Неудобное наследие (Inconvenient Heritage)

      Сегодня вечером все идет не по плану, подумал Джон час спустя.              Или, по крайней мере, не по его плану. С другой стороны, план Мориарти сработал прекрасно.              Шерлок прибыл ровно в полночь, и Джону пришлось разыгрывать шараду, изображая из себя рупор Мориарти, но все это время он пытался предостеречь своего соседа по квартире. И, действительно, о чем вообще думал Шерлок, устраивая эту встречу?              Джон не мог решить, обнадеживало или пугало то, что Шерлок взял с собой пистолет.              Затем Шерлок не воспользовался преимуществом, когда Джон схватил Мориарти сзади, крича Шерлоку, чтобы тот бежал. Потому что, нет, это было бы практичным, рациональным решением. Бомба должна была, в конце концов, взорваться, это было очевидно. Не лучше ли было бы, чтобы умер только один из них? А еще лучше, если бы он смог забрать с собой Мориарти?              Но нет, двум идиотам было слишком весело дразнить друг друга... Хотя Джону показалось, что он заметил проблеск на лице Шерлока, который говорил, что ситуация ему больше не нравится. Он счел лестным, что Шерлок придавал больше значения жизни Джона, чем безликим незнакомцам из предыдущих раундов.              Однако хождение по кругу и угрозы подошли к концу, и Мориарти ушел с легким «Нет, этого не будет» в ответ на «Увидимся позже» Шерлока. Джон наконец-то смог дышать без запаха взрывчатки в носу и теперь стоял, прислонившись к раздевалке, пытаясь удержать равновесие, опираясь на обломок стены и склонившись над обломками наполовину собранной сушилки.               — Люди будут болтать, — сказал он Шерлоку, пытаясь разрядить обстановку, пока идиот почесывал затылок заряженным пистолетом.              На минуту он подумал, что с ними все будет в порядке.              А затем вернулись снайперские прицелы, и Мориарти позлорадствовал: — Я такой переменчивый! — направляясь к ним.              Напряжение, которое едва начало рассеиваться, вернулось, тяжелее и гуще, чем когда-либо, и Джон уверился, что все здание вот-вот взорвется. Он наблюдал, как Шерлок целился из пистолета во взрывчатку, и предположил, что есть способы и похуже, чем убить криминального гения с их помощью.              Но затем с галереи наверху раздался шорох, и красные прицелы на груди Шерлока погасли. Джон посмотрел на себя и увидел, что на нем их тоже нет. Он подумал: Майкрофт?              Джон увидел, как изменилось лицо Мориарти, когда он увидел, как его преимущество исчезло, а затем мужчина вытащил свой собственный пистолет и с разъяренным лицом направился прямо к Шерлоку.              Мориарти собирается его застрелить, подумал Джон, абсолютно в том уверенный. Каждая линия тела и лица этого человека передавала его намерения, и не существовало ни аргумента, ни логики, которые убедили бы его в обратном.              Двигаясь инстинктивно, надеясь, что у него есть время до того, как будут выпущены какие-либо пули, Джон схватил один из деревянных штырей с пола рядом с ним и движением, которым мог бы гордиться его давний учитель фехтования, бросился вперед.              Удар был идеальным, старая мышечная память помогла идеально сбалансировать палку для точного удара кончиком. «Фехтование — это не нанесение ударов», — наставлял старый мистер Сэмсон. — «Все дело в точности и углах. Чем продуманнее ваш удар, тем точнее вы будете. Грубая сила никогда не победит, вам нужна утонченность.»              Часы тренировок в детстве (не говоря уже о тренировках с деревянной рапирой и всей этой армейской борьбе) позволили Джону неплохо владеть шпагой, и, каким бы бесформенным и неуравновешенным ни был этот деревянный стержень, в итоге это не имело значения. Благодаря легкому движению запястья палка ударила по руке Мориарти достаточно сильно, чтобы заставить его выронить пистолет, когда Джон вытянулся в идеальном выпаде, насколько он мог справиться со своим полуприседом на полу.              Когда Мориарти обратил свой разъяренный взгляд в его сторону, Джон подтянул дальнюю ногу после выпада и встал, приставив конец палки к горлу другого человека. У стержня, может, и не было острого кончика, но Джон был в идеальном положении, чтобы остановить любые угрожающие движения, которые мужчина мог совершить. Однако, как только он обрел равновесие, то услышал приближающиеся к ним шаги, и, когда волна людей Майкрофта затопила комнату, Мориарти оставил свою браваду и нырнул в раздевалку.              Как бы Джону ни хотелось погнаться за ним, ударить его палкой, которую он держал в руке, у его коленей были другие идеи. Борясь со своей внезапной слабостью, он отступил к обломку стены, на который опирался раньше, опустил руку, уронив стержень обратно в кучу, когда несколько человек размытым пятном промчались между ним и Шерлоком, преследуя Мориарти. Джон, однако, просто позволил своим глазам закрыться. Это было чертовски близко.              — Джон?              — Мм?              — С тобой все в порядке? — обеспокоенность в голосе Шерлока была еще более неистовой, чем раньше.              — Да, — отозвался Джон. — Просто устал. Я действительно не хочу сегодня вечером больше никаких сюрпризов.              Вот почему он просто застонал, услышав: — Это было впечатляюще, доктор Уотсон, — с дальнего конца бассейна, когда вошел Майкрофт. — Я не знал, что сейчас в КАМК преподают фехтование.              — Не особо, хотя даже медицинский персонал знает основы самообороны. Но нет, не особо требуется заниматься именно фехтованием. Это было раньше — мой отец настаивал, что, если я собираюсь бегать по саду, притворяясь, что участвую в боях на мечах, то должен это делать как следует.              — Ваша точность была достойна восхищения. Просто жаль, что вас втянули в ситуацию, из-за которой это потребовалось.              Вот так, воздух снова стал напряженным и напряженным, когда Шерлок ощетинился от слов своего брата: — Ну, с сумасшедшим рассуждать бесполезно, не так ли? — спросил Джон, открывая глаза. — Мориарти хотел, чтобы я был пятым звуковым сигналом. Он не собирался позволять ничему его останавливать — даже тому, что его люди похитили меня прямо из дома в Белгравии.              — Повезло, что у вас было время отправить это сообщение, — сказал Майкрофт, — иначе мы могли бы не оказаться здесь вовремя.              — Ты написал Майкрофту? — выпалил Шерлок, выглядя преданным.              — У моего дома появилась машина, мне сообщили, что я нужен мистеру Холмсу, — объяснил Джон. — Пока я надевал пальто, я отправил Майкрофту сообщение с вопросом, куда мы направляемся на этот раз. Я думал, у тебя проблемы, так что отправка сообщения тебе не принесла бы мне никакой пользы.              — В то время как предупреждение меня оказалось весьма полезным. Я послал одного из своих людей в дом, чтобы выяснить, что произошло, и ваш дворецкий — вам действительно следует сообщить ему, что с вами все в порядке, — сказал, что вас кто-то выманил, сказав, что вы нужны в связи с пятым звуковым сигналом. Как я, очевидно, понял, это означало, что вы в беде. И в сочетании с веб-сайтом Шерлока… Ну, как я уже говорил, это была удача.              — За исключением того, что теперь Мориарти знает о... наследии Джона, — сказал Шерлок. — Это может быть... плохо.              Однако Джон покачал головой: — Это не так. Или я не думаю, что он знает. Из того, что я понял, они просто последовали за мной туда и подумали, что я в гостях. Он пошутил насчет визитов на дом и спросил, что мне нужно от дома графа Андершоу, когда этого человека нет в стране. Я сказал ему, что повар знала мою мать — это правда, — и я был в гостях, что тоже было правдой. — Он не смог сдержать улыбку, расползающуюся по лицу. — Он будет так зол на себя, когда поймет.              #              Позже, после того, как они согласились поехать домой в 221B (по настоянию Джона), Джон рухнул в свое кресло: — Покидая Афганистан, я думал, что могу перестать беспокоиться о самодельных взрывных устройствах, — сказал он.              Шерлок сидел в кресле напротив, но не так небрежно, как раньше: — Джон, я... я не собирался...              — Все в порядке, Шерлок. Это не было твоей виной, — сказал ему Джон. — Я был достаточно глуп, чтобы войти прямо в ловушку. — Потому что, как он подумал, на самом деле, он не собирался в ближайшее время прекращать за это себя упрекать. Он мог только представить, что сказал бы об этом его командир, если бы Джон все еще служил в армии. Нельзя покидать безопасное место без поддержки... или оружия. Лучшее, что можно было сказать, это то, что он отправил сообщение Майкрофту перед тем, как выйти из дома, чтобы тот узнал о наличии у них проблем.              Джон потер лоб, как будто мог втереть в него какой-то смысл, словно это помогло бы понять абсолютное безумие сегодняшней ночи. Как его шаг навстречу своим семейным обязанностям закончился тем, что на нем оказалась бомба?              — Тем не менее, ловушка не была бы расставлена, если бы не мое участие, — произнес Шерлок настолько близко к извинению, насколько Джон вообще слышал от этого человека. — То, что ты тогда попытался спасти мне жизнь… Я не знаю, что сказать.              — Шерлок, ты не виноват, что на тебя напал безумец. Мне лишь жаль, что я сделал только хуже.              — Хуже? — Джон поднял глаза, удивленный сдавленным тоном Шерлока. — Джон, тебя сегодня вечером чуть не убили — несколько раз — из-за меня. Вина может лежать на Мориарти, но ты не только подвергался риску, но и спас мне жизнь своими откровенно неожиданными навыками фехтования. Поверь, ты помог предотвратить обострение ситуации, потому что... ты был прав. Эта... игра... была неуместной.              Джон задумался, не впал ли он в шок, сам того не заметив: — Ну, это была не твоя игра. Ты не просил играть, и не ты был тем, кто беспечно сел в дурацкую машину.              Он поморщился от ненависти к самому себе в своем голосе, готовясь к любому едкому комментарию, который собирался сделать Шерлок, и поэтому был удивлен, когда его друг сказал: — Нет, это я организовал встречу на своем сайте.              И вот так, впервые за несколько дней, они рассмеялись. На мгновение показалось, что дней неуверенности в себе никогда и не было: — Да, — наконец сказал Джон, переводя дыхание, — в следующий раз ты должен сначала посоветоваться со мной, чтобы я мог уточнить свое расписание, убедившись, что мой дворецкий не пострадает. Хорошего помощника трудно найти, знаешь ли.              Шерлок внезапно посерьезнел: — На самом деле, я это знаю, Джон. Я не хочу, чтобы ты думал, что… твои усилия не оценены. Я... возможно, увлекся... и позволил тебе считать, что твой вклад не был полезным...              Извинение — если предположить, что это было именно оно, — оказалось настолько забавно неловким, что Джон подумал о том, чтобы позволить Шерлоку спотыкаться, но просто слишком устал и поднял руку: — Все в порядке, Шерлок.              — Я никогда не хотел, чтобы ты был в этом замешан, Джон.              Тот тяжело вздохнул: — Потому что ты не хотел, чтобы я подвергался риску, или не желал, чтобы я портил твою игру?              — И то, и другое, — отозвался Шерлок с раздражающим взглядом, походившим на пародию на искренность. — Я никогда не думал, что ты будешь в опасности.              Джон не был уверен, какая часть этого заявления его сильнее раздражала. Он не хотел ввязываться в очередную ссору из-за существования героев или из-за недальновидности, позволившей увлечь себя игрой в головоломки с сумасшедшим, который заворачивал свои фигуры во взрывчатку. Он просто хотел оценить тот факт, что находился здесь, целым и невредимым, а не распылился в пахнущем хлором воздухе в виде красного тумана. Он закрыл глаза и откинул голову на спинку кресла. Когда он так устал?              — Ты все еще недоволен мной, — донесся голос Шерлока сквозь гудение усталости в ушах Джона.              — Я недавно был ходячей бомбой, Шерлок, — сказал он четким голосом. — В этом сценарии нет ничего, что делало бы меня счастливым.              — Это была не моя вина, Джон.              — Я знаю это, Шерлок, — сказал тот. — На самом деле, я уже это признал. Но не значит, что я рад случившемуся. Я просто не виню за это тебя.              — Нет, но...              Джон тяжело вздохнул и открыл глаза, чтобы посмотреть на своего соседа по квартире: — Шерлок, оставь это. Я — не идиот. Я понимаю, как это произошло, и… Я выбрал быть здесь. Помнишь ту первую ночь? Я говорил тебе, что разрываюсь между желанием переехать к тебе и необходимостью справляться со своими семейными обязанностями, но я хотел этого. Возможно, я и не ожидал безумного взрывника, но это не имеет значения. Если я смогу быть здесь, быть полезным, я сделаю для этого все, что в моих силах.              Он увидел, как на лице Шерлока отразилось облегчение, и продолжил: — Я хочу быть здесь, но ты также должен помнить, что быть здесь я не обязан. Я не пытаюсь свести концы с концами на свою военную пенсию, и у меня есть неподалеку отличный дом с великолепным поваром. Я не позволю преступнику-консультанту меня прогнать, но, Шерлок, если я почувствую, что я не... вношу свой вклад... если я почувствую себя ненужным... — Он позволил своему голосу затихнуть, и невысказанное «нежеланным, недооцененным» повисло в воздухе.              Если бы он так пристально не наблюдал, то не увидел бы, как сморщилось лицо Шерлока, как дернулись уголки его глаз, как он слегка вздрогнул. — Ты нужен, — тихо сказал он.              — Тогда у нас нет проблем, — отозвался Джон. — Кроме того, я устал, и мне нужно позвонить моему дворецкому, чтобы он тоже смог сегодня немного поспать. У нас все в порядке, хорошо? Увидимся утром.              И, зная, что Шерлок по своей природе не может ничего оставить без глубокого анализа, он встал и вышел из комнаты.