Veronica Sawyer decides to die

      Закрывшись на замок, Вероника прислонилась лбом к двери; сердце гулко стучало в груди. В голове встревоженно метались мысли: как он её нашёл? Зачем пришёл к ней, после стольких лет?       — Вероника, открой дверь, — судя по звуку, Джей Ди прильнул губами к щели между дверью и косяком, — пожалуйста!       — Зачем? — её голос дрожал, и она даже не пыталась это скрыть. — Что тебе от меня нужно?       — Не бойся меня, — прошептал он где-то совсем рядом, почти над самым ухом; Вероника поспешно отшатнулась, — пожалуйста, я не… Я пришёл извиниться и… эм…принёс тебе цветы. Правда, они слегка завяли, пока я набирался храбрости и…       Джей Ди, запнувшись, неловко замолчал. Она замерла на месте, удивлённо вскинув брови: его голос звучал непривычно робко. Если бы она не увидела его только что своими глазами, ни за что бы не подумала, что это тот самый Джейсон Дин.       Впрочем, это ничего не меняло.       — Не стоило утруждаться, Джей Ди, — она, поджав губы, резко покачала головой, — я не нуждаюсь в твоих извинениях. Я давно простила тебя, оставила всё в прошлом и просто живу дальше.       — Я предполагал это, — после небольшой паузы с горьким смешком выдохнул он, — ты всегда была сильнее меня. Я рад за тебя… Рад, что ты смогла справиться с тем, что тогда произошло.       — Тогда зачем ты здесь? — поколебавшись, всё же спросила Вероника. Что-то в его голосе не давало ей просто развернуться и закончить разговор.       — Потому что, в отличии от тебя, милая, я справился откровенно херово, — голос Джей Ди стал глуше, словно он отвернулся и прислонился спиной к двери. — Эти извинения… на самом деле они нужны мне. Это девятый шаг, и ты единственная в моём списке.       Вероника ошеломленно промолчала, собираясь с мыслями. Она несмело протянула руку, и её пальцы сжались на ручке двери. У неё никогда не возникало мысли, что Джей Ди может пойти по этому пути; он всегда с презрением говорил про алкогольную зависимость своего отца.       Что ж, возможно, старая поговорка была права.       …но ей почему-то не хотелось верить в это.       — Если хочешь, могу уйти, — нарушив повисшее молчание, хрипло продолжил Джей Ди. Что-то глухо стукнуло о бетонный пол; его голос ещё сильнее отдалился, — я не хотел пугать тебя. Просто, наверное, надеялся, что ты… что мы сможем поговорить.       Нервно облизав губы, Вероника крепче сжала ручку двери. Было разумнее дать ему уйти. Она ведь уже сказала, что простила его, разве этого мало? Разве он не за этим пришёл?       На той стороне послышался ещё один глухой стук. И ещё один — чуть дальше.       Но если всё действительно осталось в прошлом, почему ей так тяжело открыть дверь? Вероника крепко зажмурилась. Ей нужно просто выслушать его; это ведь так работает? Она выслушает его, примет его извинения, и он сможет двинуться дальше.       Это не сложно. Это…       Кажется, она так и не смогла избавиться от дурацкого синдрома спасателя, даже несмотря на то, чем всё закончилось.       В наступившей тишине оглушающе громко щёлкнул замок. Распахнув дверь, Вероника обречённо уставилась на его удаляющуюся спину. И всё же, какой же он чёртов сукин сын! Даже спустя столько лет, он всё ещё мог надавить на её слабые точки.       — Так ты алкоголик? Слабо верится, — хмыкнула она, защитно сложив руки на груди.       Джей Ди, тяжело опираясь на трость, повернулся и впился в неё взглядом.       — Ты… ты всё таки открыла? — недоверчиво выдохнул он и замолчал; его рука, мёртвой хваткой вцепившаяся в набалдашник, заметно дрожала.       — Как видишь, — Вероника вздохнула и, посторонившись, приглашающе мотнула головой. — Кофе?       — С удовольствием, — Джей Ди неуверенно улыбнулся и, стараясь как можно незаметнее опираться на трость, торопливо прошёл мимо неё в апартаменты. От её взгляда не укрылось то, как он неуклюже подволакивал ногу.       Сглотнув, Вероника неловко отвела взгляд в сторону, но тут же одёрнула себя: она не должна была чувствовать вину за то, что лифт в её доме никогда не работает. В конце концов, никто не заставлял его тащиться сюда…       — Так ты не ответил, — захлопнув за собой дверь, она обогнула с любопытством оглядывающегося по сторонам Джей Ди и направилась на кухню, — что там насчёт алкоголизма?       — Я не алкоголик, — за её спиной с задержкой вновь послышался глухой стук, — и никогда им не был.       — Тогда на чём сидел? — Вероника нащупала выключатель, и лампа под потолком тускло вспыхнула, освещая маленькую кухню. — Неужели наркотики?       — Близко. Обезболивающие, — Джей Ди прислонился к кухонным ящикам, внимательно наблюдая за ней. Она, нахмурившись, приподнялась на цыпочки и доставала почти пустую банку с кофе; на две чашки, впрочем, должно было хватить. — Мне назначили их, когда я восстанавливался после второй или третьей операции, толком уже не помню… Боль никак не утихала, и я начал увеличивать дозу, чтобы заснуть. А потом сам не заметил, как крепко подсел.       Вероника засыпала кофе в кофеварку и, не сумев побороть своё любопытство, обернулась к нему.       — И сколько ты уже чист?       — Скоро должны дать жетон за три месяца, — Джей Ди осторожно улыбнулся уголком рта. — Кстати, я принёс тебе вино. И… вот, — шумно прочистив горло, он протянул ей букет слегка увядших фиалок, — может ещё отойдут…       — Спасибо, — она растерянно улыбнулась, неловко принимая цветы. — Красивые.       — Как и ты, — неуклюже пробормотал он, опустив взгляд в пол.       — Ну да, — её губы скривились, и Вероника поспешно отвернулась, доставая с полки стакан. Заполнив водой, она поставила в него фиалки и трепетно расправила хрупкие лепестки; ей давно никто не дарил цветов. — Вино оставь себе, ладно? Я не пью, с таблетками нельзя.       — Ты тоже…? — Джей Ди, подавшись вперёд, с подозрительным прищуром посмотрел на неё.       — Нет! Нет, у меня давно ничего болит, это просто, — она запнулась и, отставив цветы в сторону, скомкано закончила, — просто антидепрессанты, ничего такого. Не то, чтобы они мне были нужны… Доктор Брент просто перестраховывается.       Чертыхнувшись про себя, Вероника замолчала; с чего она вообще вдруг стала оправдываться перед ним?       — И как, становится лучше? — мягко спросил он, словно не заметив её замешательстве, и придвинулся ещё ближе. Она отступила на пару шагов назад и, помотав головой, ответила неожиданно честно:       — Нет.       — И мне нет, — Джей Ди криво улыбнулся в ответ на её удивлённый взгляд и, оттолкнувшись от шкафчиков, подошёл к окну. Вероника молча проследила за ним взглядом. Прислонив трость к стене, он резко распахнул шторы, и в комнату ворвался золотистый вечерний свет; темнота пугливо отступила вглубь коридора. Вспыхнувшие в закатном солнце пылинки взметнулись вокруг Джей Ди, словно искры от ревущего пламени.       Вероника почувствовала, как горло сдавило, грудную клетку обожгло изнутри и…       … кофейник тихо пропищал, сигнализируя о готовности. Она с облегчением выдохнула и отвернулась, чтобы разлить по кружкам чёрный дымящийся кофе.       Что это только что было? Её руки всё ещё дрожали, и кофе пролился мимо чашки. Вполголоса выругавшись, она поспешно вытерла пятно тряпкой и кинула её в раковину.       У неё всё хорошо. Всё хорошо. Всё просто отлично!       Она просто немного устала. Один плохой день.       Это пройдёт.       — Зачем тебе нужно было столько операций? — Вероника плавно сменила тему и, подхватив кружки, направившись к нему. — Это из-за ноги?       — Да, она сильно пострадала при взры… в тот день, — он запнулся и быстро исправился, когда Вероника вздрогнула, чуть не пролив кофе ещё раз, — мне раздробило кость. Её сперва попытались собрать, но меньше чем через пару месяцев всё пошло к чертям. Сам виноват, рановато залез на байк, занесло на мокрой дороге — и кость просто, пуф… растрескалась на части. Врачи решили заменить её на имплант, но каким-то образом умудрились задеть нерв. Видимо, к тому времени я окончательно истратил свою удачу, потому что когда они попытались спасти нерв — пошёл сепсис. В итоге, — он дёрнул штанину вверх и продемонстрировал металлический блеск, — пришлось от неё избавиться. Зато теперь я могу с лёгкостью пройти кастинг в пираты, и даже не через постель.       Он подмигнул ей, и Вероника прыснула, едва успев поставить кофе на подоконник. Чёрт, она вовсе не планировала смеяться над его шутками…       — Ну, у этого есть и другие плюсы — теперь нога хотя бы не болит, — неуклюже отшутившись, Вероника отвернулась и уставилась на улицу сквозь пыльное окно. Солнце слепящим шаром висело над городом, и казалось, что оно вот вот коснётся крыш и город вспыхнет… Как давно она открывала шторы последний раз?       Джей Ди промолчал, и она, кинув на него косой взгляд, успела заметить промелькнувшее болезненное выражение на его лице.       — Погоди… — она недоуменно нахмурилась, а затем, обернувшись, удивлённо выдохнула, — но как?!       — Как я уже и сказал, дорогая, я исчерпал свою удачу. Так что ноги у меня больше нет, а вот боль, увы, осталась, — с явной неохотой ответил он, изучающе уставившись на неё; Вероника поежилась и, мотнув головой, завесила лицо волосами. И почему он не мог прийти немного позже, когда солнце уже сядет? Или хотя бы не открывать эти грёбаные шторы... — Интерны в больнице искормсали то, что от неё осталось, в поисках источника, но в конце концов решили, что всё в моей голове, и отправили к мозгоправу. Я бы сильно удивился, если бы было иначе, — он криво усмехнулся и внезапно шагнул вперёд, сокращая дистанцию. Она испуганно распахнула глаза.       — …ты что делаешь? — её голос сорвался на шёпот. Джей Ди молча завёл упавшие пряди за её ухо, и его ладонь осторожно легла на обожжёную кожу.       Вероника, замерев, ошеломленно уставилась на него.