Разбитые сердца

POV Эда После вечернего разговора с Серканом возле моего офиса я была морально разбита. Попробую рассказать, почему? В нашем небольшом разговоре он упомянул что прочитал письмо, которое я ему написала, я глубоко в душе надеялась, что он никогда не прочитает его. В тот момент, когда я писала это письмо, я надеялась, что все может наладиться, Серкан придет ко мне и, хотя бы попросит прощение, может быть сможет меня убедить, что все это было сказано на эмоциях, и я бы простила его, не смогла бы не простить, потому что была беременна. Но и ни через неделю, и ни через месяц, ни через два, он так и не появился, и я решила, что я теперь одна и только мне заботиться о ребенке. Я уже строила большие планы, думала над тем, что, наверное, будет лучше уехать в Турцию и оставить Лондон вместе с Серканом. Пусть это будет просто прекрасный промежуток времени: университетские годы, знакомство с Серканом, наши совместные три года и все те прекрасные моменты, которые мы проживали вместе. Но… Но на одном из узи, это была почти 12 неделя, ни доктор, ни я уже не услышали стук сердца моего малыша – беременность замерла. Когда доктор сказала мне об этом мой мир остановился, сердце разбилось на мелкие кусочки и начали течь слезы, а за ними последовала истерика, а дальше я уже не помню. Точно знаю, что провела в больнице больше недели, врачи сделали мне операцию, о которой я тоже мало что помню. Как мне рассказали потом, я не разговаривала ни с одним человеком, ничего не ела, была где-то в своих мыслях все это время. В один из дней в больнице ко мне пришла девушка, мы не были знакомы, как мне казалось, но она знала меня и стала моим спасителем. Вы спросите, кто эта девушка – это была Джерен. На сегодняшний день моя единственная подруга и даже можно сказать, мой единственный близкий человек. Весь послебольничный период я провела с ней. Она оплачивала мои лекарства и во время выписки оплатила все мои больничные счета, занималась документами и заботилась обо мне как, наверное, никто в этой жизни. Что же привело Джерен ко мне и почему она делала все это? На самом деле даже спустя большой промежуток времени, я не знаю точного ответа на этот вопрос. Обучаясь в университете, я была лучшей на курсе, мои дизайны поражали всех, кто когда-либо их видел, я была талантлива, как говорили многие, и Джерен нашла меня, чтобы предложить мне партнерство. Она со своим на тот момент женихом хотела открыть ювелирную компанию и им нужен был дизайнер. Ни она, ни ее жених не были связаны даже близко с этой сферой, и поэтому искали человека, который бы подошёл им. Таким образом обратившись в университет, преподаватели показали ей мои работы и она, как говорит сама – влюбилась в них. Что я в больнице она узнала от моей подруги, у которой я оставалась после того, как Серкан меня выгнал. Возможно она знала, что у меня не было никого, не было самого меньшего на тот момент: квартиры и поддержки, и возможно поэтому она решила заботиться обо мне. Она помогла мне вернуться к жизни, стала первым человеком, которому я смогла довериться. После предательства Серкана, я действительно думала, что ни смогу довериться никому, но все меняют люди, который искренне и по-детски тебя любят. Когда через два месяца после операции, на очередном приеме у врача мне сказали, что я больше никогда не смогу иметь детей, я снова впала в депрессию, неделя не выходила на улицу, а Джерен все также продолжала заботиться обо мне и терпеливо ждала, когда я вернусь в свое обычное состояние. В это депрессии я провела больше месяца. За это время Джерен с Эфе открыли офис в Нью-Йорке и набирали штаб дизайнеров. Эфе родился в Америке, поэтому они открыли офис там и конечно же планировала переезжать, Джерен сказала мне, что я могу поехать с ними, если пожелаю. И я поехала. Нью-Йорк был мне чужд, мне не нравилось абсолютно ничего, я ненавидела себя и свою жизнь, депрессия продолжалась, я жалела себя все больше и больше, пока в один день Джерен не принесла мне дизайны работников их компании. Они были ужасны, я стала объяснять ей как лучше их изменить, и она сказала мне, что без меня они не справится. В тот момент я поняла, отныне моя жизнь – это работа. С того самого дня, я стала работать в «Gold Jewellery». Главным условием моей работы было то, что я никогда не буду сама делать эскизы, я могу критиковать, описывать на словах, но больше никогда не возьму в руки карандаш. Джерен согласилась сразу же, многие в компании не понимали от чего у меня такие поблажки, но по-другому я работать не могла. Через год моей работы, Джерен с Эфе подарили мне 55% акций компании, я долгое время упиралась и не хотела их принимать. Джерен знала, что я хотела свою собственную компанию, я говорила ей об этом всего раз, но она запомнила. Делая мне такой подарок, она сказала, что я этого достойна. И что кое-кому нужно было заткнуться и не говорить всего того, что было сказано про мою мечту. Я не думаю, что на сто процентов была достойна этого подарка, особенно после того, какие человеком меня видят окружающие. Для всех я была ледяной глыбой, не пробиваемой, с ужасным характером, бессердечной и так далее. Но Джерен знала меня другую, той которой я была до всех событий, которые произошли пять лет назад. Она не была знакома со мной с раннего действа, со школы или когда у меня все действительно было хорошо, но смогла понять меня и стала мне близким человеком. Разговор с Серканом – стал для меня толчком, чтобы я снова все это прожила у себя внутри. Всю ночь я плакала, купаясь в воспоминаниях не только этого тяжелого пути, но и в счастливых воспоминаниях о нас. Это было действительно тяжело. Поэтому, когда с утра он появился в моём доме, я поняла, что моя жизнь снова перевернется с ног на голову.