Бездомный лис

Период экзаменов давался Кавеху тяжело. Учился он хорошо, даже очень хорошо, даже, честно сказать, отлично, но некоторые устные предметы доводили его до белого каления. Ему представлялась невыносимой перспектива опозориться и не оправдать чьих-то ожиданий, особенно преподавателей и… Аль-Хайтама. Хотя нельзя было сказать, что последний что-то от него ожидал, но желание продемонстрировать парню свой ум и исключительную исключительность заставляло Кавеха денно и нощно зубрить билеты, в то время как Хайтам, казалось, слыхом не слыхивал про какие-то там «экзамены» и будто бы думал, что это название какой-то зарубежной профессии или африканского мороженного. И Кавех злился и думал: «Он наверняка из тех продавших душу дьяволу людей, которые всем говорят, что не готовились, а сами получают пятерки, пока ты костьми лег на одре экзамена по философии и тебе чисто по доброте душевной впаяли трояк». Сонный и разбитый, Кавех плелся по коридору Академии, как вдруг до его ушей мельком донеслось имя Аль-Хайтама, и он неосознанно остановился, прислушавшись к разговору. От беседующих его отделял поворот и всего несколько метров. — Ой, я вот никак не могу перестать слушать ту песню… Ну, которая про секс в библиотеке, — шатенка с длинными волосами хихикнула, прикрывая руками рот. — Представь, как это было бы круто провернуть, — пропищала вторая с зеленовато-голубыми волосами. — Да фиг там с нами, я представляю Аль-Хайтама с тем старшим с Кшахревара. Они такие зайки-и, ты видела, как Хайтам вечно ведёт себя так, будто он главный в парочке? Ва-ай, я умру с ними, — казалось, что у нее остановится дыхание от восторга. — А те вторые? Милашка с ушками и загорелый парниша. У них такие нежные отношения, они вроде даже всем прямо сказали, что они вместе, — девушка мечтательно вздохнула. На этом моменте любопытство проиграло экзистенциальному ужасу, одолевшему Кавеха, и парень поспешил убежать оттуда с широко открытыми глаза. Остаток дня он не мог выкинуть из головы подслушанный разговор, а его мысли безудержно, без всякого на то разрешения скатывались с поразительной частотой в воображение… секса в библиотеке. «Нет, я не могу представить, чтобы Хайтам решился посрамить честь храма знаний. Не-не, ни в коем случае», — пронеслось у него в голове, пока преподаватель читал лекцию по архитектурному проектированию. «Ой, и что бы он сказал? Типа: «Ты самая интересная книга в Доме Даэны, и сейчас я прочитаю тебя от корки до корки»?», — острой стрелой возникла мысль во время перерыва на обед, вызвав у Кавеха приступ кашля. «А вдруг у него в библиотеке есть какое-то секретное место, где он от всех прячется? И туда бы он меня и повёл, чтобы никто нас не нашёл… " — подумалось ему, когда они с Аль-Хайтамом наконец встретились в Доме Даэны, чтобы вместе позаниматься. Кавеха сильно клонило в сон, и буквы в лежащей перед ним книге становились практически неразличимыми. Сам не заметив, он неожиданно для себя заснул, и лишь Аль-Хайтам спас его от удара лбом, ловко подставив ладонь четко на конечной точке траектории падения белокурой головы. Какое-то время всё было тихо и мирно — часы отстукивали свой привычный ритм, иногда с разных сторон доносились перешептывания студентов, прерываемые шиканьем библиотекарей, Хайтам же самым обыкновенным образом читал свою книгу, иногда поглядывая на спящего принца, как всегда не показывая внутреннего блаженства и умиления при виде такой занимательной картины. Кавех мирно посапывал, периодически бормоча себе под нос что-то нечленораздельное, как вдруг… Слова стали очень даже членораздельными. — Я хочу тебя… — пробубнел Кавех, и слюни каплями попадали на учебник-подушку, — Хочу тебя съесть, чтобы… никто тебя не забрал… Аль-Хайтам молча и не без интереса принялся наблюдать за происходящим, подложив под свою голову руки. — Я так люблю тебя… — слюни уже успели образовать внушительную лужу под его ртом, а сонная физиономия расплылась в улыбке.

***

Ему снилось… — Я хочу тебя, — слова сами по себе сорвались с уст блондина, и горячее дыхание обдало напряжённую шею Аль-Хайтама. — Хочу тебя съесть целиком, — тихо рычал Хайтам, сильнее вбиваясь в хрупкое тело, держась одной рукой за стенку книжной полки, — Чтобы никто тебя не забрал. — Я только твой, — с придыханием стонал Кавех, из последних сил стараясь сдерживаться, чтобы библиотекари не услышали их. Толчок. Стон. Толчок сильнее. Короткие ногти вонзаются в кожу сквозь ткань учебной формы. Тихое рычание. Снова толчок. — Я люблю тебя, — еле слышно, из последних сил шепчет Кавех, глядя на Аль-Хайтама влажными преданными глазами. — ЭТО ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? — грохот отодвигающегося книжного шкафа и крик библиотекаря оказывается стремительным и смертельным выстрелом в голову, сжавшим не только легкие.

***

— Нет-нет, мы ничего не делали, мы ничего тут такого не делали, — нервно забормотал сквозь сон Кавех, и было видно, как забегали его зрачки под веками, а брови сошлись на переносице. Хайтам ехидно хмыкнул и осторожно потряс Кавеха за плечо, отчего тот не сразу, но проснулся и тут же испуганно поднял голову, глупо уставившись на парня перед ним. Аль-Хайтам заботливо провел краем рукава по губам блондина, заставляя его мгновенно залиться краской. — О боже, — смущённо пролепетал Кавех, закрывая руками лицо от стыда. Мельком он глянул на свои штаны, с трудном скрыв удивление от того, как сильно было заметно, что он возбудился. Запрокинув ногу на ногу, он прочистил горло и посмотрел на Хайтама. — Тебе снилась шаурма? — непринуждённо спросил будущий секретарь. — Что? — выражение лица Кавеха приняло еще более глупый вид, — Я что-то говорил во сне? — Да, что-то по типу «хочу тебя съесть» и «никому не отдам», и у тебя так сильно текли слюни, что я решил, что тебе точно сниться что-то вкусное, — Хайтам был всё так же невозмутим. — А? — Кавех совершенно растерялся и будто бы обмяк на стуле, стараясь успокоить свои мысли. Спустя пару мгновений он все-таки с трудом смог из себя выдавить: — Да… Именно шаурма. Мне весьма часто… снится шаурма.