Малышка

••••••••••••••••••••••••••••••••

Утро шестого февраля ощущалось смешением мучительного похмелья и пробуждения в райском саду. Мария не до конца осознавала значение вчерашнего вечера, мысли её расплывались, а воспоминания о белой, грациозной кисти, столь согласно сжимающей ее собственную, убивали остатки трезвого разума. Кажется, она никогда не была такой радостно-смущенной от своих же действий. Вчерашняя усталость не позволила Московской обдумать ни реакцию и гипотетические чувства Саши, ни собственные впечатления. Мария чувствовала себя, скорее, Машенькой — маленькой девочкой, готовой прыгать и визжать от накатившего осознания абсолютного счастья. Это хорошая, светлейшая сторона. По другую же сторону громоздилась уйма вопросов, главным из которых был: «А что же теперь?» В действительности, существует два варианта развития событий: Романова может уловить краешек чувства Маши, или же… — Не поймет. Посчитает дружеским жестом… — сказала девушка, глядя в глаза своему раскрасневшемуся отражению.

***

Ночь с пятого по шестое февраля для Александры была похожа на ожесточенный бой с тенью. Нет, это совсем не то, что делают друзья, и девушка всё понимала. Кристально ясным было только то, что ничего, от слова совсем, не было ясно. — Я, кажется, сошла с ума… Шепот её загадочной волной распространялся по комнате, отскакивая от стен и, в конечном счете, возвращаясь к ней. Удивительно то, насколько всё казалось естественным ровно до тех пор, пока Московская находилась в поле зрения. Стоило только Саше попрощаться с ней, как заторможенные мысли пришли в движение, будто пытаясь пробить ее несчастную голову. Возникал резонный вопрос, который девушка произнесла вслух: — Что же это… в самом деле, значит… Будучи уверенной в том, что Московскую невозможно просто «прочитать», Саша старалась найти запутанное объяснение такому, казалось бы, открытому, красноречивому жесту. Ответ, тем не менее, лежал на поверхности, дожидаясь момента, когда Романова просто подберёт его.

***

Ближе к вечеру сознание Марии прояснилось. Нужно было как-то напомнить «колючке» о себе. Одному Богу известно, сколько раз блондинка набирала и сразу стирала смс, предназначенное Саше. Словами не описать пробудившиеся в девушке переживания. Да, Романова редко пишет ей первой даже в обычные дни… Но в такой необычный день это казалось смертным приговором. Москва успела даже на мгновение пожалеть о содеянном, моментально отгоняя эту мысль. Игра стоила свеч. Самоуверенность и авантюризм Марии не могли не пробиться сквозь прочее содержимое ее разума. У самого уха послышались гудки.

***

Саша не спала эту ночь, и оттого, услышав звон телефона, она крупно вздрогнула, будто пробуждаясь. — Алло… — голос звучал хрипло и почему-то перекликался с испугом. — Добрый вечер, принцесса. Как поживаешь? — Москва пропела в трубку, лежа в своей кровати в позе звезды. Будничный тон, абсолютно свойственный Маше, разбавил остатки напряжения. — Я в норме. — уже более уверенно сказала Сашенька — Ты как? — Ужасно страдаю от одиночества, ваше высочество. Вот бы кто-нибудь составил мне компанию в холодный февральский вечер… Игра, достойная Оскара. Лицо младшей непроизвольно покраснело, и Москва смогла почувствовать это даже через холодный динамик. Крохотная, секундная пауза прервалась голосом Саши: — Хочешь прогуляться? — Хочу.

***

На удивление, их встреча не была неловкой. Напротив, они будто стали более открытыми друг другу. Длительные размышления об их взаимоотношениях давали свои плоды. — В итоге, какие жанры тебе нравятся? Хоррор, комедия, триллер? — все еще озадаченная неловкой ситуацией с выбором фильма Саша старалась разузнать о предпочтениях Марии, чтобы позже учесть. — Порно. — Москва!.. Маша, заливаясь хохотом, тепло смотрела на крайне недовольное лицо Романовой. Девушка постаралась все сгладить до того, как младшая разразиться возмущениями. — Шучу, малышка! Не ругайся! — стирая остатки неудержимого смеха с лица, пролепетала блондинка — Хорроры люблю. Перспектива просмотра фильмов ужаса с Марией не вызывали восторга. Московская же продолжала хитро улыбаться. Но она соврала самым наглым образом! По большому счету, Москве было все равно на жанр, главное, чтобы сюжет был ярким и динамичным. Хорроры, в свою очередь, не особо привлекали ее внимание. Единственной причиной такого обмана была вставшая перед глазами картина напуганной Сашеньки, прячущей лицо в крепких объятиях старшей. Такого умысла Романова и подозревать не могла, поэтому приняла к сведению слова спутницы и перевела тему: — Знаешь, я недавно начала читать один интересный роман… — помешкав пару секунд продолжила — Я помню, что ты не в восторге от такого, но мне так хочется с кем-то поделиться впечатлениями! Катя пока не приступила к прочтению, не хочется рассказывать ей события книги наперед. Давно осознавшая свою вчерашнюю ошибку Москва была опечалена этими словами. Она совсем не хотела, чтобы Саша впредь стеснялась делиться с ней чем-то связанным с романтикой, которую так любила. — Саш, ты можешь рассказать мне что угодно, и я буду слушать тебя внимательно. Не важно, нравится ли мне предмет обсуждения. Поверь, мне интересно все, чем ты со мной делишься. Александра могла поклясться, что услышала в этот самый момент трепет крыльев крохотных бабочек в животе.