Травник и Волк

Безлунной тёмной ночью Сергей ворочался, время от времени проваливаясь в дрёму, на тонком слое сена. Спать было несколько неудобно, да и мрачные мысли травника не покидали: «Что будет дальше? Озлобится ли его гость на знахаря и всю деревню или же будет благодарен за спасение?» Сергею не хватало информации. Но не будет ли подозрительно начать расспрашивать сельчан? Можно было поискать информацию в книгах его матери, но Сергей читал с трудом (впрочем, он был единственным во всей деревне, кто хоть немного умел читать). От мыслей Сергея отвлекло ёрзанье и тихий скулёж с другой стороны печки. Знахарь подскочил со своего места: вдруг у волка снова открылись раны? Из-за пережитого недавно стресса и превращения туда-обратно состояние волка снова стало опасным. Но, когда знахарь увидел в свете лампы дёргающегося волка, это больше напоминало конвульсии, и крови не было. Травник кинулся к волку, боясь, что это может оказаться какой-то припадок. Какова вероятность, что у волка падучка? Волк скулил, дёргая лапами, будто пытался убежать. Глаза его были плотно закрыты, а мышцы лица дёргались, будто в спазме. Знахарь испугался — он совсем не знал, какое растение лечит эту хворь. Сергей только слышал от матери историю, как при ней сельчане сожгли больного падучкой, посчитав, что в того вселились бесы. Знахарь начал вспоминать все прочитанные им книги и, упомнив кое-что, пригляделся к волку. Но пены изо рта не было, да и скулил волк ровно, без примеси других звуков. Знахарь выдохнул — кошмар, значит. Ничего опасного. Волк, тем временем, так сильно дёрнул лапой, что сбил ею небольшую тумбу, перевернув её и, вероятно, разлив несколько настоек внутри. Сергей вздохнул и осторожно, стараясь не угодить под лапы волка, направился к перевёрнутой тумбе. С трудом оттащил её подальше от беспокойного зверя и, задумавшись, присел рядом с его мордой. — Волче... Откуда ты такой? — мягко, дабы успокоить, заговорил травник. Волк мотнул головой в его сторону, но травник сдержал порыв отшатнуться. Всё-таки он не сделал ничего плохого. Но волк всё так же спал. Было непонятно, успокоили ли волка действия травника или нет, но тот продолжил говорить, осторожно положив руку на голову огромного зверя и начав гладить. — Волче... И вовсе ты не страшный. Просто заблудшая душа со своим прошлым, со своими секретами. Травник облокотился о спину подуспокоившегося волка и, утонув в тёплом мехе, уснул. На утро, будто бы, всё прошло, и Сергей с новыми силами приступил к работе. Знахарь слышал, что сильная физическая боль может помешать сну и спровоцировать кошмары, так что Сергей решил прибегнуть к крайним мерам — надымить в избе опием и другими редкими травами, дурманящими сознание и убирающими боль. Но самому знахарю в такой избе на время "надымления" лучше не оставаться, ведь лекарь всегда должен быть в здравом рассудке. Сергей порылся в своих запасах и, найдя нужные ветки и листы, связал их вместе. Знахарь поводил этой связкой над пламенем свечи и оставил их тлеть в глиняном горшке без крышки. Горшок он предусмотрительно поставил подальше от волка, чтобы тот не сбил его лапой во сне. Осмотрев избу, Сергей удовлетворённо хмыкнул, взял в руки корзину, после чего подозвал к себе Марго. Птица слетела с жерди под потолком и села на плечо хозяину. Знахарь одним пальцем почесал любимице подбородок, после чего вышел из избы, плотно закрыв за собой дверь. Сергей пошёл в деревню. Если точнее, то на рынок. В его деревне рынок был совсем небольшим, но пользовался спросом. В повседневной жизни знахарь редко туда захаживал, ведь еду, различные изделия, да и вообще всё что ему нужно, ему несли вылеченные им сельчане. Редко когда знахарю давали деньги, и сейчас он надеялся, что этой горстки монет хватит на несколько походов на рынок, пока волк не поправится. Рынок располагался почти в центре деревни, так что Сергей повстречал несколько людей на своём пути. Взрослые приветственно кивали ему, но смотрели не ему в глаза, а на белую ворону. «Диво-дивное,» — думали старики. Дети же, увидав знахаря, что обычно сидел дома, с любопытством начинали следовать за ним, рассматривая со спины. Он этого будто бы и не замечал. На рынке Сергей подошёл к прилавку знакомого охотника, с мыслями, что мясо-то оборотни точно едят. — Мне, пожалуйста, эту кабанью вырезку. Вырезку травнику дали что надо. Даже он — человек, имеющий дело больше с травами, это понял. Толпа из детей сама рассосалась, но, по приходу домой, Сергея ждала неожиданная проблема: у его дома стоял мальчик лет шести и пытался заглядывать в окна. — Эй! — воскликнул знахарь, поспешив к избушке. — Что ты там делаешь?! Марго, почувствовав настроение друга, поднялась с плеча и спикировала к испуганно обернувшемуся мальчику. Малец вскрикнул, прикрыв лицо руками, но ворона не нападала, а лишь кружила вокруг него, каркая. Прибежавший Сергей встал между окном и ребёнком, оттаскивая последнего от избушки. Тот не сопротивлялся, только хныкал. Оказавшись на достаточном расстоянии, Сергей начал отчитывать мальчика. — Ты не можешь просто так заглядывать в окна моей избушки, потому что там... Там опий дымится! Это очень опасно для ребёнка твоих лет! Мальчик, продолжая хныкать, протянул: — Простите~е, просто мой брат сказал, что вы колдун, и, пока вас нет дома, я могу увидеть там магию. Сергей устало протёр лицо. — Я не маг, я помогаю людям, но пообещай, что без нужды к моему дому больше не подойдёшь, ладно? Мальчик, вытирая кулачками слёзы, лишь кивнул. В дом Сергей зашёл весь на нервах. Как много мальчик мог увидеть? Если что, это можно списать на действие опиума, что подействовал на него из-за неплотности оконных ставень. Но, всё равно, лучше не рисковать и не подставляться расспросами об оборотнях. Придётся получать информацию из тех немногих книг, что были у травника. Но сначала — еда. Волк уже с неделю ничего не ел. Сергей открыл окна, прогоняя дурманящий аромат, сходил к личному колодцу во дворе и начал варить мясо. Твёрдую пищу давать волку пока рано — бульон в самый раз. Мясо варится долго, так что Сергей в это время пошёл менять повязки волку, приговаривая мягким голосом: — Волче, не страшись своих ран, я-то тебя на ноги поставлю, ты только потерпи. А волк на слова знахаря слабо мотал головой, будто и правда всё слышал сквозь сон. Бульон был готов. Знахарь набрал порцию в деревянную тарелку, и пошёл будить оборотня. Тот встал с неохотой, растерянно заозирался и, увидев знахаря, опасно ощетинился, но тут же лёг обратно, вероятно, не устояв на ногах. — Всё хорошо. Волче, не страшись, позволь мне помочь тебе. — успокаивал волка знахарь, садясь рядом с ним с тарелкой в руках. Обращаться в человека гость явно не собирался. Слишком подозрителен для него был человек, ухаживающий за оборотнем. Но знахарь и не думал о таком просить, ведь от обращения раны усугубились бы. Вместо этого Сергей приподнял голову волка и ложкой влил в пасть немного супа. Поев, волк продолжил послушно лежать, положив голову на колени знахарю. Сергей, вспомнив что-то, начал гладить лежащую на коленях голову и заговорил: — Знаешь, волче, раньше, во времена, когда в этой деревне только начали появляться дома.... И начал знахарь вспоминать сказки из своего детства. Наверняка волк — обычно такой сильный и грозный — сейчас чувствовал себя беззащитным, так что его надо было утешить. Сергей рассказывал любимые истории, что узнал от мамы, и будто сам возвращался в детство. Когда волк уснул, знахарь на минуту задумался: лечь ли рядом с ним? Но сначала надо закончить дела по дому: Сергей вынес вареное мясо в небольшую пристройку, что и сараем не назвать, чтоб за холодную ночь мясо не испортилось. Знахарь немного прибрался в избе, после чего полез в свой тайник под полом шкафа. Он хранил там все свои ценности — книги, боясь, что их могут украсть. Перебрав в руках все те книги, что у него были, большую часть он спрятал, оставив лишь одну: «О том, что нас окружает». Весь вечер Сергей провозился с ней, вычленяя нужную информацию, и к моменту, как солнце перевалило за горизонт, он закончил. Вот что было известно о волках: они, в большинстве своём, стайные. Едят мясо (редко — рыбу). У них нет имён, но есть короткие клички. Раньше на них была охота, так что оборотни и люди — враги. В волчьем виде общаются воем. Волков осталось мало. Сергей устало захлопнул книгу. У него появилось больше вопросов, чем ответов: раз волки стайные, то есть вероятность, что где-то недалеко от деревни бродит стая, к которой принадлежал "гость" знахаря. И если это так, то эти волки не прочь выпить людской крови. Остаётся только надеяться, что это волк-одиночка. Всё-таки ни днём ни ночью Сергей не слышал волчьего воя. Из мыслей знахаря вывел тихий скулёж. «Кошмар» — понял он, поднимаясь со своего места. Волк снова махал лапами, словно пытаясь от чего-то убежать, и тихо скулил. Знахарь обнял голову зверя, начав осторожно гладить её меж ушей. Волк успокоился, и тут же, проснувшись, отшатнулся от знахаря, тихо зарычав. Сергей же просто развёл руками и проговорил: — Привет, это был просто кошмар, ты в безопасности. Если хочешь, можешь звать меня Серым. Скоро ты встанешь на ноги, и всё будет хорошо, я обещаю. Волк нервно возил хвостом по полу, но, что-то обдумав, он успокоился, склонил голову вниз и послушно сел. «Серый» медленно подошёл к нему и погладил по голове, поборов свой страх, чтобы успокоить волка. Волк смиренно не убирает голову, после чего ложится обратно на подстилку. Сергей устраивается на своём лежбище, но сквозь сон чувствует, как что-то большое и тёплое ложится рядом с ним. Знахарь засыпает с улыбкой.