Кей Стоун, или как эмпатику живется в сложном мире: неисчерпаемое море проблем и разврата

Хлопок двери. Шорох одежды, сбитое дыхание и суетливое ерзанье. Рука застыла чуть ниже ребер, сжала женскую талию. Краем уха, скользя по шее поцелуями, парень услышал всхлип. Корпусом толканул вперед, двинулся в сторону комнаты. По дороге на пол смятыми кучками летели элементы строгого серебристого костюма, шелковая ткань бордового платья. Девушка усмехнулась торопливости, что раззадоривала и заставляла пасть на сатиновые прохладные простыни. Слиться с ними, быть вжатой в мягкий матрас мускулистым сильным телом. Замирать и трепетать, пока он ее любит. Пока он смывает, целуя губы, помаду, забирает остатки усталости.  Так случалось периодически – спонтанно, без всяких прелюдий. Лу Рид была для Кея сродни погоде – переменчивая, неожиданная, поражающая проливными дождями, сотрясающая раскатами грома. Но чаще всего походила на безоблачный день, когда лучи солнца кокетливо щипали щеки. Тогда по его личному прогнозу стоило ожидать бури, когда нагрянул Баретти с проверкой на профпригодность и устроил напарникам целый комплекс испытаний, направленный на оценку психологических и профессиональных качеств. Пускай и не раз доказывали свою компетентность, редкие промахи оставались скорее исключением, чем частой практикой. Все равно Гектор планово через какой-то период времени сотрудничества проводил проверку квалификации. Прыгать и бегать не пришлось, тягать предметы или читать толпу, но отвечать на целый том вопросов от одного, затем от другого специалиста, казалось сродни пытке. По окончании с сочувствием Иво Мартен сообщил о предстоящей важной встрече, где псионики несколько часов начинялись сплетнями высшего света…   *** Сдавленный тихий стон на выдохе растворился в темноте спальни. Затерялся в огнях зажженных свеч, игриво покачивающих золотыми хвостиками. Ставшие для света преградой, сплетенные воедино, подрагивали тенями на стенах. Отражались неясными силуэтами в зеркальных поверхностях. Они постепенно образовывали живую скульптуру, изваяние страсти.  — Еще…— отчетливо слышное и ясное, тонким голосом. С нотками мольбы и неосознанного приказа. Лу прерывисто дышала, кусала губы, до боли сжимала веки. Она чувствовала, как глубокая воронка утягивает ее на дно, где таилось упоительное наслаждение. Мурашки иглами впивались в кожу, дрожь пробегала от плеч до самых стоп. Каждый толчок пальцев, умелые движения языка, что искусно повторял контуры ее лона, кончиком надавливал на возбужденные участки. Кисть руки, ненавязчиво ведущая линию от внутренних бедер до затвердевших сосков.  Кей знал, как ей нравится. Знал, чего она хочет, послушно соглашался с любыми прихотями. Чувства и эмоции считывать в бытовой жизни интересно, но заходила речь об интиме и близость становилась исследованием, где он познавал новые проявления женского удовольствия. Ему не нужно спрашивать, узнавать напрямую. Информация будто загружена в разум наперед, и стоит лишь соприкоснуться, как все скрытое становилось явным.  Предпочтения, фантазии он удовлетворял и стремился добиться высшей степени блаженства.  Особенно в воскресный выходной, когда в свободный вечер, пригласил на романтический ужин. Неделя выдалась трудной, визит Гектора с “гостями” добил окончательно. И чтобы сбить градус напряжения, парень порадовал Лу сюрпризом. Заказал еду из ресторана, купил их любимое вино, нашел кино, за просмотром которого надеялся забыться с ней. А уже в спальне на кровати забыться в ней. Рид не сдерживалась, не с Кеем. Она была честна и открыта во всем, включая секс. Дикая натура проявлялась в резких вздрагиваниях, срывающихся с уст криков и стонов, вонзившихся в мужскую спину ногтей. Откровенность и беспритворность распаляли еще больше. Не нуждался в разрядке, достаточно вбирать разлившиеся с головы до пят реки неги, что наплывами заставляли покачивать бедрами, как пришвартованное к пристани судно по волнам.  Лу ослабила хватку, оставив позади истерзанные и смятые кончики подушки в покое. Облегченно выдохнула, прикрывая веки. Капельки пота путались во влажных волосах, свободные струйки скатывались вниз от висков до шеи. Вымотанная бурной ночкой, повернулась на бок, открыла глаза, всматриваясь в неясную фигуру парня. Улыбнулась, когда его губы смазано поцеловали в щеку.  — Это было офигенно… Не подобрать слов, чтобы описать, насколько. — Стоун промолчал, хмыкнул, ответив улыбкой. Спустя время заговорил.  — Ты невероятная. Будто страсть в тебе живет, ты как сосуд для нее. Рид взобралась на крепкую мужскую грудь, скрещивая руки. Ногтем водила по обнаженным ключицам.  — Кей… а как тебе нравится? Ты никогда не делился этим.  Парень из-под опущенных ресниц наблюдал за смущенной Лу. Признаться, забавляло видеть ее стеснение, когда напрямую заводили речь о близости. Возможно, сказывался опыт с предыдущими партнерами, где секс сводился к более механическим действиям и единственной цели – разрядке. С Кеем же Рид становилась чувственной, раздевалась душой, позволяла увидеть эмоции.  — Твои предпочтения меня вполне устраивают. — Не-е-т, это не то. — указательным пальцем повела дорожку от надключичной ямки, оставляя белую полосу. — Я хочу знать, как ты любишь. Поза, ритм, скорость, — сместилась, надавливая на низ живота, прошептала, — жесткость. Всегда ведь подстраиваешься, а мне интересно узнать о твоих вкусах.  — Ночью в роще?  — Перестань! Может… есть то, чего бы хотел попробовать?  — А вдруг захочу набор БДСМ? Связывание? Ролевые игры? — Если ты того желаешь, можем опробовать. Только связывать буду я. — оба засмеялись, но Кей вдруг задумался. И мысль так приятно внутри обожгла — никто ранее не задавался подобным вопросом. Партнерши, постель с которыми делил, использовали как игрушку. Не волновали его желания, зачем о них беспокоиться? Ведь всего лишь мальчик, следовавший их прихотям. К тому же бездумность процесса в те моменты закрепляли за ними статус незнакомцев на одну-две ночи. Ничего лишнего, никаких привязанностей.   Стоун нежно провел ладонью по гладким волосам, лопаткам. Томным бархатистым голосом произнес слова, что отозвались в легких вибрацией. —  Хорошо. Я люблю, когда все развивается без спешки. Предварительные ласки, поглаживания, поцелуи. Разжигать пламя, не торопясь, сдерживаться. Люблю чувствовать партнершу, каждое движение. Не против, чтобы перенимала инициативу.  — Доминировала?  — И да, и нет. Смена контроля, чтобы больше отдавать и получать взамен. Позы, скорость, ритм – решается по факту: близко – замедлиться, далеко – ускориться. И да… — парень шепнул, губами задевая мочку уха, — мне нравится жестко.  Лу расплылась в хищной улыбке. Целуя парня в губы, приподнялась, чтобы оказаться над ним. Кей сразу понял, в чем дело, – интимные разговоры вновь вернули неподалеку спрятанное возбуждение.   

***

Рабочая неделя стандартно не мчалась гончей лошадью, а грузной черепахой ползла от понедельника до субботы. В пятницу ход затормозила и дожить до выходных стало настоящим испытанием. В будние дни Приор требовал быть обоим сотрудникам на постах. Происходили изменения внутри власти, смены кадров, подготовка реформ, встречи и мероприятия, подробности которых старательно выписывали в отчетах. Компанией друг друга насладиться любовники никак не могли. Уставшие, коротко попрощавшись, разбредались по своим уголкам. В домашней атмосфере с чашкой чая приходилось заполнять кипу бумаг, едва не падая в эти белые, испачканные текстом, стопки. О романтике и совместных вечерах и речи не шло. До поры до времени.  Единожды Лу удалось сократить время пребывания на службе, сославшись на важные дела. Кей смиренно принял ношу отдуваться за двоих, но в какой-то момент задумался… Тревогу, находясь рядом с ней, не считывал. Переживания и волнения – нет, зато распознавал предвкушение, необъяснимый задор и ожидание.  Что за секреты, лучик?.. Что-то затеяла и не говоришь.  Мысли улетучились поздним вечером, когда вернулся с дежурства. Окромя основных обязанностей, Баретти настоял на часе другом, проведенном в спортзале. Намекнул, что физическую подготовку в скором времени проверят также, и не забыл попросить предупредить Лу.  Заботливый… усатый изверг. — прозвище, когда-то данное Рид, подхватил Стоун. Измотанный, желал расплавиться под струями прохладного душа, утонуть в пуховом одеяле и испариться до понедельника.  Эмпатик направился в ванную, но прислушался. В квартире осела энергетика знакомого человека, а заженный свет в спальне только подтвердил его догадки. Уголок губ Кея приподнялся, парень улыбнулся окликнув.  — Лу, я дома! Не думал, что ты… — произнес и застыл на месте.  Девушка выпорхнула из комнаты, за ней потянулся шлейф кружевного пеньюара, под ним проглядывалась ткань почти прозрачного нижнего белья.   — Не думал, что я?..  Рид изящно ступала по ламинату, покачивала бедрами в такт каждому шагу. Сродни пантере грациозно приблизилась к нему и остановилась напротив. Холодное уличное освещение отразилось на фарфоровой коже, подчеркивая бледность. Радужки глаз засияли призрачными голубоватыми оттенками, а светлые волосы небрежными локонами пали с плеч. Образ ангела, украшенного черным ажурным узором.  — Не думал, что ты приедешь. — оторвавшись от изучения деталей  облика, добавил. — Прекрасно выглядишь.  Девушка также, играя роль, сократила расстояние до минимума. Развязала галстук и кинула на пол, за ним пиджак, поочередно расстегнула пуговицы на рубашке, нарочито задевая торс парня. Кей следил за каждым действием, воздух все тяжелее и тяжелее покидал легкие, давление в районе солнечного сплетения усиливалось. Импульсы прокатывались от шеи по позвонку до низа живота, от чего тело, скованное узами одежды, молило о скорейшем освобождении.  — Спасибо. — проговорила, когда верх полностью был снят и пальцы нащупывали пряжку ремня. Порывался поцеловать девушку, прижаться к ней, но та намеренно отстранялась. — Выдержи паузу. Сходи пока в душ, а я буду ждать тебя. — чмокнула в нос, задела щеку и также ланью устремилась в спальню. Кей сопроводил взглядом, такую манящую, роскошную, изысканную, его.  Стоун вошел в пустую комнату, как вдруг все погрузилось во тьму. Женские руки шелковой повязкой аккуратно закрыли веки, после, подталкивая за поясницу, довели до кровати.  — Обернись. — парень послушно последовал просьбе. Легкий толчок в плечо и он повалился на белые простыни. — Лучик, что ты задумала? — сказал хрипло, не услышав ничего в ответ. Вместо этого рядом раздались шорохи и матрас прогнулся по обе стороны от него. Рид оседлала парня, разместившись чуть ниже бедер.  Кей неосознанно напрягся, когда возле пупка несколько капель масла слегка обожгли, растекаясь по животу. Он втянул сквозь сжатые зубы воздух, когда пальцы Лу мягкими прикосновениями растирали жидкость. — Чш-ш. Эфирное масло. Перегрела, видать. Извини. — девушка мягко поцеловала сосок и продолжила начатый ритуал.  Эмпатик млел под уверенными и слаженными движениями: она очерчивала линии ключиц, вздымающуюся грудь. Кистями скользила по кубикам пресса, прямым и косым мышцам живота. Запах цитрусовых и ели витал в воздухе, пьянил и ликвидировал весь негатив, скопившийся на работе. Тело поддалось заботливым ладоням, позабыв об усталости. Покой и гармония замещали напряжение, на замену вновь приливом вернулось возбуждение. — Лу? — обратился в темноту, повязка по прежнему покоилась на голове.  — Это не все.  Нагретое масло было первым этапом, а после — окропили горячими каплями, что застывали на коже. Это подтвердило догадки парня — воск.  — М-м-м!  — Тебе больно? Могу прекратить.  На выдохе проронил: — Продолжай.  Складывалось впечатление, что Стоун уже не был собой. Его дух отделился от материи и исчез в красках ночи, сам же эмпатик погрузился эпицентр удовольствия. Ничего не видел, не слышал, только чувствовал. Когда полотенце, завязанное на поясе, исчезло, парень глухо застонал.  — Ах… Лу растерла по его члену выступившую влагу. От основания до головки, не торопясь, провела вверх-вниз. Кей блаженно вдавил голову в подушку, позволяя исследовать шею поцелуями, покусывать кадык, подбородок. Сплетаться губами, проникать языком и растягивать негу до предела.  — Я хочу, чтобы ты видел.  Рид развязала повязку и, превозмогая помутнение, Стоун посмотрел на нее. Она, неотрывно глядя ему в глаза, избавила грудь от кружевного лифа, эротично выгнувшись, повторила то же с трусиками. Нагнулась, языком повела от низа живота до члена. Одалялась и приближалась, помогала рукой у основания. Кей собрал пшеничные волосы в кулак и задал нужный темп. Дирижировал скоростью, едва давал отдышаться… Сорвавшимся с цепи зверем он накинулся на девушку, запрещая подводить к краю. Рывком перевернул, наполнил собой и без промедлений взял. Теперь уже хлопки двух возбужденных тел сотрясали тишину уютной спальни. Стоун входил сзади, быстро и жестко, что в местах соприкосновения кожа покраснела. Лу то кричала, то беззвучно стонала, зубами кусая подушку, пока бедра вздрагивали от резких глубоких толчков. Впервые грубый секс, животный, безумный. До дрожи в коленях и спазмов в мышцах, до изнеможения и запредельного пульса. Они балансировали на грани боли и подступающей эйфории. Пока воронка не утянула на дно, не погрузились во тьму, улавливая звуки биения сердца и сбившегося дыхания. Лежали безмолвно на мокрых простынях, слова повисли тучами над головами, никак не получалось произнести. Лу заговорила первой, погладила предплечье Кея. — Тебе… тебе понравилось? — лишенный пошлости, он поднес к губам ее запястье, приложил к щеке.  — Лу, я  не найду фраз, чтобы передать, насколько.  Рид взъерошила мокрые каштановые пряди свободной рукой. — А мне нравятся твои предпочтения, надо как-нибудь повторить. — Главное потом встать с кровати. — умолк, добавив через пару секунд. — Тебе не было больно?  — Нет, — усмехнулась, — иначе бы ты считал дискомфорт. Все супер.  — Моя милая. Болтая ни о чем, обнаженные в объятиях и уснули, прощаясь с суетой минувшего дня.  Конец.