Травник и Волк

Эти несколько дней слежки Диме ничего не дали, лишь ударили по его кошельку и посеяли волнение в сердцах родственников. Но как им было объяснить, что в деревне мог обитать волк? Жизнь семьи Димы была в его руках. Он обязан был узнать правду. Если слежка результата не дала, надо было пробовать новые варианты. Может, поспрашивать Грома? Ясень пень, он замнёт или солжёт, но его реакция должна была хоть что-то сказать парню. Надо было пробовать. *** В дверь постучали. Гром, тяжело встав с кровати, пошёл ко входу. Он ещё пару минут назад учуял Диму, но надеялся, что тот передумает стучаться и уйдёт. Обычно Игорь не был таким закрытым и вполне себе радовался гостям, но сейчас ему было не до этого: Волк-чужак в деревне, а волки редко бывают одиноки, так что патрулировать нужно тщательнее и осторожней. До этого дня на него наседала Юля, заботясь о его ранах, но сейчас он чувствовал себя достаточно хорошо и, если бы не Дима, пошёл бы сейчас на патруль. — Игорь, я кое-что не понял, — с порога начал парень. — Как ты получил те раны? — На охоте поранился, — буркнул Гром. — Волка встретил? Игорь молчал. — Хорошо, а как чужак получил новые раны? Так же как и старые? Игорь замер. Гнев, направленный при первой встрече на чужака, затмил тогда его разум; но сейчас он вспомнил, что увидел множество почти заживших ран (Сергей его лечил... предатель) на волке в его истинной форме. Раны, оставленные другим волком. С такими ранами чужак не смог бы уйти далеко от того, кто его ранил, это значит, стая могла быть всё ещё рядом. Но где? Где Сергей мог найти раненого волка, да привести его в дом так, чтобы сельчане ничего не заподозрили? Он нашёл волка в своей части леса. Там надо патрулировать. Игорь резко поднялся, почти подскочил со своего места, направляясь к выходу. Тут же Дима пошёл рядом, что-то спрашивая, не понимая, что происходит, но Игорь повернулся к нему и слегка грубо сказал: — Ты не идёшь. Ослушаешься — перестану тебя вообще с собой брать. Понял? Дима помрачнел, но всё равно слабо кивнул. Удовлетворённый Гром поспешил в сторону избушки знахаря, держа путь на лес. О чём только думал этот чёртов кудесник, приводя в деревню волка? Лучше бы оставил его умирать там, где нашёл. Сколько же от них с волком мороки. Будь воля Грома, ноги бы этого знахаря тут не было. Но он помогает сельчанам, так что этот умалишённый нужен деревне. Сколько волков может быть в стае? До пятнадцати? Чёрт, чёрт, чёрт! Гром с ними не справится. Что, если чужак присоединится к нападению на деревню? Он силён как трое волков, одному Грому не спасти деревню. Сколько времени у него есть? Вот уж виден лес, и, как только Игорь достиг первых крупных кустов, он обратился и втянул носом воздух. Что ж, в этом месте и правда растёт много целебных и благоухающих трав, но Грому было не до них. Тонкими нитями вился запах Сергея, и Игорь побежал. Надо было осмотреть каждый кустик, каждый овраг, ища запах другого волка. Хоть Гром и не верил в богов, но, принюхиваясь на бегу, он то и дело мысленно повторял: "Пусть запаха не будет, пусть чужак будет один". Но его никто не услышал. Зайдя достаточно далеко, он почуял слабый запах оборотня, но не Олега (как звали чужака), а незнакомый. Это плохо. Это очень плохо. Заходить дальше Гром не рискнул, опасаясь наткнуться на всю стаю. Вместо этого он повернул обратно. У самого выхода из леса он снова стал человеком, подобрал свои вещи, оделся и поспешил к себе уже пешком. Надо было готовиться к битве. Битве без шанса на победу. Это удручало и злило, но поделать с этим было нечего. Скоро Грому, как и всей его деревне, предстояло умереть. Не успевает он всего пару метров дойти до дома, как его скручивают и начинают душить воспоминания. Ночь. Лес. Леденящий ветер в морду и тряска. Его, ещё щенком, на полном скаку несли в зубах, уходя от погони. Его отец, огромный бурый волк, покрытый ранами и шрамами, нёсся сквозь ветки и кусты, вынужденный убегать от собственного друга. Резкий запах заставил его остановиться — люди рядом, неизвестно сколько их, но лучше не рисковать. Если они вооружены, он не справится. Остался один выход — принять бой с преследователем. Волк резко мотнул головой, кинув сына в кусты — от волка не спрячет, но лучше уж так — и одним прыжком повернулся мордой в сторону, с которой должен был выскочить противник. Из своего укрытия Гром не видел происходящего, но у него были другие органы чувств. Он слышал рык, чуял кровь и, в этом он не признается даже перед собой, он боялся. Казалось, рыкам и рёву не было конца, но со временем они всё же сменились скулежом. Запах крови чувствовался, даже если дышать ртом, будто запах был осязаем, настолько он был густым. Волчонок не смог уловить момент, когда всё кончилось. С опаской выйдя из куста, он тут же наступил в кровавую лужу и заскулил. Несмотря на темноту, он хорошо увидел два тела перед собой: труп чёрного волка и полуживого отца. Тот был так слаб, что не мог встать. Он истекал кровью. Волчонок подбежал к нему, принюхиваясь, лижа мордочку, ластился, но его папа всё так же лежал, шумно дыша в перемешку с хрипами. Волчонку ничего не оставалось, кроме как лечь рядом, заскулив. Так он лежал, пока не рассвело, и его не нашёл человек, в будущем заменивший ему отца. Когда Гром пришёл в себя, его потряхивало, а в глазах стояли слёзы, ещё не успевшие выкатиться. Только проморгавшись, он понял, что его кто-то тряс, а знакомый испуганный голос звал его: — Гром. Гром! Юля склонилась над Игорем, а в глазах застыли слёзы испуга. Ни разу она не видела Грома в таком состоянии, из-за чего сама распереживалась. Мужчина невпопад вспомнил, как в детстве, после очередной его проделки, Юля так же плакала, а он обещал себе больше не доводить её до слёз. Солгал, получается. — Гром, что с тобой? — Юля отпрянула, спустя секунду потянув Игоря за собой, помогая сесть. — Волки идут. Они уже близко, — не отойдя до конца от своего состояния, проговорил Игорь как в бреду. Юля замерла, тяжело вздохнула после слёз и лишь спросила: — Мы скажем об этом Диме? — Нет. Он простой человек. *** Бонус Олег исподлобья смотрел на Марго, зло играя жвалками на скулах. Эта птица явно умнее, чем Олег думал раньше. Умнее и коварней. Он с самого начала заметил, как по-собственнически относилась эта птица к Сергею, постоянно сидя на его плече, а иногда и на голове, перебирая клювом его волосы. Только Волче не ожидал, что его эта ворона примет за соперника за внимание Серого. Когда они спали, Марго пыталась втиснуться между ними и недовольно каркала, если это не получалось. Когда Сергей передавал Олегу хлеб за завтраком, Марго вырывала его из рук и уносилась к своей жёрдочке. А когда Сергей не видел, она могла вообще сойти с ума, делая вид, что нападает на него, но стоило Волче пару раз стукнуть зубами, как эти выпады прекращались на время. Тогда Марго придумывала себе новые развлечения. Например, этим утром, когда Сергей уже встал, Марго перевернула на Олега корзину с мятой, отчего резкий травяной запах полностью вывел из строя чуткое волчье обоняние. Но Волче оставалось только терпеть. Всё же он не мог съесть друга своего спасителя, но, видит бог, однажды эта птичка допрыгается. Однажды, а пока Волче терпит. Исключительно ради Серого.