про то, что видела в ту ночь, но им помешали. Мадам Помфри практически ворвалась в комнату с несколькими железными койками. Она несла в руках несколько бутыльков с зельями, а когда увидела, что девушки в сознании и разговаривают, бросилась укладывать Гермиону в постель.       — Вам пока нельзя вставать! — она сунула ей бутылек с зельем и добавила: — Выпейте это, а вам, мисс Уизли, я сейчас сменю повязку.

***

      День прошел быстро. Девушки проспали почти до четырех часов. Гермионе казалось, что за пределами этой небольшой палаты ничего нет. Будто Хогвартс исчез, осталось лишь больничное крыло. Из-за высокой концентрации зелий в организме ей даже казалось, что коридор и сам лазарет парят в воздухе. Потому что стояла оглушающая тишина. Никто даже не топал и не шаркал за дверью. Не было вообще никаких звуков.        Окончательно Гермиона проснулась около пяти часов вечера. За высокими арочными окнами большими хлопьями, похожими на куски пышной ваты, падал снег. В другом конце комнаты метла самостоятельно подметала какие-то осколки, а старый железный совок с готовностью пританцовывал рядом. Девушка приподнялась и посмотрела на подругу. Джинни все еще дремала, сложив руки на животе. Интересно, ее раны зажили или она из-за зелья не чувствовала боли?       Грейнджер тихонько встала, надела теплую мантию, которая лежала на стуле у платяного шкафа и подошла к окну. Она уткнулась лбом в холодное стекло и посмотрела вниз. Кроме снега и сугробов там ничего не было. Кажется, снег шел весь день, а ученики не покидали стен Хогвартса. Она решила, что после последних событий ученикам не разрешают покидать школу. Прошли ли похороны директора? Выступала ли Макгонагалл с речью? Как там Гарри? Он знает?        Она вздохнула и прикрыла глаза, пытаясь унять разбушевавшиеся чувства. Нужно держать себя в руках.        Сегодня ей никак не удавалось осуществить задуманное. В этот раз дверь снова распахнулась. Девушка вздрогнула и уже было ринулась назад к кровати, убеждая мадам Помфри, что встала совсем недавно и ненадолго, но вдруг замерла. На пороге, наверное, с таким же выражением лица, как и у нее самой, стоял Блейз Забини. Выглядел он довольно странно. Потрепанно, подумала Гермиона. Он несколько секунд сверлил ее взглядом, видимо, ожидая, что гриффиндорка вытащит палочку из мантии и швырнет в него Непростительным. Этого не произошло, поэтому Забини тихонько прикрыл дверь и сделал осторожный шаг вперед.       — Какого черта ты тут делаешь? — злобно спросила Гермиона, закутавшись в мантию.        — Джинни спит? — юноша глянул за плечо гриффиндорки, пытаясь за ширмой разглядеть Уизли. — Нужно уходить.        — О чем ты говоришь? — нахмурилась Грейнджер. — Проваливай отсюда. Не смей разговаривать с ней!        — Что с тобой? Я хочу помочь! — недоумевал Блейз.       Гермиона едко рассмеялась и покачала головой, неверяще глядя на него.       — Малфой предал нас. Он один из них! Разве ты не знаешь? Ты же его лучший друг. Думаешь, вы сможете и дальше пудрить нам мозги? Проваливай, а не то я…       — Он не предавал! — Блейз округлил глаза, быстро приблизившись и хватаясь за плечи девушки. — Ты все не так поняла, — Забини чуть встряхнул ее, — он не служит Темному Лорду. Он притворяется.        — Я не верю тебе, — глядя ему в глаза, тихо, но твердо ответила гриффиндорка.        Он слегка опешил. Ее слова так сильно отбросили его в прошлое, что он даже пошевелиться поначалу не смог.        — Нет времени на твою веру, — он поморщился. — Защита школы пробита. Пожиратели кого-то ищут, я думаю, Поттера.        — Они здесь? — Гермиона выглянула в окно, словно могла разглядеть там толпу врагов.       — Да. Их несколько. Они пришли из леса, сожгли дом Хагрида, ворвались в школу, — Забини нервно взъерошил волосы, стараясь не вдаваться в подробности.        — Где Хагрид? С ним все в порядке?       — Я без понятия, Гермиона, — раздраженно ответил он, словно Грейнджер была пятилетней девочкой и задавала глупые вопросы, — нужно бежать. Ты слышишь меня? Если ты не веришь мне, хорошо, но я заберу Джинни и буду тащить вас обеих за ноги, если придется.        Он не стал слушать то, что она собиралась ему сказать. Блейз обошел гриффиндорку и быстрым шагом направился к Джинни. Она потихоньку приходила в сознание, но выглядела еще очень слабой. Когда Забини оказался рядом с ней, девушка открыла глаза и несколько секунд молчала, разглядывая его лицо.        — Ты можешь встать? — спросил он, протягивая руку.       — Зачем? — она нахмурилась точно так же, как Гермиона.       — Пожиратели в замке, нужно уходить.        Джинни резко села и поморщилась от боли. Она прижала левую руку к груди, а правой отодвинула одеяло.        — Осторожно, — Гермиона подбежала к ним и помогла подруге встать, — вот, накинь, — она подала ей вторую мантию и застегнула пуговицу на шее.        — Почему ты еще жив? — Джинни подняла глаза на Блейза. — Я думала, что она тебя убьет, — она кивнула на Грейнджер.       — Я очень убедителен, когда дело касается выживания.        Она хмыкнула и надела обувь, скрывая те титанические усилия, которые ей пришлось приложить. Через несколько минут они уже шли по коридору. Наверху было тихо. Не было слышно звуков борьбы, не видно вспышек заклинаний. Это тревожило. Что с остальными учениками? Они покинули школу? Что с преподавателями?        — Ты видел Макгонагалл? — спросила Гермиона, когда они стали спускаться вниз, к одному из черных ходов, ведущих на задний двор.       — Да, — коротко ответил Забини и открыл дверь, впуская морозный воздух в замок.        Они вышли в холодный каменный коридор и, не сбавляя шаг, двинулись дальше.       — Она что-то сказала? Спросила?        — Да, чтобы я уходил из школы. Они всех эвакуируют. Наверное, учеников почти не осталось.       — Ты с самого начала знал о том, что Малфой на их стороне? — не унималась гриффиндорка.       Забини резко остановился и развернулся лицом к Гермионе.       — Это допрос? — раздраженно спросил юноша, буравя ее взглядом. — Он не на их стороне, я же сказал!       — Злиться тут должна я, — фыркнула девушка.       — Я не злюсь. Не на тебя, по крайней мере, — Блейз устало вздохнул, прикрыв глаза на секунду. — Просто давай мы уйдем отсюда, на другом конце квиддичного поля нас ждет Пэнси. Не хочу, чтобы она долго стояла там одна.       — Где Нотт?        — Он еще не вернулся от деда.        Забини боялся, что и не вернется. Он в последнее время частенько думал о том, что Тео могут найти у деда и заставить вступить в ряды Пожирателей смерти. Черт его потащил туда! И что он хотел узнать? Может, у него есть какой-то чудесный дар, о котором никто не подозревает?        Морозный воздух окутал их, когда троица вышла на заснеженный двор. Уже стемнело. Снег все еще опускался на землю крупными хлопьями. И, если бы не вся эта ужасающая ситуация, Гермиона бы хотела остановиться и посмотреть вверх, насладиться умиротворяющей тишиной зимнего вечера.        — Тихо, — Забини вдруг замер, жестом останавливая девушек, — вы слышали?       Грейнджер покачала головой. Она не понимала, о чем он говорит. Она ничего не слышала. Во дворе школы стояла мертвая тишина. Гермиона осмотрелась, пока они пробирались к квиддичному полю. Липкое ощущение, что за ней следят, не покидало ее. 

***

      Пэнси бросила ей в руки маленькую сумочку, расшитую бисером, сразу, как только они встретились у высокой каменной ограды игрового поля. Слизеринка докуривала сигарету. Ее угольного цвета волосы то и дело взмывали вверх под порывами ветра, она щурила слезящиеся глаза и раздавала троице теплую одежду.        — Мы направляемся по следу Поттера, — сообщила она, чем сильно порадовала и в то же время удивила Гермиону.       Она уже смирилась, что ничего не понимает. Верить им или нет, она так до сих пор и не решила. Но то, что они сейчас делали для них с Джинни… так или иначе вызывало каплю доверия. Уизли молчала все это время. Она просто хотела покинуть школу живой и как нибудь добраться до своей семьи. Ее раны плохо заживали, а кроме Гермионы и этих двоих помочь ей сейчас никто не мог.        — У Грейнджер в сумке палатка и все необходимое. Если готовы, — она взглянула на Уизли, — можем аппарировать.       — Отсюда? В Хогвартсе же нельзя… — Джинни непонимающе взглянула на Гермиону, словно та должна была подтвердить ее слова.        — После смерти Дамблдора барьер исчез. Его пытались восстановить, но прошло всего два дня. На такую огромную территорию нужно больше времени и магии, — объяснила Пэнси, выбросив окурок в урну.        — Дамблдор мертв? — Уизли распахнула глаза, в ужасе глядя на подругу. — Ты знала?       — Да, — шепнула Грейнджер и сочувствующе провела по ее плечу, — я не успела сказать.        — Малфой убил его?! — Джинни дернулась, высвобождая свою руку из сгиба локтя Блейза, и шагнула назад. — Да? Он убил директора?       — Нет, это не Драко, — Паркинсон сложила руки на груди и склонила голову, — ты можешь оставаться, если тебя что-то не устраивает.       — Нет, не может, — почти в один голос сказали Гермиона и Блейз.       — У меня нет времени на эти разборки, Блейз, — фыркнула Пэнси, — мы с Тео договорились встретиться через два дня недалеко от Хогсмида. За это время мы должны уйти подальше от школы, чтобы за нами не было хвоста. Пока мы тут болтаем, Пожиратели уже могли выйти на ваш след.        — Встретиться? — переспросила Грейнджер. — Он не пойдет с нами?       — Пойдет. Просто мы должны встретиться там, чтобы его отец не думал, что он в бегах. Так сказать, показаться людям.        — Джинни? — Забини протянул ей руку: — Пойдем с нами, пожалуйста. Здесь ты уже не в безопасности. Мы найдем Поттера и доставим вас в ...        — Ага, — фыркнула она, — в лапы Сам-Знаешь-Кого.       — Мы не Пожиратели смерти, — поморщилась Пэнси.        — Мы могли сделать это еще в больничном крыле, если бы хотели. Прошу, пойдем,— Блейз смотрел на нее умоляюще, все еще протягивая к ней руку. — Ты можешь аппарировать?        — Джинни, — Гермиона положила руку ей на плечо.       — Да что с тобой? — закричала Уизли. — С чего ты взяла, что мы можем вот так запросто довериться им? Ты забыла, что сделал Малфой? Ты с ума сошла!        — Салазар вас подери, — психанула Пэнси и схватила Забини и Гермиону за руки, образовав круг.        В следующий миг все четверо исчезли.