Прощение потерявшегося человека

Закат не обманул: ветер на следующее утро был действительно сильный и немного холодный. Качало деревья, налетели тучи, и ещё буквально вчера стоявшая тёплая погода вмиг улетучилась, сменившись пасмурной. Школа и так была не самым приятным местом для времяпрепровождения, так ещё с такой переменой погоды идти в неё желание пропало вовсе. Кроме того, резко возросла влажность, отчего дышать стало одновременно и легче и тяжелее. Тучи были подозрительно тёмными, потому стоило ожидать дождя. Всё это Армин ощутил на себе сразу же, как вышел из дома, хоть и оделся соответственно погоде. На полпути начался предсказанный дождь, потому предварительно захваченный зонтик оказался не бесполезной ношей, но необходимостью, ведь мокнуть под дождём перед школой далеко не самое приятное и нужное действо. Армин любил запах дождя, потому с того момента, как капли забарабанили по крышам и зонт был раскрыт, парень замедлил шаг, пока другие спешившие вокруг его по делам люди наоборот ускорились. Все торопятся, но толку нет: всё равно живущие в бешенном ритме города люди не успевают всего запланированного, ведь это совершенно невозможно из-за круговой поруки, множества лишних действий и обязательств, лживых и нереалистичных обещаний. Нет смысла пытаться бороться с устоями этого городка, отчего порой фатализм казался единственно верной идеологией. «Как же можно любить эту мышиную возню вокруг пустой полыньи», — думал Армин. Он сам отчасти находился в этом колесе сансары, но искренне не понимал, для чего оно, но видел множество изъянов, принесённых данной вредной привычкой общества. Парень старался не давать обещаний, которые не смог бы выполнить, что многих не устраивало, ведь они были привычны слышать чужие гарантии, хоть и пустые. «Люди любят ложь, и чем искуснее ты их обманешь, тем они счастливее», — это правило работает во многих сферах жизни, даже в профессиональных, особенно если твоя работа заключается в том, чтобы орудовать словом, а не делом. Слова утеряли свой смысл, стали фасадом, за которым мы скрываемся от враждебного мира, живя по его правилам, но в душе не соглашаясь с ними. Более того, раньше считалось, что люди двумысленны: одна мысль — та, что в голове, а вторая — та, что озвучивается. Практика же доказала, что всё куда сложнее: мы — трёхмысленны. Кроме первых двух мыслей существует как минимум ещё третья — та, которую мы реализуем своими делами. Армин хорошо это знал: ему было известно, как обманывать, как нужно недоговаривать, сам обличал ложь других, но держал всё при себе, иногда позволяя себя обмануть. Он мог бы стать «серым кардиналом» какой-нибудь группы людей или кем-то в этом роде, но ему этого не хотелось. Парню хватало и его небольшой компании друзей, к тому же он опасался других, так как его недолюбливали в прошлой школе, и переезд сам разрешил эту проблему. А за что именно его не любили? Этого точно вспомнить никак не удавалось: скорее всего, просто он казался удобной мишенью для насмешек. Немногое поменялось. Армин всё оставался как будто бы недостаточно закалённым для этого мира, с чем отчасти свыкся. Всё было не так уж и плохо, так что жить вполне себе стоило. Крыльцо школы было мокрое от дождя, но вместе с тем такое приятное, можно даже сказать комфортное, встретило парня. Зайдя внутрь, он прошёл через турникет. Переоделся и отправился к классу, где должно было состояться первое занятие. Ждать Эрена и Микасу тогда почему-то не хотелось, что-то волновало его. Это «что-то» было Жаном, который чуть не избил Армина, отчего последний всё ломал голову: за что? Догадок была куча, но оставался другой немаловажный вопрос: что делать? Попробовать с ним поговорить? Не трогать или вовсе игнорировать? Немного подумав, Армин решил просто подождать и посмотреть, что будет дальше. Может, время само подскажет, как быть. Как только парень закрыл для себя этот вопрос, подошли его друзья. — Эй, Армин, ты чего нас сегодня не встретил? — с шутливым наездом начал Эрен. — Простите, я… — Ой, да чего ты так серьёзно то воспринял? Оправдываться начал? — хлопнув по плечу, продолжал «допрос» парень. — Или что-то случилось? Ты такой задумчивый. — Да нет, ничего важного. Так… На некоторое время разговор затух. — Я пока шёл по улице, подумал, что сегодня какой-то необычный день. И ветер сильный, и дождь льёт. Кто-то скажет: «Ну, осень, как осень, что с того?». А мне кажется всё иначе. — Вот это ты конечно выдумщик, однако, — Эрен немного задумался, — действительно есть необычное ощущение. — Оно как будто висит в воздухе, — наконец вступила в разговор Микаса. — Вот, правильно сказала. — Может, это действительно просто пришла осень? Прошедшее лето было долгим. Мне даже порой казалось, будто оно будет вечным. — Но это лишь были чувства. Календарь нам сказал обратное, — закрыл тему Армин. Пока шёл этот незамысловатый диалог, другие ученики уже подтягивались к кабинету. Саша увлечённо думала о том, что сегодня она возьмёт на пробу в столовой, Конни пытался что-то запомнить перед занятием, усиленно читая конспект прошлого урока, чтобы ответить хоть как-нибудь, если его спросят. Жан же что-то по-тихому обсуждал с Марко. — Ты ж понимаешь, что я конкретно так накосячил. Надо как-то извиниться, но честно… Подходить к тому, кого ты чуть не избил по дурости и просто так просить у него прощения… Это как-то странно. — Может и странно, но лучше не придумаешь. Армин вроде добрый, так что не будет долго обижаться. — Ну, это да, но его как-то поймать так, чтоб он был один, иначе я опозорюсь. — Да уж, год только начался, а ты уже попал в оказию, — Марко усмехнулся. — В общем, давай на большой перемене а отвлеку Эрена, а ты сможешь спокойно поговорить. — Что ж, давай, иначе никак не выйдет, — Жан тяжело вздохнул. Вскоре начались уроки, проходившие один за другим. И вот на большой перемене Марко заговорил Эрена, болтая о том и о сём, пока Жан, безуспешно пытаясь скрыть неуверенность, подошёл к Армину. — Ты, это, того, извини меня за вчерашнее. Я типо был на эмоциях, и… — Я понимаю, — прозвучал короткий ответ. — Ты действительно вчера немного сошёл с ума, но всякое бывает. В конце концов, ты ж меня так и не ударил, но прошу, не думай даже драться с кем-нибудь. Я вижу, что ты не такой уж и плохой, каким хочешь казаться. Последняя фраза разозлила Жана: что-то было в ней крайне раздражающее, такое неприятное, выворачивающее наизнанку. Но гнев быстро сменился на осознание: он прочитал меня. Он как-то увидел то, что не стоило! И как быть? Прочитать этому мало знакомому человеку свою исповедь? Или заставить его молчать? Третье не дано: вдруг он разнесёт это? Надо что-то придумать. В своих мыслях Жан перестал слушать Армина, потеряв нить слов собеседника. — Я надеюсь, что у нас всё наладиться, — именно на этих словах Жан вернулся в реальность. Что ему говорили до этого? Чёрт, он почти всё прослушал. Нервы удивительно быстро накалились до предела, потому сам для себя неожиданно парень выдал: — Что думаешь обо мне? Я действительно не такой уж плохой? — Ошарашенный Армин потеряв понимание ситуации, решил не игнорировать вопрос. — Да, я об этом сказал, но ты скрываешь в себе неуверенность за маской самолюбия, — теперь в растерянности вновь оказался Жан. Надо снова что-то срочно выдумать! — Ай, ладно, «психиатр». Ты попал в точку, только у меня к тебе просьба: никому об этом не говори, иначе первым получишь ты же, понятно? — Как-то странно ты действуешь: сначала идёшь мириться, а потом снова расправой грозишь, — ошарашенный Жан сам понял, всю глупость его слов. — Ладно, ты прав. Прости, я совсем запутался за эти дни. Уже не знаю, что и как делать. — Я тоже. В этом мы похожи. — Возможно, — усмехнулся Жан. — Надеюсь, мы поняли друг друга? Армин лишь кивнул головой, на чём этот сумбурный и воистину комичный диалог кончился. Жан вернулся к Марко, чтобы отчитаться об итогах их операции, Армин же спокойно продолжил свои дела. День пролетел затем быстро, без особых приключений. Разве что некоторые ученики вспомнили комичную историю о том, как Ханджи в прошлом году снятым с себя же тапком пришибла таракана, сидевшего на двери кабинета. С тех пор «тапок Ханджи» стал местечковым приколом, который посвящали несведущих новичков этой школы. Вспомнилась и история про мышь, вылезшую из-под крана в одном из кабинетов. В остальном, всё как всегда. Эрен с Микасой разошлись с Армином у привычного им места, гадая, о чём же их друг говорил с той «лошадиной мордой». Ветер же немного ослабел.