Неудобное наследие (Inconvenient Heritage)

      Джон едва начал сеанс связи по Скайпу, как дверь открылась.              Он вздохнул про себя, когда в дверях появилась знакомая высокая фигура его соседа по квартире. В конце концов, это был только вопрос времени: — Подождите минутку, Джеффри, — сказал он, когда Шерлок быстро пересек комнату, чтобы взглянуть на экран компьютера.              Он дал Шерлоку время понять, что разговаривает не с Майкрофтом, а затем сказал своему адвокату, что перезвонит ему, и нажал кнопку отбоя. И стал ждать.              После долгой паузы Шерлок сказал: — Джон, я...              Это, похоже, было все, что он мог придумать, поэтому, подождав, Джон сказал: — Дай угадаю. Ты ожидал тайной встречи со своим братом?              — Такая мысль приходила в голову, — сказал Шерлок неуверенным голосом, пока его глаза осматривали комнату.              — Конечно, так и было, — сказал Джон. — Даже несмотря на то, что я сказал тебе, что отклонил его предложение?              — А затем продолжил лгать мне о том, куда ты ходил каждый день, — подтвердил Шерлок, кивнув. — Я имею в виду, на самом деле, Джон. Ты действительно думал, что я поверю, что ты проводишь свои дни, занимаясь медициной, когда у тебя нет абсолютно никаких признаков этого?              Джон откинулся на спинку стула: — Честно говоря, я не думал, что тебя это волнует. Не похоже, что ты обращал внимание.              Глаза Шерлока прищурились, когда он усмехнулся: — Конечно, я обращал внимание. Я наблюдаю, помнишь? — Он взглянул на ноутбук, все еще открытый для Скайпа. — Я очень надеюсь, что ты не делаешь ничего противозаконного. Я бы, конечно, тебя не выдал, но Майкрофт никогда не позволил бы мне с этим смириться.              — Противозаконного? Зачем тебе это… Господи, Шерлок, я думал, ты лучше меня знаешь? — Джон был удивлен тем, насколько это его задело.              — Ты арендуешь рабочее место в общем офисе — стол, на котором нет ничего, кроме принтера, ручек, степлера и блокнота… Основные канцелярские принадлежности. В этом пространстве вообще нет ничего личного, а ноутбук стоит дороже, чем тот, который у тебя дома. Значит, ты, очевидно, зарабатываешь немного денег, поскольку твоя армейская пенсия идет только на это. — Шерлок сделал шаг в комнату. — Если ты, на самом деле, не встречаешься с моим братом и можешь себе все это позволить... Нужно задаться вопросом: как?              Джон потер лоб: — Я не говорю, что это неправильный вопрос, Шерлок. Я говорю, что не могу поверить, что ты сразу же пришел к мысли о том, что я нарушаю закон. Я был бы оскорблен, если бы не подумал, что ты, возможно, подразумевал это, как комплимент. О, садись уже.              Он махнул Шерлоку на единственный свободный стул, который мужчина занял, сев почти неуверенно, в пальто, натянутом на колени: — Это было бы дерзко с твоей стороны — проводить незаконную операцию прямо у меня под носом.              — Конечно. Я полагаю, — сказал Джон. — Но что случилось с тем моральным компасом, который, как ты сказал, у меня был? Я только что растоптал его, да?              — Необходимость может загнать даже лучших людей в плохие ситуации, Джон, и это не совсем... обнадеживающая... обстановка.              Джон издал легкий смешок: — Ну, нет, но мне нужно было какое-то анонимное место, где я мог бы заниматься делами вне квартиры. Я не особо беспокоился о декоре.              — Очевидно, — сказал Шерлок, фыркнув, даже когда его глаза впились в Джона. — Почему такая анонимность?              — Это ты мне скажи, — сказал Джон. — Ты знаешь, что я не разговариваю с твоим братом, и я могу заверить тебя, что я определенно не совершаю никаких преступлений. Что осталось?              Он наблюдал, как Шерлок снова осмотрел комнату: — Ты мог бы проводить медицинские консультации онлайн, но у тебя нет справочников, не с чем проконсультироваться, и ты слишком добросовестный, чтобы ставить диагнозы без медицинского осмотра. Однако ты упомянул, что это пространство нужно для анонимности, а не для уединения, так что это было не только средство скрыться от меня, которое привело тебя сюда.              — Это не значит, что это не было проблемой, — вставил Джон. — Трудно сосредоточиться, когда кто-то стреляет из моего пистолета в стену внизу.              Он с удивлением наблюдал, как Шерлок отмахнулся: — Пожалуйста. Ты служил в армии. Нет, тебе нужно было пространство, чтобы сосредоточиться там, где ты был неизвестен. Поскольку ты взял на себя труд арендовать офисное помещение вместо того, чтобы просто пользоваться библиотекой или кафе, это наводит меня на мысль, что это связано с твоими мифическими семейными проблемами, которых ты избегал с тех пор, как вернулся домой.              Джон не смог сдержать улыбки: — В точку. Я не хочу сталкиваться со своей семьей. Что еще?              Его позабавило выражение лица Шерлока, когда тот приготовился копать глубже: — Деньги. У тебя нет проблем с предоставлением места. Оно не слишком роскошно, но твоя армейская пенсия едва покрывает арендную плату за 221B. Значит, у тебя есть какой-то другой источник дохода.              Джон кивнул, чувствуя, как морщины на его лице все глубже врезаются в кожу. Вот оно. Момент истины. Он больше не мог скрывать от Шерлока правду. Тот факт, что у него на самом деле было довольно много денег в банке, которые он мог использовать в любое время. Что он мог не только позволить себе этот тусклый уголок общего офиса, но и мог бы вместо этого использовать кабинет в своем собственном лондонском таунхаусе. Потому что у него таковой имелся. Целый дом, свободный и чистый, готовый и ожидающий его, когда он захочет переехать. Не говоря уже о самом Андершоу, родовом поместье, где графы жили веками.              Все готово для него в ту самую минуту, когда Джон решит сообщить своей семье, что он дома.              Что — если Шерлок плохо воспримет объяснение, — может произойти сегодня.              Только поняв, как внимательно Шерлок за ним наблюдает, Джон заметил, насколько напряженными стали его плечи, когда он собрался с духом.              Джон был совершенно не готов к тому, как мягко Шерлок его спросил: — Что тебя беспокоит в твоей семье, Джон? Я понимаю нежелание видеть их, но... этот уровень избегания... Они тебе настолько не нравятся? Что они с тобой сделали?              Джон уже качал головой: — Нет, все не так. Мы прекрасно ладим, но… ты знаешь, что в жизни бывают моменты, когда, если ты сделаешь всего один шаг или одну конкретную вещь, ты не сможешь вернуться назад? Те моменты на перекрестках, которые все меняют?              Он ожидал резкого «конечно, Джон», но Шерлок снова удивил его и просто кивнул, теперь на его лице была озабоченность.              — Мое сообщение семье, что я нахожусь в Лондоне, будет одним из таких моментов, — сказал ему Джон. — После этого я не смогу вернуться.              — Ты боишься, что тебя втянут в жизнь, которой ты не хочешь? — спросил Шерлок. — Это, безусловно, то, чему я могу посочувствовать. Ты, наверное, можешь себе представить, что я живу не той жизнью, которую родители для меня планировали.              — Едва ли, — сказал Джон, не в силах сдержать улыбку.              — Я полагаю, они хотят тебя вовлечь в какой-то семейный бизнес? Неужели они не понимают, что ты — опытный врач? Ожидать, что ты откажешься от этого, практически средневеково... и, поверь мне, семья Холмсов уходит корнями достаточно далеко, чтобы я мог с уверенностью говорить об этом факте. Я могу дать тебе несколько советов, чтобы избежать этого — и тебе даже не понадобится прибегать к кокаину, как мне...              Джон поднял руку, пытаясь заставить Шерлока подождать, но это последнее замечание заставило его расхохотаться: — Боже, я надеюсь, что нет. Но нет, Шерлок. Это... ну, это своего рода семейный бизнес, но это не то, что ты думаешь. Я говорю не о семейном магазине или чем-то в этом роде. Просто... все изменилось, когда умер мой отец.              Он полез в ящик стола и вытащил листок со своим фирменным бланком. (Он все еще не мог поверить, что у него вообще есть фирменный бланк, потому что разве в наши дни не все делают по электронной почте?) Тем не менее, были времена, когда он нуждался в бланке, и поэтому его получил. Он посмотрел на лист цвета слоновой кости, твердый, текстурированный, тисненый заголовок был грубым под его пальцами.              Джонатан Х. У. Брэндон              Граф Андершоу              — В ту минуту, когда они все узнают, что я дома, — сказал он, подвигая бумагу по столу, — все это неизбежно станет реальным.              Он наблюдал, как Шерлок потянул к себе бланк, а затем на мгновение замер, увидев заголовок. Он посмотрел на Джона с таким выражением шока на лице, какого Джон никогда не видел, даже более удивленным, чем когда он застрелил таксиста: — Граф Андершоу?              Джон кивнул: — Мой отец умер девять месяцев назад, когда мне оставалось еще шесть месяцев службы. Учитывая все обстоятельства, я мог бы уйти пораньше, но хотел закончить свой тур. Я был дома на похоронах, но затем использовал Скайп, чтобы поддерживать связь с адвокатом и бизнес-менеджером. Я полагал, что скоро буду дома, и... я не хотел оставлять свой тур незавершенным. — Он пожал плечами, не зная, как продолжить.              — А потом тебя подстрелили.              — Да, — Джон снова почувствовал напряжение в плечах. — В итоге, я все-таки раньше вернулся домой, но... сломленный.              — Ты не был сломлен, — резко возразил Шерлок.              — Был,— печально сказал Джон. — Ты вылечил мою хромоту, твой брат помог справиться с тремором... Но да, я был сломлен. Я и близко не был готов приступить к своим обязанностям так, как планировал. Поэтому я продолжал пользоваться Скайпом и электронной почтой, относясь к этому как к работе на неполный рабочий день, но… Я не могу до бесконечности откладывать неизбежное.              — И ты не хотел мне говорить.              Джон почти вздрогнул от боли в голосе мужчины: — Я не хотел говорить тебе, потому что в течение нескольких месяцев избегал даже думать об этом, — сказал Джон. — Моя собственная семья даже не знает, что я в стране, Шерлок. Не то чтобы я держал это в секрете от тебя, скорее, не хотел признаваться в этом самому себе. И, в любом случае, я делал намеки, знаешь ли. Я думал, что если бы ты это вычислил, ты бы знал, но мне не пришлось бы тебе об этом говорить. Ты — тот, кто продолжает говорить о своей наблюдательности.              — Я не понимаю, как я мог предположить, что ты — граф, Джон, — сказал Шерлок. — Богатая семья, которую ты избегал, может быть, и возможна, но титул?              — Я подумал, что ты мог бы взглянуть на мою семью, когда тебе станет любопытно, и все данные окажутся у тебя перед носом. Но тебе не было любопытно. — Джон потер руками голову. — Знаю, я жалок, и именно по этой причине я ничего не сказал. Как я мог? Я не совсем соответствую представлениям о графе, верно? Я провел слишком много времени в зоне боевых действий и даже не могу сказать своему соседу по квартире...              — Ты не жалок, — возразил Шерлок. — Или не особенно. Твоя семья должна понимать, что ты имеешь дело с последствиями войны. Даже если это на самом деле не ПТСР, все еще есть... — Он замолчал, когда Джон начал смеяться. — Что?              Джон мог только покачать головой: — Они даже не знают, что я служил в армии, Шерлок. С их точки зрения, любой имеющийся у меня загар был получен на немодных пляжах Ривьеры. Они знают, что я не бываю в популярных местах, но почти вся моя семья считает, что я провожу все свое время за пределами страны, будучи плейбоем или кем-то в этом роде. Я, честно говоря, не знаю, что они думают о роде моих занятий, но они не такие наблюдательные, как ты. Они никогда не замечали, что мой загар заканчивается на запястьях.              Он был рад видеть, что Шерлок выглядит действительно сбитым с толку: — Твоя семья не знает, что ты служил в армии? Как это… Зачем тебе это делать?              — Ты имеешь в виду, чтобы они не волновались из-за возможности, что в любой момент меня могут убить? — спросил Джон, чувствуя в своих словах сарказм. — Помешать им приставать к моему отцу — и деду до него, — когда у него и так достаточно проблем? Избегать всех вопросов и недоразумений? Тот факт, что я знаю, что они попытались бы помешать мне быть полезным, делать то, что я хотел? Я думал, что ты из всех людей это поймешь, Шерлок. Ты также не позволил своей семье ограничить себя их узкими ожиданиями.              — Это... это не одно и то же, — сказал Шерлок, слегка запинаясь на словах. Джон, конечно, знал, что это не так. Шерлок избежал ожиданий своей семьи, употребляя кокаин и добившись того немногого, что мог бы сделать блестящий человек. Он сделал себя непригодным для ответственности.              Джон, с другой стороны, поступил наоборот. Он был так полон решимости быть полезным, что не позволил узким общественным обязательствам его сдерживать. Да, он солгал, но это было для того, чтобы он мог вступить в армию и спасать жизни там, где, по его мнению, он был наиболее необходим. Возможно, он обошел стороной некоторые мелкие обязанности здесь, дома, но он имел в виду большее благо.              За исключением того, что, независимо от метода, последствия будут примерно одинаковыми. И он, и Шерлок сознательно обошли ожидания приличного общества, и это было тем, чего ограниченные люди просто не могли простить. Не имело бы значения, что его отец одобрил, или что он служил своей стране — более поверхностные тети и кузены будут его винить. Даже другим, таким как его двоюродный брат Дэвид, который работал во дворце, было бы трудно понять, почему следующий в очереди на графский титул почувствовал необходимость вступить в армию в качестве хирурга.              И Джон все еще не знал, как объяснить все это Шерлоку. Этот человек, казалось, так мало заботился о мнении других людей. Будь он на месте Джона, он бы отправился на войну под звуки горнов, просто чтобы убедиться, что все видят, как мало его волнуют их ожидания от него.              За исключением того, что Шерлок действительно понимал ценность тихих добрых дел. Да, он раскрывал преступления для Скотланд-Ярда без каких-либо благодарностей и оплаты. Он также присматривал за своей сетью бездомных, и даже если он утверждал, что это было только из-за их полезности, Джон видел, как он присматривал за ними, даже если это было с видом положение обязывает. Он мог сколько угодно насмехаться над долгом и обязательствами, но в глубине души понимал, что есть некоторые обязательства, которых нельзя избежать.              И поэтому Джон просто вздохнул: — Может быть, и нет, но это работало... до тех пор, пока меня не подстрелили. Внезапно то, что могло бы быть серией разговоров о том, что я служил в армии, но, смотрите, ничего не произошло, и я сейчас дома, превратилось в то, что мне пришлось объяснять свое безрассудство, когда я чуть не погиб и не оставил ситуацию в беспорядке. Не то чтобы у меня был прямой наследник или что-то в этом роде. Это был бы беспорядок, и я бы позволил этому случиться.              — Но ты был бы мертв, Джон. Почему тебя это волнует?              — Потому что я знаю, Шерлок. Я чуть не умер и не оставил все в беспорядке, и ради чего? Как я должен все это объяснить?              — Зачем тебе это нужно? — спросил Шерлок. — Ты больше не пользуешься своей тростью, твой загар начинает исчезать… если ты решишь сохранить свою военную службу в секрете, нет причин, по которым ты не можешь этого сделать.              Джон даже не смог найти на это ответ. Неужели этот человек не понимал, что он сломлен? Он не мог просто переехать в свой дом, как будто последних пятнадцати лет не было. То, что происходило, когда он просыпался с кошмарами, по-прежнему случалось чаще, чем ему хотелось думать. Что будет в первый раз, когда горничная слишком тихо подойдет к нему сзади?              — Это не так просто, Шерлок. Одно дело — молчать о моей службе, когда я просто ненадолго приезжал домой, но… теперь все иначе, — совсем иначе, подумал он. — О, и еще одно. Твой брат знает.