Соавторы Судьбы

      Чимин второй день наяривает Тэхёну, но мобильный номер не доступен, к домашнему никто не подходит. Он готов всё бросить и мчаться в Китай, притащить этого упрямца ко второму и заставить их поговорить, пока они с Мином ищут лекарство для Джунг. Чонгук никак не может сосредоточиться и мыслить здраво. Со Ним с утра до ночи воет, но Чимин уверен, что сука боится со смертью дочери лишиться всех привелегий, потому что, вместо того, чтобы сидеть рядом с дочкой и помогать Гуку, она истерит и оттягивает внимание врачей на себя, а у самой даже давление ни разу не засбоило! В такой ситуации они с Мином — единственная надежда девочки!       Пак вдруг понимает, насколько благоприятно было бы присутствие здесь Кима: тот уже пережил нечто подобное и помог бы Чону. Но…       Вдруг на его телефон приходит формула непонятного вещества с неопределяемого номера. Пак подходит к Юнги и показывает замысловатое скопление символов. Мин некоторое время рассматривает формулу, затем хватает телефон и заходит в какие-то свои документы, ищет нужный и показывает Чимину. Тот только рот рукой прикрывает, но Мин качает головой, указывая на метку: «На людях не испытано!»       — У нас с Тэ было несколько разработок «из алхимии», — тихо объясняет Юнги Паку. — Когда проваливались опыты на крысах, Тэхён убеждал меня, что далеко не всё можно испытывать на мелких зверьках. Они же сильно отличаются от людей! Зато это прекрасно срабатывало на… свиньях. Ким утверждал, что эти животные — максимально приближены к людям. Опыты лучше ставить на них. Тогда мы и прикупили несколько особей, облучили их, добились лейкемии и провели опыты. Из восьми животных пять выжило, когда их кровь была заменена «голубой». Но эти наши опыты так и остались «алхимией», потому что не проверены… На людях…       Пак с обидой смотрел на номер, который был спрятан. Как связаться с Кимом? Как уточнить детали? Но главное — как его вернуть? Он чувствовал свою вину перед парнем, понимал, что план его — херня: и сработал вообще не так, как он хотел, и результат не тот, на который он рассчитывал! А теперь Ким помогает им «из-за угла», а Пак у него даже прощения попросить не может! Он отводит Мина в сторону и впервые почти за неделю спрашивает:       — Что ты знаешь о Киме Тэхёне? Где он теперь? Мин, это ведь точно он прислал формулу «голубой крови». И, если прислал, понимая, кому и зачем она нужна, значит, он её уже испытал на людях. Значит, он следит за нами. Давай найдём его, Юнги, — уже упрашивает он. — Мне есть, что ему сказать!       Юнги только вздохнул, посмотрел через окно на Чона и тихо ответил:       — Пак, он не хочет общаться с нами. Я тогда передал Чону его сообщение, но ты же помнишь, что тут началось. А потом я ему звонил, но он больше не доступен для меня. Что у вас там с ним приключилась? — по тысячному кругу начинает допрос Юнги. — Почему Чонгук ничего не хочет о нём слышать? Я уверен, что он ошибается.       Пак нервно смотрит в сторону Гука, сжимает губы зубами и почти шепчет:       — Все мы ошибается, пора это понять и начинать принимать друг друга такими, какие мы есть, а не идеализировать. — Чимин ненадолго затихает, затем уверенно говорит: — Мин, давай покажем Чону формулу. Но не будем говорить, кто прислал. Иначе он откажется.       А Чонгук даже не интересуется, откуда формула. Он рычит, потому что неделю живёт в режиме: «уход за дочкой — крики и бой по груше в подвале — десятиминутный сон»:       — Начинайте готовить, я согласен.       — А я нет! — вбегает в палату дочери Со Ним. — Что будет, если она умрёт? Ты хочешь ставить эксперименты на собственном ребёнке? Кто будет за это отвечать, если у тебя не получится?       Гук хрипит, глядя красными от усталости и недосыпа глазами на «несчастную мать» с идеальными причёской и макияжем:       — Я возьму вину на себя, Со. Она и так умрёт, безмозглая ты курица! Если бы в твою тупую башку пришла мысль проверить и нас с тобой на совместимость, то ты не родила бы ребёнка с врождённой лейкемией! Пошла вон отсюда, кукушка! За год жизни ребёнка у тебя ни разу не возникло вопросов, почему у дочери постоянно температура! Уберите отсюда эту тварь, пока я её не уничтожил!       Женщину выводят из палаты девочки, она снова падает на руки доктору и начинает очередную истерику, даже не размазав туши.       В этот момент Мину звонит управляющий поместьем:       — Господин Мин, в лабораторию привезли реактивы. Вы в курсе? Вы не оставили указаний. Я не уверен, но люди говорят, что дело срочное.       Юнги оторопело смотрит на Пака и тихо говорит в трубку: — Принимайте всё, мистер Хо.       Чонгук, выслушав новость, кивает, и ребята покидают убитого горем отца. Чимин и Юнги приезжают в лабораторию и наблюдают удивительную картину: трое лаборантов запускают процесс синтезации. Они быстро дают отчёт прибывшим учёным и продолжают работу, словно уже получили чёткие указания. Чимин опять с тоской смотрит на неопределяемый номер, подходит к одному из лаборантов и говорит:       — Дайте мне номер телефона вашего босса.       Один из ребят начинает диктовать. Пак записывает, и в итоге на его экране высвечивается: «Чон». Он с удивлением спрашивает:       — Вас что, наняли с этого номера?       — М… Нет, нас нанял лично профессор Чон, — отвечает самый болтливый лаборант.       — Профессор? — не унимается Чимин. — Как он выглядел?       — Высокий такой. Худой. Красивый.       — Этот? — показывает Чим фото Гука.       — Нет, тот другой.       — Может, он? — в ход идёт фото Тэхёна.       — Вообще нет. Тот точно кореец. А этот… Какой-то полукровка, — заключает лаборант.       Чимин беспомощно смотрит на Юнги. Тот только плечами пожимает. Показывает на часы, и Пак понимает, что время тратить на херню никак нельзя. У Джунг кризис, и девочка держится только на донорской крови, которая уже два дня как усваивается организмом только на тридцать процентов.

***

      Чонгуку снова снится кошмар: он открывает видео, пришедшее с телефона Тэхёна и видит, как его любимый обнимает… Не его, Чона. Кто это — не понятно, но ясно слышен шёпот:       — Тэ, любимый, ты рад, что мы снова вместе?       Глаза Тэхёна прикрыты, губы бледные что-то шепчут, но разобрать трудно из-за возни. Видео явно обрезано, затем Тэхён ритмично вздрагивает, его снимают немного сверху, глаза приоткрываются, видео закончено.       Чонгук снова вскакивает. Господи, он с ума сойдёт с этим всем! Дочь умирает, этот… сучонок из башки не выходит! Он смотрит на девочку: она бледная, губки почти белые, ручки сжатые в кулачки. Чонгук и себя корит за то, что не интересовался здоровьем дочери, не особо вмешивался в то, что называется уходом. Всё свалил на эту суку, а она только и умеет, что по рукам молодых докторов валяться! Как только всё закончится, он разведётся с ней, на хрен! Нет матери, и это не мать! Ким справляется, и у него получится!       Только бы получилось! «Голубая кровь» — байка из сказок, но кто сказал, что если этого нет, то никогда не было и не будет? Увидев формулу, Чонгук понял принцип синтеза и поверил в это лекарство. Вот только вопрос: откуда она у Пака? На ум приходит всего одно имя, но произносить его он не будет Не сейчас. Он потом со всем разберётся.       На телефон приходит смс: «Вакцина готова. Подготовь девочку». А чего её готовить? Желудок пустой, она уже второй день на физрастворе. Чон встаёт рядом с кроваткой на колени и тихо шепчет:       — Помоги ей, кто бы Ты там ни был! Ну нельзя же так, в самом деле, дать полюбить и сразу отнять!       И снова мысли мешаются. В них Ким тихо лопочет: «Я очень боюсь, что для тебя все это не всерьёз! Я влюблюсь, а ты решишь уйти. Я буду чувствовать себя брошенным, а ты будешь продолжать жить, как будто ничего не случилось!» А ещё голосок Тэёна: «Будь моей мамой. Стань добрым и люби нас с папой!» И он обоим обещал, что никогда их на бросит. Но что теперь делать? Как понять, куда двигаться дальше?       В палату входят Мин и Пак. Чонгук уже подписал все документы об ответственности за жизнь дочери. Однако Со Ним сопротивляется. Время безнадёжно уходит. Чонгук отводит Пака в сторону и задаёт ему только один вопрос. Тот отвечает:       — Да.       Чон подходит к Со Ним, берёт её за руку и отводит в сторону. Там, глядя на чертовку, он говорит:       — Предлагаю один раз. Я тебе дам сто тысяч долларов за то, что наш с тобой брак признают недействительным, а тебя — не матерью Джунг. Это значит, что не будет никакого контракта, все долги за свадьбу я беру на себя. Если ты сейчас откажешься, то как только Джунг не станет, я костьми лягу, но засужу тебя и твоего дружка-хуесоса за вашу махинацию, которая привела к смерти ребёнка. Что выберешь?       Со Ним задумалась и задала вопрос, от которого Чон едва не убил её на месте:       — То есть, ты обманул меня и положил не все деньги на счёт Джунг?       — Это всё, что тебя интересует? Что же ты за монстр? — сжимает Гук кулаки. — Но я всё же отвечу, ибо отсчёт времени идёт на минуты. Сейчас Пак собирает по всем друзьям и знакомым обозначенную сумму. Не будь тварью, Со Ним, соглашайся на моё предложение.       И женщина кивнула. Свобода и уйма денег вместо больного ребёнка, кучи долгов и мужа тирана? Глупый вопрос! Через полчаса все документы официально подписаны, Не Мать бросила мимолётный взгляд на умирающую дочь и навсегда покинула её жизнь.       Когда девочке вводили вакцину, Пак заметил какое-то шевеление. За окном палаты стоял высокий и стройной человек в маске и снимал процесс на телефон. Он плавно повёл кистью руки, и Чимин отвернулся, совершенно забыв о нём.       Через сутки «голубая кровь» обновила организм девочки и Джунг пошла на поправку. Чонгук, получив анализы дочери, рухнул на кушетку и вырубился на почти двое суток.       Чимин смотрел на ребёнка. Второго ребёнка, которого не хотели отцы, но сделали всё, чтобы они жили. Зато очень хотели мамы, но бросили, стоило появиться проблеме. Что случилось с этим миром? Он точно катится в пропасть, и спасти его не сможет ничто! Ноги юноши подкосились, и он упал бы, не подхвати его Юнги. Парень оттащил его на стул, подставил ему под ноги второй, укрыл своим пиджаком. И последняя мысль в измождённом сознании Пака была: «Кроме любви…»

***

      Чонгук проснулся дома. Он вскочил, хотел выбежать, но увидел, что в его руку воткнута игла, от неё идёт тонкая трубка.       — Это что за блять?       В комнату вбежал Юнги. Он выглядел сильно плохо: под глазами синяки, как ямы, губы почти синие, зато сами глаза почти выпадают из орбит и сияют, как фары бешеных гонщиков. Парень явно сидит на энергетиках не один день! Чонгук хочет заговорить, но голос такой сиплый, что он сам себя почти не слышит:       — Мин, что с Джунг? Что со мной? А с тобой?       — Со всеми всё в порядке. Ты спишь почти двое суток, я решил тебя прикормить. За Джунг смотрит бывшая няня Тэёна — очень надёжная женщина! А я что? Что со мной не так? — спрашивает Мин и начинает хохотать, как безумный гений.       Чонгук осторожно вынимает иглу из своей вены и подходит к другу. Он всерьёз обеспокоен:       — Юнги, сколько ты не спал?       В комнату входит женщина с девочкой на руках. Она говорит:       — Господин Чон, я — няня Вашей дочери, госпожа До. Господин Мин практически не спит всё это время. Почти двое суток. Он ухаживает за Вами и господином Паком. Его нужно срочно уложить. Он уже уронил телевизор, посчитав его ноутбуком, поставил греться обед в сушилку, а микроволновку пытался настроить, как радио приёмник. Уложите его, господин Чон, меня он не слушает.       В комнату протискивается заспанный Пак. Он слышал весь разговор и теперь с жалостью смотрит на Юнги, берёт его за руку и выводит из комнаты. Мин идёт за ним послушно, не возражая, только слишком широко улыбается и таращит глаза. Когда Чимин вводит его в свою комнату, тот с порога начинает раздеваться, заползает на кровать и падает прямо в джинсах, не добираясь до подушки. Чимин вздыхает, раздевает его до конца, подкладывает ему под голову подушку и тихо говорит:       — Теперь твоя очередь отдыхать, а моя — заботиться о тебе.       Но Мин ловит его в свои объятия и шепчет на грани сна и яви:       — Не уходи, Чим. Прости, что не помог тебе.       Пак только вздыхает: хорошо, что не помог!

***

      Чонгук обходит свой дом. Комната Джунг стала больше похожа на детскую, хотя, вроде бы, мало, что изменилось. Просто игрушки больше не стоят по полкам, а лежат у девочки в манеже. Просто няня сидит рядом с ней и разговаривает вместо куклы и утёнка. Просто между делом девочка с удовольствием кушает сама и кормит няню, кукол и его фруктовым пюре. И такой счастливой он видит дочь впервые. А раньше она только строго смотрела на всех или плакала. Другого состояния нерадивый папаша у неё не наблюдал.       Ему вдруг представилось, что в этой комнате появился Тэён. Весёлый мальчишка мог бы чему-то научить его Джунг. Вот только его гениальный отец… Чонгук сел в кресло рядом с манеже Джунг и снова зашёл в игру-ферму. Пробежался, поливая грядки, и вдруг увидел, как кто-то намеренно неверно расставил его кусты орхидей. Он обозлился: тут он выращивал их просто для себя — ну нравилась ему эта графика! Он аккуратно создал для них грядку десять на десять и посадил в шахматной порядке. Но теперь это было просто отвратительно: один цветок в одном ряду! И все посажены, как попало! Он начал перетаскивать цветы, как было, подсаживать новые, когда в его комнату влетел Пак:       — Стой, Чонгук! Не трогай ничего, я сделаю скрин! Это точно что-то значит: ты спал, я тоже, Мину было некогда, но «кто-то» изуродовал именно твою грядку, зная, что мы никак её не используем!       И тут у Чонгука всё встало на свои места! Он схватил телефон и, глядя в экран, начал набирать цифры: шестой ряд, девятый, пятый…       — Алло. Я ждал твоего звонка, Чонгук.

***

      Тэхён снова летит в самолёте. «Голубая кровь» драгоценна не только по своим свойствам, но и по цене состава. Тэхёну пришлось найти богача с лейкемией и предложить ему свою помощь в обмен на стоимость ингредиентов для Джунг. Теперь он узнал, что Чонгук влез в долги, чтобы выкупить дочку. И у него закончились все запасы. А на шею ему сели родственники. Да, теперь он спокоен за дом и Тэёна, но жить на что-то надо. Хосок сильно помогает, но только для связи с ребятами. Фактически, он тоже переходит под ответственность Кима.       И приходится Тэхёну на последние деньги подделывать документы, чтобы свободно перемещаться по миру. Для всех страдающих онкологией богачей он — профессор Чи Сяо Юй, гражданин Америки с китайскими корнями. Условие профессора: никогда никому из мира науки не рассказывать, кто и как их излечил.       На выданные в аванс ему деньги, Ким купил в Америке лабораторию, перевёз в Штаты семью, а теперь летит в Японию, снова на встречу с Чонгуком. Доказательств его невиновности у него нет, да он больше и не собирается оправдываться. Захочет поверить — поверит!       Снова тот же кабинет, только теперь в кресле сидит Чонгук, а он, Ким, присаживается на край стола. Чон строго смотрит на него, но теперь Тэхён спокоен. Он пережил. Его чувства к Чонгуку растаяли, когда вместо него в кабинет вбежал Хосок, вытащил его из-под ледяного дождя, отволок в номер, переодел и всю ночь сидел и слушал его горячечный бред: Тэхён снова простыл.       И в тот день он вспомнил свою предыдущую жизнь и смерть. И то, что было после. И вспомнил Чимина, потерявшего рядом с ним шанс на спасение. И его ангела вспомнил. И разговор Нама и Джина, в котором было сказано, что их ангелы отдали за них своё бессмертие. Хосок уверял его, что всё это бред, но когда Тэхён, прижав к себе стройное тело бывшего адвоката, сказал ему на ухо: «Я вспомнил, кто ты, Хос» — Чон сник, сдался и дальше только помогал ему.       И Тэхён принял решение, что нельзя стоять на пути к такой любви: Чонгук пожертвовал своим бессмертие ради Пака. Душа Чимина это знает, и хочет оплатить любовью. А он, Тэхён, должен отблагодарить Юнги. И плевать, что он в Мине видит только хорошего, даже не лучшего друга. Потому что он теперь помнит, каким другом был для него Чимин.       Но ещё он помнит, что и в той жизни Пак любил безответно, а эта жизнь — их самый распоследний шанс! Для каждого из них. Даже для Хоса. И всё должно быть правильно.       Правда, недавно на созвоне Джин сказал что-то типа: «Я тогда всё перепутал», — но это может быть что угодно, к ним это не относится!       Чонгук смотрит с тоской. Он скучал по этой твари, даже зная, что Ким ему изменил в первую же ночь. Хотя было что-то, что нервировало его в том видео даже сильнее, чем голый Тэхён под чужим мужиком. И сейчас ему хочется схватить его и не отпускать. Но надо сидеть и слушать, потому что Юнги с пеной у рта орал, что Ким не такой! На это Чонгук ему ответил:       — Вспомни, как появился Тэён.       И Мин утух. А теперь Ким сидит на столе, морозит его своими льдистыми глазами и молчит. Придётся начинать самому:       — Привет, Ким. Как поживаешь? Почему всегда именно этот отель и эта комната?       — Нет времени искать что-то новое просто, чтобы было. Привет, Чон. Я прилетел сказать тебе всего одну вещь. Она никак не повлияет на наши с тобой теперяшние отношения. Всё встало на свои места. Юнги скоро приедет ко мне, а ты, будь добр, обрати своё драгоценное внимание на Пака. Он тебе не просто друг. Но это к нам с тобой не относится. Я провёл расследование и в тот раз даже привозил доказательства. Ты не приехал, я в курсе, что у Джунг как раз был кризис, но я тогда не знал, всё уничтожил. Так что, просто поверь на слово…       … Тэхён начинает терять связь с реальностью. Он не слышит, что говорит Чимин, поэтому смотрит ему на губы, пытаясь прочитать по губам недоступные слуху звуки. Пак замирает, и Тэхён ясно видит:       — Я не хочу целовать тебя, Ким. Я хотел подставить тебя, но передумал. Ты такой же, как я, но чуть удачливее. К сожалению, Чонгук не умеет любить долго. Скоро ты пополнишь ряды его бывших и без моего вмешательства. А сейчас пойду-ка я спать.       Тэхён какое-то время охреневает, потому что и думать не хотел целовать Чимина. Он смотрит вокруг. Ли подносит ему рюмку с жидкостью, он с благодарностью принимает её и выпивает. Дальше всё происходит, как в тумане. Его несут на руках. Он голый, ему холодно, кто-то укрывает его и прижимается, шепча: «Хорошо, что мы с тобой снова вместе?» Он уворачивается от чужих рук и спрашивает: «Ты кто? Где Гук-и?» Его начинают целовать и шептать, что он и есть его Гук-и, но Ким отталкивает человека. Засыпает. Просыпается от того, что кто-то стоит между его ног и тупо… Ну, сам с собою левою рукою, потому что в правой, кажется, телефон. Сил хватает только оттолкнуть урода и выбить из рук телефон. Дальше он спал мирно.       Однако утром что-то мелькнула в сознании после того, как Ли слишком рьяно бросился перестелать постель. И анализы подтвердили, что парень подрочил на него шесть раз. А он потом и сам рассказал.       Когда плакал и признавался, что влюбился в него ещё в онкоцентре. А когда приехал «секретарь» Тэхёна и пригласил на работу вместо себя, он жизнь готов был отдать за господина Кима, пока не объявился Чонгук. И тогда в его голове созрел план, как их рассорить.       Тэхён только головой качал: путь один, а сценариев полно. Напоить и утащить в кровать чтобы: соблазнить и залететь, подсунуть кого-то вместо себя, подставить кого-то, ради шантажа и мести и так далее. Господи, как скуден этот мир на идеи! Ли он, конечно, уволил к херам, хотя вот прямо тогда в голове вспыхнула картинка, как они с Чимином битами превращают в однородную массу очередного урода. Этого тоже так хотелось грохнуть, да времени не было. Тогда он надеялся, что в Японии его ждал Чонгук…       — Тэ, я тогда соображал с трудом, все мысли были о дочке, а тут такое… Я… Я хочу начать всё заново с тобой. Ким, ты не хотел целовать Пака. А ты хочешь поцеловать Юнги? Думаешь, он просто так за тобой таскается? Он тоже тебя любит. И хочет. Сможешь ты его поцеловать? А переспать с ним?       Тэхён всё так же спокойно смотрит на него и отвечает:       — Разберёмся. Чонгук, мы должны… принять то, что ты и я — не будем вместе. Я не могу сказать тебе всего, но просто поверь мне, что так будет правильно.       У Тэхёна хватает сил встать, поклониться и выйти. А дальше он прислоняется к стене и, не в силах сдержаться, прячет лицо в ладони и стекает по стене вниз. Кто-то подхватывает его, не позволяя упасть, снова несёт в номер. Он шепчет, не открывая глаз:       — Хосок, всё не так плохо. Я не умираю, просто пиздец, как расстроен…       — Кто такой Хосок? — тихо звучит над ухом, и Тэхён распахивает глаза.       Чонгук сосредоточен, он несёт Кима в свой номер. И намерен не отпускать скотину, пока тот не поймёт, что никто ему, Чонгуку, кроме него, Тэхёна, не нужен! Он, наконец, понял, что шептал Тэхён на видео! В номере Чон ставит Тэ на пол, снимает с него обувь и толкает перед собой на диван. Усаживает его, садится рядом и требует:       — Пока не объяснишь, что за обстоятельства нас так растащили, я тебя никуда не отпущу!       Тэхён почти шепчет:       — Если я всё тебе расскажу, ты посчитаешь меня сумасшедшим!       — Ты опоздал, — серьёзно заявляет Чонгук. — Я давно тебя таковым считаю. Так что, слушаю тебя, брат по разуму.       Тэхён так и не знает, с чего начать, поэтому быстро говорит:       — В нашей прошлой жизни вы с Юнги были нашими с Чимином ангелами. И чтобы нашим душам не погибнуть, вы отдали за нас своё бессмертие. Ты был ангелом Пака.       Чонгук замирает. Он вдруг вспоминает, с какой болью вырвал свои крылья, умоляя: «Дайте шанс душе Кима Тэхёна взамен на моё бессмертие!» И истаявшего на его глазах Юнги, так же просящего за Пака. Он бледнеет и тихо говорит:       — Тэхён, но ведь всё было не так. Я и тогда любил тебя. И отдал своё бессмертие за тебя, малыш. А Мин за Пака. Он сильно переживал из-за того, что у него из-за тебя не было ни одного шанса на спасение. Тэхён, откуда ты знаешь это?       Тэхён почти с ужасом смотрит на Чонгука. Кое-что он знает ещё. Четверо уже знают, кто они. С Чоном — пятеро. Остались двое. Как только Пак и Мин вспомнят, кто они, их будут судить. И от этого суда будет зависеть очень многое. Ким хватает Чона за рукав и требует:       — Скажи, что ты вспомнил?       — Твои две жизни, Тэхён. В первой я был стажёром. А во второй следил за Паком. Боюсь, что это я подтянул к тебе пацана, потому что мне постоянно хотелось видеть тебя. Ты был дерзким и злым, но всегда каким-то честным. И ни в одной из двух жизней ты никого не любил.       Тэхён грустно улыбается. Он не знает, стоит ли говорить Чонгуку, сколько жизней он прошёл? И ни в одной он не встретил даже намёка на любовь. Ни в одной, кроме этой. В самой последней своей жизни он… Полюбил. Чонгука. И эта неправильная любовь ни к чему хорошему не приведёт.       Чтобы не путаться в догадках, Ким набирает номер Джина. Тот берет трубку не сразу. Рядом с ним хохочет Тэён. Тэхён нежно улыбается, но сразу становится серьёзным. Спрашивает после приветствий:       — Джин, кто отдал бессмертие за меня?       И слышит в ответ тихое:       — Чонгук. А я перепутал и наговорил Паку, что Чон отдал крылья за него. Это казалось мне тогда логичным. Но теперь я знаю, что не было в этом никакой логики! Ведь Чонгук… — Дорогой, — замирая, слышат ребята на фоне голос Намджуна, — не надо. Это лишь твои домыслы. Мы ведь точно не знаем.       — Хорошо, — снова звучит обиженный голос Джина, — не буду больше строить догадок, только факты: ваши ангелы поменялись вами и отдали свои крылья за чужих подопечных. И это говорит о том, что они полюбили вас ещё за гранью! И не свети в меня своими холодными глазами, Нам! Мальчики правда нуждаются в помощи и поддержке! Тэхён, дорогой, внуши как-нибудь Паку, чтобы он переключился на Мина!       Тэхён удивлённо смотрит на трубку. Гудки ясно дают понять, что другой информации он не получит! Чонгук оторопело глядит на него. Он и подумать не мог, что столько народу вовлечены в их судьбу! А они барахтаются по жизни, как слепые котята в половом ведре! Он любит этого человека несколько столетий! Но никак не может быть с ним счастлив. Это надо прекращать! Чонгук твёрдо спрашивает:       — Ким Тэхён, что ты скажешь мне теперь? Если ты ещё не в курсе, я официально отец-одиночка, воспитывающий дочь. У меня больше ста тысяч долларов долгов, поэтому я пока ничего не могу предложить тебе, кроме себя. Ты согласен принять меня такого в свою жизнь?       Тэхён снова хочет, но никак не может улыбнуться и вообще хоть что-то ответить. Он хочет, очень хочет этого ангела в свою жизнь, но сколько её осталось, этой жизни? А может, стоит воспользоваться хотя бы тем, что есть? И вместо ответа Тэхён тянется к Чонгуку, прикрыв глаза и по-детски выставив губы. Тёплая рука ложится ему на затылок, и его губы накрывает нежнейший поцелуй.       Джин снова психует:       — Вот ты опять! Опять такой не решительный, Нам! А тут ведь ясно, как «два плюс два»! Через тысячу лет после Тэхёна появляется новая душа с противоположными способностями: Тэхён впитывает, а этот источает! И не странно ли, что он вызвался не за своего человека? А до этого только и тёрся рядом! Да его же создали, как уравнителя!       Я думаю, что Чонгук должен был прийти в его последнюю жизнь. Но он что-то сделал не так. Кажется, утопил его убийц. Вот его и наказали остаться ангелом. Нам, так это было? Чего молчишь?       Намджун подходит к мужу сзади и тихо говорит:       — Ты всё говоришь правильно, Джин. Но есть одно «но». Вернее, два. Дети, которых не было в Его планах. И я не знаю, к чему теперь всё это приведёт.       Джин ластится в руках мужа, но при этом умудряется ехидничать:       — Я же говорю, что и Он может ошибаться!       Джун поднимает его на руки и уверяет упрямца:       — А я уверен, что Он всё делает верно, просто мы не видим полной картины. Дорогой, пока Тэён на занятиях по стрельбе из лука, не устроить ли нам свои собственные занятия?

***

      Чимин купил себе электронную сигарету и пробует её на вкус. Признаться, нравится ему всё это не так, чтобы очень, но деньги потрачены, надо докурить. В ближайшие годы им светит полунищенское существование.       Их контора срочным порядком закрылась, так как стали поступать заказы исключительно на выращивание искусственных человеческих органов, и ими заинтересовались государственные органы. Паку и Юнги выдали годовое пособие, Чонгуку — на восемнадцать месяцев.       Пак решил отдать такую кучу денег Чонгуку, чтобы он погасил хотя бы часть долгов. Юнги, словно прочитав свои мысли, предложил:       — Чимин, я с Чоном не такой уж друг, поэтому, пожалуйста, передай ему мои деньги, но скажи, что от себя. У меня есть небольшие запасы, мне не так надо. А у него дочь.       Юнги снова становится тем человеком, который рядом с Чимом находится чаще всех. Дошло до того, что они стали спать в одной комнате в доме Чонгука. Нет, никакого секса, никаких грязных мыслей. Ну, если только самую малость, когда Чим просыпался на груди Мина в кольце его рук. Или засыпал, укутанный в тёплое одеяло и перетянутый горячими руками. А утром Чимина будит запах любимого гляссе, потому что Мин попросил госпожу До готовить для них этот кофе.       А ещё каждый вечер они с Мином смотрят дорамы, про которые Пак только слышал, но из-за всяких переполохов никак не мог посмотреть. А теперь словно заново узнавал этот мир. И таких «а ещё» за эту неделю у Пака поднакопилось!       И когда Чонгук прислал ему сообщение: «Я помирился с Тэ», — Чимин только усмехнулся: кто бы сомневался! Эти двое… Словно… Да не важно. Есть двое, а есть пара. Так вот они как раз пара. Жаль только, что для него, Чимина, никто не создал пару…       Кто-то вытягивает из его рта сигарету и запихивает ломтик нектарина.       — Так и смотрится приятнее, и для здоровья полезнее, — говорит Юнги. — Что нового? Куда улетел?       — Чонгук помирился с Тэхёном, — тускло сообщает Чимин.       Юнги кладёт руку ему на плечи и притягивает к себе. Чмокает в макушку и говорит:       — Я понимаю, что прозвучу банально, но, поверь, это тоже пройдёт. И жизнь. Она не стоит на месте. Чимин, позволь мне попробовать сделать тебя счастливым. Я знаю, что в твоих планах и даже мечтах меня нет. Но попробуй принять мои чувства к тебе.       Мин наклоняется и начинает нежно целовать губы Пака. Как ни странно боли от того, что Тэ и Гук снова вместе, он не чувствует. А вот радость из-за того, что Мин, наконец, сделал первый шаг — очень даже!

***

      Чонгук опять рассматривает своего парня. Тот свернулся в его руках в уютный комочек и тихо сопит, лишь изредка вздрагивая. Тогда Гук прижимает его к себе крепче и нежно целует в висок.       Никогда бы не подумал, что от присутствия одного единственного человека в жизни мир может просто перевернуться! Они не успели обсудить ни одного вопроса, кроме главного: им суждено быть вместе! Но теперь Чон снова думал: как это сделать?       Вся его жизнь в Корее — это дочь, которая жива лишь благодаря стараниями Пака и Мина. Работы больше нет. Дом можно продать, получится немного перекрыть долги. Но где они будут жить? Согласится ли Ким принять его с ребёнком?       Чон написал Паку, но тот ничего не ответил. Почему-то Чонгук решил, что ему вообще желательно как можно больше устраниться от Чимина. Если парень в него влюблён, то ему наверняка больно смотреть, как он, Чонгук, купается в своей любви. Пусть хоть немного подумает о себе и своём счастье! Да и Тэхёну будет спокойнее, если рядом с ними не будет несчастных людей.       Вот почему у них с Юнги не срастается? Мин ведь за гранью точно терпеть не мог Тэхёна! Чонгук помнит, как не по рангу бесился ангел, вытаскивая своего подопечного из очередного дерьма! К примеру, когда Ким ограбил графиню, Мин чуть все перья с правого крыла не потерял!..       … Тэхён выглядел просто чудесно в ярко-красном костюме. Его странная внешность притягивала к себе все взоры. Он пошёл играть за стол с картами. Там сидело довольно приличное общество. Юный пират, надевший в этот клуб свежеукраденный камзол, мало отличался от местных завсегдатаев. Если только красотой.       Не мудрено, что на него тот час положила глаз графиня. По правде сказать, дама была не просто в возрасте, но и безобразной, к тому же. Однако имела неимоверное количество денег, что позволяло ей менять любовников, как перчатки. В этот вечер её фаворитом, естественно, стал Тэхён. К тому же, парень то и дело проигрывал. В итоге он снял с безымянного пальца золотой перстень с дымчатым топазом, поцеловал его и поставил на кон. Графин рассмеялась:       — Эта вещь так дорога Вам, господин Ким! Я предлагаю Вам поставить на кон… одну Вашу ночь. Если Вы выиграете, то все эти деньги уйдут к Вам. Если проиграете, эту ночь Вы проведёте со мной. Решайтесь, мой мальчик, я знаю толк в ласках, Вам точно понравится.       Тэхён чуть нахмурился и сказал:       — Графиня, Вы настолько не цените деньги, что готовы поставить такую сумму против одной ночи с бедным дворянином?       — Да, дорогой. Деньги в моей жизни давно не самое главное. Пока есть, что продать, беспокоиться не о чем.       Ким ещё немного подумал, оставил перстень на кону и сказал:       — Одна ночь со мной!       Карты были сданы, и Тэхён понял, что эта куча денег точно будет его. Однако… Несколько неверных ходов, и графиня кокетливо хихикает, строя ему глазки из-за краешка веера:       — Видимо, не одной мне не хватает любви! Что же, господин Ким, жду Вас в моей карете!       Через час графиня стояла перед ним на коленях с саблей у горла и говорила, где спрятаны её сокровища и деньги. Тэхён, сорвав со стола скатерть и покидав в неё свою добычу, сел в кресло и сказал:       — Карточный долг — дело святое. Я обещал Вам свою ночь, но не любовь. Я не нарушу правила, если останусь с Вами до утра.       И до самого рассвета парень травил даме из высшего света байки о своей пиратской жизни, в которой слова «убил» и «выебал» были самыми частыми. Старая графиня, слушая молодого мерзавца, уливалась слезами, стоя на коленях с саблей у горла. Как только за окнами забрезжил свет, Тэхён сказал:       — Ну, мне пора! Ночь была так себе, ничего-то нового Вы мне ни рассказали, ни показали! Сплошной обман! — и парень выскочил в окно.       Вот тогда Юнги пришлось помотать крылышки, чтобы донести полупьяного и ошалевшего от удачного ограбления Тэхёна до его корабля. Сначала под его тощий зад Мин подставил лошадь, затем, когда Ким, не удержавшись на резвой скотине, слетел, а погоня никуда не делась, Юнги подогнал ему карету. В которой так кстати оказались две юные особы и их матрона. Ким чмокнул обеих молодушек, сорвал с них серьги и ожерелье, а с дамы подвески, и выпрыгнул в другую дверь на полном ходу прямо под ноги догонявшим его слугам графини.       Но тут парень сам не растерялся. Он показал полуголодным парням изумрудные серьги одной из красоток из кареты, и те отдали ему лошадь и чуть не с почётом проводили его до корабля. Там он, подумав, отдал парням и рубиновые подвески, и двое из троих вошли с ним на борт частью его команды.       Чонгук и сейчас внутри себя слышал вопли Юнги о придурки, которым его наказывают из раза в раз. А Чонгук смотрел на красивого парня, и сердце его замирало от его безбашенной смелости и жизнерадостности. И казалось ему, что только за это можно простить все его грехи!       А Тэхён в этот момент видел сон, в котором ярким калейдоскопом проходили лица когда-то соблазнённых им женщин. В первые жизни их было три-четыре, но потом доходило до нескольких десятков. А в последнюю их насчиталось больше двух тысяч. И каждая из них проклинал «этого чёртова Кима Тэхёна», который воровал их бедные сердца, а взамен оставлял пустоту и безнадёжность.

***

      Хосок стоял на коленях перед Чистым Светом и сообщал:       — Проявитель нашёл свою пару. Ангелы начинают вспоминать. Юная душа пока бродит во мраке. Будет ли снисхождение бывшим генералам? Они, можно сказать, искупили свои грехи. Можно ли вернуть им крылья?       — Нет.