Моя девушка, которая меня не любит

Около недели спустя в Сеул вернулся Ли Феликс — стройный крашенный блондин со светлой кожей, маллетом и маленькими, аккуратными чертами лица. Худые щёчки его усыпаны были тусклыми веснушками. В аэропорту его встретил Хёнджин, как они договорились за день ранее, а после они поехали домой к Хёнджину. Немного там побыв, пока господин Хван расспросил Феликса о здоровье его отца, по совместительству хорошего старого друга господина Хван, и оставив там вещи Феликса, Хёнджин с Феликсом поехали к Сон Ли Ра, ведь так их пригласила, как только узнала о возвращении лучшего друга своего сына. Однако, не столь сильно госпожа Сон хотела провести время с Феликсом, как, наконец, осуществить свой план, чтобы Хёнджин остался жить с ней. Она ничего не сказала Су Ён о приезде Хёнджина, а потому та, ничего не подозревая, спокойно протирала пыль в библиотеке, как делала это обычно по понедельникам. Эту неделю, после конкурса, Хёнджин и Су Ён встречались довольно часто в университетской библиотеке. Теперь, после конкурса и с новой работой, у Су Ён появилось больше свободного времени, и она почти заставила Хёнджина согласиться работать над проектом дальше вместе. Эти часы, что они провели наедине с друг другом, запомнились надолго обоим, потому что они оба чувствовали, что так правильно. И никто не хотел уходить первым, но Су Ён приходилось, чтобы успеть к госпоже Сон. В один из таких дней, Хёнджин поймал руку Су Ён. Они как обычно попрощались, и Су Ён уже развернулась, чтобы уйти, но Хёнджина прожигало до боли физической осознание, как мало ему Су Ён. Он почти жил ей — так мало стало её в последнее время. Хотя, возможно, Хёнджин стал слишком жадным, однако с этой жадностью он делать ничего не хотел. И сейчас Су Ён вновь уходила, чтобы после не найти времени даже на объятия. Хёнджин не захотел вновь так просто провожать её взглядом, заканчивая работу в одиночестве, тишина которой усиливалась после сладкого голоса любимой. Потому он порывисто вскочил и остановил её. Су Ён обернулась с немым вопросом. Но Хёнджин ответил не словами: он притянул её к себе таким резким, но одновременно с тем совершенно бережным движением, обнял одной рукой, прижимая к своей груди и продолжая Су Ён за руку держать. Су Ён не сразу — изумлённо — но обняла его в ответ. Хёнджин пах чем-то сладким, словно цветами: нежный, ласковый, дорогой… Хёнджин так просто Су Ён обнимал, но в объятиях этих передавал драгоценное чувство к ней. А потом он закрыл глаза, представляя, будто этот момент может никогда не закончиться — он бы не хотел. Но Хёнджину пришлось Су Ён отпустить. Су Ён подняла к нему глаза спокойно, но стоило его увидеть, и потеряла дар речи на мгновение. Хёнджин глядел на неё совершенно по-особенному, будто в одних его глазах скрывалось больше боли и просьбы, чем в любых-любых словах. Хёнджин не отпускал её руки, будто без этого не смог бы дышать. А потом шепнул, казалось, отстранённо, а на деле почти беззвучно, хрипло от переживания, от страха получить равнодушный ответ: — Пожалуйста, полюби меня… — и после Хёнджин, будто ничего не было, слабо улыбнулся и отвернулся, позволил Су Ён решать самой, что делать дальше. Су Ён растерянно замерла на месте, ощущая вместе с пустотой, что образовалась рядом с ней после того, как Хёнджин разомкнул объятия, и желание ответить ему, что, возможно, она его уже… Су Ён глубоко вдохнула, будто возвратившись в реальность, и, не взглянув на Хёнджина, быстрым шагом покинула библиотеку. Хёнджин поднял голову ей вслед, и сердце его предательски застучало. Он выронил из дрожащих пальцев ручку, в которую вцепился до побелевших костяшек, будто она была тростинкой посреди океана. Хёнджин упёрся локтями в стол и уронил голову на ладони, скрыв себя от всего мира. И так он просидел всё время, так и не сумев закончить проектную работу на сегодня.

***

Сынмин всё видел. В тот день он тоже был в библиотеке. Хёнджин обнял Су Ён — у Сынмина замерло в неприятности сердце — а затем Су Ён крепко обняла его в ответ — так это видел Сынмин, у которого ослабли ноги. Он спрятался за книжной полкой, прислонившись к ней спиной, макушкой упёрся в книги и громко выдохнул, будто это могло ему помочь хоть немного. «Полюби меня…» — внезапно услышал Сынмин, хотя ему казалось, что хуже быть не может, и вновь выглянул, чтобы увидеть реакцию Су Ён. И об этом он мгновенно пожалел, ведь Су Ён выглядела так, будто из последних сил сдерживалась, чтобы не ответить: «Я уже тебя люблю». Сынмин не имел понятия, что его «фантазия», его страх, причиняющие ему боль, были правдой. А узнай он это — не знал бы, что делать дальше. Впрочем, даже сама Су Ён не знала об этой правде. Сынмин и сейчас не знал, но по крайней мере он считал, что у него есть шанс. Пак Су Ён никого не любит — значит, не всё потеряно. Сынмин зажмурился, будто перед ударом, а после, не оборачиваясь, покинул библиотеку быстрым шагом. Сынмин вернулся в общежитие, где плюхнулся за свой стол, даже не удосужившись снять обувь, чем и обратил на себя внимание одного из двух своих соседей, которого звали Чже Хён. Чже Хён хотел возмутиться, но, как человек сострадательный и внимательный, заметил, что Сынмин был подавлен и бледен. Вместо ругани сосед решил сделаться психологом и советчиком по отношениям. Он устроился рядом с Сынмином, который так и не обратил на него внимания, тупо уставившись в одну точку пустым взглядом. Но Чже Хён понимал, что взгляд этот не пустым был вовсе, а глубоко задумчивым. Настолько глубоко, что Сынмин откликнулся лишь на пятый раз, когда Чже Хён его позвал. Тогда Чже Хён мило улыбнулся и спросил: — О чём ты думаешь? Сынмин вновь отвернулся, но ответил: — О девушке. Чже Хён, спросивший только, чтобы разговор начать, не ожидал такого откровения с самого начала, а потому немного растерялся. Однако быстро спохватился: — Она тебе нравится? Сынмин помедлил с ответом. Потом хрипло выдал: — Уже давно… Я даже не представлял, насколько… — Но почему ты выглядишь таким расстроенным? Сынмин посмотрел на Чже Хёна красными глазами: — Чего тебе? Чже Хён даже растерялся. — Ты не разулся, — сообщил он, указав пальцем на ноги Сынмина. Тот пожал плечами, мол, чистая весна на улице. Но прошёл к прихожей и снял обувь, а после, даже не задумавшись о домашке, завалился в кровать. Немного разочарованный Чже Хён дружелюбно пожелал Сынмину хороших снов, но в ответ ничего не услышал. Сынмин чувствовал себя таким уставшим, будто весь день таскал мешки с кирпичами, однако теперь не мог уснуть. Лишь одна картинка была перед его глазами — и с нею он засыпать не хотел. То, как обнял Хёнджин Су Ён… как она сама его обняла… Сынмин в очередной раз распахнул глаза, но теперь не просто агрессивно перевернулся на другой бок, а сел. Сынмин чувствовал себя обессиленным и беспомощным. От того так было, что Сынмин столько лет чувство нежное скрывал за маской ненависти и презрения, а теперь же сам от этого мучился. А Су Ён, похоже, было всё равно. Сынмин так думал, понятия не имея, как заставил Су Ён переживать о том, что она — плохой человек. Но обиженный Сынмин просто думал, что до этого Су Ён не могла встретить парня, в которого действительно сможет влюбиться. Но теперь это случилось… И Сынмин нехотя признал, что на самом деле всё это время сам хотел стать тем, в кого она влюбится. Как глупо… Ему стоило быть умнее. Сынмин упал на подушку, натянув одеяло с головой. И теперь он ничего не мог с этим поделать. Он не знал, как подступиться к обиженной Су Ён или как отвести от неё Хёнджина. Сынмин стал ловить себя на мысли, что Хёнджин раздражает его. Как и сегодня, в библиотеке, Хёнджин просил Су Ён полюбить его. Сынмин ненавидел его и думал, что Хёнджин — идиот. Сынмин видел взгляд блестящих глаз Су Ён, когда они разомкнули объятия. Взгляд этот полон был бесконечной нежности. Такой же, с какой теперь Сынмин смотрел на Су Ён. Сынмин не смог себя пересилить и схватил телефон, быстро открывая мессенджер с Су Ён. Он написал: «Спишь? Давай встретимся». Стёр. Напечатал вновь: «Я хочу увидеться». Снова стёр и снова написал: «Мне нужно тебе кое-что сказать!» И снова не отправил. Сынмин отбросил телефон, чтобы через несколько секунд схватить его опять и отправить без раздумий: «Нам нужно поговорить». К удивлению и стучащему сердцу Сынмина Су Ён прочитала сразу, однако ещё очень долго не отвечала. Сынмин не мог спать, он всё ждал и ждал, как на иголках, и несколько раз чуть не удалил сообщение. Сынмин глядел частенько на плюшевого щеночка и не понимал, зачем его купил, ведь он напоминал ему о Су Ён. Пак Су Ён, наверняка, всё же Сынмина ненавидит, и теперь его очередь страдать из-за неё. Сынмин с такими мыслями упал на подушку, накрыл глаза рукой и, наконец, провалился в долгожданный сон. Утром Сынмина разбудил злобный сосед, не Чже Хён, который вчера вернулся очень поздно. — Ким Сынмин! Айщ, да выруби уже телефон! Мне не к первой паре! Сынмин распахнул глаза и схватил телефон, потому что это был не будильник. Сынмин увидел номер Су Ён, а потому сразу взбодрился и, чтобы не мешать соседям (или чтобы они не подслушивали) прямо так выскочил в коридор. Прокашлялся, чтобы его голос не казался таким сонным, и ответил, привычно буркнув недовольное: — Чего тебе? — Ты уснул? — в его манере без приветствия поинтересовалась Су Ён — Вчера. Сердце у Сынмина по-детски забилось от её голоса. Он вдруг раскраснелся, как перебравший. И напускная мрачность с Сынмина спала, как снег с крыши. — О, — только и смог выдавить он. — Нам нужно поговорить, — серьёзно повторила его слова Су Ён — Давай встретимся после пар. Договорившись о встрече, Су Ён первая сбросила. Сынмин заволновался. Он побежал собираться на пары, как будто от этого их с Су Ён встреча могла произойти быстрее. Через несколько часов Су Ён и Сынмин сидели друг напротив друга в кафе неподалёку от женской части общежития. Су Ён отпила кофе, а потом взглянула на время. — Мне скоро на работу, — сообщила она, красноречиво взявшись за лямку сумки — О чём ты хотел поговорить? — О нас, — выпалил он, тут же подумав, как неправильно это прозвучало. Сынмин сидел с непроницаемым лицом, будто эмоции покинули его. Су Ён лишь коротко сообщила: — Мне нечего тебе сказать. Сынмин промолчал. Су Ён так не казалось, но Сынмин собирался с духом, чтобы сказать Су Ён всё, что хотел. Прождав его решимости ещё пару минут, Су Ён взяла сумку: — Если ты не собираешься ничего говорить, тогда я пойду. — Прости меня! — тут же воскликнул Сынмин, боясь, что она и вправду может покинуть его. Су Ён изумлённо посмотрела на него, Сынмин перевёл дыхание, а после продолжил: — Я был во всём не прав, я… не должен был так относиться к тебе или в чём-то обвинять. Поэтому я прошу прощения. Су Ён на мгновение вскинула брови, а потом тихо спросила: — За что? От одного этого вопроса, что напомнил краткое дуновение ветра, у Сынмина волнующе дрогнуло сердце. Су Ён добавила: — Почему ты меня так ненавидел? И что изменилось теперь? — Ты… — Сынмин прикрыл веки, будто желая исчезнуть с её глаз, потом глубоко вздохнул — Я давно… — снова замолк, как все слова позабыл, громко выдохнул. Су Ён ждала терпеливо. Сынмин, успокоившись, как мог, наконец признался — На самом деле ты мне нравишься. Поэтому, — бесцветно продолжил он — я ненавидел тебя. Что ты выбрала Сонхва, а потом разбила ему сердце, — у Сынмина дрогнули веки, когда он понял, как ужасно, несправедливо звучало его оправдание — Я хотел быть на его месте, а потом испугался, что ты могла бросить и меня. Су Ён даже не удивилась, пусть услышать наконец эти слова из его уст было так странно. Су Ён думала, что готова была это услышать, однако оказалось, что нет. На это ей нечего было ему ответить. Сказать, что его чувства всё равно никогда не были взаимны? Сынмин и сам знает. — Ты ошибаешься, Ким Сынмин, — нервно, почти раздражённо сказала Су Ён — Когда ты влюблён, ты не ненавидишь человека всем сердцем! Я тебе не верю. Чего ты хочешь? — Пожалуйста… — вдруг шепнул Сынмин. У Су Ён стукнуло сердце. Сынмин на неё глядел, как умирающий, кому лишь она была в силах помочь. Могла залечить его рану. Лишь она, и никто более — Просто знай, что я виноват. Ты не обязана меня прощать, не обязана мне верить, но ты мне всё ещё нравишься. Уже много лет, — и Сынмин, негромко произнеся это, собирался подняться, чтобы уйти, однако замер, когда Су Ён вдруг сказала: — Мне не за что тебя прощать, я никогда тебя ни в чём не винила. Это было лишь твоё мнение, Сынмин. И ты сам решил ненавидеть меня, — Су Ён, помедлив, добавила — Может, ты даже был в чём-то прав… Может, я и правда не умела любить. — Мне пора идти, — тихо бросил Сынмин, будто ему было стыдно, и поспешно ушёл. Не мог он больше смотреть на Су Ён, когда в голове его предательски крутился вопрос: «Ты любишь его? Хван Хёнджина?» Сынмин не был уверен, хочет ли знать ответ, потому что он догадывался, как именно тот будет звучать. Но он так хотел спросить напрямую, ведь это могло не только добить его в своей трусости, но и напротив подарить надежду. Однако Сынмин опять струсил, оставив Су Ён в одиночестве допивать кофе. Су Ён будто знала, что Сынмин так хотел её спросить, потому была даже рада, что он так поспешно ушёл. Ей не было его жаль, но она сочувствовала ему. Потому что тогда он был просто влюблённым школьником. Влюбился впервые, но его не выбрали, а потом оказалось, что могли и сердце разбить, не оставив в нём места даже робкой надежде. «А, может, я бы влюбилась в него…» — подумала вдруг Су Ён — «Ведь тогда Сынмин… нравился мне. В прошлом».

***

Ли Ра сама встретила Хёнджина и Феликса в прихожей своей коттеджа и проводила в просторную гостиную, не переставая интересоваться, как там дела у семьи Феликса в Австралии. Другие горничные, которых всего в доме у Ли Ра было трое, включая теперь и Су Ён, принесли каждому по чашке кофе и заранее приготовленный обед. Ли Ра отошла вместе с ними и поинтересовалась: — Девочки, где Су Ён? Горничная с вьющимся чёрным каре по имени Ми Чжи ответила: — Она в библиотеке пыль протирает, как обычно. — Замени её, — бесцеремонно приказала Ли Ра второй горничной — А Су Ён скажи, что она срочно нужна мне здесь! И пусть приведёт себя в порядок. — Хорошо, госпожа Сон, — кивнула та и поспешила выполнять её слова. Ли Ра пока вернулась к Хёнджину и Феликсу. — Ну, Ёнбок, надолго ты вернулся? — поинтересовалась она, опустившись за свой мягкий стул во главе стола. Феликс отпил кофе и ответил: — Думаю, да, — он задумчиво закатил глаза — Думаю… Да, думаю, я пока не понадоблюсь семье в Австралии. Тем более, мне нужно закрыть все долги по учёбе. — Бедняжка, — произнесла ласково Ли Ра — У тебя, наверное, теперь проблемы в университете? — Нет, что вы! — добродушно усмехнулся Феликс, глянув в сторону Хёнджина — Хёнджин всё это время присылал мне все задания, мы же договаривались с преподавателями. Я всё сделал, осталось только ко всем зайти и исправить оценки. — Вот как! — воскликнула облегчённо Ли Ра, хлопнув в ладоши. Хёнджин на мгновение застыл, потому что так мама стала делать, потому что переняла привычку господина Хван — Чем вы, мальчики, собираетесь сейчас заняться? — Я думал, что мне стоит пойти в универ… — начал было Ликс, но Хёнджин его перебил, поправляя: — Нет, он так не думал. Всё завтра, Ёнбок, ты только вернулся, нужно понять, где тебе остановиться. Тем более… — Хёнджин робко опустил взгляд — я бы хотел тебя познакомить кое с кем. Ли Ра заметила, как занервничал Хёнджин, говоря об этом «ком-то». Ей не составило никакого труда догадаться, о ком шла речь, потому она удовлетворённо растянула губы. Феликс, впрочем, тоже всё понял. Он по-дружески стукнул Хёнджина по плечу, весело воскликнув: — О чём это ты, Хван Хёнджин? Неужели ты познакомился с кем-то особенным, пока меня не было? Ответом ему послужила красноречивая, смущённая улыбка Хёнджина и его блестящие влюблённо глаза. — Не могу в это поверить! — порадовался за него Феликс, а потом задумчиво, в предвкушении повторил — Значит, ты собираешься познакомить нас сегодня? — Если она согласится, — пробормотал Хёнджин. — Я уже не могу дождаться! — Кстати, мальчики, — вернулась в разговор Ли Ра и обратилась к Феликсу — Я хотела предложить тебе остаться у меня. Зачем тебе ехать в ваш дом, всё равно там так пусто… Ты ведь будешь совсем один, а здесь я смогу позаботиться о тебе, — и она, как бы невзначай, глянула на Хёнджина. Тот её понял: — Мам, это как-то… — но Хёнджин не успел возмутиться, как Феликс его перебил: — Если вас не затруднит это, миссис Сон. Я был бы очень рад! — и расплылся в солнечной улыбке. — Тогда перевози сюда свои вещи, когда тебе будет удобно! — обрадовалась Сон Ли Ра — Я скажу девочкам приготовить тебе комнату позже. — Спасибо, миссис Сон, — учтиво склонил голову Феликс. И вдруг Сон Ли Ра, устремив взгляд вперёд по коридору, который она видела со своего места за столом, просто позвала: — А, Су Ён, скорее иди сюда! Хёнджину показалось, что у него замерло сердце — так неожиданно было услышать имя любимой из уст мамы. Услышать так непринуждённо, будто ничего это имя не значит. После пары секунд ступора и попыток понять, совпадение ли это, Хёнджин порывисто обернулся — и застыл. Су Ён говорила ему о своей новой работе и сейчас она должна была быть там, а не у него дома. Только не так. Су Ён встретилась с ним взглядом, и руки её ослабли, безвольно опустившись. Су Ён — слегка растрёпанная, в чёрном платьице с белым фартучком в районе живота — более не могла сделать и шага, замерев на полпути. Её щёки запылали — не то от смущения, не то от страха. Ей вдруг глупо подумалось, что это конец. До этого Хёнджин никогда не видел её… такой. Наверное, такой неподходящей ему… Совершенно. Но она, разумеется, ошибалась. Хёнджин просто не в силах был отвести от неё взгляда и всё думал, отчего же она сейчас была здесь?.. Ответ был до смешного прост, но Хёнджин верить в это не хотел. Однако для него всё быстро встало на места: Су Ён неожиданно наняли горничной за хорошие деньги, и нанимателем этим оказалась его мама. Хёнджин вернул взгляд к маме с немым вопросом. Он умолял сказать ему, что всё это — лишь совпадение. Однако по лицу Ли Ра было очевидно — это не так. Она знала, что значила Пак Су Ён для Хёнджина. Су Ён так и осталась убито стоять посреди комнаты. Феликс ощутил, как резко изменилась обстановка, но ничего не говорил, потому что видел — сейчас Хёнджин сам начнёт говорить, и тогда, возможно, всё прояснится. Феликс лишь мельком глянул в сторону Су Ён, но ему не составило труда догадаться, что это была не простая девушка. То, как Хёнджин поменялся в лице, как негодующе уставился на Сон Ли Ру, вполне открыто сказало Феликсу о личности этой незнакомки, потому глядеть, интересоваться ею он больше не посмел. — Что она здесь делает? — спросил Хёнджин таким голосом, каким Су Ён никогда его не слышала. Таким… рассерженным. — Она моя горничная, — ответила невозмутимо госпожа Сон, а потом, вскинув бровь и вздохнув, добавила — И, кажется, твоя девушка? — Мама! — воскликнул Хёнджин, вскочив так резко, что стул отъехал с громким звуком. — Су Ён, ну иди же сюда! — проигнорировав выпад сына, позвала Ли Ра, однако Хёнджин не позволил Су Ён сделать и шага: он в мгновение оказался рядом с ней и схватил за руку, шепнул ей: — Не ходи. Не слушай её. — Хёнджин… — только и смогла простонать Су Ён. Сейчас ей больше всего на свете хотелось просто исчезнуть с его глаз, лишь бы он не видел её такой. — Увидимся вечером, — бросил Хёнджин то ли хлопающему глазами Феликсу, то ли довольной маме, и, не давая Су Ён выбора, потащил её за собой прочь из комнаты.