Королевство драконов

Вернулись они к Акито ни с чем. Шинономе же растерянно стоял посреди какой-то поляны и пытался вникнуть, что вообще сейчас произошло. Он, видя как Мизуки с Цукасой бросились за копьём, решил отправиться за лошадьми, так как стрельба прекратилась. Животные не успели далеко разбежаться, поэтому Акито быстро их нашел и вернулся обратно. Он все это время боролся с желанием пойти за двумя рыцарями, каждый раз себя отдергивая со словами "не маленькие — справятся". Когда рыцари показались на горизонте, Акито облегчённо выдохнул и двинулся навстречу. Мизуки выглядел немного помятым, но, заметив Акито, улыбнулся и замахал рукой. Цукаса, в свою очередь, был странно задумчив и периодически спотыкался об собственные ноги. —Слава всевышнему вы живы! Какое облегчение... Нашли нападавшего? — Шинономе положил тяжёлые ладони на плечи Мизуки и немного встряхнул. Акияма посмеялся и тыкнул Цукасу в бок: "Все в порядке, не ссы... А насчёт стрелка — это какой-то Кайто и у него имеются зачарованные пули. Пожалуй, это все, что нам удалось узнать". Цукаса наконец-то подал голос: "Это такая необычная магия, она действует точно также, как и мара... только быстрее, намного быстрее". Акито прокашлялся и приложил кулак к подбородку: "Да, я заметил эти метки на лошади, они так сильно пульсировали, — парень щёлкнул пальцами, как-будто что-то вспомнил, — точно, скорее всего эти лианы качали какой-то искусственный приток маны". —Какая искусная работа... — Мизуки испустил усталый выдох, — точно не дело рук Кайто, он хоть и выглядел устрашающе, но думаю не специализируется в таком. —Я тоже так думаю, он скорее всего выступает как испытатель, нежели создатель такого... такого ужаса, — Цукаса согласно кивнул. Такая ювелирная работа требует не только невероятных умений, но и точных знаний как о магической энергии, так и о смертоносном вирусе в целом. Акито перевел взгляд на щенка, который устал от всей этой беготни, поэтому мирно посапывал на руках Мизуки: "С ним все нормально? Зачем ты его вообще с собой потащил?" —Ты бы его оставил, вот и взял. Он большую часть перестрелки просидел в кустах, так что целёшенек. — Цукаса потянулся к щенку и аккуратно погладил того по мохнатой макушке. Мизуки подтянул длинные ботинки: "И что теперь, продолжим двигаться в Дейра или начнём поиски этого Кайто?" Акито прикрыл глаза. Он уже не уверен, что лучше сделать в такой ситуации. Парень кивнул сам себе и посмотрел на рыцарей: "Все же, мы продолжим путь к Дейра, мне кажется, это наша не последняя встреча с этим стрелком". Мизуки согласился, что-то здесь нечисто, но времени проверять и делать какие-то поспешные выводы у них сейчас нет. Акияма прыгает на лошадь, элегантно протягивая Цукасе руку: "Подбросить, красавица?" Тенма цокает, но руку покорно принимает: "Как будто у меня есть выбор..." Шинономе подзывает свою лошадь и тоже забирается на неё. Ему не понравилась эта небольшая остановка. —Ладно, вперёд! ... Мизуки с Цукасой в один голос завороженно кричат "Ваааа". Им оставалось всего-то пару часов езды до Королевства Дейра, а сейчас они пересекали знаменитые красные поля. Удивительные растения, ужасно напоминающие большие маки, росли круглый год, не обращая внимания на непогоду или холода. Цветы красиво покачивались на ветру, склоняя головы и показывая яркие черные горошинки внутри. Они отличались от маков тем, что от центра цветка отходили длинные пушистые жгутики с небольшими черными бусинами. Отдаленно эти жгутики напоминали паучьи лапки, поэтому цветы так и называли — паучий цвет. Цукаса спрыгнул с коня и подбежал ближе к очаровательным цветам. —Никогда такого не видел, что это за цветы? — блондин зачарованно уставился на цветы, присаживаясь на колени. Мизуки последовал примеру Цукасы, сползая с лошади. Он подошёл поближе, срывая один небольшой бутон: "Паучок! Ну или паучий цвет. Хи-хи, я знаю, что "лапки" этого растения добавляют в любовное зелье". Акито наконец-то спокойно выдыхает. Ему было не по себе всю дорогу, а сейчас нахлынул покой. —Все ты знаешь, Мизуки. Любовное зелье невозможно сделать, а микстурка, про которую ты говоришь, просто делает тебя более обворожительным в лице твоего объекта обожаний, — рыжий парень выудил флягу воды и сделал пару больших глотков. Мизуки фыркнул: "Я смотрю: ты у нас знаток в зельеварении, что ж не пошел дальше развивать свои ведьминские таланты?" Акито нахмурился и плюнул в Мизуки водой: "Сиди помалкивай, двоечник!" Акияма взвизгнул и отбежал в сторону, под победный смех Акито. Мизуки показал ему язык и стряхнул с волос воду. Цукаса привстал с коленей, попутно срывая пару жгутиков. Ему интересно, поэтому пусть будут, мало ли и пригодятся. —Фух, осталось немного, давайте уже доедем и там, дай бог, отдохнем. — Шинономе потянулся и стал взбираться обратно на лошадь. Мизуки кивнул и посмотрел на Цукасу: "Дамы вперёд". Тенма показал ему фак, но не успел подойти. Собака, что до этого носилась рядом с ними, бросилась в поле, подминая под собой красные цветы. Блондин стушевался и побежал за ней. —Куда ты так стартанул?! А ну стоять! — Тенма закричал, надеясь привлечь внимание щенка. Собачке было все равно. Она со всей дури рвалась вперёд и не замечала ничего перед собой. Цукаса раздражённо выдохнул и сделал резкий прыжок к щенку. Собака повиляла хвостиком и повернула вбок, поэтому Тенма прокатился щекой по земле. —Агх... что такое? Цукаса не понял резкую активность пса. До этого он был очень послушным и всегда оставался где-то рядом. Прошло уже больше десяти минут, а силуэт Цукасы затерялся в ярко-красном поле. Мизуки встревоженно свёл брови. И куда этот чудик пропал. Акияма взглянул на Акито: "Я пойду проверю, что-то долго их нет". Шинономе схватил парня за руку: "Я с тобой, а то будет как в прошлый раз". Мизуки улыбнулся и согласился. Лошадок оставили на поле: уж больно животным понравилось лакомиться паучьими цветами. Рыцари продвигались всё глубже. Один шаг ощущался, как все десять. Как-то слишком быстро они отдаляются от дороги. Мизуки хотел как-то это прокомментировать, но, когда обернулся, никого за собой не увидел. Ни дороги, ни Акито — только красное-красное поле под ногами. —Большой братишка! Эй, это не смешно! — Акияма покрутился вокруг, прислушиваясь. Никто ему не ответил, только ветер стал громче шуметь в ушах. ... Цукаса не знает сколько он уже идёт. Щенка и след простыл, он без понятия куда идти. Дороги, откуда он пришёл, совершенно не видно. Как бы он не повернулся — всё остаётся одинаковым, как-будто он смотрит на бесконечно проигрывающееся видео. Ссаное прибытие поезда! Он судорожно выдохнул. Как-то холоднее становится, а может у него глюки. Он отогнал от себя мрачные мысли и стал продвигаться вперёд.... или назад, он не уверен. Сначала парень пытался ориентироваться по солнцу, но оно тоже меняло свое местоположение с каждым поворотом головы рыцаря. Ему кажется или цветом становится все меньше, а бутоны ярко-красных цветов выглядят слишком уж живыми. Вот-вот выпустят все свои жгутики и поползут на Тенму. Цукаса побледнел. Если такое действительно случится, сердечного приступа ему не избежать. Когда парень был ещё только оруженосцем, он сквозь слезы стоял на посту, "не обращая" внимания на ползущего по его ноге паука. Когда сдаешь экзамен на рыцаря, ты должен показать себя с лучшей стороны. Не важно, есть ли у тебя какие-то личные страхи или плохие воспоминания, если ты покажешь лишние эмоции, то не сможешь стать рыцарем. Цукаса помнит как сейчас, перед глазами стоит эта арена; до ужаса толстый, мерзкий, абсолютно непригодный для звания рыцаря, мужчина, что раздавал молодым рыцарям какие-то указания. Тенма был ещё совсем ребенком, но даже тогда этот мужчина вызывал впечатление того, что рыцарь не всегда выглядит безупречно. Цукаса не помнит, как его звали, а может он и не представлялся вовсе. Сначала он казался очень холодным, безэмоциональным и вообще неприятным человеком, который искал в этих учениях только собственную выгоду. Но позже он стал относиться к Цукасе по другому, нежели к остальным. Рыцарь стал часто хвалить мальчика, гладить по голове за хорошие успехи. Именно тогда Цукаса и подумал, что внешность бывает обманчива и может быть этому человеку просто нужно больше времени, чтобы раскрыться и показать себя с лучшей стороны. Похвала рыцаря становилась всё приторней, а хлопки по голове стали заменяться более уверенными касаниями. Он часто гладил мальчика по спине, бокам; прикасался к руках и груди. Тенме становилось неуютно, но он все ещё верил, что этот человек хороший. Его мнение разбилось в дребезги, когда этот рыцарь зажал бедного мальчика в одном из подвалов, где хранили оружие. Он стал медленно приближаться к Цукасе, жутко улыбаясь, обнажая ряд кривых жёлтых зубов. Тенма собирался уже идти назад, как рыцарь развернул его животом к одной из деревянных стоек и вжался своим пахом ребенку в зад. Мальчик не понимал, что происходит, он спрашивал у рыцаря зачем это, но в ответ получал лишь сдавленное дыхание и неразборчивый, свистящий шёпот. Когда мальчик почувствовал, как руки рыцаря стали задирать лёгкую кофту и сжимать хрупкие бедра в своих огромных руках, то Тенма абсолютно потерял связь с реальностью. Цукасе стало страшно, Цукасе такое не нравилось, Цукасе хотелось кричать, но он продолжал стоять как вкопанный и дрожать. Стоило мальчику услышать звон ремня, а пятой точкой почувствовать что-то пульсирующее, как он резко вырвался и со всей силы пнул рядом стоящий шкаф. Пока на рыцаря спадали медные щиты и прочее орудие, Тенма смог выбежать наружу. Мальчика заметила девушка-рыцарь, которая тоже являлась учителем, только другой группы. Цукаса со слезящимися глазами пытался рассказать, что произошло, но его речь прерывали обрывистые вздохи и хлюпающий нос. Девушка ещё долго успокаивала мальчика, но смогла выпытать у него правду. В этот же день этого рыцаря сняли с должности и отправили на тяжёлые работы, но он не смог пережить нашествия драконов и стал ужином для голодных ящериц. Цукаса встряхнул головой. Может быть, не все рыцари заслужили свое звание честно, но парень изо всех сил старается стать настоящим рыцарем, на которого смогут положиться остальные. Он будет тем, кем будут гордиться, кого будут уважать и любить. Парень осторожно перехватил изголовье меча. Он уверен, что забрел в какую-то ловушку, поэтому вероятность того, что на него сейчас что-то выскачет, стремительно растёт. ... Акито потерял счёт во времени. Где он? Почему Мизуки и Цукаса пропали? Он как-будто зашёл в какой-то невидимый портал и провалился в неоднократно повторяющуюся картинку. Рыцарь пробирается дальше, судорожно выдыхая. Почему дышать так трудно, словно в воздух что-то распылили. Приятный запах от цветов пропал, оставляя только гнилой смрад, как-будто рядом с ним валяются разложившиеся трупы, а не прекрасные цветы. —Что за хрень... — Акито попятился назад. Откуда-то появляется густой туман, из-за которого парень не видит собственных протянутых рук. Не прошло и минуты, как поднялся ветер, очень холодный ветер. Он сдувал слабо держащиеся лепестки и разносил их в гущу тумана. Ветер совсем не освежал, а как будто добавлял больше сухости и спёртости воздуху. Отвратительно. Такие же ощущения возникают при сильной простуде, когда поднимается высокая температура и ты немощно лежишь, не имея возможности встать с постели. Акито почувствовал тяжесть в ногах и остановился. Он стал вглядываться в туман, когда его лицо резко перекосилось. Парень увидел большой, нет... просто огромный силуэт. И вдруг он услышал то, что до этого не слышал. Треск, скрежет и хлюпанье — всё это соединилось в единое целое. Как будто из ушей подастовали беруши и громкие звуки резко настигли парня, разрывая барабанные перепонки. Он четко слышит звук, ползком передвигающейся большой туши. Она настолько большая, что не помещается даже в периферическое зрение Акито. Холодная капля пота бегло слетела вниз. Какой кошмар... ещё и тело не слушается. Парень стал судорожно двигать ладонью по боку в поисках меча, но ничего не обнаружил. Призвать тоже не получается, да и вообще, мана ощущается ненадёжным попутчиком, а липким комком, что мешает дышать. Шинономе зажмурился: ну не может это быть правдой, это какая-то ошибка... он наверное спит. Огромная тень останавливается и как-будто замечает застывшего в ужасе Акито. Он делает мелкий шаг назад и сразу же об этом жалеет. Силуэт, не дожидаясь и секунды, дёргается в сторону рыцаря всем своим массивным телом. Шинономе отпрыгивает назад и не удерживает равновесие. Он падает и падает... почему так долго, почему небо становится все меньше, как-будто он проваливается в какую-то яму. Он широко распахивает глаза. Так и есть, он летит в какую-то пропасть. Парень из последних сил пытается ухватиться за что-нибудь, но яма как-будто специально расширялась и "бегала" от рук рыцаря. Все темнее и глубже, уже почти ничего не видно, а проблеска света все меньше и меньше... ... Мизуки выдохся. Такое ощущение, что он сутки напролет ходит по кругу и совершенно не сдвигается с места. Парень пытался кричать, бежать, прыгать, рвать цветы — ничего. Он как-будто находился в вакууме, который поглощает любое движение и звук. Рыцарь-иллюзионист попал в чью-то иллюзию, ну просто замечательно. Парень устало выдыхает и садится на корточки. Мизуки срывает очередной бутон и прокручивает его в руках. То ли дело в этих цветах, то ли он действительно угодил в какое-то магическое поле. Из него совершенно не сложно выбраться: нужно просто найти границы, но вот как это сделать... Акияма делает очередной шаг вперёд, но его резко дёргают за руки и тащат назад. Мизуки начинает испуганно орать и пытается выкрутиться из чужой хватки. Все бесполезно, его как тряпичную куклу тянут в неизвестном направлении. Хотя, если судить по тому, что Мизуки ходит кругами, его похититель никуда не продвинется. Парень несколько раз пытался посмотреть, кто его тащит, но пусто. Такое ощущение, что его тянет какая-то тень, но он точно чувствует руки на своих плечах. Ох, а точно ли это руки, слишком сильно они вбиваются в броню. Акияма смирился со своей участью — может быть так получится отсюда выбраться. Расслабиться не получалось: рыцарь то дело бился головой о неровную поверхность или срывал бронёй на спине красные цветы с характерным лопающимся звуком. Похоже они ускоряются. В ушах начинает сильнее звенеть, а из-за образовавшегося ветра приходиться закрывать глаза. "Больно..." Его слишком сильно тянут — он перестает чувствовать свое тело. Мизуки сильнее зажмурил глаза и схватился руками за предполагаемые ладони похитителя (или спасителя?) —Мизуки! Звонкий, немного взволнованный голос над ухом сбил с толку. Движения резко прекратились, а через зажмуренные веки был виден свет. Акияма торопливо открыл глаза и встретился с большими карими глазами. Эна? —Слава богам! Ты цел! — Эна крепко обняла парня, который лежал у нее в руках, и немного испуганно стала рассматривать лицо Мизуки. Акияма хрипло откашлялся: "Эна?! Это ты меня тащила?" Девушка отвлеклась от рассматривания Акиямы и облегчено выдохнула: "Да, ну... не совсем", — она указала головой на огромную тень совы. Сова издала истошный вопль, разрастаясь ещё больше, но сразу же свернулась кривым клубком, показывая свою небольшую мордочку. Птица удобнее устроилась на плече девушки и заинтересованно склонила голову. Теперь понятно, почему его так сильно схватили. Парень усмехнулся и благодарно кивнул: "Вот как... премного благодарен, — Мизуки перевел взгляд на девушку, хватая ее за руки, — о, моя спасительница! Свет моих очей! Горе мне, доблестному рыцарю, получать помощь от столь прекрасной особы, а не вызволять ее из лап дракона самостоятельно!" Лицо девушки резко изменилось, как и не было на нем прежнего переживания. Она торопливо скинула Акияму со своих колен: "Я смотрю: тебе уже лучше" Она отряхивает ладони и поправляет свой плащ. Девушка подаёт какой-то знак пальцем, и птица взмывает в воздух, оставляя за собой пару тёмных перьев. Как только Мизуки рассказывает рот, рога Эны угрожающе покачиваются возле лица рыцаря: "Так, а сейчас закройся и выслушай меня, — её лицо снова становится озабоченным, — где остальные? Разве вы не отправлялись вместе?" Мизуки растерялся на секунду. Он и сам ничего не понимает. —Я-я не знаю... мы были вместе, но стоило зайти в это чёртово поле, как нас разлучило, но меня больше интересует другое, — Акияма принял серьёзный вид и сжал ладони. Эна уже знает, что за вопрос, но все равно отводит взгляд. —Что вы, Шинономе Эна, тут делаете? — Мизуки решил всё-таки осмотреть, куда девушка его затащила. Какой-то кусок леса, он не особо ориентировался в таких местностях. Ну одно понятно, они явно не в Королевстве Шинори, а где-то на полпути к Дейра. Эна раздражённо выдохнула. Их "королевство" не совсем то, что имелось в виду. Брак демона и человека привел не только к невероятному продолжению рода, но также и объединению, когда-то враждующих народов. Королевство — слишком громкое слово, для обычного союза двух народов, но все привыкли именно к "Королевству Шинори". Эну часто называли принцессой, ведь она должна была унаследовать всё после смерти короля и королевы. Суть в том, что Шинори не принадлежит роду Шинономе, просто так совпали события. Шинономе — род обычных небогатых дворян, которые не являются настоящими правителями королевства. Древний род Саламандр, ранее живших на территории королевства, был истреблён дальними родственниками Шинономе, после чего Шинономе и начали свою династию правления. Все жители Шинори верят, что в Эне, как и её матери, течёт кровь настоящих Саламандр, но это было далеко не так. Эти бедняжки так надеяться, что родство с драконами как-то поможет им.... Эна давно смирилась с обманом их правления, но ничего с этим сделать не могла. Шинори давно старалось отгородиться от других, но это было невозможно, так как Шинори являлось одним из королевств, через которые проходят железнодорожные пути. Эна родилась на половину демоном, по линии матери. Её магические способности всегда впечатляли, но вот отец, который возлагал на девочку большие надежды, был совершенно не впечатлён умениями юной леди и не раз напоминал, что она может лучше и должна быть лучше других. "В тебе течет кровь Саламандры!" — не раз твердил отец, он настолько заврался, что стал сам в это верить? Девочке никогда не нравилось давление со стороны отца, поэтому она ещё тогда решила, что не будет пытаться угодить "королю", а будет следовать собственным желаниям и убеждениям. Когда Эна встретила Канаде, то совсем редко стала появляться дома. Но даже так, она точно не должна быть тут, рядом с Мизуки. —Мафую... — она убрала лист, запуставшийся в ее волосах, и расстроенно поджала губы: — Она отправилась в Дейра за месяц до осады и до сих пор там. Ни письма, ни какой-либо весточки. Её глаза опасно заблестели: "Ты же знаешь её чокнутую мамку! Даже, если Мафую вернётся калекой, эта ведьма будет навязывать ей, что во всем виноваты "Канаде и её глупые подружки". Эна сильно нахмурилась и впилась ногтями в ладони: "Я так переживаю за неё... за тебя, идиот! Ты просто взял и поехал, ничего мне не сказав, как-будто меня совершенно не нужно ставить в известность, — волосы девушки колыхнулись с сильным порывом ветра, — и если бы ни этот долбаный Акито, я бы так ничего и не узнала!" Мизуки удивлённо раскрыл глаза: он действительно не ожидал, что Эна так расстроится, но понимал чувства девушки. —Действительно, мой косяк. Я не хотел тебя беспокоить, честно...думал, что мы ненадолго. А насчёт Мафую... будем надеяться, что с ней все хорошо, — Мизуки потеряно посмотрел под ноги. Обстановка накаляется. Его напарники невесть где, лучшая подруга увязалась в опасное приключение, лошади нет и понимания, где он, тоже. Акияма выдохнул и протянул руку Эне: "Так, для начала расскажи, как ты меня нашла?"