Жизнь после смерти

      Чимин       — Сегодня ты был на высоте, — бросил Ван, перекидывая сумку через плечо.       — Кажется, я довёл одного малыша до кипения своими наставлениями, — проворчал я, нахмурившись.       Ибо расхохотался в ответ.       — Опыт — дело наживное. Ты только в начале пути. Всё ещё впереди.       — Спасибо, Ибо.       — Чимин.       В поле зрения появился Хосок, шагая прямо ко мне с привычной непроницаемостью на лице. Словно исполняя ритуал, он склонился, коснулся щеки поцелуем и тут же выпрямился.       — Намджун ждёт тебя снаружи.       Сердце подпрыгнуло, и я, попрощавшись на бегу с Ибо, рванул к выходу. На улице меня ослепило солнечное сияние и едва не сбило с ног знакомой громадой — высокий, статный, невыносимо сексуальный полицейский, ставший моим другом в далёком, полном одиночества тринадцатилетнем возрасте. Тогда Джун был ещё юным новобранцем.       Сейчас, в свои почти сорок, Намджун был чертовски неотразим. Растрёпанные тёмные волосы, глубина серых глаз, атлетическое телосложение, от которого перехватывало дыхание. И эта убийственная, обезоруживающая улыбка…       — Безумный Джен-и! — взвизгнул я и бросился в его объятия.       — Лисёнок! — рассмеялся он, подхватывая меня на руки и кружа в воздухе.       Лисёнком он прозвал меня ещё в те годы, когда я был угловатым подростком. Говорил, что я хитрый, как лис. Я привык к этому прозвищу, как и к самому Джуну, который вёл расследование исчезновения моей мамы. Отец отдалился, постоянно избегал меня, брат замкнулся в себе. Джун был единственным, с кем я мог тогда поговорить. Он уехал пять лет спустя после её исчезновения, и с тех пор мы не виделись, хотя он всегда звонил.       — Не знал, что ты приедешь, — выпалил я, отстраняясь и вцепившись в его плечи. — Ты совсем не изменился!       Он усмехнулся, прикоснулся ладонью к моей щеке и нежно поцеловал в лоб.       — А ты вырос, Лисёнок. Когда ты успел стать таким красавцем?       Я звонко рассмеялся.       — Во всём виноваты овощи.       Его улыбка смягчилась, ладонь по-прежнему нежно касалась моей кожи. Джун не мог иметь детей из-за трагического случая в юности. Он был женат на женщине по имени Юри, которая всегда была рядом, пока он жил здесь, хоть и отличалась немного вздорным характером.       — Как Юри? — спросил я.       Его лицо омрачилось.       — Мы расстались.       — Мне очень жаль, Джун-и.       Он закатил глаза.       — Джун-и? Всё ещё?       — Это мило, — улыбнулся я.       — Как твои танцы? — спросил он, обнимая меня за плечи.       — Всё отлично. Я начал учиться на преподавателя танцев.       — Это прекрасно, Лисёнок.       — Я оставлю вас, — произнёс подошедший Хосок. — Рад снова видеть, Джун      .       Намджун кивнул Хосоку.       — Взаимно.       Когда Хосок ушёл, я снова повернулся к Джуну.       — Так что случилось с Юри? — спросил я, глядя ему в глаза.       — Давай лучше выпьем кофе, и я всё тебе расскажу.       Я кивнул.       — Кафе как раз за углом.       Мы вошли в ближайшее кафе и заказали по чашке кофе. Джун поведал о Юри, о том, как их брак дал трещину. Он думал, что причина крылась в его бесплодии.       — Я думал, она знала, что ты не можешь иметь детей?       Он выдохнул и пожал плечами.       — Люди меняются, Лисёнок. Она — женщина, и я не могу винить её за то, что она захотела стать матерью.       — Ты прав, — согласился я.       — Как твой отец? Джи?       Я нахмурился, глядя в окно.       — Мы редко видимся.       — Оу, — он сжал мою руку. — Мне жаль, малыш.       — Джи тоже не в лучшем состоянии. Он связался не с самой лучшей компанией с тех пор, как ушла мама.       — Дахи изменила много жизней, — заметил Джун. — Я никогда не встречал её, но могу сказать, что за эти годы часто о ней думал. Так часто, что продолжал искать. Это безнадёжное дело, но я наткнулся на несколько ниточек, которые не были до конца проработаны, и мне дали разрешение на их дальнейшее изучение.       — Ты проводил расследование? — спросил я, чувствуя, как сердце замирает.       — Да.       — И…       — У меня есть предположения, Чимин. Я не скажу тебе, какие именно, потому что не хочу давать ложную надежду. Обещаю, если я что-нибудь найду, я тебе сообщу.       Я сглотнул, пытаясь остановить подступающие слёзы. Он протянул руку и взял мои ладони в свои большие ладони.       — Я не знаю, насколько тяжело тебе было все эти годы. Не могу даже представить себе боль от такой потери. Но я сделаю всё возможное, чтобы найти её и во всём разобраться. Мы, должно быть, что-то упустили.       — Спасибо, — прошептал я. — Я не могу выразить, как много для меня значит всё, что ты делаешь.       Он улыбнулся, его серые глаза потеплели.       — Думаю, я понимаю.       — Вот ваш кофе.       Миниатюрная светловолосая официантка поставила перед нами две чашки и поспешно удалилась. Я взял свою чашку, подул на неё и сделал глоток.       — Я пробуду в городе некоторое время. Останусь здесь, пока не закрою дело. Я снял квартиру неподалёку от тебя.       — Правда? — моё лицо расплылось в улыбке, от осознания того, что рядом, наконец, будет человек, который меня понимает и с которым можно поговорить по душам.       — Правда. Завтра я встречусь с Джи.       Я кивнул. Джи обожает Намджуна, и, думаю, если и есть кто-то, кто сможет на него повлиять, то это Джун. Кстати о Джи. Мне всё ещё нужно было навестить его. Я планирую это с тех пор, как поговорил с Юнги, но у меня никак не находилось времени. Может быть, сегодня самый подходящий момент.       — Я собирался зайти к нему сегодня. Хочешь пойти со мной?       — С удовольствием, — кивнул Джун. — Он не будет против?       Я покачал головой.       — Думаю, он будет рад.

***

      — Что ты здесь делаешь, Чим? — голос Джи звучал настороженно, взгляд буравил бутылку пива в моей руке.       — Пришел навестить тебя. Разве брату нельзя навестить брата?       На лице его читалось замешательство, брови сдвинулись в вопросительной складке.       — Никаких нравоучений?       — Я твой брат, а не твоя нянька. Просто захотелось немного развеяться.       — Развеяться? — в его тоне сквозило недоверие.       Я усмехнулся краем губ.       — И не только…       — Тебе здесь нечего ловить, — проворчал он, разворачиваясь, чтобы захлопнуть дверь.       — Не груби своему брату, щенок.       Джи замер, словно пораженный громом, и медленно обернулся. На его лице появилась улыбка – слабая, неуверенная, но улыбка. Я забыл, когда в последний раз видел его улыбающимся.       — Джун?       Из-за моей спины вышел Намджун. Улыбка Джисона стала шире, готовая разорвать его лицо.       — Да чтоб меня! — выдохнул он, хватая Джуна за руку.       Они обнялись крепко и долго, а Джун внимательно вглядывался в лицо Джисона.       — Парень, кажется, нам пора серьезно поговорить.       Джи перевел взгляд с меня на Джуна и обратно.       — Но… — добавил Джун, подмигнув. — Сначала прикончим все это пиво.       На лице Джи снова расцвела улыбка.       — Каким ветром тебя занесло в эту глушь? — спросил он, прикрывая за собой дверь.       — Работа, — ответил Джун. — Как ты тут?       Следующие два часа мы провели вместе, как в старые добрые времена: смеялись, вспоминали всякие истории, ели (вернее, они ели, я-то и пиво давно не переношу) и пили. Когда я уходил, во мне крепло ощущение, что семья снова вместе.       Хорошо, когда Джун рядом. Могу только молиться, чтобы он помог Джисону.       Теперь остался отец.