За час до любви

      

Ким Сокджин

             Надо бы уже было позвать Иджуна и поехать к Тэхёну, но Сокджин так и стоял рядом с машиной, вдыхая морозный воздух и «прислушивался» к ноющему плечу. Благодаря принятым препаратам боль отпускала, и за руль можно уже было садиться. Он непроизвольно накрыл спрятанную под пластырь и шарф метку рукой и принялся легонько массировать…       — Могу помочь, — голос за спиной раздался неожиданно, и Сокджин буквально подскочил на месте. Стремительно повернулся и мгновенно узнал альфу…       Он никогда не думал, что выражение «забыл как дышать» не выдумка, а имеет место быть. Потому что колотящемуся в грудную клетку сердцу перестало хватать кислорода.       Беспомощно прижав руку к груди, он, не моргая смотрел на альфу, думать о котором запрещал себе все эти годы.       Он видел боковым зрением бегущего в его сторону Иджуна и не мог справиться с накатившим ужасом…       — Джин… — альфа, похоже, и сам испугался реакции омеги на своё появление.       — Папа! Я умею сильно толкаться! — звонкий голос сына вырвал Сокджина из объятий накатывающей паники.       — Детка, садись в машину…       Иджун сразу «сдулся». Если папа вдруг назвал его «деткой» значит, альфа, с которым он беседует, очень важный господин, и нельзя себя плохо вести. Обиднее всего, что важные разговоры обычно тянулись долго и сидеть в машине будет скучно. Лучше бы это время он потратил на игры с другими детьми.       Иджун, растеряв весь озорной запал, послушно потянул на себя дверцу машины и, насупившись, нырнул внутрь салона.       Действия сына вывели Сокджина из «ступора» и он, проследив, что ребёнок внутри и дверь закрыта, повернулся к альфе уже с улыбкой:       — Простите, мы спешим.       Его игра в «неузнавание» выглядела, конечно, нелепо, но другого выхода Сокджин сейчас не видел.       — Конечно, — глаза альфы, отступившего на шаг, смотрели прямо в душу. — Только себя ведь всё равно не обгонишь, Джин-и…       Но Джин не слушал. Он торопливо забрался на водительское место и тронулся с рывком.       — Ой! — Иджун засмеялся на заднем сидении и омега пришёл в себя. Он заглушил мотор, и обернувшись к сынишке, произнёс:       — Ты не обидишься, если я недолго поговорю с этим господином? — Сокджин кивнул на стоящего рядом с машиной Намджуна.       — Не-е-ет! — Иджун уже копался в своей сумке в поисках планшета.       Джин еле расцепил сжимающие руль пальцы. Убегать не было смысла. Точки нужно было расставить сразу…       Просто неожиданность выбила у него почву из-под ног, но разговор должен был состояться…       Мечтал ли Джин о том, как однажды он встретит своего истинного альфу ещё раз?       Мечтал.       Он сотни раз о нём мечтал. Вот только мечты его были не о случайной встрече на парковке у молла, а о счастливой семейной жизни. Такой, где он ждёт мужа с работы, а Иджун бежит, раскинув руки, встречать усталого отца…       Но выбор у Джина, как оказалось был небольшим…       Он вышел из машины и медленно поднял взгляд на неверяще следящего за его действиями альфу.       — Здравствуй, Намджун.

Мин Юнги

      Он маялся уже часа два в гостиной Тэхёна, открывая и закрывая ноутбук: работать не мог совершенно.       Сейчас его подарок: коробку с пазлом на пять тысяч деталей, из которых собиралось изображение лошади казался ему совершенно неуместным…       Но продавец в сувенирной лавке её так рекомендовал…              И Юнги определённо знал, что его «зацепило»!       «Для «семейного» досуга», — вот ключевые слова, которые сыграли главную роль в этой нелепой покупке.       И пусть они были написаны мелким шрифтом на оборотной стороне коробки…       Тэхён отнёс Чимину пакеты с одеждой и застрял там на добрые два часа! Вот всё это время Юнги и не мог работать.       Наконец омеги прошли на кухню, и Юнги удовлетворённо кивнул себе: Чимин был одет в новый мягкий костюм: штаны и толстовку, которые были ему впору.       Вот теперь можно было и поработать… Только он попытался сосредоточиться на статье, как кто-то кашлянул рядом.       Юнги дёрнулся, поднял взгляд и уставился на стоящего перед ним парня. Тот комкал собственные руки, секунду размышляя, а потом всё тем же простуженным голосом произнёс:       — Спасибо за одежду, господин Мин…       — Пожалуйста, — Юнги ответил на «автомате» и облизнул вдруг пересохшие губы.       Омега увидев это движение языка альфы, попятился и наткнулся на стоящего позади него Тэхёна.       У того смеялись глаза.       — Ну вот. И ничего страшного! Правда, Чимин-и?       Омега кивнул и, будто опомнившись, поклонился Юнги.       А альфа поскорее утыкнулся в планшет, чтобы не выдать себя уж настолько явно.       Чимин ушёл, а Тэхён остался и без приглашения уселся рядом с Юнги.       — Юнги…       — Не спрашивай, Тэхён, если знаешь ответ.       — Я хотел спросить, если ты продолжишь работать, то не покинешь ли гостиную? Мы собираемся здесь всё украсить до прихода Джина и Иджуна…       Юнги искусственно растянул губы:       — А ты хитёр!       — Неожиданно услышать такое от знаменитого юриста… Я польщён! — Тэхён засмеялся, наблюдая, как Юнги пошёл в «свою» комнату.

Пак Чимин

      Чимин чувствовал себя намного лучше. Только его донимал кашель.       Тэхён сказал ему, что рождественские праздники он проведёт с ним и его друзьями. А потом — «видно будет»…       Чимин понимал, что «в гостях» его терпят из-за внезапной болезни, но был благодарен и за это. А ещё за то, что Тэхён обещал позаботиться о его будущем. Это значило, что ему не придётся возвращаться на улицу.       Как только он об этом думал, то в носу начинало щекотать, и он зажмуривался изо всех сил, стараясь сдержать слёзы облегчения.       Смущал его только альфа. Он уже знал, что зовут его Мин Юнги и он очень серьёзный человек. Юрист. Наверное, и в полиции работает. Он пристально следил за Чимином… Даже ночью. А Чимин стеснялся и не мог объяснить, что он не вор…              Ну-у-у… Как не вор… Еду-то он брал без спроса…       Когда Тэхён принёс в «его» комнату в этом доме кучу шуршащих свёртков и объёмных пакетов, Чимин поначалу даже заинтересовался. Но когда Тэхён сказал, что это для него, то отрицательно замотал головой.       — Нет, нет, нет! Это новые вещи!       Тэхён не выглядел даже удивлённым. Он как никто понимал перепуганного омежку. Он сам очень долго не мог покупать себе понравившиеся вещи.       — Сделаем вот как! Будем надевать их по очереди? Сначала я, а потом ты. И получится, что вещь моя, но мне не подошла, и я отдаю её тебе!       — А если тебе подойдёт?       — Хм… Тогда я её тебе точно не отдам!       — Ладно, — Чимин выглядел теперь растерянным: вроде как в словах Тэхёна есть смысл, но и подвох был слишком прозрачным…       В мягких брюках и тёплом свитере, которые ему очень понравились, он и пошёл в кухню, куда его позвал Тэхён, чтобы помочь с рождественским убранством.       Юнги сидел на своём месте в гостиной и хмуро проводил их, «прошмыгнувших», взглядом.       — А господин Юнги… — начал было Чимин, но Тэхён вдруг хлопнул себя по лбу.       — Чимин-и! Я не сказал, что вещи купил Юнги? Он утром ездил за покупками, и я попросил его…       — Ой. Я должен поблагодарить его?       — Если хочешь… — Тэ говорил это уже в спину решительно направившегося в гостиную омежке и пошёл следом.       Чимин остановился в паре шагов от альфы и, кашлянув, добился его внимания к себе.       — Спасибо за одежду, господин Мин…       Хриплое альфье «пожалуйста» пробежало мурашками по позвоночнику, а потом Мин облизнулся...       Для Чимина это послужило красным сигналом, но за спиной стоял Тэхён, и, наткнувшись на него, омежка пришёл в себя и низко поклонился Юнги. И вот только потом «сбежал» из гостиной.       В кухню. Чтобы там вдохнуть полной грудью и облегчённо выдохнуть.       Он обещал помочь с убранством гостиной. А потом Тэхён поможет ему с пансионатом, и он никогда больше не увидит этого странного альфу. Больше никогда…       Когда он вернулся в гостиную, то Юнги там уже не было. Тэхён рылся в одной из трёх больших коробок, извлекая на свет гирлянды, свечи, мишуру…       Выползший откуда-то из недр апартаментов господин Сону удобно устроился на мягком диванчике с намерением руководить процессом и раздавать бесполезные советы.

Ким Тэхён

      Сокджин не брал трубку.       Пришлось звонить Иджуну. Выяснилось, что папа разговаривал с незнакомым «большим» дядей по работе, а сам омежка сидел в машине и играл в новую игрушку на планшете…       — Хён! Я покажу тебе! И ты сразу сможешь! Прости, но я не могу поторопить папу, он будет ругаться… Но я могу заплакать и позвать его, если тебе срочно!       — Нет, Иджун-и. Не нужно этого делать! Это называется — манипуляция.       — Ма-ни-пу-ля-ция… — омежка «попробовал» на вкус новое слово. — Тогда, пока, хён! Я скажу, что ты звонил!       Тэхён повесил трубку и пожал плечами: Джин был в своём репертуаре — в выходной с кем-то говорил о делах.       Коробки, которые Тэ еле отыскал в недрах гардероба, пришлось самому тащить в гостиную: Юнги «исчез» даже и не подумав предложить помощь.       Но после поездки Мина за покупками с господином Сону, Тэ готов был простить ему «бегство» из гостиной.       То, что Мину понравился нежный омежка-бродяжка, было понятно как апельсин.       Тэхён даже задумался, пока спиной не почувствовал присутствие Чимина, появившегося в гостиной.       Странная вещь… Вокруг Юнги всегда вились омеги, монахом он не был ровно до того момента, пока речь не заходила о женитьбе… Как вообще это происходит? Вся эта магия-химия между парами? Чего уж лукавить перед собой-то? Всё это Тэхён знал. С ним уже было однажды…       — Вот тут пишут, — господин Сону, как привидение: то ли появился, то ли материализовался на диване, заставив Тэхёна вздрогнуть. — Что в этом году все предпочитают серый и синий цвета!       — Предлагаешь оставить паутину в углах в связи с нехваткой серого? — Тэхён хмыкнул и повернулся к топчущемуся рядом стеснительному омеге. — Хочешь расставить ароматические свечи, Чимин?       Омега поспешно кивнул и под внимательным руководством господина Сону поспешил выполнить поручение.       И надо же! Юнги «выполз» из укрытия своей комнаты: как чуял!       Тэхён любил свою квартиру. Всё здесь было подобрано по его вкусу: от цвета стен до маленького прикроватного бра в его комнате.       Точно такого же, как в доме у… Хосока.       То впечатление, которое произвёл на нищего мальчишку богатый дом, Тэ смог пронести через эти годы…       Ему доступны были теперь любые дизайнеры интерьеров, По карману была любая мебель: вплоть до антикварной…       И тот дом он мог себе позволить тоже купить. Но никогда бы не стал этого делать: мечта должна быть и оставаться мечтой. И, строго придерживаясь этого правила, он, как и Джин, не искал возможности узнать хоть что-то об альфах, которых в их жизнь «притащил» именно он — Тэхён.

Ким Намджун

             Он и сам не понял, как спонтанное желание вдруг пересилило благоразумие, и он подошёл к Джину, которому явно доставляла дискомфорт шея. Омега потирал её без остановки.       А когда до наблюдающего за ребёнком Сокджина оставалось несколько шагов, то Намджуну стала понятна и причина его «беспокойства».       Метка! Под шарфом, который прижимал рукой Джин, была метка! Которая, по всей видимости, или реагировала на близость Намджуна, либо на приближающуюся течку…       Запах омеги был как глоток жизни… Не забытый. Просто вспыхнувший вдруг таким ярким ароматом тёплой тягучей гортензии, заставляя забыть, что на улице зима.       — Могу помочь… — слова вырвались сами. Как будто он мальчишка и кадрит своего первого омегу неумело, но нагло.       А потом… К нему повернулся Джин.       Испуг, неверие и нелепое опасение — вот что промелькнуло в глазах омеги. А ещё, конечно, мгновенное узнавание и страх. Страх усилился, когда к ним подбежал маленький омежка…       Так и хотелось прижать к себе Джина, успокоить, сказать: «Ну ты серьёзно? Чтобы я причинил вред…»       Намджун занервничал тогда, когда Сокджин, буквально «запихав» мальчика в машину, решил было поначалу «убежать».       Потом, конечно, понял, что теперь уж точно придётся поговорить и обречённо вышел из машины.       — Здравствуй, Намджун…       Собственное имя из уст омеги буквально «выбило» дух.       Он сделал попытку улыбнуться, но вышло, видимо, коряво, потому что Джин отвёл взгляд, и следующая его фраза заставила задохнуться во второй раз.       — Извини за моё нелепое поведение. Слишком неожиданной вышла встреча. Чем обязаны?       — «Неожиданной»? — Намджун даже в себя пришёл от накатывающей эйфории, которую вызвала близость истинного омеги. — Для меня все эти годы она была — недостижимой.       Сокджин смотрел на него со смесью жалости?       И ничего не отвечал.       — Я искал тебя семь лет. Джин-и…       — Зачем?       — Что значит «зачем»? Ты — мой омега! Мальчик — мой сын…       — Его зовут Иджун. Вот только омега у тебя другой и имена своих сыновей ты, надеюсь, помнишь.       — Что за бред? Я…       — Намджун-ним, — Сокджин вдруг перешел на официальный тон. — Сегодня все готовятся к Рождеству. И мне нужно отвезти сына домой. Если у вас ко мне какое-нибудь важное дело, то давайте назначим встречу на другое время?       — Я бы тоже хотел провести время со своей семьёй.       — Ну а раз наши желания совпадают…       — Ты и мальчик — и есть моя семья.       — Его зовут Иджун. Неужели трудно запомнить?       — Нет. Слишком легко…       Сокджин вдруг часто захлопал ресницами, прогоняя смущение, а Намджун поймал себя на том, что он мог бы всю жизнь стоять вот так рядом и считывать эмоции с лица своего омеги. Вот, как сейчас, когда он, поборов смущение, вдруг нахмуриля, приняв какое-то решение.       — Давайте встретимся через час? Мне действительно нужно отвезти сына. Где вы предпочитаете?       Официальный тон, явно нежеланная встреча… Это был его Джин-и?       — Там, где расстались.       Рот омеги округлился от неожиданности, но Намджун уже вежливо поклониился и, переступая через себя, попятился несколько шагов, а потом и вовсе развернулся и ушёл …

Чон Хосок

             Звонок Намджуна в сочельник после обеда «вытащил» Хосока из гостиной родителей, где он только-только сыто устроился поболтать с папой.       — Ты сумасшедший? Как мы это должны успеть?       — Хос, одно я знаю точно, что без тебя я не успею! А с тобой — шанс есть! Жду тебя там, у бараков!       И вот Хосок стоял у покосившегося и, кажется, ещё сильнее вросшего землю барака, где жили омеги, которые однажды перевернули им с Намджином всю жизнь.       Как часто они сюда приезжали? Поначалу не очень. Всё пытались найти, выйти на след, узнать…       А потом часто.       Бараки опустели. Местная шпана притихла или рассосалась из-за того, что район без притока «свежей силы» угас.       А они приезжали. Иногда Намджуну такие свидания с прошлым помогали предотвратить очередную депрессию.       Могли просто молча посидеть, могли покурить… Внутрь заходили редко. Но, как помнил Хосок, в «комнате» омег ничего особо не изменилось. Разве что, вполне ожидаемая разруха и тлен, коснувшийся всего, к чему раньше дозволено было прикасаться только людям…       Что собирался сделать Намджун, умудрившийся пригласить омегу в этот полуподвал, Хосок даже не предполагал. Вычистить «авгиевы конюшни» за час?       Тут даже команда клининга бы не справилась…       Добрался до Ахена Хосок минут за десять: на улицах было совсем мало машин — сказывалась близость праздника.              Нормальные люди в это время все уже сидели дома или в гостях…       Вот только лёгкие сумерки и тусклый свет единственного уцелевшего фонаря вдруг вызвали такое дежа-вю, что Хосок зябко передёрнул плечами в тёплом салоне автомобиля…       И он, кажется, понял, что задумал Намджун.       Тот явился минут через двадцать. И, махнув Хосоку принялся выгружать из багажника три какие-то коробки.       Хосок вышел из машины и зябко укутался, наблюдая за суетящимся другом.       — Ты че встал-то, Хос? Помогай! — Намджун почти бегом протащил мимо него сразу две коробки, направляясь в знакомый подъезд.       Делать нечего: приехал же помочь…       И Хосок, подхватив с земли коробку, потащил её следом за Намджуном.       Он поставил её на покрытый толстым слоем пыли стол и уставился на залезшего под один из топчанов Намджуна.       — Ты спятил, что ли, Нам?       — И это — спрашивает человек, самолично лет пять возящий меня по психиатричкам?       Намджун с довольным видом вытащил, наконец, то, что искал: толстый деревянный брус. Следующее, что он сделал — воткнул этот брус в гнутые скобы рядом с дверью, — тот «сел» идеально, и Намджун удовлетворённо кивнул.       Из коробок он достал упаковки с бутилированной водой и…              … пачки с печеньем?              — Я, кажется, начинаю понимать, что ты задумал, Нам. И…       — Хос. Когда услышишь, что я опущу брус, то закроешь замок с той стороны, — Намджун протянул ему ключ.       — Нет, Намджун. То, что ты задумал — это преступление…       — Поэтому мне и нужна помощь адвоката, — Намджун даже засмеялся от собственной «шутки». — Я стоял от него в метре, Хос. У него вот-вот начнётся течка. У него — моя метка. Он сам будет умолять меня…       — Нам! Тогда твоя идея ещё хуже! Ты хочешь воспользоваться ситуацией…       — Да.