Прости меня, дядя
28 мая 2023 г., 03:09
Прости, дядя...
Мне так тяжело писать это письмо, но держать всё внутри себя ещё тяжелее. Я больше не могу, дядя. Я слаб. Прости.
Ты наверняка будешь очень удивлен, когда будешь читать это, подумаешь, что это какая-то глупая шутка... Но это не шутка, я совершенно серьезен.
Потому мне так больно.
Прежде, чем я скажу самое главное, и прежде, чем ты начнешь меня ненавидеть и рвать бумагу в клочья, я должен сказать... Спасибо. За всё. За то, что вырастил и дал всё, что мог дать. Никого в моем мире нет роднее тебя. Кажется, так было всегда.
Теперь... К сути.
Я заболел. И поэтому мы больше не сможем видеться. Никогда. Это не лечится, я пробовал. И ты тоже никак не сможешь мне помочь. И не захочешь. Уж это я точно знаю...
Ты правда... любишь его? Лань Сичэня. Нет, это не важно. Забудь. Если ты будешь с ним счастлив, то я тоже...
Хахах, дядя, твой племянник просто лжец. Лжец и трус. Я даже самому себе лгу, прямо сейчас, когда говорю, что буду счастлив.
Нет. Я никогда не буду...
Прости, дядя, я...
Я...
Дядя, я...
Дядя, я люблю тебя.
Не как подобает племяннику любить своего дядю. Нет...
Не понимаешь? Знаю... Тебе трудно будет понять и поверить.
Сейчас я думаю, как хорошо, что когда ты будешь это читать, я буду уже далеко. И не увижу, как быстро меняется твоё лицо от гнева и презрения. И не услышу всех тех ужасных слов, которые ты непременно скажешь...
Да... да, ты скажешь... ты меня так назовешь... Как называл Усяня... "обрезанным рукавом", "убожеством" и "мерзостью"...
Ну вот, теперь я тоже в твоих глазах мерзкий. И окажись я рядом...
Ах, дядя, я не хочу думать о том, что бы ты сделал, окажись я рядом в этот момент.
Мне так больно... представлять...
Я никогда не покажусь в Пристани Лотоса и, клянусь, ты больше никогда обо мне не услышишь. Ты можешь вычеркнуть меня из своей жизни и забыть. Дядюшка, пожалуйста, прости, если ты всё ещё читаешь, пожалуйста, я не хочу жить, зная, что теперь ты меня ненавидишь, что теперь я тебе никто, что я...
Тихие всхлипы переходят в плач, и дальше письмо прерывается, так и оставшись недописанным. Крупные капли растекаются по тексту, оставляя уродливые кляксы. Жулань плачет, в который раз за ночь. Но всё же находит в себе силы свернуть недописанное послание и обвязать веревкой, чтобы потом подбросить в покои родственника.
Он сразу уйдет, не дожидаясь рассвета, вернется в Ланьлин Цзинь и никогда больше не покинет его.
Пусть дядя забудет о его существовании, пусть Жулань никогда не узнает, как сильно единственный любимый человек теперь его ненавидит.
