Тигренок

— Зачем ты притащил этого звереныша в дом?! Я не разрешал! — разъяренный хозяин поместья орал так, что его было слышно даже на улице. — Это не звереныш, отец. Это обычный ребенок которому не посчастливилось встретить демона! Несправедливо так называть его после всего того, что Ниа перенес! Ниа сидел в дальнем углу коридора и слушал эти разборки, увлеченно рассматривая свои когти. Ему было интересно чем закончится спор, и выкинут ли его на улицу если бывший столп откажется делить кров с ним. Послышался звук звонкой пощечины. Судя по всему, Шинджуро ударил сына по лицу. Поднявшись, Ниа тихо подошел к комнате в которой все происходило, и заглянул туда. Кёджуро стоял опустив голову. На щеке алел след от удара, но в ответ что-либо говорить он даже не стал. — Момотаро. — Ниа тихо позвал столпа, и тот повернулся, удивленным взглядом смотря на мальчика. — Почему он тебя бьет? — А ну убирайся отсюда, паршивый демоненыш! — гаркнул на него старший Ренгоку. — Или тоже сейчас получишь! — Отец! Не надо бить ни в чем неповинного ребенка! Это ведь я его привел, я и должен понести наказание. — Кёджуро так же не поднимал головы, еще сильнее поражаясь храбростью этого юного охотника. — Пусть лучше вообще никого не бьет, старикашка много о себе возомнил. — презрительно фыркнул Ниа. — Ниа! — возмущенно выдохнул Ренгоку, запоздало понимая что сейчас начнется. Вообще, он знал что Ниа отчасти прав, но нельзя же столь прямолинейно и грубо говорить так. — А мне кажется, что это ты здесь слишком много возомнил о себе! Покачиваясь, бывший столп подошел чуть ли не вплотную к парню, и дыхнул на него перегаром. Замахиваясь на него, он пропустил молниеносный удар в живот. Ниа прижал уши, рассекая хвостом воздух, в глазах полыхала ярость. Этот человек посмел ударить своего сына, а значит прощенья ему нет. И не важно что Ниа до сих пор сомневался в добрых намерениях Ренгоку, он считал что своих детей бить неправильно. — Не смей поднимать на него руку, старый алкаш! — голос охотника сочился ядом, он терпеть не мог таких как он. — Отец! — Кёджуро помог подняться ошарашенному ударом отцу. — Ниа, нельзя бить людей! — Да если б я его еще человеком считал… — Ниа развернулся и вышел из комнаты, оставляя их одних. Парень не успел дойти даже до выхода из поместья, как его нагнал Кёджуро. — Куда ты собрался? — Ухожу, — как ни в чем не бывало ответил Ниа. — А что такое? Я не думаю что старикан согласится держать меня в доме, поэтому пойду и поищу себе какую-нибудь пещеру. — Не надо никаких пещер. Ты остаешься. Тем более, у тебя нет ни одежды, ни еды. Долго ты не протянешь, да и можешь истребителей встретить. Только пообещай что ты больше не будешь никого бить! — Я целых две недели провел в лесу, а ты говоришь что я долго не протяну? — парень засмеялся. — А насчет драк я не буду обещать, но постараюсь. Если отец твой не будет бить тебя или твоего младшего брата, то и я не буду его трогать. — Ниа качнул хвостом. — Я хочу есть. — Да, конечно, идем. — Ренгоку добился хоть какого-то результата в укрощении дикого зверя, и был рад. Даже не смотря на драку. Несколькими минутами позже, Кёджуро наблюдал жесточайшую пытку над едой. Если быть точнее, то Ниа ни капельки не церемонился с пищей, и просто ел руками, откусывая огромные куски или запихивая их в рот целиком, даже несмотря на то, что он минуты две подозрительно рассматривал предложенные ему онигири, печеный батат, и мисо-суп. Как оказалось, палочки держать ему неудобно, да и пользоваться ими он особо не умеет. Аппетит у Ниа был просто отменный, как и полагается охотнику проводящему в лесу по несколько дней, поэтому ел он много. — Твой брат готовил? Получилось довольно неплохо. Ни разу не ел чего-то подобного, — парень облизнулся. — В основном я ел мясо и какие-либо овощи которые мы выращивали. — Сенджуро будет рад, узнав что тебе понравилось, — Кёджуро улыбнулся. — Почему ты называешь меня Момотаро? — Потому что ты на него похож. — Золото глаз уставилось на мечника. — И потому что я не могу запомнить как тебя зовут. — Ха-ха-ха! — беззлобно рассмеялся Ренгоку. — То есть мое имя сложное для запоминания? — По крайней мере для меня да. — Ниа надулся и распушил хвост. — И вообще, не смейся надо мной! — Хорошо, больше не буду. Надо бы одолжить у Сенджуро что-нибудь для тебя, но перед этим стоит искупаться, ты весь чумазый. Пойду наберу воду в сэнто, подожди меня здесь. Ниа кивнул. Конечно же он не собирался сидеть в столовой, слушаться парень не был намерен. Вот изучит поместье быстренько, и вернется как ни в чем не бывало, делов то! Тихо поднявшись с места, охотник вышел в коридор. Коридор не был чем-то примечательным, поэтому негромко хмыкнув, Ниа заглянул в первую попавшуюся комнату. Комната как комната, видимо гостевая, от коридора отличалась лишь площадью и строением. Закрывая седзи, Ниа умудрился прищемить себе хвост, который он не заметил между створкой и стеной. Прошипев что-то сквозь клыки, он сгреб пострадавшую часть тела в охапку, и пошел дальше. Следующая комната принадлежала кому-то из братьев. Наверное, это покои Сенджуро, хотя Ниа и не до конца понял как именно он пришел к такому выводу, но судя по всему его теория верна, ведь во второй комнате стояла подставка для катаны, а на специальной вешалке висело хаори старшего из братьев. Дальше Ниа решил не идти, ведь был риск напороться на Шинджуро, а снова вдыхать запах перегара парню не хотелось от слова совсем. Ниа вернулся в столовую, в которой его оставил Кёджуро, и как будто это не он только что шарохался по поместью, сел за стол. — Эй! Есть кто дома? — В помещение вошел высокий парень, и Ниа зашипел на него. — Ого, Ренгоку блестящего котенка себе завел, ха-ха-ха! Мечник сел напротив и положил подбородок на сложенные на столе предплечья, всматриваясь багряными глазами в него. Ниа угрюмо смотрел на гостя исподлобья. — А ты яркий, мне нравятся такие как ты. Когда Кёджуро притащил тебя сюда, и где он сам? — Момотаро ушел воду в сэнто набирать и сказал мне сидеть здесь. А притащили меня сюда сегодня. — Сквозь зубы прошипел Ниа. — Момотаро? — Недоуменно спросил пепельноволосый. — Он имя не может запомнить. — В столовую вошел Кёджуро с закатанными рукавами. — Здравствуй Узуй, уже познакомились с Ниа? — Ага, привет. Котенок то, у тебя злой какой-то. Я захожу, а он как ярко зашипит! — Тенген зашипел, имитируя шипение охотника. — Я подумал унылая змея заползла, а тут оказывается блестящий пацан сидит! — Ниа, в сэнто все готово, идем. — Ниа поднялся, и поплелся следом за Ренгоку. — Тебе помочь? — Нет, спасибо. — Буркнул парень. — Хорошо, сменная одежда лежит около полотенец. Ниа вошел в купальню, и первым же делом начал мыть волосы. Ему никогда не нравилось ощущение грязной головы, да и волосы теряли свой блеск и объем что тоже ни капельки не нравилось молодому охотнику. Темные полоски очень хорошо смотрелись на его теле, и на животе выглядели как загогулистые птички, которых рисуют маленькие дети. На лице тоже такие были, по одной такой птичке на щеках, и одна на лбу. На груди и руках они разветвлялись, что тоже было очень красиво. Закончив с помывкой, он надел предложенные ему сменные вещи. От них сильно пахло моющими средствами и всякими травами, отчего Ниа поморщился. Надев штаны, он понял, что хвост ему не вытащить, и придется или вырезать когтем отверстие под него, или придется идти жаловаться на это Ренгоку. Так как он не хотел портить вещи, он выбрал второй вариант, хотя он тоже не особо устраивал охотника. Мельком глянув на себя в зеркало, Ниа оторопел: он теперь не особо отличался от Сенджуро, и это начало его подбешивать, но взяв себя в руки, парень вышел из сэнто. Вода с волос капала на пол, но Ниа это даже в какой-то степени веселило, вот уморы то будет когда старикашка подскользнется на мокром полу и шлепнется на задницу! Даже одна лишь мысль об этом заставляла лыбиться как ненормальный. Шлепая босиком по полу, он также оставлял после себя мокрый след, уже предвкушая как будет злиться Шинджуро, и для профилактики наклонился, отжимая волосы на пол, для дополнительной уверенности. Размазав воду ногой и удостоверившись в том, что злобный дед все-таки упадет, Ниа удовлетворенно кивнул, и потопал на кухню, чувствуя себя героем года. Ну и запах чая он тоже чувствовал, его то уж он ни с чем не спутает. Вальяжно войдя в столовую, Ниа уселся рядом с Кёджуро. — У меня хвост вытащить не получается. — Ренгоку поперхнулся чаем. — Откуда?! — шокированный Столп перебрал в голове как Ниа умудрился засунуть куда-либо свой хвост, и как он пришел, если его многострадальная часть тела где-то застряла. — В смысле откуда, Я ХВОСТ ИЗ ХАКАМА ВЫТАЩИТЬ НЕ МОГУ! — Парень чуть ли не закричал ему в ухо. — ШТАНЫ ТЫ ДАТЬ ТО ДАЛ, А ВОТ О КОМФОРТЕ МОЕГО ХВОСТА ТЫ НЕ ПОЗАБОТИЛСЯ! В МОИХ ШТАНАХ ВЫРЕЗ ПОД ХВОСТ БЫЛ! Тенген сидящий рядом громко захохотал. Абсурдная ситуация очень смешила его, но Ниа причины смеха не понимал, и поэтому мигом переключился на него. Перемахнув через стол, он в один момент опрокинул мечника на спину сильным толчком в грудь, и угрожающе выпустил когти. — Чего ты нашел смешного в том, что я не могу высунуть свой прекрасный хвост наружу?! — прошипел охотник, и его глаза загорелись злобой. — Да хвост блестящий, я не спорю, просто ты так мило кричишь! — сквозь смех выдавил Узуй, спихивая с себя разъяренного Ниа и садясь. — Да еще и Ренгоку не может ярко тебе ответить! — Все я могу, просто если начну, он еще больше разозлится! — А как по твоему детей воспитывают? Ты же взял его под свое крыло, вот и блестяще дрессируй котенка! Если твой пацан скалит на тебя клычки, то поставь его на место, иначе он будет командовать тобою. — Тенген обернулся к парню. — Напомни, как зовут тебя? — Накахара Ниа. — Буркнул охотник. — Кто ж так представляется, балда? — Узуй поставил ему звонкий щелбан, и Ниа прижал руки ко лбу, злобно смотря на высокого юношу. — Ты блестящий Накахара Ниа, понял? — Понял, столб фонарный! Ах, нет, не так! Блестящий фонарный столб! — Язвительно произнес Ниа, сразу же уворачиваясь от оплеухи Тенгена и прячась за Ренгоку, который меланхолично пил уже третью пиалу чая. — Успокойтесь. Ну вообще, в чем-то ты прав, Тенген, спасибо за совет. — Ага, только не поступай так же уныло как и твой отец. — Узуй взял свою пиалу. — Ты так и не решил проблему с моими хакама и хвостом! — Ниа потыкал Кёджуро в плечо. — И я тоже хочу чай, блестящий Момотаро! Узуй пустил тихий смешок, услышав как Ниа назвал его друга, а Ренгоку тяжело вздохнул, понимая что воспитывать этого мальчишку ему придется долго, а потом еще и отучать от влияния Тенгена. Кёджуро протянул Ниа наполненную чаем пиалу. — Спасибо. — Охотник понюхал чай перед тем как начать пить. — Зачем ты уныло нюхаешь чай? — Столп Звука изогнул бровь в непонимании. — Я уныло нюхаю чай, чтобы проверить не отравлен ли он. Мечник закашлялся. — Ты серьезно думаешь, что Ренгоку стал бы травить твой чай? Ты за кого его держишь? Ниа поджал губы и отвел взгляд. Он не хотел отчитываться перед Узуем, и уж тем более объяснять причину своего поведения. Хочет - нюхает, ему то какое дело вообще? Слезы предательски наворачивались на глаза, с одной стороны стыдно, за то что не может начать доверять Столпу Пламени, а с другой он просто не может поверить в его добрые намерения. — Тенген! Ты не знаешь через что ему пришлось пройти! — Кёджуро обнял Ниа, и тот, пересилив себя, не стал сопротивляться, прижимаясь к его теплой груди и внаглую вытирая лицо об его китель. Юноша осторожно провел пальцем по мягкому уху охотника, отчего он вздрогнул. Узуй пристально наблюдал за действиями товарища, и Ренгоку перехватил его взгляд. — Ты чего, ревнуешь? — Нет. — Коротко бросил Тенген. — Ну я же вижу. Это ребенок, перестань. — Я не ребенок, и вообще, мой хвост сейчас сломается, его неудобно в штанине держать. — Ниа упорно продолжал доканывать Столпов своим хвостом, и умоляюще смотрел на Кёджуро снизу вверх. — Да, я уже понял, можем сходить на рынок и купить тебе что нибудь. Еще надо показать тебя Шинобу, как никак две недели проведенные в лесу в полном одиночестве могли плохо сказаться на тебе. — Хорошо. — Ниа спрыгнул с колен Ренгоку. — Когда выдвигаемся? Давай прямо сейчас? — Пойдем прямо сейчас, все равно планов на день никаких не было. — Я с вами пойду, развеюсь хоть. — Буркнул Узуй. — Без проблем, — пожал плечами Кёджуро. Наотрез отказавшийся надевать обувь Ниа, топал босиком и разглядывал небольшой городок в котором жил Столп Пламени. Тенген смотрел на охотника как на умалишенного: кто в такую холодрыгу, по мнению самого Столпа, будет носиться по улице босым, да еще и не мерзнуть. В его голову прокрались сомнения, а не приходится ли мальчишка родственником Ренгоку? Они похожи, также не мерзнут, правда характеры сильно отличаются, но у кого же они идентичны? Характер это так, небольшая издержка. Может диковатый пацан недолго будет себя так вести, и Кёджуро удастся его перевоспитать. И тут Узуя осенило: Ниа раздражает его, потому что они похожи. У них похожие характеры, оба бунтари, приставучие, как надоедливые торгаши которые заманивают людей в свои лавки, и это все бесило в юном охотнике, несмотря на то, что Столп точно такой же. Встречаясь с Кёджуро, Тенген думал как могли бы выглядеть их дети, если бы они могли их завести, и ответ на этот вопрос сидит сейчас на корточках, и гладит бродячего кота. Похож сразу на обоих! Внешность Пламенного столпа, а характер его самого, ну не совпадение ли? Да еще и Кёджуро взял его под свою опеку, чем опекунство отличается от родительства? А если они встречаются, то получается, что и Узуй тоже кем-то да и приходится наглому пацану. Понимая, что сейчас эта мысль въестся настолько глубоко, что потом от нее не выйдет избавиться, шокированный юноша решил не продолжать размышлять на эту тему и дернул головой. Ренгоку что-то рассказывал Ниа, который втихаря спрятал под кимоно того кота и усердно кивал головой, делая вид что внимательно слушает его. Согревшись, животное начало громко мурлыкать, на что Кёджуро конечно же обратил внимание, но Ниа заверил его что это он мурлыкает, до того ему нравятся рассказы Столпа. Усмехнувшись, Узуй не стал раскрывать секрет пацана, пусть Ренгоку сам его разоблачит. — Папаша! У вас ребенок без обуви идет! Да еще и в такой легкой одежде! Куда вы смотрите вообще? — Завопила какая-то бабка и всплеснула руками. — Заболеет дитё, да и помрет не дай Бог, как вас мать на улицу вообще в таком виде выпустила? Кёджуро оглянулся по сторонам, и никого не увидев, понял, что эти слова адресованы ему. — Я не его отец. — Так он еще и не его отец! Похитил ребенка средь бела дня значит! — Снова начала кричать старуха, и Ниа невольно подумал, что они были бы хорошей парой с отцом Ренгоку, так же орали бы друг на друга, а может быть еще и дрались. — Женщина, успокойтесь, я его мать. — С серьезным лицом сказал Тенген, но не выдержав захохотал в голос. Бабка сплюнула на землю, и поковыляла в другую сторону, злобно ворча что-то себе под нос. Весь оставшийся путь до рынка прошел без приключений, единственное, Кёджуро до сих пор не заметил кота под одеждой Ниа. С важным видом расхаживая вдоль лавок и прилавков на протяжении получаса, охотник наконец остановил свой выбор на черных хакама и кимоно. Ренгоку оплатил три комплекта, несколько раз спросив Ниа о точности его выбора, и каждый раз получал утвердительный ответ. Тенген вставил и свои пять копеек тем, что сказал что это довольно хороший выбор, и у яркого пацаненка присутствует вкус. Кота все-таки обнаружили, когда проходили мимо торговца рыбой, громко мяукая, животное пыталось выбраться наружу и Ниа выпустил кота. Выслушав нотацию от Ренгоку о том, что котов нельзя уносить далеко от дома, иначе они потеряются, парень пообещал что больше делать так не будет, умолчав о том, что кот был бездомным. Следующим местом куда им надо было пойти, это дом Бабочки. Идти до него нужно было недолго, куда быстрее того, сколько Ниа себе одежду выбирал. Охотник пинал босыми ногами сухие опавшие листья и подбирал червяков, которые имели неосторожность появиться в его поле зрения. На вопрос зачем ему червяки, он отвечал что собирается их съесть. Столпы понимали что это неправда, и на очередной такой вопрос Тенгена, Ниа демонстративно проглотил червя. Шокированные мечники перестали спрашивать у него что-либо касающееся ноши парня. Когда они подходили к поместью, Ниа увидел клумбу и высыпал всех червяков туда, сказав что тот «съеденный» червь тоже находится в земле, и он их обманул. А потом шел и хохотал с того, как легко у него получилось обмануть двух взрослых столпов. Шинобу встретила их у входа в поместье, так как ей что-то нужно было на улице, и она сама только что зашла. Увидев Ниа, Кочо сразу потащила его в кабинет. Перечить девушке, охотник не собирался, поэтому позволил делать ей все что вздумается, немало удивив этим Кёджуро и Тенгена, которым поначалу не давался в руки. Сидя в одних фундоси, парень отвечал на все вопросы врачевательницы, которая осматривала его уши, хвост, клыки, когти, и полоски. Когда она закончила с осмотром, охотник надел новую одежду, предварительно вырезав отверстие под хвост, и радуясь тому, что наконец может им шевелить. — Так, как тебя зовут? — Шинобу села заполнять медицинскую карту Ниа. — Блестящий Накахара Ниа, — ответил он, косясь на Тенгена, который в прошлый раз неслабо ударил его по лбу своим толстенным пальцем. — Милый мой Кёджуро, зачем ты познакомил его с нашим блестящим Узуем, а? Ты ведь прекрасно знаешь, что он ничему хорошему научить не может. — Кочо вздохнула, отложив перьевую ручку (?) в сторону. — В смысле ничему не могу? Пусть блестяще учится у меня дыханию Звука! — Не буду я твое унылое дыхание учить, столб фонарный! Спор между Ниа и Тенгеном может продолжаться до бесконечности долго, если их не остановить. Изощряясь в остроумии, которым никто из них не блистал, эти двое согнули бы уши присутствующих в трубочку, или не выдержав, слушатели этого спектакля могли разорвать барабанные перепонки сами себе, не в силах слушать их. — Прекратите. — С улыбкой попросила их Шинобу, но по этой улыбке можно было понять, что если они не перестанут, то мало им не покажется. Мгновенно замолчав, Ниа лишь злобно смотрел на Узуя, и тот отвечал тем же. — Спасибо. Кстати, Ниа, у тебя была сестра? — Да. Пока ее и маму не сожрал треклятый демон. — Ох, мне очень жаль. Не подскажешь как ее звали? — Суми. Я сам придумал ей это имя. — Ниа понурился. Было видно насколько больно ему вспоминать о своей семье. — Суми Накахара значит… Я сейчас вернусь, подождите меня тут. Кочо поднялась, и быстрым шагом вышла из кабинета. Через две минуты хозяйка поместья вернулась вместе с девочкой. Ниа оторопев смотрел на нее узнавая сестру, и резким движеньем упал чуть ли не ей в ноги, обнимая и расцеловывая девочку. — Суми-и! Я так скучал по тебе, я думал что тварь сожрала и тебя! Я так счастлив увидеть тебя снова, и знать что ты жива и невредима! — Ниа рыдал во весь голос, прижимая к себе сестру. — Ниа? — Теперь и Суми плакала. Обнимающиеся брат с сестрой стояли и плакали, радуясь воссоединению. Даже Шинобу пустила слезу, настолько душещипательной была сцена. Суми сидела на коленях брата, играя с его пушистым хвостом, и они внимательно слушали небольшую теорию Кочо насчет обращения. Она предполагает, что Ниа не до конца стал демоном, хоть и с их признаками и техникой демонической крови, потому что ярость и жажда мести пересилили, и обращение прошло не совсем так как обычно. — Так вот оно что! А я весь день голову ломал почему он не сгорел на солнце. — Кёджуро положил ладонь на голову Ниа. — Это лишь предположение, не стоит в него верить, — пожала плечами Шинобу. — Но вот только мне очень интересно, что это был за демон. — Он сказал мне запомнить его имя. Доума. А еще в глазах были кандзи «Вторая» и «Высшая». — Ниа поцеловал сестру в лоб, и зажал ей уши. — Надеюсь, он сдохнет в мучениях. Все три Столпа ахнули. Практически никто не выживал при встрече со Второй Высшей луной, а четырнадцатилетний мальчишка выжил. Врачевательница поджала губы, невольно подумав о том, почему же это не случилось с ее сестрой. Нет, конечно же она не желала смерти Ниа, он не виноват в том, что остался в живых. Просто так получилось, значит он еще нужен здесь. Тенген думал, что после того как он увидел заботливую и неэгоистичную сторону Ниа, его не шокирует больше ничто, но он сильно ошибался. Никто из этого поколения столпов еще не встречал Высших лун, но все знали насколько они сильны, юному охотнику же случилось самолично встретить второго по силе среди Лун и стать жертвой его нападения. — Момотаро, можно Суми будет жить с нами? — Ниа повернулся к столпу Пламени. — Суми согласилась жить и работать у меня. И не думаю что Шинджуро-доно будет рад новому жильцу в его поместье. — Вздохнула Шинобу, вспоминая тяжелый характер бывшего столпа. — Этот старикан ударил его! Почему он бьет своих сыновей? Мама ни разу не била нас с Суми… Это ведь неправильно! Еще и Момотаро сдачи дать не может, казалось бы, в чем проблема ка-ак врезать ему по лицу, чтобы неповадно было! — Ниа, не все проблемы решаются физической силой, если человек не может… — Если тебя бьют, ты должен уметь ударить в ответ! — Охотник перебил Ренгоку, хмуро смотря в его глаза. — Одними словами ты ничего не добьешься, особенно если их не понимают! С демонами ты тоже болтать будешь? Да тебя сейчас ребенок отчитывает, и ты мне не можешь ничего сказать, потому что понимаешь что я прав. Твой старик настолько забил тебя, что ты молча терпишь любые слова и побои, потому что ты боишься ответить, ты хочешь, но не можешь, потому что своей тиранией отец приучил тебя закрыть рот и терпеть все что он делает или говорит. А вместе с тем, ты начинаешь терпеть абсолютно все! Перестань, и скажи мне наконец что-нибудь, а не глотай слова вместе со злобой! Понял? Кёджуро опешил. Ниа говорил абсолютную правду, хоть и в грубой форме и так прямолинейно. В то время как остальные люди в организации относились к столпам с уважением и почтением, этот парень умудрялся грубить ему, даже зная о высоком звании. Наплевав на всякую субординацию, он говорил ровно то, что думал, и ему было абсолютно безразлично на то, что думали об этом другие. Эта черта восхищала Ренгоку, ведь он сам такой прямолинейностью не отличался. — А котенок не промах! — Узуй усмехнулся, скрещивая руки на груди. — Да я сам боюсь и слово сказать поперек Шинджуро-доно, а он и ударил его, и не боится пару ласковых в его адрес отпустить! Хвалю, блестящий Ниа! — Слушайте, у меня тут работы по горло, идите домой разбирайтесь, хорошо? — Кочо уперлась руками в столешницу. Работы у нее и правда много, а вот сотрудников не очень, поэтому приходилось много работать. Хорошо что Суми, Канао, и Аой очень ей помогали, а то было бы еще сложнее. — Да, извини Шинобу. Мы уже уходим. — Пока, Суми, я буду почаще ходить навещать тебя. — Ниа нежно улыбнулся, и поцеловал сестру. — Пока, я буду скучать по тебе, братик. — Суми обняла его.

***

Уже возле ворот Кёджуро сказал Ниа идти в дом, пока они с Тенгеном попрощаются. Любопытство заиграло в известном месте, и поэтому охотник взобрался на ограду, наблюдая за столпами. Узуй, наклонившись, поцеловал Ренгоку в губы, нагло хватая за округлый зад. Тот в свою очередь шлепнул его по руке, заставляя убрать, и Тенген прижал его ближе к себе. Хитрая улыбка расползлась по лицу юного охотника. Конечно, он понимал что между ними явно что-то большее чем просто друзья, но в людских отношениях он не смыслил ничего от слова совсем. Даже при таких скудных знаниях, Ниа знал, что друзья так не целуются, и уж тем более два парня точно так делать не должны. Спустившись с забора, он подождал пока на территорию не войдет Кёджуро, и как только столп появился, а он не заставил долго себя ждать, Ниа тут же подбежал к нему все с той же хитрющей миной. — А что вы там делали? — Прощались. — Ренгоку подозрительно на него посмотрел. — А что? — Да ничего. — Ниа пожал плечиками, смотря под ноги и стараясь не наступать на стыки плиток, которыми были уложены тропинки во дворе. — Просто я видел все. Хы-хы! Да ты не беспокойся, я никому не скажу. И тем более, я знал что у вас не все так просто. Будь вы просто друзьями, эта каланча не стала бы смотреть на меня так, как будто хочет убить на месте, когда ты гладил мои уши. — Маленький хитрец! А ведь надо было предположить что ты обязательно начнешь подглядывать! — Кёджуро был несколько смущен от того, что мелкий наглец наблюдал ту сцену. — Да и я хорош, столп, а не заметил тебя выглядывающего из-за забора. — Ты красный как рак, по идее красным должен быть я. Я же подглядывал. Но вообще ладно, я раскаиваюсь, разрешаю тебе погладить мой хвост! — Ниа с важным видом задрал голову. — Будто я не вижу что ты буквально по рукам себя бьешь, стараясь не трогать его. — Неправда! — А вот и правда. Гладь давай, пока я не передумал. — Ниа сунул хвост ему в руку. — Пушистый, да? Мне тоже он нравится. Пламенный столп не очень понял когда это юный охотник из доброго и заботливого брата, превратился в наглого, любопытного, и эгоистичного, как кот. А потом его осенило, Ниа ведь и есть самый настоящий кот! В человеческом облике, но душа у него кошачья, поэтому и ведет себя так. Ренгоку было очень интересно как Ниа будет себя вести, когда полностью доверится ему. Главное не подорвать это доверие…