Deuce and Damien/Двойка и Дэмиен

      Дин был напуган, он знал, что означает смерть. Папа объяснил ему это, когда после пожара он продолжал спрашивать где мама. Когда люди умирали, они уходили навсегда и больше никогда не возвращались домой. Но когда лодка отплыла к центру пруда, Дин посмотрел на мать, которая стояла на берегу, и он вспомнил, как грустил папа. Дин вспомнил те ночи, когда его отец плакал. Он не хотел, чтобы папа снова плакал.       Мальчик удивленно подпрыгнул, когда вода взметнулась в воздух, создавая вокруг пруда стену. Он едва мог разглядеть маму и Калеба сквозь окружавшую его жидкость. Дин прижал руки к ушам, когда над фермой пронесся громкий раскат грома, а затем он услышал, как его мама выкрикивает имя Калеба.       Дин попытался увидеть подростка сквозь толщу воды, но больше не мог видеть ни Калеба, ни маму. Вместо них он с удивлением смотрел на прекрасную женщину в мерцающем серебряном платье.

***

      — Калеб! — воскликнула Мэри, подбегая к подростку. — Этого не должно происходить, — прошептала она, положив руку на его грудь и чувствуя слабое сердцебиение. Наклонившись, она нежно его встряхнула. — Калеб?       Подросток услышал как женщина зовет его по имени, и на мгновение ему показалось, что это снова его мать. Он помнил ее слова: «Ребенок, которого ты будешь защищать так же важен, как и ты». Открыв глаза, он вспомнил, как Дин бежал к пруду и запрыгнул в лодку, прежде чем его успели остановить. Из-за страха перед водой Калеб хотел вытащить ребенка из лодки, но что-то его остановило.       — Калеб, ты меня слышишь? — спросила Мэри.       — Где Двойка? — спросил он, пытаясь сесть.       — Легче, — она помогла ему встать с земли. — Он в лодке. Вода не дает нам добраться до него.       Стряхнув с себя ее руку, Калеб побрел обратно к пруду, едва разглядев лодку сквозь толщу водной стены.

***

      — Кто ты? — спросил Дин, наблюдая за женщиной. Он знал, что должен испугаться, но что-то в ней помогало ему чувствовать себя в безопасности.       — Еще не пришло время тебе это узнать, — услышал Дин, хотя женщина даже не шевелила губами.       — Почему ты здесь? Тебя раньше не было в моих снах.       — Сейчас ты нуждался во мне, Дин. Ты очень важный маленький мальчик. Я знаю, что ты скучаешь по своей матери, и она тоже скучает по тебе. Но ты нужен своей семье. Ты должен вернуться к ним. И ни я, ни твоя мать, ни Калеб не могут сделать этот выбор за тебя.       — Калеб сказал, что если я останусь, он тоже останется. И моя мама здесь.       — Отец Калеба нуждается в нем так же, как твой отец нуждается в тебе. Калеб сделает все, чтобы защитить тебя, даже если для этого придется покинуть своего отца. Но ты не можешь остаться здесь. Когда придет твое время, твоя мать будет ждать тебя.       — Я так скучаю по мамочке, — прошептал Дин, по его щекам покатились слезы.       Леди озера приблизилась к лодке и нежно коснулась его щеки. И его слезы превратились в крошечные кристаллы в форме семечек подсолнуха.       — Она всегда с тобой, Дин. Она в твоем сердце. Никто не сможет забрать твои воспоминания о матери. Она остается в Сэмми, когда он смотрит на тебя и зовет тебя по имени. — Леди озера взяла его за маленькую руку и положила на его ладонь три крошечных кристалла. — Я обещаю, она будет с тобой в твоих снах, когда бы тебе ни понадобилась.       Дин почувствовал тепло маленьких кристаллов в своей ладони, когда прижал руку к сердцу. Со слезами на глазах, он посмотрел в синие глаза женщины.       — Я хочу вернуться домой к папе и Сэмми.       После его слов вода, окружающая пруд, исчезла, и Дин почувствовал, как течение мягко подтолкнуло лодку к берегу.

***

      Прошло почти тридцать минут с тех пор, как Бобби и Джим прибыли в приемную. Наконец двери открылись, и из отделения вышли Мак и Джон, а следом за ними доктор.       — Их обоих готовят к операции, надеюсь, это не займет много времени, и вы скоро вернетесь к ним. Я сделаю все, что в моих силах. И как вы просили, после операции их поместят в одну палату.       Мак пожал мужчине руку и доктор ушел.       — Макленд? Джонатан?       Винчестер обошел пастора и сел на диван рядом со спящим Сэмми. Он провел рукой по каштановым волосам мальчика. Мак смотрел, как его друг пытается найти утешение в сыне, потом перевел взгляд на обеспокоенных Стража и механика.       — Мальчиков готовят к операции. Им нужно поставить дренаж в легкие, чтобы выкачать жидкость. Антибиотики не смогли остановить пневмонию.       — Это безопасно, учитывая высокую температуру? — спросил Джим.       — Выбора у нас нет. Оба мальчика подключены к аппарату искусственной вентиляции легких. Врачи сомневаются, что они смогут пережить ночь без удаления жидкости.       Мак устало провел рукой по лицу и снова взглянул на Джона, который посадил Сэмми к себе на колени. Спящий ребенок прижался ближе к телу отца.       — Я даже не знаю, поможет ли операция. Если температура не спадет, они все равно могут не выжить.       Пастор, молча, начал молиться, а Бобби выругался и подошел к окну.       Не говоря больше ни слова, Мак встал и медленно пошел по коридору. Джим наблюдал, как двое из самых сильных мужчин, которых он знал, разваливались на части. И он ничего не мог сделать, чтобы остановить это. Однако кое-что он мог сделать. Встав со стула он направился к лифту и спустился на первый этаж. Открыв дверь из темного дерева, пастор вошел в часовню и его словно окутало умиротворение.

***

      Как только лодка оказалась в пределах досягаемости, Калеб вытащил ее на берег, а Мэри взяла Дина на руки.       — Черт возьми, Двойка, не смей так делать снова, — с гневом сказал подросток.       — Калеб! — строго отчитала его Мэри.       — Простите, — Калеб посмотрел на нее, потом снова на Дина, — Только не делай так больше. Я не могу потерять и тебя, — прошептал он.       Дин потянулся к подростку и крепко обнял его за шею.       — Прости, Дэмиен, — прошептал мальчик.       Калеб усмехнулся над своим новым прозвищем, крепко прижимая ребенка к своей груди.       Повернувшись, Дин посмотрел на мать.       — Прости, мама, но я хочу вернуться домой к папе и Сэмми.       На лице Мэри отразилось облегчение, и она снова взяла сына на руки.       — Я буду скучать по тебе больше всего на свете. Но именно это я и хотела услышать от тебя, малыш. — Она поцеловала Дина в лоб и крепко обняла его.       — Я люблю тебя, мамочка, — всхлипнул Дин.       — Я тоже люблю тебя, детка. — По щекам Мэри потекли слезы, и она посмотрел на Калеба. — Обещай мне, что позаботишься о нем, защитишь его.       Несмотря на все его усилия, из глаз Калеба покатились слезы.       — Клянусь, что буду защищать его ценой своей жизни.       Глядя на маленького ребенка на руках у Мэри, Калеб понял, что именно об этом мальчике говорила его мама. И теперь он знал, что «Двойка» будет идеальным прозвищем для Дина. Дикая карта вошла в его жизнь и дала ему цель.