Волчья ягода

Этот день не предвещал беды. Джерри шатался без цели по коридорам, пока его не выцепила нянька и не запрягла помогать. Ему всучили огромную стопку пододеяльников, которые следовало отнести прачке как можно скорее. Белая куча белья, как маятник, шаталась от малейшего дуновения ветра, рискуя осыпаться на пол и на его голову. Но Джерри стойко нёс свою ношу, подключая все резервы слабеньких мускулов. О последствиях такого вот импровизированного спорта думать не хотелось. Да и что там думать, он уже сочувствовал Джерри из будущего, страшно представить, как потом будут болеть руки от такой физнагрузки. Перед глазами маячило главное препятствие — лестница. Мальчик слизнул выступившую капельку пота под носом и принялся медленно спускаться вниз, ступенька за ступенькой. Куча белья загораживала обзор, смотреть оставалось только под ноги. Ступеней не было видно, отчего казалось, что их бесконечное множество, но Джерри прекрасно помнит, что их всего четырнадцать. До финала осталось немного, он собрал волю в кулак для последнего рывка. Мальчик был слишком увлечён своим занятием и не заметил, как на разгоряченную спину легла холодная рука и толкнула. Джерри оступился, высокая куча накренилась вперёд, утягивая своим весом за собой. Последнее, что он увидел, перед тем, как рухнуть на пол— холодные ступени в опасной близости от его головы. * * * Джерри проснулся в просторной и светлой больничной палате. Голова гудела и казалась тяжёлой, как чугунный кателок. Молодая медсестра, склонившаяся над ним, удовольтворенно кивнула и убрала ватку с нашатырным спиртом. Сзади прозвучало настойчивое покашливание. Джерри запрокинул голову и встретился с пронзительным взглядом управляющей. Тень от её высокой, но угловатой фигуры ложилась на белые больничные простыни уродливым пятном. Мальчик ещё болтался на границе сна и яви, отчего образ знакомой женщины исказился в нечто инфернальное. Миссис Коул удивилась такому радушному приёму. Да, она не обманывала себя и честно признавала, что дети ее немножко недолюбливают. Но не до такой же степени, чтобы при виде её валиться обратно в обморок. Уязвленная женщина сжалилась над мальчиком и встала рядом с медсестрой. — Вы уверены, что он не ударился головой? — Определённо, никакого сотрясения. Только вывих лодыжки и парочка ушибов. Везучий парень. Джерри поднял голову и взглянул на свои ноги. Его левую конечность туго стягивали бинты, сверху лежал пакетик со льдом. Что ж, не так плохо, как он себе представлял. Выражение лица управляющей никак не поменялось при озвучивании диагноза. Только внимательные серые глаза блуждали по его телу, будто медсестра врала, и Джерри вот-вот отдаст Богу душу. — Сколько времени уйдёт на выздоровление? — Около четырёх недель, может больше. Миссис Коул недовольно поджала губы, словно это ей предстоит валяться месяц на кровати. Она перестала игнорировать присутствие третьего человека в палате и теперь обращалась непосредственно к больному. — Сильно болит? Джерри прислушался к своему телу. До пробуждения нога особо не тревожила, но теперь начинала неприятно ныть. — Не особо. — Хорошо. Тебя нашли у лестницы без сознания. Скажи, ты сам упал или тебе помогли? Джерри напряг все извилины, но никак не смог ухватиться за нужное воспоминание. Во время сна его мозг подменили на вату, иначе почему соображать давалось так мучительно трудно. Он уже открыл рот, чтобы ответить, как дверь в палату со скрипом отворилась, а за порог протиснулась чёрная макушка. — Том! Джерри смотрел на друга, в груди ощутимо потеплело. Подумать только, он пришёл навестить его, скорее всего, очень волновался. Но Миссис Коул не разделяла его радости. Её бледные тонкие губы сомкнулись в единую линию, она бросила что-то медсестре и удалилась. — Посмотри, только проснулся, а тебя уже навещают, — медсестра взбила подушку за его спиной и убрала подтекающий пакет. Джерри она очень нравилась, эта медсестра. Такая заботливая и добрая, и руки у неё пахнут приятно, а не спиртом. Том терпеливо ждал у двери, пока она закончит и оставит их наедине. Когда это случилось, он аккуратно присел на самый край больничной койки и принялся внимательно разглядывать распухшую голень. — Тебе уже вправили? — Не знаю. По слухам, вправлять сустав невыносимо больно, поэтому оставалось только надеется, что с ним провернули это во сне. — Миссис Коул говорила с тобой. О чем? — Обо мне, моей ноге. А ещё она думает, что с лестницы меня столкнули. — Не удивительно. По её мнению, сегодня я сворачиваю лодыжки сиротам, а завтра у меня по плану назначен Армагеддон. Джерри слабо улыбнулся. Том прекратил осматривать увечье и теперь тоже улыбался, глядя на друга. Возможно, Джерри всё ещё был не в себе. Ему стало неуютно под этим взглядом. — Так ты помнишь чего-нибудь? — Нет, нет, и ещё раз нет. От бесконечных расспросов висок простреливало болью. Том всё говорил и говорил, но смысл слов ускользал от него, глаза закрывались. Джерри окончательно потерял нить разговора, и в итоге незаметно уснул. Том замолк и встал с кровати. Он задумчиво наблюдал, как мерно вздымается плоская грудь, и как подрагивают светлые ресницы. Мальчик выудил из кармана две слипшиеся карамельки и положил на тумбочку рядом с кроватью, после чего тихо прикрыл за собой дверь. * * * Том аккуратно разложил камешки на чужой застеленной кровати. Они напоминали о том, какой холодной может быть морская вода, как громко могут надрываться чайки и как чудесно ходить босиком по мокрому песку. Самый большой камешек попал Тому в руки первым. Ему нравилось рассматривать его гладкую поверхность с зелёными разводами и еле заметным отпечатком доисторического моллюска. Второй был чуть меньше и невзрачнее, но необычного серого цвета с белыми вкраплениями. Следующие две находки оказались полудрагоценными камнями: агатом и сердоликом. Найти такое сокровище под ногами — редкость. Поэтому, когда незнакомая девчонка предложила обменять огненные самоцветы на ненужную ерунду, в ответ Том предложил нахалке самостоятельно поковыряться в песке. Оставшиеся в его коллекции чёртов палец, похожий на птичий клюв, и змеевик изумрудного цвета, он приобрёл два года назад. И самой последней в его коллекции была галька идеальноокруглой формы. Том подобрал её случайно, когда тянулся в воду за медузой. Ему нравилось вылавливать эти комки слизи и оставлять на раскалённом песке под палящим солнцем. Правда, Миссис Коул застала его за этим нелицеприятным занятием, и добрый час времени он просидел рядом с управляющей на суше, пока остальные плескались в солёной воде. На следующей неделе он вновь посетит берег, но не с целью пополнения коллекции. Том провёл по пожелтевшей от времени простыне рукой. Жаль, что Джерри не увидит всего великолепия морской стихии. Но так нужно, никто не должен помешать его мести. Ровно неделя, и Деннис горько пожелеет, что связался с Томом Марволо Реддлом.