В Сердце Моём

- “- How was your flight?” “- We tried to sleep, but the plane was shaking too much”... - уткнувшись в раскрытый учебник, шептал Майки, забавно зачитывая диалоги по ролям. - “- So the journey was ex… exhau… st..”... Блять! Да какого черта английский такой сложный?! - “Exhausting”! - закончила я за него. В ушах все еще чесалось после берушей. - Так это правильно читается. - В рот ебал я это все!.. - Тшшшш! Тут же люди еще спят. - я оглядела салон самолета, уже медленно заполнявшийся тусклым светом из местами приоткрытых круглых иллюминаторов. Рассвет? Значит, скоро посадка. Майки в кресле рядом потянулся, тряхнув распущенными светлыми волосами и чуть хрустнув шеей. Он не спал всю ночь? Убрав из-под своей головы походную надувную подушку, я потянулась к книге на его коленях. - Ты учишь английский всего месяц. Естественно, это сложно. - Но я же должен как-то разговаривать с твоими родителями! - парень окинул меня игривым взглядом черных глаз, зачесывая пальцами волосы наверх и перетягивая резинкой. - С таким произношением они тебя все равно не поймут! - криво усмехнулась я. И резко прикусила язык - по лицу Манджиро медленно, но уверенно расползалось обиженное выражение. - Так приятно, когда моя девушка мной гордится и подбадривает! - зло пробурчал он. Блин, когда он так делает, я чувствую себя настоящей абьюзершей! Я накрыла его руку ладонью, чуть сжимая и переплетая пальцы: - Просто не беспокойся об этом! - чувствую большим пальцем длинный шрам на внутренней стороне его запястья. Свидетельство только зажившего перелома. - Я бы на твоем месте больше переживала из-за парней, оставленных без присмотра в Токио! - Глупости! - Майки ухмыльнулся. - Баджи присмотрит за Тосвой, Казутора и Хина - за ремонтом в баре. Санзу - за полицией и адвокатом Дракена. Ну, и Мицуя - за ними всеми. Умно. И до сих пор не верится, что все наши “приключения” закончились относительно хорошо. Ну, за исключением пары деталей. - Просим всех пассажиров занять свои места и пристегнуть ремни. Через полчаса самолет совершит посадку в Аэропорту Роналдсуэй! Я послушно щелкнула ремнем. - И я до сих пор понять не могу… - Майки остановился задумчивым взглядом на мигающей табличке над проходом. - Разве твои родители живут не в Люксембурге? Ты всегда говорила, что ты - оттуда. - Да, но… - эх, не знаю, понравится ли ему эта поездка! Он, скорее всего, рассчитывал погулять по огромному европейскому городу, а не вот это все. - Сейчас они в отпуске. Ремонтируют старый бабушкин коттедж возле Лакси. На материк мы вернемся через неделю… - Лакси… - Манджиро выглянул в круглое окошко, за которым уже замелькала рваная кромка моря. - О, так мы прилетели на остров? Круто! Когда колеса самолета уже отпружинили от земли и нас слегка тряхнуло, Майки снова вскинул на меня удивленные глаза. - Погоди, если ты родилась на этом острове, то… - в его голове явно происходят какие-то калькуляции. - То ты гражданка Британии? А причем тут Люксембург?.. - Я - гражданка мира! - хохотнула я в ответ, отстегивая ремень и подбирая с пола упавший рюкзак. - Мой отец - британец, его родители родом с острова. А мама из Люксембурга. Но лет до пяти мы вообще жили в Дублине у сестры отца, которая вышла за ирландца… - Ебать, как сложно! - Манджиро потянулся, поднимаясь с кресла. - Почему я никогда не интересовался твоей родословной? Это ж капец как интересно! Это он у меня спрашивает?.. Когда мы спустились с самолета по открытому трапу, меня сразу пронзил порыв не по-августовски прохладного островного ветра, пахнущего морской солью и влагой полей. Майки поежился, пряча руки в карман серой толстовки: - А че так холодно?! - Добро пожаловать на Остров Мэн! - я поплотнее запахнула на себе джинсовку. В небольшом зале ожидания, освещенном чуть тусклым сероватым пасмурным солнцем, кое-как пробивающимся из-за облаков и панорамных окон, я увидела родителей. Отца с падающей на глаза русой челкой, одетого в темно-зеленую ветровку, и маму - в огромной розовом свитере под горло и с подрастрепанной гулькой золотистых волос на макушке. Она сразу же заметила нас, поднимая на лоб огромные солнечные очки. - Солнышко! - воскликнула Хелена, вскидывая руки в воздух. Как же я отвыкла от ее громкого сирена-подобного голоса!.. Я кинулась к ним, чувствуя эту ни с чем не сравнимую радость, совсем как в детстве. Мать крепко сжала меня в объятиях, папа сверху потрепал по голове. Кажется, меня сейчас задушат! И как моя мама, будучи такой крошечной, может так меня стискивать? - Привет… - пробормотала я, улыбаясь. - Мы приехали! Что еще сказать? Мама, еще раз притянув меня к себе, уже разразилась: - Вы хорошо долетели? Где твои вещи? Мы так переживали, что ты вообще не приедешь! После того случая в этом вашем Токио… - Мам! - надо прекратить это срочно, пока она не села на своего любимого тревожного конька. Уж точно не стоит поминать пожар в баре! - Мам, пап, это Майки. Я рассказывала, мой парень… Мама, закончив меня тискать, впилась в Майки внимательным взглядом. Ох, не нравится мне ее выражение лица! Потянув отца за рукав, она запищала практически на весь аэропорт: - Алекс! Посмотри, какой он хорошенький! Разве бывают такие светловолосые японцы?! Наша дочь точно встречается с какой-то знаменитостью!.. Меня аж бросило в жар от смущения - она че такое говорит?! - МАМ! Он тебя понимает!!! - воскликнула я, повисая на ее руке и пытаясь прекратить поток этих неуместных (и, возможно даже, расистских) восторгов. Мать, на секунду зависнув, издала странный испуганный вздох, округлив глаза и прикрывая рот рукой. - Ой!.. Однако невозмутимости Майки можно было только подивиться. - Здравствуйте! Мне тоже очень приятно познакомиться. - чуть склонив голову улыбнулся тот, медленно проговаривая слова по-английски. - Меня зовут Манджиро. - Ман-нджи.. - попыталась повторить за ним все еще ошарашенная мама. - Просто Майки тоже сойдет! - сжалилась я над ней. Хелена с облегчением выдохнула. - Давайте заберем ваши вещи! - отец попытался сгладить неловкость, и мы подошли к растянувшейся рядом ленте, по которой резво катался по кругу багаж. - И поедем отдыхать. Нам добираться до коттеджа минимум минут тридцать… - Остров такой большой? - Майки сразу оказался возле него, подхватывая с ленты мой коричневый чемодан. Отец не успел и глазом моргнуть. А мой парень хорош, ко всякому сумеет найти подход! - Нет, совсем нет. - папа улыбнулся. - Просто дороги не очень. Особенно сейчас, после дождей. Недавно река вышла из берегов… Мы сели в машину, когда на стекло начал мелко накрапывать дождь. Майки, чуть придвинувшись, приобнял меня за плечи. Я же, наоборот, резко отстранилась, испытав острое чувство неловкости перед родителями. Отец, заметив в зеркале наши телодвижения, лишь усмехнулся и потянулся к кнопкам радио на приборной панели. - … С западного побережья Британии на Ирландское море надвигается циклон… - затрещал мужской голос из динамика, - В восточной части Острова Мэн в ближайшие несколько дней ожидаются сильные дожди и небольшой шторм. Местные власти уже принимают все меры по предотвращению возможных паводков. Просим граждан временно воздержаться от перемещений на паромах и перелетов на частном транспорте… Бля, обожаю этот остров! Сильные дожди в середине августа?! - Повезло, что вы успели приехать до начала шторма! - повернулась к нам мама. - Кто знает, отменили бы рейсы сюда или нет… Дом бабушки был именно таким, как я его и запомнила: чуть покосившимся классическим двухэтажным английским коттеджем, увитым плющем, с облезлой местами краской, темными деревянными рамами и с неизвестно зачем пристроенной шаткой террасой. Короче говоря - мрачным. - Похож на мини-версию дома из “Спайдервика”! - шепнул мне Майки, подкравшись сзади с моим чемоданом. А я думала, он смотрел только боевики с Джеки Чаном, никак не семейное фэнтези. - Или на дом из “Ужаса Амитивилля”! - скривилась я. Мы прошли по выложенной камнями дорожке к крыльцу. Сбоку к дому были приставлены строительные леса, плющ в этом месте уже старательно посрезали. И как только родители планировали привести эту развалюху в божеский вид за пару недель? Едва мы поднялись по влажным деревянным ступенькам к двери, в нос ударил запах террасных досок, мокрых после дождя. Мама звякнула ключами. Внутри тоже пахло сыростью и старостью, а еще немного вербеной и какими-то незнакомыми сухими травами. Свет в прихожей был тусклым и рассеянным, но Майки оглядывался с таким живым любопытством, что я только сейчас сообразила: он же никогда не видел старые дома не в азиатском стиле! Надо будет провести ему экскурсию. На самом деле наш дом совсем не такой большой, как могло бы показаться снаружи. На первом этаже крошечная гостиная с камином, двумя старыми диванами и обшарпанными книжными шкафами, набитыми пыльными книгами издания каких-то доисторических времен. Кухня с выходом на задний двор, чуть более модернизированная (это значит - наличие сантехники моложе 60-х), однако с заставшим еще Маргарет Тэтчер пузатым холодильником, антикварной керамической раковиной с медным смесителем и газовой плитой времен бабулиной молодости. Вечно холодная ванная комната с потрескавшейся плиткой в мелкий прованский цветочек и ванной на кованых ножках вызывала у меня некое смутное чувство ностальгии. Когда-то в одно Рождественское утро тут было так зябко, что маленькая я отказывалась умываться даже ради того, чтоб получить свой подарок. Сейчас тут, конечно, поставили относительно новый котел для отопления. Ну, как сейчас - примерно 10 лет назад. Спальня родителей, бывшая ранее комнатой бабушки, также располагалась внизу и была совершенно ничем не примечательна. На втором этаже - две крошечных жилых комнаты и слишком большой коридор, который мы так и не удосужились никак обустроить. Одна из комнат - моя спальня, где я хранила всякий хлам, который мог мне пригодиться, когда я приезжала сюда на лето. И вторая - гостевая, куда мама сразу же определила Майки. - Я постелила белье, располагайся как тебе удобно! - щебетала она, когда Манджиро недоуменно опустил свой чемодан на выщербленный темный паркет. - О, милый, ты же не думал, что вы с Хоуп будете жить в одной комнате? - лукаво-строгий взгляд. - Я не… Как скажете, так и будет. - вздохнул тот. - Располагайтесь, разбирайте вещи, а я пока подумаю, что мы будем на ужин… - она уже, кажется, разговаривала сама с собой. - Мы так торопились в аэропорт, что не заехали в магазин. Но какая-то еда у нас точно должна быть. Съездим завтра в Дуглас за покупками! Все еще бормоча что-то себе под нос мама затопала по ступенькам вниз. - Все так, как ты представлял? - улыбнулась я, наблюдая за Майки, расстегивающим свой чемодан. - Пока не понял! - честно ответил парень. - Разбирай вещи, я в соседней комнате, если что! - я вышла в коридор. - Дом такой большой, даже не знаю, как я тебя найду! - донесся до меня его саркастичный голос уже из-за стены. В своей детской спальне я вывалила содержимое чемодана на полутороспальную кровать, заправленную лоскутным покрывалом. Найдя среди тряпья зарядку, сразу подключила телефон. В моей комнате была только кровать, крошечный старый шкаф и письменный стол у окна. Как раз в ящиках этого стола и хранились все мои детско-подростковые “воспоминания”. Выдвинув шуфлядку, я окинула взглядом старенькую косметичку с поломанными крабиками для волос, несколько школьных тетрадей, потрепанный томик “Гарри Поттера” и обклеенный пожелтевшими наклейками mp3 плеер. Вот это, конечно, интересно… Подключив плеер к зарядке вместо телефона, я включила его. Офигеть, работает! Привычным движением кручу колесико, пролистывая список композиций. Плейлист всего на сорок с лишним песен - сколько мог позволить устаревший носитель. Ох, что ж я слушала такое? Не в силах подавить ностальгическую улыбку, я сунула наушники в уши. Уже тогда я была странным человеком. Что за подростки вообще слушают Radiohead? Это ж +100 к преждевременному старению. I wanna have control! I want a perfect body, I want a perfect soul… … But I'm a creep, I'm a weirdo! What the hell am I doin' here? I don't belong here… Теперь понятно, почему я это слушала. Просто натуральный, отборнейший депрессняк. - Хоуп, Майки! - голос мамы с первого этажа. - Спускайтесь! Поможете с ужином! Хоть мы и прилетели в 11 утра, день прошел как-то незаметно. Когда мы закончили с ужином, на улице уже свечерело. Это была такая густая, непроглядная деревенская темнота, что я бы не рискнула высунуться наружу даже в туалет. Слава богу, он есть в доме. Но мало этого - дневная морось превратилась в настоящий ливень, постукивавший в наши окна, будто напрашиваясь в тепло к столу. На ужин мы отварили пачку спагетти, добавив в кастрюлю банку томатной пасты, что нашлась в шкафчике. Кроме того, папа поджарил на сковороде каждому по ломтику хлеба с луковым мармеладом (тоже из консервных запасов в шкафчике). А я застелила стол выцветшей льняной скатертью и даже зажгла посередине свечу в посеребренном подсвечнике - для романтичности. - Ну, Майки… - Мама аккуратно накрутила спагетти на вилку. - Чем ты увлекаешься? Ох, эти светские беседы за ужином! Но Манджиро просиял, будто только и ждал этого вопроса. - Я увлекаюсь ба… Я ловко пнула его по ноге под столом. Парень вопросительно на меня глянул. Надеюсь, по моему красноречивому взгляду он прочитал “НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ МАМЕ ПРО БАЙКИ И БАЙКЕРОВ!!!”. - Ба… Бадминтоном! - выдал наконец тот. - Оооо, как это замечательно! - умилилась мама. - А мы с Хоуп раньше играли в теннис. Это же почти то же самое, что бадминтон? Когда распогодится, сыграем все вместе во дворе… Майки опустил голову, нервно тыкая в пасту на своей тарелке вилкой. А я затряслась от беззвучного хохота, представляя его играющим в бадминтон. После еды я собрала со стола тарелки и составила в раковину. Папа вызвался их помыть. А мама предложила нам с Майки сделать перед сном какао. Кажется, первый день знакомства прошел хорошо. Забралась в постель я непривычно рано - в половину десятого вечера. Кажется, меня сморила долгая дорога и звуки непогоды, обьявшей дом. Судя по отсутствию движения внизу, родители тоже сразу заснули. Шум дождя за окнами становился сильнее. Кажется, сквозь помутневшее стекло блеснула молния. Деревянная половица у моей двери скрипнула. Приоткрылась дверь. - Майки? - шепнула я в темноту. - Тссс! Его темный силуэт скользнул от двери к центру комнаты. Мое тяжелое одеяло шевельнулось, когда он забрался ко мне в кровать. - Что ты делаешь? - сердито шикнула я ему. - Родители услышат!... - А что они должны услышать? - его дразнящий голос прозвучал прямо у моего уха, и меня окутал знакомый сладкий запах лимонного пирога. Все еще не могу понять, почему он так пахнет. - Мало ли! - буркнула я в ответ. Мои щеки горели от смущения: нет худшего стыда для “ребенка”, чем осведомленность родителей о его сексуальных похождениях. - Мама же четко сказала, что ты спишь в спальне для гостей и… Ай, у тебя ноги холодные! - Потому что я замерз! - Манджиро капризно ткнулся лбом в мою шею, обхватывая руками за талию. - У вас в доме всегда так холодно? Или только в той комнате? - Попрошу папу завтра отрегулировать котел… - техника тут совсем старенькая, я бы сказала, непригодная для проживания. - В любом случае, не хочу спать один. - Ну ладно, оставайся. Но никаких прелюбодеяний!.. - Ага. Надо же, он не стал настаивать. Только тихо уткнулся головой в край моей подушки, и почти сразу засопел. Тоже утомился, поди. Утром на кухне нас ждал омлет и подогретые остатки вчерашней пасты. Мама заварила густой черный кофе в турке, от которого Майки отказался. А вот я выпила почти с удовольствием. Жаль молока нет… - Мы с папой сейчас поедем в Дуглас! - мать похоже заметила мое погрустневшее после скудного завтрака лицо. - Ну не успели мы вчера закупиться, простите! - Да нормально… - я кинула взгляд за окно, где все было затянуто серым. - А точно ничего, что вы поедете в такую погоду? По радио вчера обещали шторм! - Попробуем управиться до этого. - папа убирал со стола посуду. - А вы чем займетесь? - Пойдем погуляем! - я встала из-за стола. - Если дождь не ливанет. - Посмотрите на подготовку к ТТ? - отец усмехнулся. - Вы сказали ТТ? - Майки сразу оживился. Точно, я и забыла. Манджиро скорее всего осведомлен об этом даже лучше меня. Isle of Man TT - ежегодное соревнование. Мотогонка, если точне. Очень известная, благодаря своей сложной трассе, протянувшейся по всему острову, даже по самым непроходимым, но живописным местам. - Разве ее не провели в июне? - вздохнула я. - Перенесли. - пояснил отец. - Через пару дней вроде стартуют первые заезды… - Идиотский спорт! - фыркнула мама. - Не на что там смотреть. - МАМ! - возмутилась я. - Может, Майки интересно! - Интересно смотреть, как кучка придурков самоубивается?! - ее щеки даже покраснели от негодования. Да, мама определенно не понимает мотогонки. Да и вообще все, что связано с экстримом. Это, конечно, проблема. - Хелена, остынь! - папа примирительно обнял ее за плечи. - Отстань от детей. Пусть гуляют где хотят. - Пф… - мать, все еще распаленная, накинула на плечо сумку. - Ладно, мы поехали. Еще не хватало ссориться из-за таких глупостей! Родители хлопнули входной дверью, а я извиняюще глянула на Майки. Его точно должны были задеть слова мамы! - Прости… - Эх, ее можно понять! - Манджиро неожиданно улыбнулся. - Моя мать тоже сказала бы что-то подобное. Не ожидала, что он так спокойно отреагирует. Иногда он правда меня удивляет! Около часа дня мы, одевшись потеплее, вышли из дома. Мы двинулись вперед по песчаной дороге, оставляя туманные очертания Лакси по левую сторону. Воздух был тяжелым от влаги, темно-зеленые поля вокруг пахли горькой травой, а над нашими головами нависали облака-тучи, похожие на клубы напитанной серой сыростью ваты. Миновав длинную каменную ограду, поросшую мхом, мы спустились с холма и прошли под старым железнодорожным мостом. Стены его неглубокого тоннеля из влажных булыжников заросли вьюнком. - Надо было вначале сходить на Могилу Короля Орри, нам было по пути… - пробормотала я. - Это местная древне-кельтская достопримечательность. Но подождем лучшей погоды. А дальше вдоль побережья - Пляж Дун Глен. Но там тоже лучше тусоваться в солнечную погоду… - А сейчас мы куда? - На Мыс. - честно признаться, я вообще не помнила его официальное название. Всегда называла просто “Мыс”. - Там отличный вид на море, а еще спуск в грот. Надеюсь, его не затопило… Осторожно! - я, случайно сойдя с тропы, намочила кроссовок. - Папа вчера сказал, река выходила из берегов. Поищем переезд, а то не пройдем. Переезд мы нашли - это был узкий выложенный из камней насыпной мостик над ручьем между холмов. Служит он в основном для проезда на Мыс машин туристов. Но их обычно так немного, что сооружать что-то более существенное, видимо, нет смысла. Готова руку дать на отсечение - если бы дождь был чуть более сильным, эту хренотень затопило бы вместе с ручьем. Зато вид с Мыса открывался восхитительный. Нет, восхитительный. Стальное море шумело у подножия отвесной скалы, подернутое предвкушением надвигающегося шторма. Ртутная глядь вздыбилась, волна за волной набегали на камни, тараня их. А на горизонте - такое широкое, такое бескрайнее серебряное небо, затянутое тяжелыми, густыми лилово-багровыми грозовыми тучами. - Скоро мир совсем сойдет с ума. - тихо проговорил Майки, скользя взглядом по холодной глади воды, рассекаемой черными камнями у обрыва. - О чем ты вообще? - я опустилась на корточки, потирая замерзшие от ледяного морского ветра руки. - Посмотри, сколько насилия вокруг… - не ожидала услышать такие слова от него! - В каждой стране, в каждом городе, да в каждам доме! Вся планета пульсирует, напитываясь ненавистью. Рано или поздно, она рванет. Год, два, может пара десятилетий… - грустная, задумчивая ухмылка, - Но мы с тобой точно это увидим. Гибель всего. - Блин, ну ты иногда и гонишь! - меня передернуло от его слов. Эти его приступы меланхоличных откровений всегда застают меня врасплох, и я просто не знаю, что ответить. На самом деле иногда спокойнее думать, что он - обыкновенный гоповатый пацан, помешанный на своих друзьях, драках и байках, а вовсе не глубокий человек, не задумывается о судьбе мироздания и прочих высоких материях. Однако у всех нас есть двойное дно. - Слушай… - я дохнула теплым воздухом на краснеющие от холода костяшки пальцев. - А вот… Вот если бы тогда Кисаки меня убил, что бы ты делал? - А? - Майки глянул на меня сверху таким взглядом, словно на секунду забыл о моем существовании. - В смысле? - Ну, ты бы понял, что он меня убил, ты же не тупой! - продолжала я. - Если бы увидел мою силу у него. Ты бы понял, что это он во всем виноват. - сейчас план Кисаки кажется мне крайне сомнительным, ведь я уже знаю, что Майки нельзя загонять в угол. - И ты бы… Стал тем, кем он хотел тебя видеть? Стал бы сотрудничать? Чтобы… Вернуть Эмму и меня? - Ха! - Манджиро пнул камень у себя под ногами, и тот со свистом улетел с обрыва вниз. - Нет конечно! - А как тогда?... Как тогда в будущем происходили те вещи, о которых говорил Такемичи? - Я бы убил его. - парень тряхнул головой, скрывая глаза за растрепавшимися волосами. - И забрал бы твою силу. Ну, и потом по ситуации. Вернул бы тебя… - Вот как. - я поднялась на ноги. Не хотелось думать, что именно такой его выбор и мог бы породить цепочку пиздеца, произошедшую в будущем. - Кисаки тебя недооценил! Интересно, он придумал что-то на такой случай? - Да пошел он! - Майки неожиданно улыбнулся своей беззаботной детской улыбкой. - Нахрен ты про него вообще вспоминаешь? Если б он не был сейчас таким беззащитным под юбкой у мамки-Хинаты, я бы лично ему хребет переломил! - И это ты еще говоришь что-то о насилии, захлестнувшем мир… - пробормотала я в ответ. Да, естественно он до сих пор ненавидит Кисаки. Эмма ведь все еще не с нами. Чуть прогулявшись вдоль края мыса, мы дошли до спуска к гроту. - Там что-то интересное? - Майки помог мне спуститься по выбитым в скале крутым ступеням. - Да просто пещера. - я пожала плечами, ступая в сырой полумрак. - Туристов сюда водят, рассказывают байки про русалок и морских змеев… Эй! Майки, обхватив меня за талию сзади, чуть приподнял над землей. - Отличное уединенное место! - проговорил он мне в шею. - И тут точно нет вечно следящих за нами родителей. - Так вот зачем ты хотел сюда прийти! - я повернулась, заключая его лицо в ладони. - Какой плохой мальчик. - ущипнув его за щеки, я не удержалась и рассмеялась. У него такое удивленное лицо! - Что ты себе позволяешь, женщина… - лукавая хищная улыбка. Черные глаза в полумраке сверкнули странным блеском. - Я не просто плохой, я ужасный! И почему эта дурацкая игра меня все еще заводит? Все-таки, видимо мне нравятся “bad guys”. Руки Майки скользнули мне под толстовку, и я дернулась: - Ай, холодно!.. - Сама виновата. - дразнящий шепот у уха. Чуть прижав меня к каменной стене пещеры, Майки склонился к моему лицу для поцелуя. По телу пробежала волна знакомых и любимых мурашек, которые появляются, стоит мне лишь почувствовать его запах. Мои холодные губы так жадно впились в губы моего парня, будто пытаясь насытиться его теплом. Еще ближе, еще сильнее… Я так скучала по этому. Черт, да надо было сделать это намного раньше, ну и что что родители!.. - Больше не холодно? - оторвавшись от меня, Манджиро облизнулся. Его глаза в темноте все еще блестели, как глаза хищной птицы. А пальцы, все же вынырнув из-под байки, спустились ниже, к пуговице джинс. - Да тут чертовски холодно! - я притянула его к себе за плечи. - Но трахаться мы тут не будем, я не хочу цистит…Ах! Его нога оказалась у меня между бедер, окончательно отрезая путь к отступлению, а пальцы уже ловко расстегнули джинсы, касаясь меня сквозь ткань трусиков. - Можно же и так… - Майки склонился к моей шее, еще плотнее прижимаясь к моему бедру. Сквозь трусы его руки были уже не такими холодными, а движения пальцев заставили меня изогнуться. - Где твоя изобретательность, Хо-чан? - Аах… ты… - кожей шеи я почувствовала, как он усмехнулся моему сдавленному мяуканью. - Давай… - поцелуй за ухом, потом на сонной артерии. Легкий укус за покрывшуюся мурашками ключицу. - Ты тоже… Сквозь сладкий и липкий туман наслаждения, заполнивший мою голову, я сообразила, что он от меня хочет. Все еще притягивая Майки одной рукой к себе за плечи, свободной я смогла расстегнуть пуговицу его джинс. Скользнув пальцами внутрь, я осторожно обхватила его затвердевший член. Почему у него такая нежная и такая горячая кожа… - Ай, ты такая холодная!.. - Майки чуть дернулся, утыкаясь лицом в мои волосы. - Сам виноват. - хмыкнула я. На секунду достав руку, я подышала на замерзшие пальцы, пытаясь их разогреть. - Так лучше? - прошептала я, возвращая руку назад. - Ага… - чувствую грудью, как он тяжело вздыхает, стоит мне только проскользить рукой снизу вверх. Как же быстро бьется его сердце! - Да, вот так… Его пальцы чуть надавливали на мой клитор, заставляя буквально растекаться по холодной каменной стене грота. Другой рукой он ухватил меня за шею сзади, притягивая к себе, будто не давая возможности сбежать. Ноги ослабли, все тело словно налилось сиропом. Даже моя некогда замерзшая рука, ласкавшая Майки, уже стала горячей и влажной. - Я почти… - пробормотал он мне в губы. - Я сейчас.. Чувствую знакомую пульсацию его разгоряченной плоти под пальцами. - Подожди я… я тоже… - я прильнула скулой к его щеке, стараясь удержаться на непослушных дрожащих ногах. Внизу все так сладко пульсирует, что держаться нет больше сил. - Сожми ноги! - его пальцы сильнее прижались ко мне, и я сомкнула бедра вокруг его ноги. И когда рука Майки чуть сильнее сжала мою шею сзади, притягивая вперед, мое тело взорвалось. Волна за волной будто подбрасывали меня все выше, и только шум бурлящего моря за сводом грота сделался оглушительно громким. Майки рядом тоже громко выдохнул мне в плечо, чуть задрожав. Чувствую почти обжигающе-горячую жидкость на пальцах. Откинувшись на стену, я убрала руку. Никак не могу надышаться. Майки чуть отстранившись, глянул не меня смеющимся взглядом. Его рука все еще поглаживала меня там, внизу. - Ты сегодня так быстро… - проговорил он наконец. - А ты как всегда! - не удержалась я. Манджиро, достав руку из моих джинс и все еще ухмыляясь, сомкнул пальцы на моем подбородке. - И ты однажды допиздишься. - он погладил мои губы большим пальцем. Затем, поцеловав в скулу, отпустил чуть пошатнувшуюся от усталости меня. Кажется не обиделся. Тяжело привалившись к стене, я вздохнула: - Вообще… То, что мы сделали - незаконно. Это же общественное туристическое место. Майки бросил короткий взгляд на пятно на камнях у себя под ногами, застегивая джинсы. - Точно. И еще негигиенично. Мы - очень плохой пример для подражания! Когда мы вышли из грота, начал накрапывать мелкий дождик. - Сходим завтра посмотреть на подготовку к ТТ? - неожиданно завел разговор Майки, ловко взбираясь наверх по ступеням. - Только чтоб мама не узнала! - усмехнулась я. Так и думала, его это заинтересует! - А сам хотел бы поучаствовать? - Конечно хотел бы! - Манджиро подал мне руку, когда мы оказались у самого верха. - Но у меня тут ни байки, нифига… Но я больше не слушала его. Я просто замерла на месте. На краю мыса я увидела две фигуры. От испуга сердце дернулось, словно повернувшись вокруг своей оси. Я не могла не узнать их. Даже спустя несколько лет. Стройная фигура длинноногой девушки в спортивных леггинсах и объемной распахнутой бежевой ветровке. Ее непослушные рыжие волосы будто танцевали задорными кудряшками на верту. А рядом с ней - парень в черной куртке. Его гладкие, коротко подстриженные каштановые волосы чуть влажные, как после дождя. Взгляды двух пар глаз - изумрудно-зеленых женских и серых мужских - обращены ко мне. Какого черта они здесь?! - Хоуп? - Майки недоуменно потянул меня за рукав. - ХОУП! - воскликнула девушка. Ее звонкий голос с другого конца мыса звучал приглушенно, теряясь в завывании крепчавшего ветра. - Это ты?!... Резко развернувшись, я схватила Манджиро за руку. - Уходим! - все, что я смогла процедить сквозь плотно сжатые зубы. Какого черта они тут делают? Какого нахрен черта они забыли на моем острове! - Что случилось? - Майки послушно последовал за мной обратно к переезду, однако все еще оглядывался. - Тебя же вроде зовут… Я без понятия, что ему ответить. Ублюдская ситуация. - Это… - пробормотала я. Сердце вроде перестало бешено скакать. Почему я так испугалась? - Это мой бывший парень. С моей подругой. - сглотнув, я через плечо бросила взгляд назад. Ни мыса, ни парочки больше не было видно. - Это Нико и Иви.