Мастер-гровер

      — Ты что делаешь?!       Ваас любопытно прислушивается, вылезая из внедорожника. Сегодня он приехал довольно рано, ещё даже десяти нет.       — Это же «автик», их вообще нельзя трогать! Я только отмирающие листья попросил тебя обрезать, а ты что сделал, баран?! Пиздец, у тебя что, повылазило?! Для кого я наклейки присобачил? Иди отсюда! Налей дождевой воды в бочку, я замешаю раствор для полива. Уж с этим ты справишься, надеюсь?       Из теплицы выходит рабочий с недовольной мордой и что-то бормочет себе под нос, явно поливая своего наставника самыми ласковыми. Заметив босса, он приосанивается и начинает выглядеть напряжённо. Ваас доброжелательно скалит зубы.       — Пиздуй выполнять. В следующий раз за каждый неправильно обрезанный лист будешь лишаться пальца. Закончатся пальцы — у тебя ещё полно других выступающих частей.       Главный пират заходит в теплицу и осматривается.       Первое, что бросается в глаза — чистота. Джейсон навёл тут полный порядок: всё было отмыто, даже потолочные стёкла, инвентарь аккуратно упорядочен на стеллаже, а саженцы ровными рядами стояли в горшках. По его просьбе были установлены промышленные вентиляторы, обещавшие избавить от перегрева.       Сам гровер стоял за столом и крутил горшок в руках, осматривая причинённый кусту ущерб.       — Бедняжечка, что мне теперь с тобой делать… — вздохнул он над пострадавшей растихой с отчётливой жалостью.       — Жить будет?       Броди вздрогнул и обернулся. На его лице возникло смешанное выражение, напоминающее одновременно опасение и искреннее радушие. Сегодня он упакован в лазурную рубашку с рукавами по локоть и тонкие коричневые штаны.       — Ваас. Привет. Решил сегодня понаблюдать за мной лично?       Что?       — Я замечал тебя с биноклем, — объясняет он в ответ на прищур и тонко улыбается. — Ты не очень-то осторожный.       Ваас покрутил третью пуговицу между указательным и большим пальцем. Джейсон распахнул зелёные глаза — но отталкивать его руку почему-то не стал.       — А ты не думал, агроном, что у меня не было цели вести себя осторожно?       Реакция крайне скудная.       — Какая разница, что я думал. Так ты ко мне по делу или?.. — Его голос затихает, когда он снова сталкивается взглядом с Ваасом.       Монтенегро замечает, что грудь агроконсультанта стала вздыматься чаще. Пришлось приструнить желание прижать к ней ладонь для проверки пульса. От Джейсона исходит аромат барбарисовых леденцов. Так пахнет лето, изображённое на туристических открытках.       — Хойт хочет с тобой поговорить. Лично.       — Почему?       Под тонкой рубашкой прорисовались бусинки сосков. Стоит отдать садоводу должное: лицо он держит превосходно. Жаль только, что тело выдаёт.       На самом деле, конечно же, не жаль.       — Ты же умный мальчик, зачем задаёшь глупые вопросы? Завтра у тебя выходной, будь весь день дома.       Джейсону это явно не нравится. Он морщится и отодвигается в сторону, уворачиваясь от второго прикосновения. Кожа у него покрылась мурашками, хотя в теплице было довольно тепло. На покрытых щетиной щеках подозрительно выступило розовое.       — Я надеялся, что это произойдёт не так скоро. — Парень разочарованно вздыхает и трёт лоб тыльной стороной ладони. — Ладно... Скажи ему, что я согласен. Завтра буду дома.       Ваас держался целых три секунды, а потом громко заржал.       — Ты просто прелесть, amigo, — сквозь хохот выговорил пират, — просто, блять, милашка... «Согласен» он! Давно я так не смеялся… Окей, разбирайся тут со своими баранами.       Переговорив после этого с Кеаломой, Ваас отправляется по делам. Ещё есть другие места, куда нужно заскочить. Хойту он не говорит, что Джейсон согласен, это предполагается и так.       Волкер задерживается по дороге: наткнулся на местную болячку по имени Бамби Хьюз; так что король пиратов приезжает на место первым.       Джейсона видно издалека, он стоит на стремянке и орудует кусачками над сеткой.       — А где Хойт?       — Первое, о чём ты спрашиваешь, увидев меня, это мой начальник, — с наигранным разочарованием вздыхает Ваас. — Мне следует расстроиться.       Джейсон хмыкает и прокусывает кусачками ещё один элемент, скрепляющий сетку вместе.       — Жизнь полна лишений, — философски изрекает он и позволяет себе улыбку. Потом исправляется: — Как у тебя дела?       — Хорошо. Станут еще лучше, если ты сегодня не облажаешься.       Броди некоторое время молчал, было слышно только щелчки от прокусываемого металла и едва слышный гул генератора. Сетка постепенно распрямлялась сверху, он спустился на несколько ступенек и продолжил.       — Я очень нервничаю...       Вот это уже удивляет.       — Не переживай, ты ему понравишься. — «Мне же понравился». — Просто не говори глупостей.       — А если не понравлюсь?       Пират поймал короткий взгляд, в сегодняшнем освещении показавшийся ему травянистым. Такой цвет бывает у молодых пальмовых листьев.        — Все будет ОК, просто не задавай глупых вопросов.       Он подошёл ближе и потрогал торчащие из сетки лопухи. Они оттенка глубокой зелени, почти изумрудные, только кончики пожухли и пожелтели, как у всей конопли в период харвеста. Возле куста запах соцветий стал ещё насыщеннее.       Броди возится с удерживающей растение сеткой, постепенно спускаясь на стремянке всё ниже и поглядывая иногда на гостя. Вскоре куст заметно накренился под собственным весом.       — Ваас.       — М?       — Ты пялишься на мою задницу.       — И я что-то не вижу на ней таблички «платный просмотр».       Замаскировать смех фырканьем агроному не удалось.       — Полагаю, мне стоит сделать одну, — вдруг произнёс он, успокоившись, и снова окатил своей зеленью с головы до ног. — На будущее…       Джейсон даже не пытается скрыть, что внимание короля пиратов ему приятно. Ваасу это нравится тоже. Ему вообще всё нравится, кроме того, что стремянка слишком тесная для двоих. Он обнаружил себя совсем рядом с ней — и с рукой на чужой и́кре. Джейсон легонько потряс ногой, не очень-то правдоподобно стараясь скинуть прикосновение.       — Ты хочешь, чтобы я упал на тебя и сломал нам обоим шеи? Твоему начальнику это не понравится.       Броди, кажется, совсем позабыл про то, что нервничает. Его взгляд был прикован к Ваасу, и тот ответил улыбкой прожжённого обольстителя.       — Проверим?       За спиной раздался усиливающийся шум мотора.       — Полагаю, не в этот раз. Чего мне ожидать от него?       Ваас не ответил и сменил улыбку на шкодливую.       Гровер спустился — в этот момент к его забору подъехал внедорожник. Вслед за Хойтом на частную собственность проследовали два охранника в серо-жёлтой форме. «Лес» перед ними наверняка их удивил, это было видно по глазам.       Джейсон наблюдал, как владелец южного острова приближается к его саду.       — Вау! — воскликнул Хойт и снял очки, чтобы получше рассмотреть исполинские кусты. — Ваас, вблизи они даже больше, чем на фото! Мне стоит наградить тебя за то, что нашёл эту волшебную полянку. А тебя, — он резко достал пистолет из хольстера и указал им в гровера, — убить за то, что смеешь мешать моему бизнесу.       Джейсон похолодел. Даже выкуренный час назад косяк не справлялся, внутренности скрутило в испуганный комок. Он-то ожидал едва ли не рукоплесканий.        С Ваасом такого страха почему-то не было.       — Но тогда мы не сможем плодотворно сотрудничать. Я тебя прощаю, Джейсон. — Волкер спрятал оружие и подошёл к нему.       Броди потёр влажные ладони о штаны.       — Ваас, дай нам поговорить наедине.       Пират молча прошёл дальше в сад, к сельскохозяйственным культурам, и принялся бродить между грядками. Один охранник встал сбоку и облокотился спиной о забор, продолжая держать в руках автомат, второй остался за Хойтом.       — Выдохни, парень, — наркоторговец вдруг радушно улыбнулся и хлопнул Джейсона по плечу, а потом пристально вгляделся в ближайший к нему куст, с которого была наполовину срезана сетка. — Итак! В чём твой секрет? Почему рядом с твоими ёлками мои кусты выглядят, как жалкие задохлики?       — Ваши кусты не выглядят, как жалкие задохлики, им просто нужно… больше внимания.       — Ну не скромничай. — Хойт посмотрел очень снисходительно. — Лучше ответь, как ты добился такого результата.       Джейсон почувствовал себя уверенней. Уж о чём, а об этом он мог разговаривать часами.       — Если кратко, то я выбираю сорт с хорошей генетикой и тщательно за ним ухаживаю. Место тоже важно: тут чернозём, вокруг деревья и кусты, от этого температура чуть ниже, а почва более влажная. Ещё я активно использую удобрения и добавки, защищаю растихи от вредителей. И перед тем, как высадить в землю, чуть больше месяца ращу их в горшках под лампами, чтоб окрепли.       — И это всё?       Броди подумал пару секунд и кивнул.       — Ну да. Честно, ничего сверхъестественного. Я просто очень хорошо разбираюсь во внешних признаках: если растихе чего-то не хватает, я это понимаю сразу же.       Хойт обошёл куст вокруг, ничего не ответив, и направился к другому. Джейсон последовал за ним вместе с охранниками, держась на некотором расстоянии.       — Что это за сорт? Что ты можешь о нём рассказать?       Настал новый этап собеседования: проверка резюме. Джейсон расслабился ещё немного и сразу же ответил.       — «Голубой вельвет» от «Dutch Passion». В нём поровну индичных и сативных генов. Вначале и середине цветения пахнет, как ягоды, потом добавляется характерный почти всей конопле землистый оттенок. 18% ТГК. Спокойно даёт 650 грамм сухого продукта на квадратный метр. Хорошо клонируется, любит удобрения. Эйфоричный сорт, настроение поднимает буквально за пять минут, потом может пробить на поспать.       — А этот? — Хойт кивнул в сторону объёмной четырёхметровой «ёлки» с раскидистыми ко́лами, длинными междоузлиями и менее густой листвой.       — «Джамайка Сатива» от «Bob Marley Seeds». Стопроцентная сатива. 24% ТГК. С куста такого размера можно собрать килограмма два с половиной, а то и все три. Прихотливая, если в тёмное время посветить на неё, может стать гермафродитом. Но зато от неё очень творческий эффект, три часа болтовни, работы или секса обеспечены. Если перебрать, откуда-то берётся стоун, причём такой, что попробуй на ноги встань. Шишки пахнут тропическими фруктами, это ощущается даже при курении.       Волкер шумно принюхался, встав на цыпочки и притянув к себе торчащую из сетки ко́лу.       — Действительно, — пробормотал он, — как спелые фрукты… — Потом Хойт обернулся к Джейсону. — Достаточно. «Растихи», а? Очаровательно... Ты любишь это дело, не так ли?       — Как своего ребёнка, — искренне ответил гровер и впервые за весь разговор улыбнулся. — Я работал на канна-фермах в Канаде почти пять лет. Но там коррупция и тупые руководители, которые отвергают новации. Поэтому я и оказался здесь.       Хойт достал из кармана сигару и неспешно раскурился, оторвав кончик зубами.       — Сам откуда?       — Калифорния.       Волкер вдохнул воздух через сигару и прикрыл глаза, а потом покачался, перекатываясь с пятки на носок и обратно. В следующую секунду Джейсону в грудь прилетела пачка денег, он поймал её и растерянно посмотрел на наркоторговца.       — Это за твою работу на полях и в теплице. Ваас сказал мне, что ты много трудился сам. Похвальное рвение.       — Спасибо. — Джейсон сунул деньги в карман. — Я так понимаю, я прошёл собеседование?       — Ты ещё жив, верно? Обычно люди, в которых я направляю ствол, не получают ничего, кроме пули. А ты получил работу. Не заставляй меня пожалеть о моём решении, Джейсон.       — За это не волнуйтесь. Спасибо… за ваш визит.       — Таланты нужно замечать, а бездарности пробьются сами. — Жутко мудро изрёк наркобарон и развернулся на пятках. — Пару дней можешь отдохнуть, а потом — снова за работу. Ваас будет присылать тебе поручения по почте. И я возьму этот лист в качестве сувенира.       Оторвав крупный девятилистник, он направился к выходу. Джейсон прикрыл глаза и выпустил воздух из лёгких, наконец-то ощутив облегчение. Работа придумана богом, а собеседования создал дьявол.