Сказка о далёком пригороде

      Райан Пайпер был очень общительным, но ревнивым - это касалось как его девушек, так и его близких друзей, поэтому когда Том стал почти всё свободное время проводить с Джесси, это не могло не раскачать душевное равновесие сержанта, регулярно заглядывающего раньше к Томасу, чтобы провести с ним вечер за пивом, играми в приставку и просмотром футбола или хоккея. Лишившись этого, Райан копил в себе напряжение и маленькие обиды, продиктованные нежеланием Томаса уделить ему достаточно времени. Сначала он только шутил на эту тему, тонко намекая Тому, что ему такое не по душе, ведь Том слишком много времени проводит с Джесси. Потом Райан стал показательно закатывать глаза или уходить, хлопая дверцей машины, игнорировал его личные просьбы по типу купить кофе, но Том не воспринимал это серьёзно, просто ждал, когда его напарник перебесится. Наконец, когда терпение Райана было уже на исходе, пришло время поговорить с Томом прямо. С Томом и заодно с этим Джесси Уэйдом.       Пайпер пригласил их обоих после работы в бар, куда они с Томом иногда заглядывали вместе с коллегами. Джесси согласился только потому, что Райан был хорошим другом Тома, сам он не рвался понравиться ему, не собирался что-то ему доказывать. Неприязни к Райану у него не было, но и подружиться с ним он не особо желал. Он не счёл нужным делиться с Томом содержанием их небольшого неприятного разговора на берегу реки в день барбекю, поэтому Том и не подозревал, что может случиться этим вечером. Он был уверен, что Пайпер хочет просто узнать Джесси получше – это вполне было в его духе, стоит сказать, ведь обычно Пайпер был дружелюбным болтливым надоедой, но никак не заядлым скандалистом.       Приехали они по отдельности – Том с Райаном, а Джесси чуть позже. Когда Джесси вошёл, первым его увидел Райан, и он внимательно осмотрел парня ещё до того, как он подошёл к их столику. Уэйд только приехал с работы, поэтому был одет в строгие чёрные брюки и ремень с простой серебристой пряжкой, чёрные кожаные полуботинки, серо-коричневое поло, аккуратно заправленное. Просто, совсем не вычурно, но стильно. Поправив чуть растрепавшиеся от ветра волосы у зеркала на входе, Уэйд проследовал к столу. Он выглядел немного уставшим, но не мрачным, даже будто был в хорошем настроении. Он вряд ли ожидал от Райана подвоха, даже немного жаль было расстраивать его сегодня, но пора уже было разобраться, что к чему.       Когда Джесси подошёл к ним, Том широко улыбнулся и встал, чтобы обнять парня. Райан тогда подумал, что его Томас подобным образом обнимает редко – когда они долго не видятся или когда случается что-то крайне хорошее, а эти двое ведь виделись только вчера…       Райан вставать не стал, даже руку не протянул для пожатия, только с вымученной улыбкой поздоровался, но Джесси, кажется, нисколько от этого не расстроился, сам вряд ли хотел с лишних физических контактов с тем, кто не был к нему расположен.       Они обменялись несколькими незатейливыми фразами, пока им не вручили меню, и после выбора блюд продолжили всё те же простые разговоры, не предвещавшие никакой беды. Обслуживала эту троицу девушка, к которой Пайпер обычно был неравнодушен – он к ней не клеился, но они всегда любили поболтать, пошутить и даже немного пофлиртовать, но сегодня он вообще не обращал на неё внимания, он сконцентрировался, как воин перед боем, и готовился нанести свой удар.       Пока Том и Джесси ужинали, Райан только ковырялся в тарелке, подложив кулак под голову, надув губы, словно обиженный ребёнок.       - Кажется, ты хочешь о чём-то поговорить, - заметил Том, пробубнив это с набитым ртом, чувствуя себя расслабленно в компании людей, которым наиболее всего доверял.       Райан бросил взгляд на Джесси, который к тому моменту уже успел понять по его недовольной роже, что ничего хорошего в словах Пайпера не будет, если тот откроет рот.       - Да, хочу, - Райан бросил вилку, которая громко звякнула о тарелку, привлекая внимание даже посторонних. – Меня это уже достало.       - И о чём ты? – не понял Том, задрав бровь.       - Вы двое. Что это вообще? Я знаю, вас связывало что-то мутное в прошлом, что ты так усиленно от меня скрываешь. А теперь? Он снова втянул тебя во что-то? – спросил Пайпер, обращаясь к Томасу, говоря о Джесси, будто его здесь и не было. – Ты постоянно с ним. Постоянно! Забил на меня, на всех остальных, не пришёл на общее барбекю в этом месяце, даже на работе где-то витаешь. Какого чёрта, Том? Позволил себе вляпаться в какое-то дерьмо? Ты на наркоте или что?       - Что ты несешь вообще? – замотал головой Том, не веря в то, что слышит.       - Я сразу как его увидел, подумал, что он мутный тип. И бровью не повёл, увидев тебя, а ты на конференции чуть с ума не сошёл. Он игнорировал твоё существование больше месяца, а ты так просто потом его принял. Не знаю, чего он от тебя хочет, но ты…       - Райан, ещё слово, и я тебя ударю, - перебил его Том, взглянув таким угрожающим взглядом, который сам по себе был вполне себе красноречив, но Райан не остановился.       - Вот видишь! Раньше ты бы такого никогда не сделал!       - Как и ты – раньше никогда такого бы не сказал. Прости за это, но твоя ревность девчонок твоих от тебя отталкивает, теперь и от друзей решил избавиться?       - Да я о тебе же переживаю!       - Дерьмово у тебя получается.       Джесси вздохнул, молча наблюдая за этим. Том уже успел рассказать ему о достоинствах Райана Пайпера, он любил его чуть ли не как младшего брата, непутёвого, но всё равно такого, что на него можно было рассчитывать и на работе и в личных делах. Джесси не хотел становиться трещиной в их до сего момента крепких взаимоотношениях, не хотел и снова становиться беззащитным, позволяя Тому за него заступаться, не хотел, чтобы его боль прошлого была его червивой слабостью, что только всё портит. И эти предубеждения людей на счет Джесси, которые, казалось бы, остались в прошлом, снова возродились из пепла, ведь и Том сам из прошлого. Но с этим нужно было покончить сразу нужно было дать Райану такой отпор, чтобы он сразу отстал.       - Райан, - обратился Джесси к сержанту, прервав их с Томом пока только словестный бой. Пайпер бросил на него презренный взгляд. – Пошли выйдем поговорим на улице. Без лишних глаз и ушей. Давай не будем никому мешать и устраивать сцен прямо на публике.       - Джесси, ты чего? - уставился на него Том.       - Не лезь, я сам с этим разберусь. Сиди здесь, - произнёс Джесси, впервые разговаривая с Томом в приказном тоне.       Пайпер, уверенный, как и Том, впрочем, что они идут драться, потирал кулаки по пути к выходу. Они с Джесси бросили каждый напоследок взгляд в сторону переживающего Томаса и, выйдя на улицу, зашли за угол.       Прежде, чем Пайпер успел вякнуть «ну, начинай первым, если такой самоуверенный», Джесси и правда начал. Начал говорить.       - Меня воспитывал отец-алкоголик, который бросил меня в мои тринадцать. Мать бросила меня куда раньше, почти после рождения. Она то бросала, то возвращалась совсем ненадолго, но после одного случая больше не вернулась совсем. От матери мне порой доставались побои, от отца – часто моча, в луже которой он валялся посреди дома, или блевота, которая могла оказаться всюду. Когда они оба исчезли из моей жизни, не оставив меня ни с чем ценным, что я мог бы продать, я стал продавать себя мужчинам. Делал это до тех пор, пока меня не согласились взять на нормальную работу, но когда денег мне не хватало, я снова и снова продавал себя. Когда в мои семнадцать об этом узнал мой друг детства, с которым мы несколько лет до этого даже не здоровались, он предложил заплатить мне за секс с ним. Ему я продал себя только пару раз, потом он стал вроде как моим парнем, партнёром по крайней мере. Он заботился, уважал, так раньше никто не делал из тех, кто спал со мной. Но однажды он снял наш секс на камеру, а когда сбежал из дома, умудрился оставить телефон с этой записью. Тогда её нашёл его брат, он приехал к моему дому, прихватив с собой трёх друзей, сраных мушкетёров, они кинули меня в багажник и избили за городом чуть ли не до полусмерти, порезали ножом, проткнули руку, хотели изнасиловать бутылкой из под пива. А когда я притащился к местному шефу полиции, он сказал, что…       Джесси взял паузу, ощутив ком в горле и подступившие слёзы.       - Он сказал, что я приду в себя, а жизни молодых парней, которые пойдут под откос с судимостью, уже не поправишь. Он встал на их сторону, отказал мне в помощи, когда я припёрся к нему за справедливостью, наивный, сразу после больницы. Меня там только подлатали, зашили руку, закинули обезбол, и я сразу притащился к этой скотине... А после он дал Тому, как своему подчинённому, задание накопать на меня компромат, чтобы я успокоился и заткнулся.       Всё это время Уйэд не смотрел на Пайпера и только теперь взглянул на него дабы увидеть реакцию. Тот раскрыл рот, поднял вверх брови и замер, кажется, в полном шоке. «Всю решительно растерял, как быстро», - подумал Джесси.       - Том, видимо, оказался умнее, - продолжил он, отвернувшись от Райана снова. – Сначала он вынюхивал, ставил мне условия, чтобы добиться желаемого, а потом что-то в нём изменилось, и он решил помочь мне. Я отказывался от его помощи, не доверял. Тот… брат моего «парня» - его звали Адам, - он угрожал мне, вынудил уехать из города, а Том объявил меня в розыск, и тогда мне пришлось вернуться, хотя я не хотел и до сих пор отчасти жалею... Дома Том встретил меня, чтобы узнать, как я, чтобы я отчитался в офисе, где был, чтобы мог вернуться в школу без угрозы быть исключённым. Но я послал Тома к чёрту, потому что боялся Адама. Я пришёл к нему, что было, как я тогда думал, смело, но в итоге оказалось просто глупо. Я просил его позволить мне остаться, но он унизил меня и снова нанёс увечья. А на следующий день изнасиловал. В рот, если хочешь знать. В грязной душевой заброшенного бассейна. Он заплатил мне за это два доллара, показательно бросив их на пол, рядом с каплями своей спермы, большая часть которой была на мне. Ах да, это когда он спустил второй раз, с первым он кончил мне прямо в рот.       Джесси снова посмотрел на Пайпера, тяжело сглотнув, но ком в горле никуда не делся. Райан теперь выглядел ещё хуже, побелел, стоял обескураженный от такой откровенности и вот-вот попросит остановиться, но Джесси не дал ему и шанса, продолжив рассказывать свою «мутную» историю.       - На следующий день Адам пришёл прямо ко мне домой. Он не собирался останавливаться, орального секса ему от меня было мало. Он, продолжив мне угрожать и бить, стянул с меня штаны и пытался взять силой, сломав к тому времени мой нос, ударив лицом о стену, чтобы не сопротивлялся. Тогда Том, который тогда по счастливой случайности приехал поговорить, услышал мои крики, вломился в мой дом, остановил Адама и арестовал. Он обещал мне довести моё дело до суда, но бросил меня, потому что я не нашёл в себе достаточно храбрости и противился, наговорив ему грубостей. Он уехал, не попрощавшись со мной, не оставив контактов, не дав мне шанса извиниться. И всё это время до того, как вы не явились ко мне на работу, я о нём и не слышал, специально его никогда не искал, ведь у меня никогда не было иллюзий на наш с ним счёт. На этом всё.       Джесси сделал показательный поклон, чувствуя себя сраным драматическим актёром в плохом театре, но нашёл в себе силы добавить напоследок:       - Вы с ним сами явились ко мне, а ты теперь говоришь, что я ввязал Тома во что-то. Надеюсь, рассказал я тебе достаточно откровенно всю нашу с Томом «мутную» историю, чтобы не отвечать на вопросы и не поднимать эту тему никогда больше.       На этом Джесси собирался уйти, оставляя Пайпера стоять с переулке с осознанием, какую глупость он совершил, но полицейский остановил его:       - П-прости, я не думал... - Пайпер оказался настолько не готов к такому, что даже слов не мог подобрать, хотя обычно подобных проблем у него не было.       - Не думал, что? Что ты вообще обо мне думал? Не понимаю, я выгляжу как-то не так? Настолько плох, что похож на наркомана?       Пайпер поджал губы и отвернулся. Он хотел что-то сказать, но не решился.       - Последнее, чего мне бы хотелось - как-то вредить Тому, - вздохнул Джесси. - Он сделал для меня слишком много хорошего, чтобы я решил его обидеть, я никогда ему плохого не сделаю, в этом точно можешь не сомневаться. Да, мы крайне плохо разошлись в прошлом, но обидел я его тогда только по неосторожности, специально задеть его не хотел, и это он уже знает. Здорово, что ты переживаешь, но я ведь сказал, что наши с Томом взаимоотношения - не твоё дело. У тебя самого-то в жизни были примеры, как твои друзья вмешивались в твои отношения без твоей просьбы? Разве это обычно приводит к чему-то хорошему? Надеюсь, ты теперь понимаешь, что меня нужно было послушать? Как теперь собираешься перед Томом извиняться?       Пайпер уставился на Джесси, не ожидая беспокойства от этого парня, однако это было не совсем оно.       - Ну и чё ты вылупился?       Джесси так разошёлся в своей словесной самозащите, что перешёл на язык быдла. Это был явный признак того, что Райан сильно его разозлил. Волнуясь о Томе, Джесси поставил переживания лейтенанта в приоритет, зная, что должен изменить ситуацию к лучшему, чтобы она не вышла из под контроля.       - Ты же понимаешь, что должен перед ним извиниться, да? Наболтал такой херни, - продолжал сокрушаться Уэйд. – Ладно меня, плевать, но Тома в наркоманы записал?       Тогда Пайпер вдруг рассмеялся, и Джесси оторопел.       - А он в твоих глазах прям молодец, да? - произнёс Райан, сразу придя в себя и набравшись уверенности. Стоял теперь, задрав голову с кривой ухмылкой на губах.       Джесси повёл бровью, не понимая, к чему такой вопрос и столь странная реакция.       - Ладно, проехали. Давай забудем обо всём этом, я прошу у тебя прощения, - Райан решительно выставил руку, чтобы Джесси пожал её, но парень заметил, как при этом сержант сморщился, склонив голову, переступая через себя.       - Мне всё равно, будешь ли ты общаться со мной, только Тому давай больше не будем портить настроение подобными сценами? Не к чему это, - Джесси нерешительно взял Райана за руку и тот, крепко пожав её, кивнул со словами "по рукам".       Маленькая сделка ради всеобщего благополучия - это несложно. Добродушно улыбаться друг другу при встрече, интересоваться ради приличия, как дела - совсем не сложно, если не делать ничего большего. Всегда ведь можно найти отговорки, если Том захочет провести время втроём. Придумать её раз, два, три... и потом Том и сам поймёт, что лучше это прекратить и вот так тихо они придут к согласию и гармонии. Да, совсем несложно.       - А теперь скажи, что собираешься сказать Томасу, не хватало ещё, чтобы хуже сделал, - сказал Джесси, продолжая разговаривать с Райаном не в самом уважительном формате.       - Ты издеваешься?       - Давай, ради него. Этого разговора вообще не случилось бы, если бы мне хотелось вас рассорить. Не лишай его смысла, пожалуйста.       - Бесишь, - прошипел Пайпер. – Ладно…

***

      Том, оставшийся в закусочной, сидел там, забыв про еду, развернувшись к дверям, чтобы увидеть, как парни возвращаются. Он решил послушно сидеть на месте, как и просил Джесси, но это, конечно же, не означало отсутствие переживаний.       Когда Уэйд и Пайпер вернулись, молча сев на свои места, Том бегло осмотрел обоих, выискивая хоть намёки на увечья, но их не было, ни одного.       - Том, я дико извиняюсь перед вами обоими, - вздохнул Райан. - Мы с Джесси поговорили и выяснили всё, что меня волновало. Я знаю, что испортил вам настроение и, наверное, надолго, но я признаю свою ошибку и вот... типо раскаиваюсь.       Джесси, сидя со сложенными руками, на Пайпера специально тогда не смотрел, чтобы этот придурок ничего не забыл и извинился нормально, без оправданий и разных обвинений, и с этой задачей он вполне справился.       Уэйд ушёл сразу же после извинений Райана, не стал притворяться, что всё хорошо, сказал, что хочет побыть один и подумать над случившимся. Он не обнял Тома на прощание, даже в глаза ему не посмотрел, очень сдержано попрощался с обоими.       Джесси не стал возвращаться на машине, пошёл пешком до автобусной остановки, не чувствуя сил, чтобы садиться за руль. Когда его телефон стал разрываться от звонков и сообщений Томаса, он понял, что Пайпер ему всё рассказал. Джесси лишь в тексте ответил, что волноваться не стоит, и он просто хочет побыть один, но, когда Том продолжил звонить, он повторил то же самое другими словами и поставил телефон в авиарежим. Он был выжат, как лимон, опустошён или, скорее, выпотрошен. Как будто брюхо вспороли и растерзали всё внутри с особым остервенением, оставив за тем углом, где он сразил Пайпера своим монологом наповал. Как оказалось, сразил заодно и себя. Джесси не знал даже, жалеет ли он о сказанном, это был первый раз, когда он вот так вот рассказал кому-то обо всём. Даже Вайолет знала лишь часть, ей Джесси не раскрыл многие неприглядные моменты, да и вряд ли у него появится желание рассказать кому-то ещё, он ведь даже до психолога не дошёл, хотя со многими специалистами был знаком лично, мог попросить помощи у них или посоветовать кого-нибудь. Сложно сказать, почему Джесси решился на такое сегодня. Наверное, Пайпер просто напомнил ему обо всех, кто строил на его счёт мнение, руководствуясь только ложным впечатлением. Джесси уже и забыл, какими мерзкими могут быть слова, направленные в его сторону. Должно быть, правда с ним что-то не так, раз он больше не бедный сын алкоголика, а люди до сих пор готовы говорить ему в лицо о своём презрении, не зная даже, что он за человек.

***

      Том сходил с ума от волнения. Пайпер привёз его домой, и теперь Морроу нарезал круги по дому, пытаясь дозвониться до Джесси. Райан в подобных ситуациях всегда успокаивал Тома, заставлял сесть, заговаривал зубы, мог бы рявкнуть, что он достал мельтешить. Однако сегодня он молча сидел на краю дивана, прилежно сложив руки на коленях и виновато поглядывал на Тома исподлобья.       - Может, просто позвонишь ему завтра? – осторожно спросил Райан, вмешавшись, чтобы всё же прекратить это.       - Почему ты всё ещё здесь? – закатил глаза Том, действительно остановившись, и спрятал телефон в карман. Он явно был зол на друга, а подобные чувства к нему возникали нечасто.       - Потому что ты выглядишь ужасно, и я волнуюсь.       - И кто же в этом виноват?       - Я ведь уже несколько раз извинился, Том. Чего ты хочешь?       - Чтобы ты оставил меня в покое на сегодня! Не уверен, что вообще хочу видеть тебя в ближайшее время... Так бесцеремонно вторгнуться в чужие взаимоотношения, закидать человека непонятными обвинениями... Так мерзко, ты прям постарался!       - Том, ты пьёшь свои таблетки?       - О, хочешь упрекнуть мои реакции, обвинив во всём приём лекарств?       - Так пьёшь или нет?       Том вздохнул и прикрыл глаза, ощущая, как близок он к тому, чтобы наговорить напарнику лишнего.       - Я и так знаю, что не пьёшь, - произнёс Райан, не сводя взгляда с Томаса, который от этой ситуации стал сам не свой. – Из-за Уэйда ты расслабился, но тебе лучше не бросать, твой врач говорил…       - Я прекрасно знаю, что он там говорил. Это ведь я пересказывал тебе его слова, - прошипел Том.       Райан сжал зубы и произнёс раздражённо:       - Пей свои таблетки, как тебе было сказано. Не надо думать, что один человек может всё поправить, это глупо.       - Тебе нужно будет как следует извиниться перед ним, ты же знаешь?       - Я уже извинился, мы с ним все вопросы друг к другу закрыли ещё стоя в том в переулке, а вот перед тобой я лучше бы не извинялся. Ты меня бросил, и это факт. Мои эмоции по этому поводу не изменились, несмотря на мой проёб. Я раньше всегда мог на тебя рассчитывать, а сейчас ты положил на меня болт, зато с ним носишься. Я бы понял, будь это твоя девчонка, но ведь нет же.       - Райан, я никуда от тебя не делся, - отчаянно замотал головой Том, глядя на Пайпера уставшими глазами. – Если тебе понадобится помощь или поддержка, я всё возможное сделаю, Джесси на это никак не повлиял, он о тебе слова плохого не сказал ни разу, знает, как ты мне дорог. Но нравится тебе это или нет, с ним я каждый день чувствую себя счастливее, а мне это долгое время не удавалось, ты в курсе. Я всегда буду ценить тебя за многие вещи, особенно за то, что ты меня поддерживал даже в самые мрачные моменты. Я знаю, как мне с тобой весело, ты отличный друг, здорово понимаешь, какой я, но только с Джесси мне так хорошо, и это та вещь, с которой тебе просто придётся смириться. Хорошо, как ни с кем другим, понимаешь? Так было раньше, и так я чувствую сейчас. Это не значит, что я отказываюсь от всего в его пользу, но может ты позволишь мне быть счастливее? Можно я буду посвящать ему время, чтобы не сходить с ума, выпивая таблетки? Они не помогают мне так, как это делает он. Остальные отвлекают меня, ты делаешь это лучше других, но только он успокаивает во мне ураган. Он не даёт мне совершать глупостей. И, если волнуешься, знай, что он делает это тоже – волнуется и заботится.       Том собирался поднести руку к лицу, чтобы потереть глаза, но остановился, глядя на то, как она дрожит. Он потряс ею, словно это как-то поможет уменьшить тремор, а потом опустил на колено, сжимая его, и снова сказал:       - Райан, когда ты вступал в отношения и забивал на весь мир, позволяя себе быть счастливым, я ни разу не упрекал тебя. Говоришь, Джесси – не моя девушка, чтобы я делал так же, но что, если я хочу? Где сказано, что так нельзя? Ты же ревнуешь, но я не попрекаю тебя тем, что так делают парочки, потому что не только они. Я осознаю, что тебе хочется моего участия, проводить со мной время, и я постараюсь для тебя, обещаю. Я ж люблю тебя, чувак, куда без этого, но дай мне право быть с ним больше, чем с тобой, пожалуйста.       Том обратился к другу взглядом, полным мольбы, и Райан, подумав, кивнул, принял его просьбу пусть и с нежеланием, переступая через себя.       - Вайолет на барбекю сказала, что вам будет очень хорошо друг с другом, - вздохнул он, до сих пор не желая принимать эту мысль.       - В каком смысле?       - Мы смотрели на вас издалека, она долго лыбилась, а потом сказала это. Мол, ваши там… темпераменты друг другу идеально подходят или типо того. Я не согласился, сказал, что вы слишком разные, чтобы вообще хоть как-то подходить, а она уверила меня в обратном. Выдала что-то вроде… вы индивиды идеального дополнения. Не знаю, не помню точно, явно это как-то не так звучало. Но суть в том, что он будет хорошо понимать тебя, а ты его, что вы, как пазл. Но как-то это сомнительно, ты даже сам говорил, что часто его не понимаешь.       - Думаю, от того, что мы оба травмированы, мы действительно не всегда можем понять друг друга, но с ним я легко расслабляюсь и ощущаю, что могу быть собой, - вслух размышлял Томас об этом. – Знаешь, он смотрит на меня, и я вижу – он знает всё, что я чувствую, улавливает любые колебания. Он заканчивает за мной фразы, и мы постоянно находим что-нибудь общее, пусть тебе и сложно в это поверить. Я даже себе не могу объяснить, как отношусь к нему, это что-то за гранью моего понимания, особый уровень комфорта в общении… Я иногда вообще не хочу отпускать его…       Райан задумался и вздохнул недовольно:       - Ладно, я могу постараться для тебя. Буду терпеливым, - сказал Райан, а сам сделал такое лицо, по которому сразу было понятно, как он этого «хочет».       Том усмехнулся и, подумав, вытянул вперёд руку:       - Тогда мир?       - Мир.       Они переплелись мизинцами в знак примирения, как обычно делают дети, и распрощались на этой ноте, зарыв топор войны. Вот только той ночью Том не успокоился, не уснул и на 5 минут, поэтому на работу не вышел. Вместо сна он достал бокал и пару бутылок спиртного.