Addictive Lies

      Когда Чан проснулся на следующее утро, он сразу же проверил свой телефон на наличие обновлений относительно его проекта, но увидел только сообщение от Минхо.       Минхо: Удачи сегодня, помни, неважно, какими будут результаты, ты проделал хорошую работу.       Чан широко улыбнулся, печатая ответ.       Чан: Спасибо :)       Чан собрался: у него были планы встретиться с Чанбином за ланчем. Он быстро вымылся, надел то, что первым попалось под руку, и вышел из квартиры.       Ожидая лифт, он услышал, как открылась дверь и раздался голос Минхо.       — Дори, где ты вообще находишь этих крыс?       То, как Минхо разговаривал со своими кошками, всегда было таким милым и нежным, и это заставило Чана улыбнуться, он наблюдал, как младший выходит с пакетом в руках.       — Дори снова ходила на охоту? — спросил Бан, и Минхо повернулся, чтобы посмотреть на него, сияя улыбкой.       — Да… Мне нужно пойти избавиться от тела прямо сейчас, — он вздохнул. — Куда ты идёшь?       — У меня встреча с Чанбином.        — Хорошо, тогда повеселись… — он немного поколебался: — Передай ему от меня привет.       Чан рассмеялся:       — Конечно.       Дверь лифта открылась, и Бан вошел, помахав Минхо на прощание и пытаясь понять, почему у него на сердце так тепло.

***

      Казалось, прошли годы с их последней встречи, Чан был занят своим планом и эмоциями по поводу всего расставания, поэтому он был рад, что они наконец-то встретились снова. Когда Чан дошёл до кафе, предложенного Чанбином, он увидел Со, уже ждущего его там, и радостно помахал ему рукой.       — Чанни! — тепло поприветствовал его Чанбин, притягивая в крепкие объятия.       Мысли Чана вернулись к прошлой ночи, когда Ли назвал его так, и он снова задался вопросом, почему это ощущалось по-другому.       — Привет, Бинни, — улыбнулся Бан, освобождаясь от крепких рук. Он действительно соскучился по теплу Чанбина.       Когда они заняли свои места после оформления заказов, Чан ждал, когда Со начнёт тему, очень хорошо зная, о чём спросит спросит его в первую очередь.       — Как дела с Минхо?       Конечно же, Чан был прав.       — Мне нравится проводить с ним время, — сказал Бан, радуясь, что не врёт.       — Я хочу быть честным с тобой, — начал Чанбин, и Чан тревожно на него взглянул. — Я думал, что Минхо был просто отвлечением… и вы, ребята, не продержитесь долго. Думал, что ты встречаешься с ним только из-за того, что Хёнджин быстро справился с расставанием, — он сделал глубокий вдох, глядя на парня. — Но я рад, что вы всё ещё вместе и что он делает тебя счатливым.       Чан потерял дар речи, изо всех сил пытался подобрать слова для ответа. Чувство вины, присутствовавшее всегда, когда он разговаривал с Чанбином, сжимало его сердце, и он знал, что этот человек был бы очень разочарован, узнав, что они всё это время просто притворялись.       В последнее время всё было… иначе. Чан думал о Ли больше, чем необходимо. С нетерпением ждал встречи с ним, хотя бы на две секунды, когда Минхо уходил на работу, а Бан подбегал к двери, открывал и махал парню.       Улыбка, которая появилась бы на лице Минхо, зарядила бы его энергией до конца дня.       У Чана никогда раньше не было фальшивых отношений, он не знал, как они обычно работают, он даже не знал, как работают настоящие отношения, Хёнджин был пока единственным в его жизни, да и то ненадолго. Но с Минхо всё могло быть по-другому. Он был открыт в своих увлечениях и мог легко заполучить любого парня или девушку. Чан мог бы стать просто ещё одним интересным приключением для Минхо.       Бан вздохнул, отвечая Чанбину:       — Да… Я рад, что он появился в моей жизни, когда я больше всего в нём нуждался.       В глубине души Чан знал, что это правда. Он был благодарен за Минхо в его жизни.       — Ты же знаешь, что можешь всем со мной делиться, да? — спросил Со, его глаза пронзили Чана, внимательно изучая его.       — Знаю, Бинни… — Чан замолчал. — Но ладно! Не хочешь покататься на лыжах?       — Лыжи?       — Да… тебе не кажется, что это было бы идеальным местом для встречи с Сынмином?       Трюк сработал: Чанбин отвлёкся и начал строить планы. Его родителям принадлежал горнолыжный курорт, и они решили выбрать выходные, когда все смогут свободно отправиться туда.       — И ты не против, что Хёнджин тоже будет там?       Чан удивился, осознал, что уже очень долго не думал о Хване.       — Нет, конечно.       Когда Чанбин подвёз Чана, парень перегнулся через сиденье, снова притягивая его в объятия. Бановы глаза расширились, когда он обнял друга в ответ, размышляя, что случилось. Со обычно не был прилипчивым в их дружбе, а инициатором объятий всегда был Чан.       — Прости… — засмеялся Чанбин, отступая. — Я просто переживал за тебя… у нас не было нормального разговора уже несколько месяцев, так что я рад, что ты в норме.       Чан сглотнул комок в горле и мягко улыбнулся ему:       — Перестань быть таким сентиментальным. Со мной всё хорошо.       Чанбин улыбнулся и помахал ему:       — Увидимся, Чанни.       Бан вышел из машины, улыбка не покидала его лица, пока он махал на прощание и направлялся к зданию.       Когда Чан вошёл в свою квартиру и включил ноутбук, чтобы проверить электронную почту, у него перехватило дыхание: он увидел электронное письмо со знакомого адреса. Пришли результаты.       Он подумал о словах Минхо, о том, что независимо от результатов, он усердно работал, и сделал глубокий вдох, открыв его.       Его выбрали.       Выбрали именно его план.       Он сделал это.       Чан громко ахнул и вскочил со своего места. Он знал, что должен сообщить новость миру, но первым человеком, который пришел на ум Чану, был Минхо. Он не знал почему, но должен был сначала рассказать Минхо.       Чан поспешил из своей квартиры и постучал в дверь рядом с его.       Дверь распахнул расстроенный Ли, взгляд которого заметно смягчился, когда он остановился на Бане.       — О, это ты, Чан. Входи. Извини, дай мне минутку, — попросил младший, отступая и впуская Чана. Он убежал в подсобку, крича: — Суни, это не твоё!       Чан некоторое время пристально смотрел на него, улыбаясь.       — Чан… Всё хорошо?       — Мой план… — парень сделал глубокий вдох и медленно продолжил, — …одобрили. Он им понравился, Минхо.       Глаза Минхо не отрывались от него, губы медленно растянулись в улыбке, он громко воскликнул:       — Я же говорил тебе! Я говорил, он всем понравится.       Чан расхохотался, его сердце смягчилось, и он, наконец, почувствовал настоящее счастье. Он был переполнен эмоциями и ни о чём не думал, когда побежал к Минхо и запрыгнул на него, обхватив бёдрами. Ли поймал его и начал кружить. Не в силах вымолвить ни слова, Чан попытался подавить очередной приступ хихиканья, когда Минхо остановился, всё ещё держа его на руках.       Ли поднял взгляд на парня, сердцебиение участилось. Его счастливый вид, глаза в форме полумесяцев и сияющие ямочки делали мир намного лучше.       — Я так горжусь тобой, Чан, — прошептал Минхо.       Чан действительно не знал, что на него нашло, в этот момент его разум был на автопилоте, и он потерял всякий контроль над своими действиями, он встретился взглядом с Минхо, наклонился и крепко поцеловал его. Сначала Ли удивился, издав вздох, но медленно ответил на поцелуй. Бан мог сосредоточиться только на мягких губах Минхо. Все его чувства усилились в десятки раз.       Чана прижали к холодному металлу, и он быстро сообразил, что это была кухонная стойка. Он замычал от удовольствия, когда Минхо положил его на столешницу, и поцеловал глубже, чем раньше. Старший почувствовал покалывание во всём теле, ощущение тела младшего на своём было слишком неотразимым. Минхо прижался к нему, снова заявляя права на его рот, голодный и напряженный, и Чан ощутил, как его пальцы уже скользнули под чужую рубашку, ощупывая пресс.       Запах одеколона Минхо был опьяняющим, и Чан заскулил, когда Ли отстранился.       — Чан… — выдохнул он. — Я не смогу остановиться.       Чан смотрел на него сквозь полуприкрытые глаза:       — Я не хочу останавливаться, — прошептал он, и этого было достаточно, чтобы разрушить самообладание Минхо. Он без усилий взял его на руки, словно Бан был воздухом, и направился в спальню.       Ли мягко опустил его на кровать, забираясь за ним и целуя его губы.       — Это всё благодаря тебе, твоя мотивация помогла мне, — прошептал Чан, отрываясь от поцелуя и глотая воздух. — Позволь мне отплатить тебе, — сказал он, переворачивая Минхо на кровати, и медленно опускаясь всё ниже и ниже, добираясь до пояса его штанов.       Чан расстегнул их, снял и бросил на пол, а затем откинулся назад и медленно разделся, наслаждаясь взглядом Минхо, жадно ласкающим его тело.       Бан раскрыл свои пухлые, податливые губы и обхватил головку его члена, заставив его содрогнуться. Чан начал ласкать его ртом, посасывая, словно в этом заключалась вся его жизнь. Когда он попытался полностью опустить свой рот, Минхо не смог удержаться и толкнулся в него, и Чан замычал вокруг члена, посылая вибрации удовольствия по всему телу.       — Чан… — застонал Минхо, голос охрип от желания. — Хватит… Я не могу контролировать себя.       Чан продолжил сосать его член, и Ли протянул руку, запутавшись в его волосах, и поднял голову.       — Ты не из тех, кто слушается, не так ли? — спросил Минхо, и в его голосе было что-то такое, что заставило Чана задрожать, он нуждался в большем.       Чан сел на колени Минхо, взял руку молодого человека, поднёс её ко рту и начал сосать его пальцы.       — Блять, Чанни, — пробормотал Ли, наблюдая, как Чан медленно вводит и выводит пальцы изо рта, посасывая их и покрывая слюной.       — Этого должно быть достаточно, — улыбнулся Бан, с хлюпком вынимая пальцы изо рта, он держался за Минхо, когда парень обвёл пальцем его анус и медленно вошёл. Он подождал, пока старший привыкнет к вторжению, затем вставил ещё один палец, растянул на манер ножниц и добавил ещё один.       Казалось, что Чан давно отключился, положив голову на плечо Минхо, издавая нежнейшие звуки и тихо дыша. Как только он понял, что готов, он мягко подтолкнул младшего, чтобы тот устроился поудобнее; Чан потянулся к прикроватному ящику, открывая его, его глаза расширились при виде множества презервативов там.       — Ты действительно много трахаешься, да? — спросил Бан с лёгким оттенком горечи в голосе. Он открыл презерватив.       — Раньше, — сказал Минхо, снимая и бросая футболку на пол. Он словил взгляд Чана со всевозможной искренностью. — Уже нет.       Парень не ответил, натягивая презерватив на член Минхо, плюя на руку и смазывая его.       Он чувствовал взгляд, прожигающий его насквозь; он обхватил Ли руками и занял позицию, а затем медленно опустился, принимая всю длину младшего внутрь своего тела.       Минхо громко застонал, когда Бан опустился до конца, потребовалось мгновение, чтобы приспособиться, он поднялся и опустился обратно.       — Дерьмо, Чанни, — выдохнул Минхо. — Что ты делаешь?       — Вознаграждаю тебя, — сказал Чан, повторяя движение.       Руки Минхо перестали сжимать простыни и обхватили чужую талию, лаская гладкую кожу, нежно направляя парня вверх и вниз. Когда Чан снова опустился на член, он тихо заскулил, закрыв глаза, и Ли начал толкаться вверх, целясь в одну и ту же точку.       Минхо восхищался парнем, скачущем на нём верхом, его рот был открыт, а глаза закрыты. Он восхищался его блестящей кожей и сладкими хриплыми звуками, вырывающимися изо рта.       Ли притянул Чана ближе к себе, целуя его, продолжая толкаться вверх. Старший приближался к своему оргазму, поскольку начал подпрыгивать медленнее, а его дыхание стало прерывистым, и одним быстрым движением Минхо поменял их позы, прижав его к кровати и возобновил движения.       Чан с визгом открыл глаза, и у него перехватило дыхание, когда он увидел эмоции в глазах Минхо. Парень смотрел на него таким напряжённым взглядом, и не успев обдумать это, Чан почувствовал, что Ли толкнулся прямо в простату, и он сильно прикусил губы, закрыв глаза.       Мяуканья и поскуливания Чана становились всё громче и громче по мере того, как Минхо набирал темп, и вскоре он сильно кончил с громким стоном. Вид старшего, кончающего нетронутым, его стенок, сжимающихся вокруг члена, было достаточно, чтобы Ли тоже достиг своего оргазма и рухнул на кровать рядом с Чаном.       Какое-то время они молча лежали, осознание того, что они опять сделали, медленно ударяло их. Минхо думал, что Чан быстро встанет и пробормочет сожаления о том, что им не следовало этого делать. Но этого так и не произошло.       Когда Ли повернулся, чтобы посмотреть на старшего, он был поражен, увидев, что Бан уже смотрит на него.       — Спасибо, — медленно произнёс парень одними губами, и счастье, которое разлилось в крови Минхо, было чем-то таким, чего он никогда не смог бы объяснить.

***

      Остаток дня Чан провёл на кровати Минхо, просто планируя совместную лыжную поездку.       — Я серьёзно не умею кататься на лыжах, — Чан неловко замолчал.       — Я могу научить тебя, — рассмеялся Ли.       — Я тебе не доверяю, — Чан поддразнил его. — Ты, наверное, нарочно отпустишь меня, чтобы посмотреть, как я падаю на задницу.       — Я никогда не отпущу тебя, Чан.       То, как Минхо произнёс эти слова, заставило Чана поднять взгляд на парня. Это звучало слишком искренне, всё это казалось слишком реальным для Бана, и это начинало подавлять его.       Определённо странно, что Чан просто лежал на кровати Ли, всё ещё раздетый, потный и липкий, но почему-то чувствовал себя комфортно в его присутствии. Он написал Чонину, который мгновенно ответил гифкой, Хёнджину, спрашивая его, свободны ли Джисон и Феликс, пока Минхо писал Сынмину.       Сынмин: Чанбин приедет? Не то чтобы меня это волновало.       Минхо: Он владелец горнолыжного курорта.       Сынмин: Это сексуально. Я в деле.       — Я мог бы взять с собой фотоаппарат, и мы могли бы пофоткаться, — предложил Минхо.       — Хотел бы я уметь делать такие красивые снимки, как ты, — Чан тоскливо вздохнул. — Я ничего не смыслю в ракурсах или освещении.       — Это не так уж сложно, если уловить суть, — Минхо нежно улыбнулся ему. — Я мог бы научить тебя и этому.       — Вау… Минхо, чему ещё ты мог бы меня научить? — поддразнивая, спросил Бан.       Чан улыбался Минхо, ожидая его ответа, но его телефон начал жужжать.       Звонил Хёнджин.       Чан посмотрел на Минхо, который тоже уставился на его телефон, улыбка на его лице исчезла.       — Ничего, если я отвечу? — неуверенно спросил Бан.       Было неловко, Чан лежал голый на его кровати и спрашивал, можно ли ответить на звонок его бывшего. Чан, который всё ещё думал, что всё это притворство, когда для Минхо всё было по-другому. Ли всё равно ничего не мог поделать, поэтому он беспечно пожал плечами.       Чан тихо вздохнул, поднимая трубку.       — Джинни?       — Привет, Чанни!       Прошло некоторое время с тех пор, как он слышал голос Хвана, и было трудно контролировать лёгкую дрожь, пробежавшую по его спине, и он надеялся, что Минхо этого не заметил.       — Привет, — Чан откашлялся. — Так ты свободен?       Чан слышал, как Хёнджин тихо мычит, думая об этом.       — Все будут?       Чан понял, что под «всеми» Хёнджин, вероятно, спрашивал, будет ли там Минхо.       — Да… Минхо, Чонин, Сынмин и Чанбин.       — Я не знаю, стоит ли мне ехать, — пробормотал Хёнджин неуверенным голосом.       Бан знал, что ему должно быть всё равно, поедет парень или нет.       — Пожалуйста, приходи, Джинни. Будет очень весело, — Чан умолял вопреки себе.       — Хорошо, — ответил Хван. — Я спрошу Джисона и Феликса, но думаю, они будут согласны.       — Круто… Тогда увидимся? — спросил Чан, съежившись от того, с какой надеждой это прозвучало.       — Да… конечно, — Хёнджин рассмеялся и повесил трубку.       Чан молча сидел на кровати и чувствовал на себе взгляд Минхо, внимательно изучающий его.       — Он согласился? — задал вопрос Ли.       Его голос был холоден, лишённый прошлой теплоты.       — Да… — кивнул Чан.       — Полагаю, ты счастлив, — сухо продолжил Минхо.       Чан поднял на него глаза, не зная, что ответить.       — Тебе нужно помыться, — сказал он через некоторое время.       Было страшно, атмосфера казалась другой после звонка Хёнджина.       Чан вздохнул, слезая с кровати, и потянулся за своей одеждой, разбросанной повсюду.       — Ты можешь принять душ здесь, — предложил Минхо.       — Нет, всё нормально, — ответил Чан, одеваясь и направляясь к двери.       Он услышал, как Ли тоже встал и последовал за ним после того, как натянул боксеры.       Когда Бан дошёл до двери, он внезапно обернулся, взвизгнув, столкнувшись с Минхо.       Младший быстро поднял руки, удерживая Чана.       Тишина, окружавшая их, была удушающей, наполненной бесконечным количеством вопросов без ответов.       Чан хотел спросить, был ли Минхо расстроен телефонным разговором с Хваном или ему просто показалось. Но он знал, что это глупо, Ли ни за что не расстроился бы. Всё это было фальшивкой, хоть и начинало казаться чересчур реальным.       А Минхо хотел просто протянуть руку и схватить Чана, встряхнуть его и спросить, что происходит у него в голове. Бан снова слишком много размышлял и, вероятно, был в замешательстве, и он хотел помочь ему, но не знал, как.       Поэтому он просто отступил назад, открывая дверь для Чана, тот благодарно улыбнулся ему и отправился в свою квартиру.       Ситуация повторялась. Они делают что-то, что определённо нарушает правила фальшивых отношений, и это приводит к тому, что Минхо испытывает боль, даже если это было непреднамеренно. Он знал, что, вероятно, пришло время поговорить с Чаном. Пришло время ему перестать беспокоиться о том, что он может ранить парня, и, наконец, получить ответы на то, каковы их отношения прямо сейчас и должны ли они прекратить это притворство, пока всё не стало хуже. В последнее время Чан вел себя с ним по-другому, это казалось слишком настоящим, чтобы быть всего лишь игрой. На этот раз он был инициатором поцелуя и секса. Бан ревновал и пытался скрыть это, он, казалось, искренне заботился о нём. Однако, как только на горизонте появлялся Хёнджин, всё возвращалось к тому, что было вначале, и это приводило Минхо в бешенство.       Прислонившись к двери, Ли вздохнул: ситуация выходила из-под контроля, и его чувства к Чану достигли точки невозврата.