it's enough to be young and in love

— Можно я пообедаю с тобой? — Ген садится рядом с Сенку и достает ланч. — А смысл спрашивать? — недовольно бурчит Ишигами. — Ты против? — Да. — Почему? — Ген вскидывает брови, искренне не понимая. — А почему я должен быть за? — Сенку пародирует мимику Гена. — Я уже говорил тебе, это судьба. Мы просто обязаны стать друзьями! Сенку вздыхает — Судьбы не существует. Это все просто ряд случайностей, — он говорит это таким тоном, словно Ген — маленький ребенок, — если ты вечером вышел в тот магазин, значит твой дом неподалеку, следовательно, мы живём в одном районе. Вероятность нашей встречи там и того, что мы пошли в одну старшую школу, тоже находящуюся в этом районе, куда выше, чем ты можешь себе представить. — Но мы не просто встретились в магазине. Ты помог мне, — Ген вдруг улыбается так лучезарно, что Сенку почти готов ослепнуть. — Я бы сделал так, будь на твоём месте любой другой. — Но ведь там был именно я. Сенку, наверное, впервые в жизни не может найти контраргумент. Он просто смотрит на смеющегося парня и понимает, что слова бесполезны. Ген в любом случае останется при своем. — Давай лучше есть, — Асагири сам переключает тему и приступает к еде. Сенку отводит от него взгляд и тоже достает палочки. Неужели он правда проиграл спор? Да ещё и на такую идиотскую тему… Сенку с удивлением замечает, что Ген не затыкается, даже когда ест. — Кстати, знаешь, почему я тогда забыл деньги? Не хотел, чтобы родители заметили, как я ухожу, поэтому не стал включать свет в коридоре и надел не свою кофту. У нас с отцом есть похожие, правда моя потемнее. — Ты серьезно не заметил это, когда вышел на улицу? — Сенку вскидывает бровь. — Нет… У нас не очень освещено, да и я потом не смотрел на нее особо… — Ну ты и балбес. Ген театрально закатывает глаза и отворачивается. Сенку замечает лёгкую улыбку на своих губах.

***

«Приходи ко мне сегодня» Ген получает это сообщение от Кохаку сразу после звонка с последнего урока. И это несомненно делает сегодняшний день лучше. Ген набирает «окей, уже бегу» в ответ и быстро прощается с одноклассниками. За первые две недели он успел пообщаться со многими и даже завести хорошие отношения с некоторыми из них. Миссия выполнена, как говорится. Дом Кохаку находится напротив его собственного, и Асагири радостно набирает квартиру подруги. Они не виделись с начала учебного года. — Привет, — Кохаку собирает волосы в небрежный пучок и отходит в сторону, чтобы Ген мог пройти. — Привет-привет, — тот снимает ботинки, широко улыбаясь, и проходит сразу на кухню. Кохаку усмехается и идёт следом. — Непривычно, что мы больше не видимся каждый день, — он вздыхает с лёгкой грустью. — Да… Наконец-то могу отдохнуть от твоей рожи, — Кохаку подходит к холодильнику и достает оттуда банку с колой. Ген обиженно цокает, но, увидев свой любимый напиток, тут же забывает про недовольство. — Ты просто лучшая, как и всегда, — он сияет и делает первый глоток с таким выражением лица, будто пробует лучший деликатес в мире. Кохаку прыскает, глядя на эту картину, и наливает себе чай. — Как у тебя дела с Сенку? — интересуется она. — А что у меня с ним? — Ну ты так много мне писал вначале, что вы с ним просто обязаны стать друзьями, что это судьба и все такое. — А, — смеётся Ген, — ты про это. Ну, мы с ним общаемся немного. Он не особо проявляет желание, но и нельзя сказать, что сильно против. Возможно, он был прав, и все это — просто совпадение. — Как скажешь, — Кохаку пожимает плечами, — уверена, проблем с друзьями у тебя точно нет. — В точку, — Ген хлопает в ладоши, — хотя я не могу назвать всех этих людей друзьями. — Всего две недели прошло, это нормально. Кстати, совсем забыла про главную новость, ради которой позвала тебя. — Тебе нужен повод, чтобы позвать меня в гости? — Асагири дует губы. Кохаку показывает язык: — Ну и не буду ничего тебе говорить. — Прости меня, я был не прав, — Ген складывает ладони вместе, поднимая их над головой. — Так уж и быть, — Кохаку подчёркнуто смахивает челку с лица, — Хром и Рури встречаются! — Что?! — Ген почти выплёвывает колу. — Мне самой не верится. — Подожди, а на мой день рождения.? — Они уже были в отношениях. — И ничего не сказали нам?! — буквально вопит от возмущения Ген, — а я ведь переживал за их отношения больше, чем за свои. — Может, потому что своих у тебя нет? — подкладывает Кохаку. Ген резко хватается за сердце и, откинув голову назад, произносит чуть ли не со слезами на глазах: — Ты жестока, Кохаку-чан. А после они вдвоем смеются. — Нам нужно отметить это, — говорит Ген, успокоившись. — Ага, Рури хочет, чтобы мы собрались вшестером. — Ура! — глаза Гена загораются восторгом. — Да ладно тебе, мы собирались все вместе на твой день рождения. — Ну и что? Я всегда этому рад. — И я.

***

День уже близится к концу, а облака приобретают розоватый оттенок с отливом золотистого. Но Ген не торопится домой. Он сидит на крыше школы со скетчбуком в руках и пытается зарисовать небо. Рисование уже стало непривычным занятием, и у Асагири создаётся ощущение, что он заново учится это делать. Неуверенные штрихи, кривые линии и ластиком стёртая почти до дыр бумага. Ген вырывает лист и комкает его, бросая в сумку. После он подходит к краю крыши, чтобы ещё раз полюбоваться видом: садящееся солнце, аккуратно постриженный газон, несколько клумб, часть спортивного поля и… Сенку? Ген моргает пару раз, но Сенку действительно идёт по дорожке к выходу из школьной территории. — Эй! — окликает уходящего Асагири. Сенку с недовольным выражением лица поворачивается на звук. — Меня подожди! — бросает Ген и, схватив скетчбук, бежит к лестнице. Сенку выжидающе смотрит на Асагири. — Теперь можем идти, — улыбается Ген. — И зачем мне было тебя ждать? — Сенку заметно ускоряет шаг. — Чтобы пойти вместе, — Ген выдает это, как самую очевидную вещь в мире, — кстати, что ты так поздно делаешь в школе? — К тебе такой же вопрос. — Ай-ай-ай, Сенку-чан, некрасиво переводить стрелки. Я первый спросил, — цокает Ген. — Сенку-чан? Когда мы успели перейти на имена? — уставший возмущаться, Сенку задаёт этот вопрос с максимальной отстранённостью. — К чему все эти дурацкие формальности? — Тогда я буду называть тебя балбесиной, идёт? — Я его по имени, а он… — притворно обижается Ген. — Смени свое имя на балбеса, тебе больше пойдет. — Завались, — Ген обнажает свои белые зубы, — так что заставило тебя задержаться? — Дела в клубе, — Сенку пожимает плечами. — И в каком же ты клубе? Сенку устало вздыхает: — В теннисном. — В теннисном?! — удивляется Ген, — по тебе и не скажешь. — Сказали, что нужно записаться в клуб, вот я и записался в первый попавшийся, — пожимает плечами Сенку. — А что ты там так долго делал? — Была моя очередь убираться в зале. А что насчет тебя? — В каком я клубе? Или почему задержался? — И то, и другое. — Я… в клубе рисования. А задержался, потому что небо красивое. — Правда? — Сенку поднимает голову наверх, чтобы оценить красоту небосклона. Ген поворачивает голову в сторону Ишигами. Последние лучи солнца светят Сенку в лицо, и его карие глаза кажутся почти красными. Едва уловимый ветер тихо колышет прядки у лица, и почему-то от этой картины, открывшейся перед Геном, веет абсолютным спокойствием. — И правда, — отвечает Сенку на собственный вопрос. — Конечно, правда. Разве я буду врать? Сенку прищуривается, внимательно разглядывая собеседника: — Ты выглядишь как лжец. — Не суди книгу по обложке! — То есть ты признаешь, что выглядишь так? — Ты предвзято ко мне относишься, — вздыхает Ген, — зайдешь со мной в магазин? — Мне лень. — Это буквально по пути. На самом деле Сенку сам собирался туда. — Так уж и быть, — он закатывает глаза и закидывает сумку на другое плечо, — пошли. Ген довольно улыбается с видом человека, только что одержавшего победу. Сенку усмехается, наблюдая за этим. Дорога до магазина занимает всего семь минут, и Ген рассказывает что-то все это время. В какой момент его излишняя болтливость перестала быть такой раздражающей? Сенку ловит себя на этой внезапно промелькнувшей мысли и недовольно бурчит: — Да помолчи ты хоть минуту, мешаешь думать. — Ой, так ты думал все это время? И какие же мысли посещали голову нашего Сенку-чана? — по лицу Гена расползается ухмылка, — или простым смертным не понять? — Хватит меня так называть! И какой еще наш? Ты в своем уме, балбес? — громко возмущается Сенку. — На Сенку-чана обижается, а меня продолжает балбесом называть… — обиженно дует губы Ген. — Заслужил, — Ишигами обгоняет его и наслаждается тишиной несколько секунд, пока голос сзади не окликает его: — Ты вход в магазин прошел! — смеется Ген, — и кто из нас еще балбес? Сенку мысленно проклинает все и всех. После он поворачивается к Гену с невозмутимым лицом и отвечает: — В магазин надо было тебе, а не мне. До завтра, балбес! — не дождавшись ответа, Сенку уходит. Ген молча смотрит в спину уходящего парня. Судьбы и правда не сущетвует. С такими мыслями он открывает дверь в супермаркет. Сенку тем временем идет домой, матерясь себе под нос. Дома почти закончились продукты, и ему нужно было купить хотя бы хлеба и чая. Снова кофе на ужин. Бьякуя бы дал за такое по шее… Ишигами почти не удивляется, когда отец звонит ему в ту же минуту. Читает его мысли на расстоянии? — Алло, — звонкий голос Бьякуи согревает душу Сенку. — Здорово. — Я соскучился по тебе, сопляк. — Я типа тоже, старик, — Сенку кривит лицо, стараясь сказать это максимально небрежно. — Мне всего сорок, никакой я не старый! — А мне уже шестнадцать, сам ты сопляк! Оба говорящих одновременно смеются. — Что-то у тебя шумно, — замечает Бьякуя, — ты не дома? — Со школы иду, — Сенку отрицательно мотает головой, будто Бьякуя может увидеть это. — А чего так поздно? — Задержался в клубе. — Тебе нравится теннис? — Я же говорил, что пошел туда только потому, что надо было хоть куда-то, — Сенку устал объяснять это. — Клубы выбирают по своим интересам. — Я не нашел там ничего интересного, — Ишигами-младший потирает переносицу. — А как же химия? Физика? Музыка, в конце концов? Они тебе нра… — Это было так давно, хватит вспоминать. Нельзя злиться. — Извини, — Сенку слышит искреннее сожаление в голосе Бьякуи, и ему становится не по себе. — Все нормально. Неловкая пауза. — Что будешь на ужин есть? Хочешь скину денег тебе, чтобы заказал пиццу? — смена темы во все времена была лучшей тактикой и ей же остается по сей день. Сенку выдыхает с облегчением. — Не надо, у меня еще остались. — Да ладно тебе, — по голосу слышно, что Бьякуя улыбается, — все равно скину. — Как хочешь, — фыркает Сенку в трубку. Они еще несколько минут обсуждают бытовые вещи. Ишигами дослушивает гудки и убирает телефон в карман, медленно идя вдоль дороги. На ужин он и правда заказывает пиццу. Так давно не ел ее… Почему же он не чувствует радости? Пять лет назад он бы прыгал от счастья. Пять лет назад он бы не пошел в дурацкий теннисный клуб. Пять лет назад… Какой смысл от этих мыслей? Сенку вытягивает собственные ладони перед собой и внимательно рассматривает их со всех сторон, будто в первый раз. Когда он в последний раз был счастлив? Когда в последний раз ему что-то приносило удовольствие? Мыслей становится все больше и больше. Сенку вскакивает со стула и уходит из кухни. Он начинает делать домашнее задание в надежде отвлечься на что-то. А ведь когда-то он делал его, потому что искренне горел учебой, потому что сам процесс приносил удовольствие. Тысячи бесполезных вопросов возникают в голове, и Сенку уже не может справляться с ними. Он открывет тумбочку и достает снотворное. Насыпав себе в руку таблеток в несколько раз больше нормы, Ишигами выпивает их и ложится на кровать. Уже сонный и опустошенный, он думает о том, что обещал себе так не делать. Но реальность ускользает, а навязчивые мысли постепенно стихают. Может, хотя бы во сне все будет хорошо?