You are my sun...

Большие сильные руки прижимают к себе тонкую талию, словно это его собственность. Целует нежно, смакуя вкус персиковых влажных губ. «Какой он красивый». Ничто и никто не сможет опорочить такого чистого, и невинного ангела. Его ангела. Длинные пальцы почти невесомо снизу–вверх считают позвонки. Бегающие мурашки и тихий стон в губы явно показывают, что омеге нравятся эти прикосновения. Саэ выгибается под умелыми руками, ему безумно нравится эта нежность Михаэля. Запрокидывает голову назад, мысленно просит большей ласки. Он получает то, о чём так молит внутренний омега. Поцелуи–укусы сводят его с ума. Аромат сандалового дерева кружит голову, уносит сознание куда–то далеко. Хочется ещё. Внутри целый океан эмоций, он не понимает, что делает. Сейчас это не он, не тот стеснительный Итоши Саэ. В глазах загорелся огонь возбуждения. Не потушить. Ну и пусть. Он хочет сгореть дотла. Зарывшись пальцами в волосы Альфы, тянет их назад, чтобы посмотреть на такое любимое лицо. Чёрные зрачки почти полностью закрывают радужку, пряча холодные глаза, он сильно возбуждён. Как он вообще сдерживает своего зверя внутри, когда на коленях сидит такая сладкая и долгожданная добыча. Кайзер зарычал, когда почувствовал, как Саэ немного потёрся бёдрами о возбуждённую плоть. Смотрит на опухшие от поцелуев губы, как юркий язычок их маняще облизывает. «Это точно ангел?» – Саэ...– стонет он. С него хватит. Или они заканчивают на этом, или...– Остановись, или я ...– он готов разорвать его, избавиться от этой мешающей одежды, и брать, брать, брать. Нельзя. Он пообещал самому себе, что не тронет девственное тело, пока Саэ сам не попросит. Пока не будет готов. Омега не хочет останавливаться, наоборот требует ответных действий. Видит, как Альфа сдерживается, как напряжены вены на шее. Хочется впиться в них, и пометить своё. Узкие джинсы от трения уже полностью намокли, и предательски пачкают брендовые штаны мужчины. Тесная ткань мешает, хочет избавиться он её, почувствовать тепло чужого тела. – Ах... Михаэль, пожалуйста... – кладёт свою руку прямо на заметный бугорок. Кайзер рычит. «Он прикоснулся ко мне там!» Он правда готов, его сокровище требовательно трётся об него и чуть ли не скулит от желания. Аккуратно поглаживает грубую ткань. Быстро опрокинув Михаэля на спину, омега навис сверху и запустил руку под бельё. Сжимая член, он тихо прошептал: – Я сказал, пожалуйста...я хочу, – языком проводит по вздувшийся венке на шее. – Блять... К чёрту! Ты сам напросился! Кайзер резко переворачивает его на спину и впивается в желанные губы. Ему дали добро. Пора выпустить зверя из клетки. Согнув ногу в колене, легко начинает ей гладить и надавливать между ног Саэ. Тот от такой ласки начинает извиваться по кровати, доставляя себе ещё большее удовольствие. Михаэль снимает с него футболку, открывая обзор на подкаченное стройное тело. Он идеален. Поцелуями спускается по шее, прикусывает мочку. Одной рукой расстёгивает пуговицу штанов, шуршание молнии. На рабочий телефон приходит уведомление. Ещё одно, и ещё. «Нет, только не это. Почему именно в этот момент меня отвлекают?!» Директорская натура хочет посмотреть, что же там, очень редко ему присылают так много сообщений. «Это что–то важное». Он это чувствует. Но нельзя прервать этот момент. Не сейчас. Саэ сейчас важнее... Рука останавливает его. Саэ испуганно смотрит на взволнованного Михаэля. В глазах стоит страх вперемешку с желанием. Куда–то испарилась вся его уверенность, ему стыдно. «Что он делает, готов ли?» – Всё хорошо, не бойся, – он видит, что омеге страшно, неужели он перегнул палку. Его маленький мальчик сейчас заплачет. Что же он наделал. – Саэ... мы можем остановиться... – Я...хочу...– еле слышно произнёс Итоши, закрывая краснеющее лицо, в протест покачав головой. Мягкая улыбка появилась на лице альфы. Он сделает всё, чтобы доставить максимум удовольствия. Чтобы омега не пожалел о своём решении. Нависает сверху, спускается, оставляя влажную дорожу языком. Вырисовывает только ему известные узоры. Спускается к бедренным косточкам. Большие пальцы забираются по бокам под бельё, чуть тянет вниз. Омега выгибается, показывая насколько ему приятно. Чувствует, как с него стянули штаны вместе с бельём. Как же ему стыдно, хочется прикрыть свою наготу. Ему не позволяет это сделать Михаэль. Оценивает красоту. Это первый раз, когда он видит Саэ таким открытым. Только от одного вида раскрасневшегося парня с бегающим взглядом, такого горячего и влажного от возбуждения, он готов кончить. – Ты прекрасен, ничего не бойся, – смотрит в глаза, показывая своё восхищение, что не навредит ему. На покрасневшей головке выступили капли смазки, её так много, что вот–вот капнет на кожу. Кайзер, не раздумывая и секунды, слизывает солоноватую жидкость. Провёл языком по всей длине и заглотил сразу на всю длину, вырывая из парня вздох наслаждения. Как же горячо и влажно. Саэ никогда не испытывал подобное. Удовлетворение самого себя, по сравнению с этими ощущениями, это ничто. Стон срывается с его губ, когда альфа прошёлся языком чуть ниже яичек, едва не достав до колечка мышц. Чёрт, как же это приятно, хочется намного больше. Не зная куда деть свои руки, Саэ зарывается в бело-синие волосы пальцами и сжимает их, притягивая ближе. Звонкий вскрик отразился от стен тёмной комнаты, когда Кайзер проник языком в омегу. Тело начало дрожать, а мышцы сокращаться. Сильный аромат бергамота кружит голову. И тут до него дошло... его малыш кончил. Это конечно льстит альфе, ведь он не переходил даже к растяжке. Огладив бедра, он начал поступательные движения языком, вылизывая и трахая его языком. Итоши стонет громко, какой же у него красивый голос. Ему одновременно хорошо и стыдно. «Как можно было так быстро кончить, даже не прикасаясь к себе? Наверное, Михаэль будет надо мной смеяться». Он забывает про свои мысли, когда чувствует, что сразу два пальца заменили язык. Это вызывает дискомфорт, но только до тех пор, пока Кайзер не находит ту самую точку и массирует её. Он рад, что так сильно возбудил Саэ. Тот сам уже насаживается на пальцы, виляя бёдрами и прося большего. Кайзер же до сих пор в одежде, и член откровенно начинает болеть от узких штанов. Но это не важно. Главное доставить удовольствие его сокровищу, это же его первый раз. Видит, что Саэ уже достаточно растянут, чтобы принять его полностью. Нежные поцелуи и умелые руки вырывают его из реальности. Он забывает обо всём. Нет стеснения и страха, есть только наслаждение. Такие любимые глаза на него смотрят, губы что–то шепчут. Саэ не слышит. Но через мгновенье до него доходит смысл слов Кайзера... Чувствует, что он приставил головку и собирается войти. Медленные движения доставляют минимум боли. Чувство наполненности выбивает из лёгких весь воздух. Саэ забыл, как дышать. Михаэль внутри него. – Ах... Саэ...– он еле сдерживается, чтобы не сорваться на грубые и резкие движения. Ему сносит от этой узости крышу. Но понимает, что рано, омега ещё не готов к такому. Зацеловывает выступившие слёзы, неужели настолько больно... Заглушив стон в поцелуе, начинает двигаться, сразу попадая по простате. Саэ было больно совсем немного, но слёзы выступили из–за счастья. Он счастлив быть с Михаэлем, быть с ним одним целым. Движения набирают темп, хочется кричать от наслаждения. От того что с его телом творит альфа, будто он всегда знал все его чувствительные точки. Громкие стоны разбавляют пошлые хлюпающие звуки и шлепки. Комната пропахла дикой смесью сандала, бергамота и секса, они смешались, создавая идеальную композицию ароматов. Горячие, липкие от пота тела извиваются в страстном танце. Голоса сливаются в один, дополняя друг друга. Саэ снова сидит на Кайзере, уже самостоятельно насаживаясь на всю длину. Прыгает и стонет так, будто в него вселился сам дьявол. Михаэлю безумно нравится эта черта в его маленьком омеге. Чувствует, что больше не сможет сдерживаться, что пора. Резко садится, обнимая одной рукой за талию, начинает увеличивать темп, и второй сжимает аккуратный член Итоши, надрачивая. Они с глухим стоном изливаются одновременно. Омега дрожит в сильных руках. Ему слишком хорошо, чтобы заставить себя соображать. Целуются они долго и мокро, как же он любит Михаэля. И тут его осенило... «Он не вышел... он до сих пор внутри меня... Нет! Я не готов, мне всего семнадцать, не время ещё становиться папой!» Альфа видит резкую перемену настроения Саэ, понимает его беспокойство и начинающуюся истерику. Нежно обнимает своё сокровище. – Саэ, – смотрит прямо в глаза, с которых уже вот–вот стекут слёзы. – Эй, шшш, ты чего? Я в презервативе. Малыш, я бы не сделал этого без твоего согласия. – Ч–что? Но когда ты... – Я люблю тебя, глупышка!

***

Счастливый омега стоит под струями горячего душа. Вода заботливо обволакивает его вымотанное тело. Расслабляет. Он наконец решился на это, на близость с Кайзером. А ведь до недавнего времени он терпеть не мог этого высокомерного альфу. Он его ненавидел. Но судьба-сука решила сделать их истинной парой. Сначала Итоши не хотел этого признавать, избегал всякого общения с ним. Отвергал дорогие подарки. Ну не нужно ему чтобы считали, что за материальные вещи его можно купить. Однако альфа сразу всё понял, и завоевал его сердце ночными недолгими прогулками, свиданиями и заботой. Помог с лекарствами для папы, аргументируя это тем, что не может смотреть, как Саэ загибается простывший на подработках. Выходя из душа, он услышал строгий голос Кайзера, и, чтобы не мешать важному разговору, не стал заходить в комнату, застыв за углом. – Завтра у тебя самолёт, – на недолгое время его лицо исказилось в строгой гримасе, а брови нахмурились. Это уже не тот любящий и нежный Михаэль. Это директор компании. – Нечего на меня орать! Слышишь...– договорить он не успел. Были слышны лишь короткие гудки. Саэ, услышав, что разговор окончен, заходит в комнату, и аккуратно спрашивает: – Кайзер, с кем ты говорил? Что–то случилось? – он беспокоится. Может ли он спрашивать такое? А если это дела компании? Они ведь его не касаются. – Всё в порядке, просто кое–кто скинул телефон во время важного разговора, и мне это не понравилось. – Обнимает омегу со спины, он не злится. Зарывается носом в мокрые пепельно-розовые волосы, вдыхая такой любимый аромат, – Теперь всё будет хорошо.