it's enough to be young and in love

Юкио лежит, развалившись на диване Рюсуя, словно это его собственная комната. — Я думал, ты пришел помочь мне с английским, — Рюсуй надувает губы, складывая руки на груди. — Лично я пришел, чтобы поесть дорогую еду и насладиться жизнью в огромном доме, — улыбается Юкио, раскинув руки по сторонам. — Так и знал, что ты дружишь со мной только ради этого. — Никакие деньги не помогут выдержать твой характер, не обольщайся, — Юкио говорит это с присущей ему мягкостью и спокойствием, которые настолько сильно контрастируют с его словами, что даже Рюсуй спустя много лет дружбы удивляется этому. Нанами бубнит что-то себе под нос: — Что есть будешь? Я сейчас заказывать собираюсь. Нанами садится рядом с Юкио, показывая ему меню. Тот тыкает пальцем куда-то в экран, даже не глядя. Заказав еду, Рюсуй ложится рядом с Юкио, и между ними начинается недолгая борьба за большее место. — А ты знал, что Сенку влюблен в Гена? — эту сплетню Рюсуй хотел обсудить с Юкио с самого начала, — хотя это было очевидно. — Откуда ты знаешь? — Сенку сам мне сказал. Юкио осуждающе смотрит на друга: — Сомневаюсь, что он хотел, чтобы ты рассказывал это кому-либо. — Да ладно тебе, ты не считаешься, — легкомысленно заверяет Рюсуй, отмахиваясь. — Ну спасибо, — Юкио усмехается. — Так что? Мне одному кажется, что у них все взаимно? Сайонджи улыбается: — Мне тоже так кажется, — немного помолчав, он все же добавляет, стыдливо глядя на стену, — Ген со мной в разговоре тоже как-то упоминал, что ему нравится Сенку. — И почему он мне ничего не сказал?! — возмущенно восклицает Рюсуй, поднимаясь на локти и смотря на Юкио так, словно это его вина. Тот начинает тихо смеяться: — Вполне себе взвешенное решение. Я бы на его месте тебе тоже ничего не говорил. Удивлен тем, что Сенку открылся тебе. — Мы должны что-то сделать с этим! — воодушевившись, Рюсуй смотрит на Юкио с азартным блеском в глазах. Сайонджи мягко кладет свою руку на плечо другу: — Сделать что? — Свести их, конечно! Юкио вздыхает: — Каким образом? — Ты можешь просто сказать Сенку, что Ген влюблен в него, а я, наоборот, скажу Гену. Юкио качает головой, снисходительно смотря на Рюсуя: — По-моему это плохая идея. У них обоих есть те или иные обстоятельства, которые мешают им признаться. Мы не знаем всей ситуации, и было бы глупо вот так брать и влезать в их отношения. Рюсуй закатывает глаза, однако не может не признать правоту Сайонджи: — Но как я могу стоять в стороне, зная, что они влюблены друг в друга? — Займись чем-нибудь, — советует Юкио, улыбаясь. Видя, что Нанами ещё сомневается, он добавляет: — Мне было бы жутко неприятно, если бы кто-то взял и вот так вот поведал о моих чувствах тому, кто мне нравится. Даже если это было бы сделано во благо. Рюсуй тут же переключает свое внимание: — А кто тебе, кстати говоря, нравится? Обескураженный, Юкио отвечает: — Что? Это просто абстрактный пример. — Ну должен же тебе хоть кто-то нравится! Мы общаемся десять лет, а ни парня, ни девушки у тебя ещё не было… ты мне даже не рассказывал никогда о влюблённостях! — возмущённо восклицает Рюсуй, поднимая эту тему не первый раз. Юкио растягивает уголки губ в мягкой улыбке: — Тебе так тяжело поверить, что кому-то просто может никто не нравится? Мы говорили об этом много раз, Рю. Нанами вздрагивает: Юкио редко использует это сокращение. — Тогда и у меня для тебя встречный вопрос, — улыбка Юкио становится немного хитрее, — тебе самому-то когда-нибудь нравился кто-то по-настоящему? Рюсуй пристально разглядывает лицо Юкио на протяжении пары секунд, избегая, однако, его глаз. — Мне нравился, каждый, с кем я встречался! — И поэтому ты бросал их через пару недель? — Отношения заканчивались не только по моей инициативе, — взвинчивается Рюсуй. — Прости, я знаю, — Юкио снова кладет руку на плечо Нанами, — я знаю. Я просто волнуюсь за тебя, понимаешь? Все эти пустые отношения, зачем они тебе? — Я просто даю им то, что они хотят, — Рюсуй пожимает плечами, не придавая этому значения, судя по всему. — А чего хочешь ты? Рюсуй улыбается, но глаза остаются серьезными. Он ничего не отвечает, слегка поджав губы. Франсуа стучит в комнату, извещая о доставке еды, и Рюсуй идёт открывать дверь. Воспользовавшись возможностью сменить тему, оба снова начинают говорить о пустяках. Но в голове Рюсуя все еще звучит вопрос: «А чего хочешь ты?». Любви? Но каждый раз, вступая в очередные отношения, он ведь знает, что не найдет ее там. Им движет что-то более глубокое, что-то более личное. Что-то, о чем он не может сказать лучшему другу.

***

Сенку моет пробирки после очередного опыта в лаборатории. Неужели он раньше делал это каждый день? Смотря на ракету, которую он соорудил в началке, Сенку действительно не может поверить, что это все — его рук дело. А занятия с ученым из NASA? Хотя его отец вообще летал в космос... А если бы не Сенку, он был продолжил свою карьеру космонавта? Ишигами отгоняет эти мысли. За все время он так и не решился поговорить на эту тему с Бьякуей. Боится ли он правды? Телефон в кармане начинает вибрировать. Сенку удивленно достает его и видит номер Гена. — Алло? — удивленно спрашивает он, — ты чего? — Ты сообщения не читал! — с легким упреком отвечает Ген. — Занят был, — Сенку действительно замечает около десяти непрочитанных сообщений. — Там снег! — голос Гена сочится какой-то детской радостью. — И? — Гулять пошли! — Да поздно же... почти десять, — Сенку, вообще-то, очень хочется пойти с Геном куда угодно и в любое время. — Да и что? Я много раз после комендантского часа гулял, никто не ловил! Сенку что-то бубнит для приличия и поддержания образа серьезного и взрослого человека. — Ну ладно, — в конце концов сдается он, словно не был готов сорваться куда угодно, как только увидел имя Гена на экране. — Тогда давай минут через пятнадцать у “Stars”, — и Ген сбрасывает звонок. Неосознанно широко улыбаясь, Сенку быстро домывает последние пробирки и быстрым шагом идет одеваться. — Старик, — перед этим он заходит в спальню к отцу, — я пойду сейчас прогуляюсь. — М? — Бьякуя отрывается от книги и смотрит на время, — сейчас? Один? — Нет, с Геном, — Сенку прикладывает некоторые усилия, чтобы убрать дурацкую улыбку с лица при этих словах. Бьякуя понимающе кивает: — До завтра чтоб вернулся! И в школу! — он строит из себя строгого родителя, а затем добавляет, — и приводи его уже знакомиться! — Что?! — кричит Сенку из коридора, — это тут причем? Бьякуя, ухмыляясь, качает головой и оставляет вопрос сына без ответа. Сенку накидывает пальто и шарф, надевает ботинки и почти выбегает из дома. На улице действительно идет снег, но это не особо впечатляет Ишигами. Он бежит по улице, но замедляет шаг, когда до магазина остается немного. Немного отдышавшись, он направляется туда размеренной походкой. Ген, пришедший раньше, машет ему рукой, и внезапно Сенку понимает всю прелесть снега. Он огромными хлопьями ложится Гену на волосы, сливаясь с белыми прядями и контрастируя на черных. Асагири, укутанный в теплую куртку, кажется, совсем не обращает на снежинки, падающие на голую шею без шарфа. Сенку тоже улыбается. Его длинные волосы разметались по пальто. Он даже не заметил, что выбежал из дома, не собрав их как обычно в хвост. Взгляд Гена цепляется за эту деталь, потому что это всего лишь второй раз, когда он видит Сенку с распущенными волосами. Только теперь они стали порядком длиннее. А ещё выглядят настолько непосредственно и естественно, что Ген не может сдержать широкую улыбку. Он вдруг, неожиданно даже для себя, поддается стихийному внутреннему порыву и легко, непринужденно обнимает Сенку. Тот не успевает ничего осознать и понять причины приближения Гена к нему, как оказывается в его объятиях. Резко. Внезапно. Непредсказуемо. Сенку не двигается. Он вообще боится дышать. Сладкий аромат Гена, как никогда яркий и всеобъемлющий, заменяет кислород в этот момент. Сенку никогда не был настолько физически близко к кому-либо, кроме, пожалуй, отца. А теперь этот человек — Ген. Сенку неуверенно поднимает руку и робко кладет ее на плечо Асагири, ошарашенный таким приступом тактильности. Ген отстраняется спустя пару секунд, когда ему кажется, что для дружеских объятий достаточно. В этот самый момент ему хочется забить на все условности, уткнуться Сенку в волосы, крепко обнимать его и вдыхать странный запах мятного шампуня. Но он опускает руки и делает шаг назад, еще чувствуя на спине руку Сенку. — Не напугал? — смеется он, не зная, как разбавить возникшую неловкость. — Напугал, — в том же шуточном тоне отвечает ему Сенку. И да, отчасти это правда. На один процент. Остальные девяносто девять истошно вопят, что нет, не напугал, делай так почаще, господитыбожемой, — часто на людей набрасываешься? — Только на друзей! — уверенно заявляет Ген, для большей убедительности, приобнимая Сенку за плечи. — Итак, ты позвал меня гулять так резко только из-за снега? — уточняет Сенку, хотя, вообще-то, повод для него совсем не имеет значения. Ген кивает. Эта причина кажется Ишигами такой незначительной, что в его голове внезапно возникает иллюзорная надежда на то, что Ген просто хотел увидеть его... — Люблю гулять вечером, а тут еще и снег, — уклончиво отвечает Асагири. В магазине рядом гаснет свет, издалека слышен приглушенный шум машин. Снег тает почти сразу, как соприкасается с землей, и асфальт становится мокрым. Честно говоря, такую погоду Сенку назвал бы слякотью и ни за что бы не вышел сам на улицу, но Ген... Влюбленность и правда серьезно воздействует на человека. Ишигами, возможно, самую малость (только если в глубине души!) даже нравится это. — А твои родители... знают, что ты сейчас гуляешь? — аккуратно уточняет Сенку, чувствуя себя как никогда глупо. — Да, — спокойно отвечает Ген, — но им, типа, пофиг. Да и вообще, года два назад я и не такое вытворял! Сенку вопросительно смотрит на Асагири, не решаясь задать вопрос напрямую. Прошлое Гена, его отношения и родители кажутся чем-то настолько личным, что Сенку старается не задевать эту тему в разговоре. Возможно, это не совсем правильно, особенно учитывая, что Ген знает столь травмирующие для Ишигами воспоминания. Однако дружба, как и любые взаимоотношения с людьми, это не гонка и не настольная игра, где все участники обязаны делать ход по очереди. Сенку дает Гену время и пространство, не понимания, где заканчивается уважение личных границ человека и начинается социальная неловкость его самого и страх обидеть другого. Ген вздыхает, смотря мимо Сенку. — Ты хочешь послушать о моем бывшем? Вопрос повисает в воздухе. Слишком прямой, слишком громкий, слишком в лоб. Балансировать на грани между постоянной болтовней и искренним разговором о себе у Гена получается уж слишком хорошо. Да, он лучший друг Сенку, но знает ли Ишигами хоть что-то о багаже опыта за спиной у этого человека? Ссора с родителями, причиной которой стала ориентация Гена, наличие отношений в прошлом, так или иначе оказавших большое влияние на Асагири, подруга с начальных классов... и, пожалуй, все? Хочет ли Сенку услышать о бывшем партнере человека, в которого безнадежно влюблен? — Хочу, — ответ выходит тихим, хриплым. Ген выдерживает недолгую паузу и начинает. — Я понял, что мне нравятся не только девушки, в восьмом классе. Благодаря Кохаку, которая сказала мне, что влюблена в одноклассницу. — Это тебе помогло?.. — удивляется Сенку. Ген пожимает плечами, откидывая волосы назад: — Да? Наверное, просто натолкнуло на мысли о собственной ориентации.

***

Ген начал зависать на сайтах, читая статьи парней, осознавших свое влечение к парням. Это не помогало в понимании собственных предпочтений. Будем честны, Гену просто было интересно. Он вообще изначально узнавал все из любопытства, не думая, что будет переносить это на себя. Затем он наткнулся на очередную статью о том, что часто ориентация проявляется в детском возрасте, но воспринимается как просто сильное желание дружить. Ген вспомнил свои смешанные чувства к однокласснику в начальной школе... Да и на кое-кого он даже засматривался в раздевалке. Однако и девушки ему тоже нравились! В этом не могло быть сомнений, но вопрос влечения к парням оставался открытым.

***

— Вообще, тяжело объяснить, что происходит в твоей голове, пока ты пытаешься понять, кто тебе, блин, нравится, — смеется Ген. Сенку кивает, потому что да, он понимает...

***

Ген не говорил ничего Кохаку о своих сомнениях. Ему хотелось сначала самому разобраться, но ему даже не нравился никто в этот момент, поэтому эти мысли опирались лишь на абстрактные примеры и людей из прошлого, чувства к которым могли просто исказиться в сознании. А потом Ген нашел какой-то сайт знакомств с рейтингом 16+. Изначально это был просто сервер по поиску друзей, но многие сидели там ради отношений. Ген размышлял пару дней, но в итоге заполнил анкету, соврав о возрасте и прикрепив такую фотографию, на которой его легко можно было принять за старшеклассника. Хотя, вообще-то, люди часто думали, что он старше.

***

— Сайт знакомств? — удивляется Сенку. Ген отводит взгляд: — Боже, не спрашивай... я надеялся найти там отношения с парнем и точно убедиться в своей бисексуальности. — Получается, там ты его и нашел? — За что боролся, на то и напоролся... — нервный смешок вылетает с губ Гена, но Сенку сомневается, что ему весело.

***

Переписки с незнакомыми людьми начали надоедать Гену очень быстро: отсутствие общих интересов и взаимное нежелание прилагать усилия к сохранению хотя бы поверхностного общения. Он уже даже жалел о том, что вообще посчитал это хорошей идеей, но все же видеть количество людей, лайкающих его каждый день, так или иначе поднимало Гену самооценку. Вечером просматривая профили людей, он увидел безумно красивого парня, который зацепил его внешностью. Парень даже сам лайкнул Гена, написав комплимент. Но Асагири смущал один факт: ему было восемнадцать лет. Будь Гену действительно шестнадцать, это, в целом, было бы не критично... Но четырнадцать и восемнадцать? Ничего криминального, конечно, но все же такая разница в подростковом возрасте выглядит довольно серьезной. Ген отложил телефон, но вернулся спустя минуту, очарованный внешностью парня. Он просто пообщается с ним. За несколько недель опыта общения с людьми отсюда, Ген был уверен, что никуда дальше двухдневной переписки это не зайдет. Модзу, как было написано в профиле у парня, написал Гену на следующий день. Точнее, отправил голосовое сообщение. У него был глубокий, достаточно низкий голос и приятный рокочущий смех. Ген внезапно почувствовал себя маленьким ребенком рядом со взрослым человеком. У них, на удивление, оказалось много тем, которые можно было обсудить. Модзу был инициативен и, казалось, неподдельно искренним в своем интересе к Гену. Асагири соврал о том, что учится в десятом классе. Модзу не пошел в старшую школу и сейчас уже два года работал в магазине. Это заставило Гена ощутить их разницу в возрасте еще сильнее. У Модзу было много друзей его возраста и старше, и он, не скрывая, рассказал, что довольно часто выпивал. Гена это не удивило, так как это было распространено и среди его сверстников. Кохаку приносила алкоголь на их ночевку, Ген попробовал один раз, но ему не понравилось.

***

— Не знаю, о чем мы вообще тогда общались, — голос Гена как будто становится все тише и тише. Они идут вдоль аллеи в сквере, и, Сенку клянется, он может физически почувствовать напряжение Гена. Он даже не знает, что ему сделать, чтобы тому стало легче. — Ты винишь себя? — это не относится к предыдущей реплике Гена, но Сенку чувствует это на протяжении всего рассказа. Ген как-то сжимается, и Сенку вообще в первый раз видит его таким. Таким, что его хочется обнять. Блять, да Сенку сам впервые чувствует такое желание оградить человека от всех бед и несправедливостей этого мира. — Наверное, — наконец произносит Ген. Да, он постоянно винит себя, вспоминая об этом. Что еще ему остается? Сенку молча смотрит на Гена не в силах выразить свои эмоции. Ты замечательный! Не смей винить себя ни в чем! Слова тают во рту, словно снег, так и не прозвучав.

***

Общение с Модзу заставляло Гена чувствовать себя особенным. Парень не скупился на комплименты, расспрашивал Гена обо всем и сам честно делился своей жизнью. Правда, только настоящим. А еще он был ебаным красавчиком. Возможно, это был важнейший фактор. Так пролетело полторы недели беспрерывного общения в переписке. Ген не спешил рассказывать об этом Кохаку, не говоря уже об остальных друзьях. Это казалось ему чем-то очень личным, поэтому он даже словом не обмолвился о Модзу. А потом он предложил Гену погулять. Вот так просто. Ген моментально согласился, пока его внутренности скручивало от волнения. Свой настоящий возраст он так и не раскрыл. Да и идти гулять с человеком, которого он знает только по общению в интернете?

***

— Я уже тогда решил, что влюблен в него, — Ген говорит это равнодушно, но на Сенку смотрит внимательно, ожидая его реакции. — Решил? Это нужно решать, а не просто чувствовать? Ген моргает пару раз и вдруг искренне и широко улыбается: — Знаешь, не думал, что услышу от тебя такое. Ты романтик в душе? Сенку раздраженно пытается совладать с волосами, непослушно лезущими ему в лицо. — Это просто факт, — отвечает он, а затем добавляет, — и почему я только забыл резинку дома. Ген усмехается, глядя на эту борьбу. Он роется в своих карманах, но находит только веревочку от медицинской маски. Асагири предлагает Сенку сесть на скамейку и просит его повернуться к нему спиной. Сенку послушно выполняет просьбу со слегка приподнятой бровью. Чужие пальцы начинают перебирать его волосы, приятно щекоча затылок. — Только не говори... — начинает Сенку. — Молчу, — с усмешкой на губах отвечает Ген, но тут же нарушает слово и продолжает рассказ.

***

В тот день Ген волновался до отвратительного, выворачивающего наизнанку чувства в животе, раз за разом прокручивая в голове возможные варианты их встречи. Больше всего он боялся, что Модзу поймет, что Ген младше. Где-то в глубине Асагири понимал, что скрывать такой факт неправильно. С другой стороны, Модзу для него не больше, чем просто знакомый. Даже не друг. Чего вообще Ген хочет от этого общения? Он вернулся из школы, находя отговорку для отказа Кохаку, которая хотела погулять компанией. Она посмотрела на него слегка подозрительно, но заставлять друга не собиралась. Ген почувствовал укол совести. Технически, он не врал подруге, но... уже пару недель скрывал от нее факт общения с Модзу. Ген переоделся, поел и периодически проверял уведомления. Внутри сидел непонятный страх (на границе с надеждой), что Модзу внезапно отменит встречу. Появятся непредвиденные обстоятельства, например. Но тот лишь уточнил: “Все в силе сегодня?)”, и Ген ответил утвердительно.

***

— Я прождал час, — усмехается Ген, — даже не помню, почему он опоздал и что говорил мне по этому поводу. — Я бы, наверное, ушел, — задумчиво произносит Сенку. — Сейчас я бы сделал то же самое, но в то время у меня не было почти ни капли самоуважения... да и не знал я, что он за человек. Он завязывает волосы Сенку резинкой. — Смотри, какая прелесть! Ишигами к собственному неудовольствию понимает, что Ген только что заплел ему две косички. Он хочет возмутиться, но слова застревают в горле, так и не найдя выхода. Асагири с широкой улыбкой старательно пытается уложить передние волосы Сенку, которые выбились из кос. Он поджимает губы, стараясь не выдать собственную радость, и открывает камеру на телефоне. Не выдержав, Сенку все же издает легкий смешок. — Тебе же нравится! — заметив это, восклицает Ген, — нечего делать вид, что ты недоволен! Сенку многозначительно молчит и взглядом просит Гена сесть рядом. Ишигами уже давно плевать, какой сейчас час.

***

Ген издалека увидел высокого мускулистого парня и внезапно начал чувствовать себя еще младше, чем он есть на самом деле. Модзу был в свободной черной футболке и темных джинсах, а волосы собрал в хвост на затылке. — Привет! — его низкий и довольно громкий голос заставил Гена непроизвольно вздрогнуть. Волнение все же сказалось. В следующую секунду рука Модзу легла ему на плечи, обнимая в приветственном жесте. — Привет, — улыбнулся Ген, не зная, как себя вести. — В жизни ты намного симпатичнее, чем на фото, знал? — Модзу, черт возьми, подмигнул. Ген смущенно засмеялся и постарался ответить в тон ему: — То же могу сказать и о тебе, — он решил не подмигивать, так как был уж слишком не уверен в своем умении это делать. Они направились в какой-то парк, в котором Ген никогда не был. Позже это станет их постоянным местом встречи, а еще позже Асагири возненавидит это место.

***

— А сейчас? — уточняет Сенку. — Сейчас? Теперь это просто обычный парк в Токио, — Ген пожимает плечами, — неприятных воспоминаний и ассоциация он уже вроде бы не вызывает. Хотя я давно там не был — он далеко от дома. — В общем, — продолжает он, — в первую прогулку он задавал много личных вопросов, хотя сам не спешил распространяться о своем прошлом. Стоило обратить на это внимание тогда.

***

— Разве мои прошлые отношения что-то значат? — вскинул бровь Модзу. Ген не нашел, что ответить, и лишь покачал головой. В конце концов, это правда не его дело. — Будешь? — Модзу протягивает ему банку с пивом, которую купил по дороге. Ген не был уверен в решении, но утвердительно кивнул. Сделав глоток, он почувствовал хмельную горечь во рту вперемешку со странным жженым привкусом. Внимательно наблюдавший за его реакцией, Модзу усмехнулся: — Реально первый раз? — Не совсем, — да, один раз Ген уже пробовал, но это было так незначительно... — Но можно сказать, что да. Говоря это, Ген избегал взгляда в глаза. Почему ему стыдно? Разве пить алкоголь — обязательно? Почему, почему, почему... Вопреки здравому рассудку он сделал еще один большой глоток пива под одобрительный смех Модзу. А потом еще один и еще... Он что, пытался произвести впечатление на Модзу только что? Блять, нет... Они разговаривали о чем-то отдаленном и пили пиво по очереди, пока оно не закончилось. Ген не опьянел от такого количества алкоголя, но начал чувствовать себя куда расслабленнее и веселее. Ему вдруг понравилось это ощущение. Улыбка Модзу, закат, легкость, его собственный искренний смех. Их встречи на этом, конечно, не закончились, а только начались. Происходившие сначала пару раз в неделю, они постепенное начали увеличиваться и по продолжительности, и по количеству. Ген уже сам предлагал Модзу погулять, чувствуя себя всё комфортней и комфортней рядом с ним. Он больше не беспокоился о том, что почти на каждой их встрече они пили алкоголь. Не волновало его и то, что время, которое он раньше проводил с друзьями, теперь сократилось больше, чем в два раза. Однажды после уроков Кохаку подошла к Гену и очень серьезно сказала: — Ген, давай поговорим. Ген удивленно посмотрел на нее: — О чем? — О том, что происходит, — ни тени улыбки на лице подруги. — А что происходит? — в голове были лишь мысли о предстоящей прогулке с Модзу. Кохаку вздохнула почти обреченно. — Ты больше не предлагаешь мне гулять, мы не собирались компанией несколько недель, а на мои предложение в девяносто процентов случаев находишь отговорки. Эти слова, произнесенные с неподдельным волнением и грустью, задели что-то внутри Гена и слегка отрезвили его. Отсутствие злости во взгляде Кохаку заставило почувствовать стыд. — Э... — он даже не знал, что сказать, — прости, я не заметил... На этот раз злые огоньки все же заплясали в глазах Кохаку: — Ты даже не заметил! Что происходит? Ген помедлил. — Я познакомился с парнем... — а после рассказал про Модзу. — Погоди, восемнадцать лет? И ты соврал, что тебе шестнадцать?! — Кохаку закричала это почти на весь коридор. Ген шикнул: — Тише! Да... — Ты ебанулся? — с неподдельным недоумением произнесла она. — Мы просто общаемся! — И ты бухаешь с ним каждую прогулку! Тут уже начал злиться Ген: — Я просто пью... немного. Даже не напиваюсь. Кохаку остановилась и с громким вздохом провела ладонями по волосам: — Он тебе... нравится? Ген замолчал, раздумывая над ответом, хотя тот и крутился в его голове уже долгое время. — Не знаю, — он соврал. Или будет правильнее сказать, недоговорил? — Замечательно! Ты почти каждый день тусуешься с совершеннолетним алкашом, начал пить и забил на друзей, — злость закипала в Кохаку с каждой секундой, и она уже не могла сдерживаться.

***

— Это была моя первая ссора с ней, — подытоживает Ген. Снег уже перестал идти, оставив после себя лишь слякоть и сырость. Сенку с разочарованием смотрит на небо, надеясь увидеть хоть одну снежинку. — Вы перестали общаться? — спрашивает он обеспокоенно. — На какое-то время. Она очень винит себя за это. Считает, что останься она рядом, могла бы предотвратить это, — Асагири ежится от холода, складывая руки на груди. — Что конкретно предотвратить? — Мои отношения с ним. И их последствия, — Ген замолкает ненадолго. — Но это вообще не вина Кохаку. — И не твоя тоже, — добавляет Сенку. Ген внимательно смотрит на него, а после улыбается с благодарностью в глазах: — Уже поздно. Время и правда перевалило за одиннадцать вечера. Сенку сжимает губы и с напускным безразличием говорит: — А продолжение? Ген заливается смехом: — Тебе интересно! Сенку закатывает глаза вместо ответа. — Сенку-чан, — произносит Ген, и Ишигами вздрагивает: тот давно не называл его так. — М? — А можно к тебе с ночевкой? И опять он произносит это так, словно эти слова ничего для него не значат. Только Сенку они заставляют почувствовать учащение сердцебиения и легкую слабость в ногах? Он как можно не заметнее делает глубокий вдох: — Ко мне? — Гулять уже правда поздно, а про Модзу дорассказать тебе хочется! Конечно, это просто дружеская ночевка. Сенку знает, что должен воспринимать это только так. Но даже в таком ключе это что-то настолько новое и неизведанное для него, что непроизвольно вызывает беспокойство и тревогу. — Если, конечно, твой отец не против, — добавляет Ген. — А что насчет твоих родителей? — кашлянув, спрашивает Сенку. — Я их предупрежу. Так можно или нет? Ишигами смотрит в его глаза, и внезапно в голове снова появляется неуместное желание поцеловать Гена. В мыслях вспыхивает интерес, не только романтический: Сенку ведь никогда не целовался. Это правда так же круто, как преподносится в медиа? Или там все гиперболизированно до предела? Сенку предпочел бы выяснить это с Геном. Блять, о чем он только думает? Сенку кивает. Да и разве мог бы он отказать Гену, тем более в такой просьбе? Асагири тут же пишет матери и встает со скамейки. Они идут обратно по тому же пути.