Их всегда было двое…

      Диана открыла глаза и, глухо застонав, тут же снова зажмурилась, потому что ослепительно-яркий луч больно резанул по сетчатке. Сердце метнулось к горлу, вызвав приступ тошноты, голову словно сдавило тугим обручем.       «Блять… Надо меньше пить…» — нарисовалась вполне разумная мысль. Жаль вот только — постфактум.       Арбенина полежала с минуту смирно, боясь даже шелохнуться, потом медленно-медленно, с опаской, разлепила одно веко, следом приоткрыла второе. Теперь глазам было чуть-чуть полегче. Взгляд заметался по комнате и зацепился за стакан воды, стоявший на прикроватной тумбочке, и «Сахара» во рту мигом дала о себе знать. Диана несколько секунд пялилась на вожделенный стакан, выбирая между страхом пошевелиться, а соответственно снова окунуться в омут боли, и нестерпимым уже желанием напиться. Наконец, второе пересилило, женщина крайне медленно и аккуратно потянулась к воде, рукой зацепив что-то маленькое и круглое. Диана поднесла к лицу это нечто и улыбнулась.       «Антипохмелин, наверное… Светуля позаботилась!» — обрадовалась Арбенина и, сунув таблетку в рот, запила её стаканом воды, после чего снова откинулась на подушку. Теперь оставалось только лежать спокойно и ждать, когда подействует лекарство.       Стараясь не шевелиться, Диана снова, уже более осмысленно, обвела взглядом комнату и поняла, что почему-то оказалась не у себя в спальне. Воспоминания о вчерашнем дне возвращались медленно и будто неохотно…       «Мартишка!.. Боже, бедная моя девочка!.. А Светка никак не может ей помочь…» — Арбенина поморщилась, слёзы мгновенно выползли на глаза. Она не стала их сдерживать, дав волю чувствам. Солёный водопад покатился по лицу, щедро орашая подушку. Шевелиться, чтобы вытереть их, Диана не рискнула. Так и лежала, глядя в потолок невидящим взором, и ревела. Тихо и молча. Когда поток немного утих, пришли новые воспоминания…       … Естественно, она снова пила вчера… Много пила… Потом?.. А! Потом ворвались какие-то люди, скрутили её и, кажется, ставили капельницы и непонятные уколы, затем Светка вообще привела к ней мутного чувака, назвавшегося психологом… Что было дальше?.. Ах, ну да, она вполне ожидаемо (нет, ну, а что? Светка что, психом её считает?!) взбесилась и помчалась на разборки, благо Сурганова… Ой, тьфу ты! То есть, госпожа Гинзбург в кои-то веки оказалась дома…       Арбенина сморщилась и тяжело вздохнула, вполне справедливо опасаясь вспоминать, что именно наговорила сгоряча Светуле, вот только теперь всё было наоборот — вредная память услужливо и быстро воспроизвела весь вчерашний диалог. Непонятным оставалось только то, чем он закончился? Воспоминания отчего-то резко обрывались. Диана нахмурилась, силясь понять, отчего же ей так плохо, если из запоя её вчера благополучно вывели, а больше она, кажется, не пила… Или же опять пила?       Чертыхнувшись сквозь зубы, женщина попробовала, наконец, слегка пошевелиться, боль в голове ещё оставалась, но была тупой и вполне терпимой. Тогда Диана облегчённо выдохнула, аккуратно спустила ноги с кровати и села, вытерев с щёк остатки слёз и оглядевшись по сторонам. То, что эта комната не её, было ясно, как божий день, но вот зачем Светка велела определить её именно сюда? Почему не в их общую спальню? Ну, или, если допустить, что Светуля обиделась, тогда почему не в её собственную комнату?       Первым порывом было вызвать Свету по коммуникатору и потребовать объяснений, но Арбенина тут же отбросила эту идею. Она сама не знала почему, просто остро осознала вдруг, что поговорить нужно обязательно лично, с глазу на глаз, и начать лучше всего с извинений за свой поганый язык и всё то, что успела вчера ляпнуть сгоряча.       Диана неуверенно встала на ещё слабые, подрагивающие в коленках ноги, добрела до призывно распахнутой двери санузла, наспех умылась, провела пару раз по всклоченным волосам расчёской и собралась отправиться на поиски Светланы, вот только прямо за порогом путь ей преградил секьюрити. Парень, вроде бы, был знаком, но имени его она не помнила.       — Доброе утро, Диана Сергеевна, — вежливо улыбнулся ей молодой человек. — Андрей просил проводить вас к нему в кабинет, когда вы проснётесь.       — Андрей? — сдвинула брови Арбенина. — Какой ещё Андрей? — спросила и тут же вспомнила сама. Психолог же! Тот самый, которого привела вчера для неё любимая.       — Мне надо срочно к Светлане! — резко перебила она едва открывшего было рот парня.       — Извините, Диана Сергеевна, — тот остался невозмутимым, — Светланы Яковлевны здесь нет, но есть Андрей Альбертович, который вам всё объяснит.       Арбенина поджала губы. Ну, конечно, кто бы сомневался! Светка, разумеется, снова умчалась в свою дурацкую лабораторию! Сидит там со своими пробирочками хер пойми зачем, всё равно ведь ничего не выходит! А ей тут приходится торчать сутки напролёт и смотреть на тот немыслимый ужас, в который превратилась дочка…       — Тогда мне надо к Марте! — не сдавалась женщина, никак не желая общаться с каким-то там психом… Ой, пардон, то есть, с психологом.       — Простите, но это тоже не получится, — абсолютно без эмоций возразил парень. — Дело в том, что мы находимся не в особняке госпожи Гинзбург.       Диана ошалело приоткрыла рот и захлопала глазами, но долго впадать в ступор секьюрити ей не дал.       — Прошу вас, позвольте мне проводить вас до кабинета Андрея Альбертовича. Он всё вам непременно объяснит, — молодой человек отступил в сторону и сделал приглашающий жест рукой.       Арбенина раздражённо сжала кулаки и стиснула зубы, но, пару секунд подумав, осознала, что тратить силы и срывать зло на мальчишке никакого смысла нет, он человек подневольный и, наверняка, всей информацией просто не владеет. Сделав глубокий вдох-выдох, Диана наконец-то сдвинулась с места и направилась вслед за провожатым.       — Какого дьявола тут происходит?! — прямо с порога раздражённо выпалила Диана. — Разве общение с психологом не должно быть сугубо добровольным?! Даже проснуться и прийти в себя толком не дали. Молчу уж про завтрак!       Андрей поднялся ей навстречу и приветливо улыбнулся.       — Доброе утро, Диана Сергеевна! Ну, допустим, проснуться вы уже проснулись — вон как громко кричите! Чтобы прийти в себя после такой мощной дозы снотворного нужно несколько часов. Есть, я думаю, вы пока что тоже не хотите на самом деле, а вот любопытство вас уже старательно гложет. Что, нет разве? — ещё шире растянул губы Андрей, но времени на подумать своей подопечной не дал. — И да, разумеется, наши с вами беседы должны быть полностью добровольными, — Арбенина наконец пришла в себя и открыла рот, но психолог не позволил ей прервать свой монолог, слегка повысив тон: — И они такими будут, разумеется. Если вообще будут, конечно. Видите ли, Диана, я сейчас здесь в первую очередь за тем, чтобы проинформировать вас о ситуации, в которой вы оказались, ну и помочь, чем смогу. Хотя бы на первых порах…       Диана несколько раз открывала рот, собираясь что-то сказать, но слова почему-то не шли с языка. Раздражение и злость непонятным образом будто схлопнулись сами по себе, теперь ей хотелось сжаться в комок и тупо плакать.       — Прошу вас, присядьте, — внимательно наблюдавший за женщиной молодой человек указал на мягкое кресло возле своего рабочего стола. — Не пугайтесь, слабость в теле и чехарда настроения скоро пройдёт, это побочка препарата, который я вчера вечером вам ввёл. Прошу прощения за это, но другого выхода не было — очень уж сильно вы буянили… — чуть смущённо улыбнулся Андрей. — Давайте, я для начала расскажу вам, что происходит, а будете вы со мной потом общаться или нет, это вы, разумеется, решите сами.       Диана бросила на психолога скептически недоверчивый взгляд, недовольно поджала губы, но всё же решила послушать объяснения.       — Ну, валяйте, излагайте, — процедила женщина сквозь зубы, демонстративно вальяжно закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди.       — Отлично! — Андрей быстро уселся напротив. — Как вы предпочитаете: слушать сразу меня или сперва саму Светлану Яковлевну, а уж потом мои пояснения?       Брови Арбениной поползли вверх. То есть, Светка всё-таки снизошла до неё? Она не настолько обиделась, что не хочет больше ни видеть, ни слышать? Это, несомненно, радовало. Хотелось бы конечно личной встречи, но… Ладно уж, можно и так для начала…       — Светку, — коротко буркнула она в ответ.       — Отлично, — кивнул Андрей и щёлкнул какой-то кнопочкой на небольшой серой коробке у себя на столе. Через мгновение оттуда вверх заструился поток мягкого света, а ещё спустя пару-тройку секунд в этом свете появился объёмный, яркий и искрящийся, будто сотканный из миллионов кристалликов образ Светки…       Диана ахнула про себя. Нет, она конечно знала, что такое голограмма, знала, что существуют такие сообщения, но ими мало кто пользовался, предпочитая простые голосовые. Да что там, на тех отсталых планетах, где ей удалось побывать, даже голосовая связь была роскошью.       — Привет, Динь… — тем временем послышался родной, чуть хрипловатый голос Светули. — Ты прости, что выбрала такой способ общения, но боюсь, по коммуникатору, как и при любом другом способе, где есть обратная связь, ты и пары слов не дашь мне сказать, так что вот… Сиди и слушай! — голограмма Светки смущённо улыбнулась. — Для начала хочу сказать, что ты находишься совсем рядом, немного выше по склону горы. Да-да, это тот самый домик, про который я упоминала года полтора назад, помнишь? — Светлана сверкнула резко потемневшим взглядом, хихикнула, как девчонка-подросток и тут же заметно смутилась, опустив на несколько мгновений голову. — Так, о чём это я… Не будем отвлекаться! — вдохнув-выдохнув, госпожа Гинзбург вздёрнула подбородок и заговорила уже спокойным, ровным и мягким тоном: — Ты прости меня, родная, что меня не было рядом, когда тебе было так плохо. Совсем я тебя забросила с этой вакциной. Но… Диничка, я же думала, что ты понимаешь, почему я пашу, как проклятая. А хотя… О чём я? Конечно же ты понимаешь, конечно, но… Не справилась просто. Отсюда и алкоголь… Но… Ужас в том, что я всё равно пока никак не могу быть рядом! На кону ведь жизнь Мартишки! И Аби, разумеется, тоже, хотя тебе до неё вряд ли есть дело… — голограмма вздохнула и продолжила: — Так вот, умные люди мне подсказали выход из этой патовой ситуации… Я подумала, всё взвесила и решила временно оградить тебя от Марты. Не переживай о ней — там куча нянек, специально обученных людей, Артёмка, в конце концов. Ты же поживёшь пока в этом доме, а чтобы не было скучно, ты будешь… учиться! Да-да, не удивляйся. Именно учиться! У тебя ведь нет даже школьного аттестата, родная. Вот и займешься его получением! Для тебя уже наняты лучшие преподаватели в Галактике по всем предметам. Они подготовят тебя, сдашь необходимые экзамены и… Добро пожаловать домой! — Светлана широко улыбнулась. — В общем, прости, дорогая, мне уже пора бежать. Ситуацию в целом я объяснила тебе, все остальные вопросы к Андрею. Он теперь там твой главный помощник. Пока-пока, не скучай! Жду дома!       Арбенина сидела в полном ступоре, подавленная и молчаливая. Голограмма исчезла, в кабинете повисла тишина, нарушить которую Андрей не спешил. Наконец Диана вскинула на него глаза.       — Она спятила? — еле слышно прошептали сухие, потрескавшиеся губы. — Мне тридцать один… Какая школа?!       — Не школа, что вы, — замахал на неё психолог. — Онлайн занятия с отличными преподавателями, чтобы вспомнить, ну или освоить с нуля то, что вы не смогли пройти сами на Майне.       — Я не смогу, так много времени прошло с тех пор… — Диана едва не плакала. — Да у меня мозг давно атрофировался!       — Надо постараться, Светлана Яковлева сказала, что без аттестата вы не вернётесь домой, — невозмутимо улыбался Андрей, а Диана… Эмоции с бешеной скоростью сменяли одна другую: страх, ужас, отчаяние, потом резко пришли злость и ненависть…       Кто бы только знал, как люто она в тот момент ненавидела Светку!       Ярость мигом наполнила каждую клеточку. Диана вскочила и бросилась вон. Коридор, лестница, входная дверь. Уже за пределами дома до неё долетел взволнованный крик Андрея.       — Диана! Вам некуда бежать. Этот участок не такой большой. Осторожно, не влетите в силовое поле!       Арбенина слышала, но не воспринимала. В голове отбойными молотками стучали злость и ненависть.       «Силовое поле? — кое-как прорвалось в сознание. — Ну, и хорошо, ну и сдохну! Ну и…»       В следующий миг она будто врезалась со всего маху в невидимую стену, но вместо того, чтобы просто упасть, отлетела метра на три назад и уже тогда опрокинулась на спину. Следом пришла и боль. Боль, которая разом остудила и отрезвила. Всё тело жутко ломило, зато голова внезапно стала чистая и ясная.       Постанывая и кряхтя, Арбенина осторожно села и огляделась. Она находилась на гравийной тропинке, по левой стороне возвышалась отвесная скала, верхушки которой даже не было видно за облаками, по правой за рядом редких кустиков с мелкими листьями оказался почти такой же отвесный обрыв.       «И как только не сверзилась туда!» — ахнула женщина.       Боль отступала, Диана медленно встала и подошла к самому краю. Вид отсюда открывался просто завораживающий! Ниже располагалось огромное, покрытое деревьями и пересечённое несколькими горными реками плато, примерно в центре которого виднелись серебристые крыши громаднейшего особняка, ещё ниже насколько хватало взгляда простиралась зелёная долина, испещрённая синими лентами рек и озёр…       — Боже, красотища-то какая! — выдохнула Арбенина. Взгляд снова сам собой вернулся к плато и светлым крышам.       «Дом!» — возникла из ниоткуда странная мысль, и Диана поняла, что эти крыши и были скорее всего тем местом, где она жила всё последнее время. Этот исполинский особняк совершенно точно принадлежал Свете. Диана не ведала откуда знает это. Просто чувствовала и всё. Грустная улыбка выползла на лицо. Да, это именно то место, которое как-то естественно и незаметно стало для неё домом. Домом, из которого её бесцеремонно выселили, и куда отчаянно хотелось вернуться вновь…       Арбенина постояла ещё немного и медленно побрела назад. Злость на Светку ещё не утихла полностью и вяленько бурлила в крови, она всё ещё обижалась на любимую за наглое самоуправство, но неожиданно поняла вдруг, что у Светули наверное другого выхода и не было! Оставить её снова одну дома? Так ведь спилась бы от бессилия, тоски и скуки окончательно! А так…       «Хрен его знает, как дальше жизнь сложится, получить аттестат и впрямь было бы неплохо, — кивнула своим мыслям Диана, — но блин! Как же страшно-то!»       В доме Арбенина первым делом нашла Андрея и спросила о своём расписании занятий, а после потребовала завтрак, вернее, уже обед. Психолог невозмутимо ответил, что начинать учиться она может в любое время, как только будет готова после жаркой «встречи» с силовым полем на своей внеплановой пробежке. После чего Андрей проводил её в столовую-гостиную, где как раз накрывали обед, сделав вид, что парой часов ранее не было никаких вспышек ярости и истерик, что всё идёт так, как до́лжно и нужно…

***

      Светлана устало откинулась на спинку кресла, стащила с носа очки и потёрла переносицу. Настроение было паршивым. Сколько бы часов она не проводила в лаборатории, сколько бы не билась, результата не было. Вернее, ей удалось остановить деградацию, очень скоро приведшую бы Марту и Абигайль к смерти, но вот повернуть развитие девочек вспять, увы, никак не получалось. Сейчас ей казалось, что надежда потеряна окончательно, потому что вариантов и идей больше в голове не осталось от слова «совсем». Отчаянно хотелось свернуться калачиком и банально выспаться для начала, а ещё лучше вообще исчезнуть куда-нибудь, но она не могла позволить себе даже заплакать, потому что в этот раз с ней в лабораторию зачем-то увязалась Тайра. И нет, девочка не мешала, чаще всего сидев тихой мышкой и просто наблюдая за процессом, но вот хоть немного расслабиться и поплакать при ней не получалось.       — Тебе надо поесть, — неожиданно долетел до ушей тихий голосок. — Ты вчера не ужинала и сегодня не завтракала. Так нельзя.       — Хорошо, давай поедим, — не стала спорить Светлана, работа ведь всё равно забуксовала. — Скажи Катюше или Марине, чтобы сделали что-нибудь…       — Обед давно готов, Катерина уже устала подогревать его, так что пойдём, — улыбнулась девочка.       Есть совсем не хотелось, но Света кивнула, поднялась с кресла и тут же пошатнулась, едва не упав. Если бы Тайра не подхватила её, встречи с полом было бы не избежать!       — Мам, ну что ты творишь?! — возмутилась Тай. — Ты от усталости на ногах не стоишь уже!       А Света и правда вымоталась так, что не было сил даже ворочить языком и спорить. Опираясь на плечо девочки, она кое-как доковыляла до столовой и тяжело опустилась на стул. Марина тут же подвинула ближе тарелку с горячим супом, но впихнуть в себя ей удалось лишь несколько ложек.       — Не могу больше, — Светлана со страдальческим видом отложила ложку. — Если проглочу ещё одну, умру.       — Тогда пошли спать, — Тайра недовольно качнула головой, но упрашивать съесть ещё хоть немного не стала, благоразумно рассудив, что матери важнее сперва хоть немного набраться сил.       — Какой спать? С ума сошла? Рано ещё. У меня… — язык заплетался и не слушался. — Я ещё кое-что должна п…попробовать сделать!       — Нет, — отрезала девочка. — Попробуешь утром, а сейчас ты идёшь спать. И не спорь! — упёрла руки в бока Тайра. — А то мы с Мариной тебя силком отведём и к кровати привяжем, если надо будет!       Света несколько секунд удивлённо-растерянно смотрела на девочку, сперва хотела было возразить, но лишь слабо махнула рукой и подчинилась. И то только потому, что идей в голове всё равно пока не было. А, значит, и впрямь можно позволить себе немного отдохнуть. С помощью Марины она доползла до кровати, рухнула на неё и тут же отрубилась, кажется, даже позабыв раздеться…       Рано утром более-менее отдохнувшая и заметно посвежевшая Светлана обнаружила Тайру в лаборатории. Слава богам, пробирки девчонка не трогала, а лишь усиленно изучала несколько выведенных над рабочим столом голограмм, переходя от одной к другой и обратно.       — Ну, и как? Понимаешь что-нибудь? — усмехнулась Света, опускаясь в одно из кресел.       — Если честно, не очень, — вздохнув, честно призналась Тайра и покосилась на Свету. Та, вроде бы, не злилась на то, что она пришла сюда без разрешения. — А можно спросить? — женщина коротко кивнула, и Тай указала на крайнюю голограмму. — Это наша с тобой модель ДНК, да?       Светлана ахнула про себя, она и подумать не могла, что девочка девяти лет отроду может хоть что-то понимать в генетике! Хотя… Если в семь она уже запросто справилась с космическим лайнером…       — Верно, — озадаченно отозвалась Светлана. — Только не наша, а твоя. Так выглядит она сейчас. А вот эта, — она указала на соседнюю голограмму, — моя модель и твоя до вакцинации.       — Угу, так я и думала, — кивнула девчушка. — А это что за ужас? — указала она на странное утолщение на второй модели, смахивающее на большую опухоль.       — Ген интеллекта. Видишь, он слишком сильно развит и как бы давит на тот, что находится рядом, — объяснила Света.       — И поэтому тот, что рядом такой маленький и хлипкий? — получив кивок, девочка выдала: — Дай угадаю. Этот недоразвитый «червячок» и есть ген здоровья?       — В точку. Ты прямо на лету схватываешь! — усмехнулась Светлана. — В лаборатории отца учёные усердно пытались развивать сразу два, не понимая, что если они будут оба большие, тупо не поместятся в цепочке… Поэтому дети с двумя модифицированными генами очень скоро умирали. С одним выживали, но либо рано или поздно начинали болеть, как я и ты, потому что этот «червячок», отвечающий за здоровье тупо не справлялся, либо деградировали, как… — женщина сглотнула и быстро опустила голову, пытаясь спрятать мигом выбравшиеся на глаза слёзы.       — Не надо, не плачь, — Тайра подбежала и крепко обняла Свету. — У тебя получится! Я верю! Вон же, со мной вышло всё.       — Не знаю, с каждым днём я всё больше сомневаюсь в успехе, — всё-таки не сдержавшись, горестно всхлипнула женщина. — Это мамулечка… Большую часть сделала она, а я… Ничего у меня не выходит! Динка права, дура я, наверное, беспросветная…       Плечи беспрестанно вздрагивали, закрыв лицо руками, Света тихонько плакала. Тайра ещё долго гладила её по спине и голове, безмолвно утешая, совсем, как маленькую. И лишь когда поток слёз иссяк, вдруг спросила:       — А почему на моей нынешней голограмме все звенья ДНК одинаковые?       — Потому что я никак не могла выправить ген здоровья, не затронув тот, что отвечал за интеллект…       — Но тогда получается, я больше не умная? — медленно и осторожно, словно ступая по минному полю, тихо спросила Тайра.       Светлана помолчала немного и так же тихо произнесла лишь одно слово:       — Прости.       Тай ошалело обернулась.       — За что?!       — Ну, как… Я ведь свела на нет твои прошлые мучения, да и всю работу этих чёртовых горе учёных тоже, — вздохнула Света и, помолчав немного, добавила: — Прости, Тай, но да, ты теперь обычная…       — Мааам, ты совсем дурочка?! — выдохнула девочка. — Да это… Да я даже мечтать о таком не смела! Если бы ты только знала, как я устала от всех этих опытов, что были раньше, от того, что постоянно должна была оправдывать ожидания, а иначе… Брр! Даже вспоминать не хочу! — Тайра буквально светилась. — А теперь я как все!       — Что же хорошего, чтобы быть как все? — нахмурились женщина, хотя, положа руку на сердце, она сама тоже, не задумываясь, отказалась бы от своей «умности» и предпочла бы прожить самую обычную жизнь. Ей вот только выбора не оставили.       — Как все в плане того, что теперь я на равне с остальными, что только от меня самой будет зависеть мой уровень интеллекта, только я буду решать, какой мне быть, кем быть, понимаешь? — подтвердила мысли Светланы девочка. — Поэтому сказать, что я рада, это ничего не сказать!       Тайра снова бросилась на шею матери, но вдруг так же резко отстранилась и подскочила к столу, внимательно вглядываясь в оставшиеся голограммы.       — Мааам, это всё ДНК наших девчонок, так ведь? — она быстро обернулась.       — Да.       — А почему они почти одинаковые? Почему лишь совсем чуть-чуть увеличился ген интеллекта? И вообще он как-то странно выглядит, тебе не кажется? — нахмурилась девочка.       — Потому что у меня ничего не выходит! — чуть истерично отозвалась Светлана. — Они оба, гены в смысле, работают на пределе. Один никак не хочет расти, второй уменьшаться, чего бы я с ними не делала!       — А что именно ты делаешь? — Тайра отчётливо различила нотки близкой истерики, но решила, что время пока есть. — В общих чертах, без заумных терминов только!       — Ну, как что… Мама выделила ген интеллекта из моей крови и уменьшала его для вакцины, а я наоборот, пытаюсь всеми силами увеличить его, — напряжённо дёрнула плечом Светлана. — Ты даже не представляешь себе, как это сложно, оказывается. Не доделать немного, а всё с самого начала. Это же нужно перевернуть всю процедуру с ног на голову, понимаешь? Это надо…       — Стоп! — резко оборвала её приёмная дочь. — Мам, ты чего?! Зачем тебе понадобилось всё переворачивать, если изначально понятно, что этот ген не вырастет!       — Почему это понятно? — поджала губы женщина. — Я не сдаюсь ещё и буду дальше пробовать!       — Мама! — резко повысила голос Тайра. — Ему некуда расти! Ты ругалась на учёных отца, а сама уже столько времени пляшешь на их же граблях!       Светлана чуть приоткрыла рот и ошалело заморгала.       — Тай, я не понимаю… Мамина вакцина ведь работает, её просто нужно перевернуть…       — Мам! Да услышь ты меня! — выкрикнула Тайра и с досады аж притопнула. — Не надо ничего переворачивать. Я тебе говорю о том же, вакцина работает отлично. Мамуль, не надо изобретать велосипед, понимаешь? Ты извини, но Лия Давидовна уже до тебя его изобрела. Так ты садись и езжай!       — Чего? — вылупилась на неё Света, кажется, окончательно потеряв нить разговора. Какие, к чертям, ещё велосипеды?!       — Того, блин! — фыркнула девочка и заговорила гораздо тише. — Бери мамину формулу, которую ты для меня до ума доводила, бери ген здоровья… Здоровья, мам! Не интеллекта! И делай всё тоже самое. Понимаешь, теперь?! Не надо. Ничего. Крутить! — раздельно произнесла Тайра.       Светлана наверное с минуту сидела в полном ступоре, пытаясь осмыслить и переварить то, что сейчас услышала. Отсутствующий взгляд медленно и бесцельно блуждал между дочерью и голограммами… Потом она резко подорвалась из кресла и с обезумевшим, но вместе с тем предельно серьезным видом метнулась к своему рабочему столу.       Минут десять в лаборатории стояла напряжённая тишина, нарушаемая лишь лёгким дыханием и едва заметным шуршанием работающих приборов. Наконец, женщина резким, нервным движением выхватила из замигавшего зелёным огоньком агрегата пробирку с прозрачной, бесцветной жидкостью и крутанулась в кресле, оборачиваясь к дочери.       — Всё, — хрипло, потому что голос от волнения внезапно сел, выдохнула она.       — Что всё? — так же тихо и глухо, будто опасаясь чего-то, осторожно спросила Тайра.       — Вакцина готова…