***
— В этом ряду ничего нет! — крикнул Джон в рацию, выходя в конце ряда машин. Они искали почти тридцать минут и до сих пор не видели ни одного мальчика. Сердце Джона сжалось при мысли о том, что он не найдет своего сына вовремя. Поднеся рацию к уху, он услышал хриплый голос Бобби: — У меня тоже ничего нет! — Мак? — крикнул Джон. Рыцарь направился к ряду машин, к которым направился Мак. Внезапно Ученый показался в конце ряда, чуть не упав на землю. Джон и Бобби бросились к нему, когда Мак схватился за голову. — Макленд! — Что случилось? — спросил Бобби, стараясь перекричать вой ветра. Он схватил доктора за другую руку, помогая Джону прислонить Мака к фургону. — Я не знаю, — Джон взглянул на Бобби, потом снова на Мака, который почти согнулся пополам. — Калеб, — пробормотал Мак, прислонившись спиной к машине. Бобби и Джон встревоженно переглянулись, когда Ученый наконец открыл глаза и встретил взгляд Рыцаря. — Калеб боится. Мак оттолкнулся от грузовика, но Джон его не отпустил. — Откуда ты знаешь? Джон знал, что у Мака есть экстрасенсорные способности, но не знал как они работают. — Калеб звал на помощь. Я услышал, как он шепнул имя Дина и что-то про сарай. Мак поспешил мимо ряда машин. — Бобби, где сарай, в котором ты хранишь инструменты? — Он стоит чуть дальше. Они завернули за очередную машину и побежали к сараю.Часть 3
5 июня 2023 г., 15:04
— Мама?
Калеб не верил своим глазам. Семь лет назад Айзек убил жену, а потом застрелился сам. А перепуганный шестилетний мальчик наблюдал за происходящим из шкафа в родительской спальне.
— Никогда не сомневайся в своем даре, — сказала Амелия Ривз. — Не забывай кто ты, сынок.
— Я урод. Все это знают, — сказал Калеб, помня спор между Маком и Бобби. Он не общал внимания на окружающую его непогоду.
Калеб не отодвинулся, когда призрак матери приблизился к нему, нежно прижав теплую руку к его замерзшей щеке.
— Ты лучше своего отца и меня. Твой дар поможет тебе защитить тех, кого ты любишь, — прошептала Амелия Ривз.
— Он не защитил тебя.
Боль от смерти матери снова сжала сердце, когда он бессознательно наклонился к ее прикосновению.
— Он не был предназначен для меня. Все произошло не просто так. Ты предназначен для гораздо большего. Вся душевная боль и страх подготовят тебя к тому, что ждет в будущем. — Амелия убрала руку.
— Я так и не узнал, — прошептал Калеб, сморгнув слезы.
Всего за несколько дней до смерти родителей ему сказали о будущем ребенке. В тот вечер отец дал ему двойку пик, потому что они не знали, будет ли у Амелии мальчик или девочка. А всего несколько дней спустя, Калеб потерял не только своих родителей, но и ребенка. Он надеялся, что у него будет брат.
— Твой брат должен был родиться не от меня. Ребенок, которого ты будешь защищать, так же важен, как и ты. И он нуждается в тебе сейчас, сынок. Слушай свое сердце, и ты найдешь его. — Амелия поцеловала сына в макушку и исчезла.
— Мама, подожди! — крикнул Калеб.
Он огляделся, надеясь снова мельком ее увидеть, но вокруг был только снег. Затем перед его глазами вспыхнул яркий свет и разболелась голова. Он даже не заметил, как упал на колени, а в голове закружились образы.
Маленький мальчик изо всех сил пытался идти сквозь метель и ледяной ветер. Его куртка распахнулась, пока он безрезультатно пытался застегнуть молнию. Большие зеленые, полные страха глаза смотрели сквозь длинную челку.
Сердце Калеба сжалось, когда он увидел, как Дин споткнулся и упал, потом подтянул колени к груди, свернувшись калачиком в снегу.
— Калеб! — пробормотал ребенок сквозь рыдания.
Подросток знал, что Дин постоянно следовал за ним, но и представить себе не мог, что мальчик пойдет за ним в метель, особенно в незнакомом месте.
И Калеб понял, что услышал голос Дина как раз перед тем, как увидел призрак своей матери. И Дин впервые что-то сказал вслух, но подросток даже не задумался об этом. Потому что мальчик упал навзничь, закрыв глаза, ветер распахнул его куртку.
— Нет! — закричал Калеб, пытаясь приблизиться к ребенку, но не смог.
Подняв взгляд, он увидел за спиной Дина борт старого грузовика, на котором было нарисовано мороженое.
— НЕТ! — закричал Калеб, понимая, что стоит на четвереньках посреди ряда машин.
У него болела грудь от холодного воздуха. Поднявшись на ноги, подросток кинулся бежать мимо ряда машин. Примерно в середине ряда он заметил улыбающееся лицо человечка с мороженым. И неподалеку Калеб заметил фигуру пятилетнего ребенка, которого почти замело снегом. Подбежав к Дину, Калеб упал на колени, стряхивая снег с головы ребенка.
— Дин!
Подросток потряс маленького ребенка за плечи, но не получил ответа. Прижав пальцы к шее мальчика, он почувствовал слабую пульсацию.
— О, слава Богу, — пробормотал Калеб, оглядывая ряд машин.
Дома по-прежнему не было видно, но он заметил небольшой сарай в конце ряда машин. Решив, что небольшая защита лучше, чем ничего, подросток взял Дина на руки и направился к хлипкому сараю.
— Я держу тебя, Двойка.
Наконец, добравшись до сарая, Калеб ударил ногой в дверь, сломав ржавый замок, дерево раскололось вокруг щеколды. Войдя внутрь, Калеб положил Дина на грязный пол и захлопнул дверь, придавив ее старой шиной, что валялась поблизости. Калеб не знал, стоило ли оставаться здесь или попытаться найти дом. Между досками сарая продувал ветер. Проведя рукой по мокрым волосам, Калеб огляделся, нет ли чего-нибудь полезного в маленьком сарае. Наконец, он увидел брезент, которым механики накрывали машины. Хотя брезент был в пятнах масла, это было бы лучше, чем ничего.
Сев на пол в углу сарая, Калеб поднял Дина к себе на колени. Стянув с себя куртку, он завернул в нее мальчика и накрыл их обоих брезентом. Он посмотрел на маленькое личико ребенка в своих руках и снова прижал пальцы к его шее. Слабый пульс все еще был, но Дин дышал поверхностно.
— Не бросай меня, малыш, — прошептал Калеб, прижимая ребенка к своей груди и уткнувшись подбородком в его волосы. — Я только начал привыкать к своей новой тени. Ты не можешь меня бросить.
Калеб редко чувствовал себя беспомощным, но сейчас, обнимая Дина, он не знал что делать. Со слезами на глазах он слушал, как доски сарая скрипят от резкого ветра, и вспомнил образ матери и то, что она сказала. Амелия сказала, что его брат придет не от нее. Калеб снова посмотрел на маленького мальчика в своих руках, такого холодного и бледного.
— Все будет хорошо, Двойка, — прошептал Калеб, крепче прижимая Дина к себе. Подняв глаза к потолку, он начал молиться: — Я потерял брата однажды, не дай мне потерять его снова.
Потом он уткнулся подбородком в макушку Дина и попытался мысленно позвать своего приемного отца. Он надеялся, что ментальная связь поможет их найти. На Калеба накатила усталость, тело онемело от холода. Бросив последний взгляд на Дина, он почувствовал, что его глаза закрываются.