Хищная проблема

( день первый ) Рейнбоу Дэш приземлилась на ферме «Сладкое яблоко» с таким видом, будто прилетела решать судьбы мира. Впрочем, для неё так и было. Она отряхнулась, поправила гриву и окинула двор хозяйским взглядом. — Где этот ваш пятнистый? — спросила она. Флаттершай, сидевшая на крыльце с чашкой чая, подняла бровь. — Лайри? Он на поленнице. Спит. Как обычно. — Отлично. Я хочу с ним побегать. Скуталу, которая как раз вышла с корзиной из дома, замерла и уставилась на Дэш с выражением, в котором смешались восхищение и ужас. — Ты серьёзно? — спросила она. — Ты знаешь, что он — гепард? Самый быстрый зверь на земле? — Знаю, — ответила Рейнбоу. — Поэтому я и хочу с ним побегать. Честно. Без крыльев. — Ты с ума сошла, — сказала Скуталу. — Я уже пробовала. На самокате. И чуть не врезалась в амбар. — Ты на самокате, а я — на ногах. Разница. — Разница в том, что я хотя бы знала, когда остановиться, — возразила Скуталу. — А он не остановится. Он догоняет. Это его инстинкт. Флаттершай поставила чашку и встала. — Дэш, послушай. Я понимаю, что ты хочешь проверить себя. Но Лайри — не соперник. Он хищник. Даже если он выглядит ленивым и сонным, в нём живёт охотник. Когда он бежит, он не думает о правилах. Он думает о добыче. — Я не добыча, — фыркнула Рейнбоу. — Для него — ты движущаяся цель, — твёрдо сказала Флаттершай. — Я могу объяснить ему правила. Я могу сказать ему, что это игра. Но я не могу гарантировать, что он не воспримет это как охоту. Рейнбоу задумалась. Она посмотрела на поленницу, где лежал Лайри, и на её морде промелькнула тень сомнения. — А если я буду бежать без крыльев? — спросила она. — Это же не охота. Это бег. — Для гепарда любой бег — это охота, — ответила Скуталу. — Я поняла это, когда он догнал меня. Он даже не напрягался. Он просто бежал. И если бы он хотел — он бы меня поймал. Не потому что злой. Потому что это его природа. Рейнбоу посмотрела на Лайри. Тот всё ещё спал, но его уши шевельнулись, ловя разговор. — Ладно, — сказала она. — Тогда я поговорю с ним сама. Она подошла к поленнице и посмотрела на гепарда снизу вверх — Эй, ты. Пятнистый. Я — Рейнбоу Дэш. Я самая быстрая пони в Эквестрии. И я хочу проверить, кто из нас быстрее. Лайри приоткрыл один глаз, посмотрел на неё, зевнул, показав все зубы, и снова закрыл. — Я серьёзно, — сказала Дэш. — Я складываю крылья. Бежим по земле. От забора до забора. Честно. Без трюков. Флаттершай подошла и встала рядом. — Лайри, — сказала она мягко. — Это игра. Как со Скуталу. Ты бежишь, она бежит. Не ловить. Не кусать. Просто бежать. Ты понял? Лайри приподнял голову, посмотрел на Рейнбоу, потом на Флаттершай, и медленно, очень медленно, встал. Он потянулся, выгнув спину дугой, и грациозно «перетёк» с поленницы на траву. — Кажется, он согласен, — сказала Скуталу. — Или он просто хочет размяться, — добавила Флаттершай. Рейнбоу отошла к забору, размяла ноги и сложила крылья. — Готов, пятнистый? — спросила она. Лайри сел, посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на интерес. — На старт… — сказала Флаттершай. — Внимание… — она подняла крыло. — Йей! Рейнбоу рванула с места с такой скоростью, что за ней потянулся радужный шлейф. Она бежала по земле, копыта мелькали, как молнии, и она чувствовала, что это — её стихия. Но Лайри был быстрее. Он не напрягался. Он просто бежал — плавно, грациозно, как текучая вода. Он догнал её через три секунды, поравнялся, посмотрел на неё с лёгким недоумением и умчался вперёд. Рейнбоу прибавила скорости. Она бежала так, как никогда в жизни, но гепард всё равно был впереди. Он добежал до забора, пробежал ещё немного вдоль сетки, замедляя бег, потом остановился и посмотрел на неё с тем же лёгким недоумением. — Ты… — выдохнула Рейнбоу, подбегая. — Ты… это… просто нечестно. Лайри снисходительно наклонил голову. — Ты даже не дышал, — сказала она. — А я почти загнулась. Флаттершай, подлетевшая к ним, улыбнулась. — Он был сдержан, — сказала она. — Он мог бежать быстрее, но он выбрал скорость, которая тебя не унизила. — Ох, спасибо, — вздохнула Рейнбоу, пытаясь отдышаться. — Просто великопытно. Лайри подошёл к ней, ткнулся носом в плечо, фыркнул и, развернувшись, потрусил обратно к поленнице. Рейнбоу смотрела ему вслед. — Ты быстрее, — сказала она. — Но я выше. И у меня есть крылья. Лайри не обернулся. — Это нечестно, — повторила она. — Но я хочу повторить. — Завтра, — сказала Флаттершай. — После того, как он поест. И выспится. Рейнбоу вздохнула, расправила крылья и посмотрела на небо. — Ты знаешь, — сказала она, — я думала, что он просто большой кот. А он — гепард. Настоящий. Быстрый. И он даже не старался. — Теперь ты знаешь, — сказала Скуталу, подходя к ней. — И ты не умерла. — Я не умерла, — сказала Рейнбоу. — Но я почти устала. Она усмехнулась. — Завтра я буду быстрее. Или хотя бы попытаюсь. Лайри, уже лежащий на поленнице, приоткрыл один глаз, убедился, что никто не собирается его больше гонять, и снова закрыл. Он не знал, что такое «спорт». Но игра ему понравилась. *** ( день второй ) На следующее утро ферма «Сладкое яблоко» гудела как улей перед медосбором. Слух о вчерашнем забеге разлетелся быстрее, чем Рейнбоу могла бы пролететь, и теперь на поленницу смотрели не только куры и Вайнона, но и множество жителей Понивилля, которые нашли повод «случайно» оказаться у фермы. Рейнбоу стояла у стартовой линии, разминая ноги и прижимая крылья к бокам. Она была полна решимости. Она проиграла вчера — и это было непривычно, обидно и почему-то весело одновременно. — Сегодня я выиграю, — сказала она. — Ага, — усмехнулась Эпплджек, подходя к ней и поправляя шляпу. — А я вот тоже хочу попробовать. Ты вчера так красиво проиграла, что мне стало любопытно. — Я не проиграла! Я… дала ему фору. — Конечно, — кивнула Эпплджек. — Ты дала ему фору, а он тебя обогнал на целых три корпуса. Рейнбоу фыркнула, но спорить не стала. Спорить было нечем. Лайри спрыгнул с поленницы, когда увидел, что все собираются на лужайке. Он подошёл к стартовой линии, сел и посмотрел на пони с тем же лёгким любопытством, с каким кот смотрит на муху. — Он готов, — сказала Флаттершай. — Но помните: он будет бежать вполсилы. Если он прибавит — никто из вас его не догонит. — Мы знаем, — сказала Рейнбоу. — Но мы тоже будем стараться. Твайлайт, стоящая у старта с секундомером в магохвате, поправила очки и объявила: — Дистанция — от этой яблони до забора. Бег по земле. Крылья не использовать. Победитель — тот, кто пересечёт финиш первым. — А если гепард? — спросила Скуталу из толпы. — Если гепард — побеждает гепард, — ответила Твайлайт. — Это соревнование — не против него, а с ним. Рейнбоу закатила глаза, но кивнула. — Готовы? — спросила Флаттершай. — Готова, — сказала Рейнбоу, прижимая крылья ещё плотнее. — Готова, — сказала Эпплджек, копытами утрамбовывая землю. Лайри привстал, готовый к старту. — На старт… внимание… — Флаттершай подняла крыло. — Йей! Рейнбоу рванула с места, выплёскивая всю злость за вчерашнее поражение. Эпплджек держалась рядом, её мощные ноги работали, как поршни. Лайри бежал легко, будто и не прилагал усилий. Твайлайт, засекшая время на старте, телепортировалась к финишу и успела остановить секундомер как раз в тот момент, когда первый участник пересёк черту. Лайри — первым. Эпплджек — второй, на полкорпуса позади. Рейнбоу — третьей, и на её морде было написано искреннее удивление. — Я… — она попыталась отдышаться. — Я проиграла земной пони?! — Я проиграла гепарду, — поправила Эпплджек, переводя дыхание. — Ты проиграла мне. — Это нечестно! — возмутилась Рейнбоу. — Честно, — ответила Эпплджек. — Я сильнее на земле. Ты — в воздухе. А он — быстрее нас обеих. Лайри сидел рядом, дышал он спокойно, без признаков усталости. Посмотрел на секундомер в магии Твайлайт, потом на неё, потом снова на секундомер. — Ты хочешь знать своё время? — спросила Твайлайт, улыбаясь. Лайри моргнул. — Семь секунд на всю дистанцию, — сказала она. — Это быстрее, чем любая пони в Эквестрии. — И быстрее пегаса, — добавила Рейнбоу, всё ещё пытаясь отдышаться. — Но я хочу реванш. Завтра. Снова. — Ага, — сказала Эпплджек. — И я с тобой. Но уже на полную дистанцию. Флаттершай, наблюдавшая за всем этим с крыльца, вздохнула и улыбнулась. — Вы все сошли с ума, — сказала она. — Но это самый приятный вид безумия, который я видела за последние недели. Лайри, не понимая ни слова, встал, подошёл к Твайлайт, потёрся головой о её плечо, ткнулся носом в секундомер, чихнул и пошёл обратно к поленнице. — Кажется, ему понравилось, — сказала Скуталу. — Ему понравилось бегать, — ответила Флаттершай. — Не важно, с кем. А Рейнбоу уже строила планы на завтрашний забег. — Я выиграю, — сказала она. — Обязательно. — Конечно, — улыбнулась Эпплджек. — Как вчера. — Это было вчера, — фыркнула Рейнбоу. — А сегодня — сегодня. Она посмотрела на Лайри, который уже устроился на поленнице и прикрыл глаза. — Завтра, пятнистый, — сказала она. — Я буду быстрее. Лайри не ответил. Он просто лежал и грел бока на солнце. Ему было хорошо. И он не знал, что такое «реванш». Но он знал, что завтра снова будет бегать. *** ( день третий ) На третий день ферма «Сладкое яблоко» гудела сильнее, чем на второй. Слух о том, что Рейнбоу Дэш дважды проиграла гепарду и единожды — Эпплджек, разлетелся по всему Понивиллю, и теперь вокруг фермы собралась добрая половина города. Пинки Пай принесла флажки и свисток. Рэрити, вооружившись блокнотом, готовилась зарисовывать позы. Даже Грэнни Смит вышла на крыльцо, опираясь на ходунки, и смотрела с явным интересом. Рейнбоу стояла у стартовой линии, уложив крылья так, чтобы они не создавали лишнего сопротивления. Гладкие линии тела, никаких завихрений, никаких турбулентностей. Глаза пегаски горели решимостью, смешанной с отчаянием. — Сегодня я выиграю, — сказала она. — Вчера ты уже говорила, — заметила Эпплджек, стоящая рядом и поправляющая шляпу. — И позавчера. — Сегодня — всё будет иначе. — Потому что ты научилась бегать быстрее гепарда за одну ночь? — Потому что я придумала стратегию, — сказала Рейнбоу с загадочным видом. Флаттершай, стоящая рядом с ними, вздохнула и посмотрела на поленницу, где Лайри уже потягивался, готовясь к забегу. Её взгляд был чуть тревожным, но она молчала. Она знала то, чего не знала Рейнбоу. Твайлайт подошла к стартовой линии с секундомером. — Дистанция — через всю ферму, от забора до забора. Бег по земле. Крылья запрещены. Готовы? — Готовы! — хором ответили Рейнбоу и Эпплджек. Лайри подошёл и сел рядом с ними, глядя на горизонт с тем же лёгким любопытством, что и в первый день. — На старт… внимание… — Флаттершай подняла крыло. — ЙЕЙ! Рейнбоу рванула, как ракета. Она бежала так, будто от этого зависела её честь, её репутация и её место в истории Понивилля. Эпплджек — мощно, ровно, без рывков, экономя силы. Лайри — легко, как всегда. Он обогнал их на полпути, как и в прошлые разы. Рейнбоу пыталась не отставать, но ноги её уже начинали заплетаться. Лайри пересек финиш первым. Эпплджек — второй. Рейнбоу — снова третьей. Она упала на траву, тяжело дыша, и уставилась в небо. — Я проиграла, — сказала она. — Опять. — Дважды, — поправила Эпплджек, переводя дыхание. — Спасибо, я знаю. Лайри сидел рядом, глядя на неё с тем же спокойным выражением. Он не понимал, что такое победа и поражение. Он просто бегал. И ему это нравилось. — Лайри быстр на короткой дистанции, — сказала Флаттершай, садясь рядом с Рейнбоу. — Но гепард создан для рывка. Он выдыхается на длинных. — Что? — Рейнбоу села. — Так он не может бежать долго? — Не может, — ответила Флаттершай. — Максимум — несколько сотен метров. Потом он перегревается и должен остановиться. Рейнбоу замерла. — И ты не сказала мне? — Ты хотела проверить себя на короткой дистанции, — сказала Флаттершай. — Ты не спрашивала. Я не скрывала. — Я проиграла ему три раза! А он даже не старался! — Он старался, — возразила Флаттершай. — Просто он умеет бегать. И он умеет выигрывать. Но он бы проиграл тебе в длинном забеге. Рейнбоу посмотрела на Лайри, который уже стоял, намеренный вернуться на поленницу. — Так значит… — она поднялась с травы и подошла к нему. — Ты бы не выдержал марафон? Лайри посмотрел на неё, потом на Флаттершай, потом снова на Рейнбоу. — Он не знает, что такое марафон, — сказала Флаттершай. — Я знаю, что он бы проиграл, — сказала Рейнбоу с кривой усмешкой. — Но он не знает, что я знаю. Она улыбнулась. Впервые за три дня её улыбка была не разочарованной, а почти счастливой. — Значит, я бы выиграла, если бы мы бежали долго, — сказала она. — Да, — подтвердила Флаттершай. — Тогда я хочу бежать долго, — сказала Рейнбоу. — Завтра. На длинную дистанцию. — Он не согласится, — сказала Эпплджек. — Он не дурак. — Он — кот, — ответила Рейнбоу. — Он согласится, если ему будет интересно. Она почесала Лайри за ухом и прошептала: — Завтра, пятнистый. Длинная дистанция. Я выиграю. Ты проиграешь. Но это будет честно. Лайри вздохнул и пошёл на поленницу. Ему было всё равно. Он просто хотел есть и спать. И иногда бегать, если это было интересно. Рейнбоу смотрела ему вслед, и в её глазах был огонь. — Завтра, — сказала она. — Завтра я выиграю. А Флаттершай, стоящая позади, тихо улыбнулась. — Ты уже выиграла, — сказала она. — Ты поняла, что проигрывать — тоже интересно. Рейнбоу обернулась. — Я не проигрываю, — сказала она. — Я просто учусь. На поленнице Лайри чихнул и перевернулся на другой бок. Ему снилась саванна. И в ней не было никаких дистанций. Только бег, ветер и свобода. *** ( день четвертый ) Рейнбоу готовилась к забегу всю ночь. Она разминалась, придумывала стратегию, даже нарисовала схему дистанции на клочке бумаги. Она была уверена: если Лайри согласится на длинную дистанцию, она его обгонит. Это будет её реванш. Её триумф. Утром она прилетела на ферму с горящими глазами и преисполненная решимости. — Сегодня, — объявила она, — я бегу марафон. И Лайри бежит со мной. Флаттершай, сидевшая на крыльце, подняла на неё спокойный взгляд. — Он не согласится. — Почему? — Рейнбоу нахмурилась. — Он же любит бегать. — Он любит бегать на короткие дистанции, — ответила Флаттершай. — Я объяснила ему, что такое марафон. И что на длинной дистанции он перегреется и не сможет продолжать. — И что он сказал? — Он сказал, — Флаттершай чуть улыбнулась, — что не хочет участвовать в гонке, где его заранее хотят унизить. Рейнбоу замерла. — Унизить? Я не хочу его унизить! Я хочу честно выиграть! — Он не видит разницы, — ответила Флаттершай. — Для него честная гонка — это когда оба бегут в полную силу на равной дистанции. А ты предлагаешь ему дистанцию, на которой он заведомо проиграет. Это не соревнование. Это ловушка. Рейнбоу открыла рот, потом закрыла. — Я… я не думала об этом. — Я знаю, — сказала Флаттершай. — Ты думала о победе. А он думает о справедливости. На поленнице Лайри приоткрыл один глаз, посмотрел на Рейнбоу, зевнул и снова закрыл. — Он не обижен, — сказала Флаттершай. — Он просто не видит смысла. Если ты хочешь с ним бегать — бегай на короткие дистанции. Там ты хотя бы видишь, где ты и где он. Рейнбоу постояла, потом села на траву рядом с поленницей и посмотрела на гепарда. — Ты прав, — сказала она тихо. — Я хотела выиграть любой ценой. Но это нечестно. Прости. Лайри не ответил. Но его ухо дрогнуло. — Я не буду просить тебя бежать марафон, — сказала она. — Но я хочу, чтобы мы снова побегали. Коротко. Честно. Как в первый раз. Лайри снисходительно взглянул на неё. — Кажется, он согласен, — сказала Флаттершай. Рейнбоу улыбнулась и посмотрела на поленницу, где Лайри лежал с прикрытыми глазами. — Значит — сейчас. — Сейчас? — удивилась Флаттершай. — Только что он отказался от марафона, и ты хочешь… — Он отказался от марафона, — перебила Рейнбоу. — Он не отказался бежать. Он сказал, что не хочет участвовать в гонке, где его унизят. А короткая дистанция — честная. Я хочу бежать. Сейчас. Она подошла к поленнице. — Эй, пятнистый. Я не буду просить тебя бежать марафон. Это нечестно. Но сегодня ты не занят, я не занята, солнце светит, и я хочу проверить, смогу ли я тебя обогнать хотя бы на короткой дистанции. Ты как? Лайри посмотрел на неё, потом на лужайку, потом снова на неё. Он медленно поднялся, потянулся, выгнув спину, и спрыгнул с поленницы. — Кажется, он согласен, — сказала Флаттершай с лёгкой улыбкой. — Отлично! — Рейнбоу отошла к стартовой линии, прижимая крылья к бокам. — Короткая. От яблони до забора и обратно. Как в первый раз. — На старт… — Флаттершай подняла крыло, и голос её окреп. — Внимание… Лайри присел, готовый к рывку. — Йей! Рейнбоу рванула с места, выкладываясь на полную. Она чувствовала, как ветер бьёт в морду, как земля летит из-под копыт. Лайри бежал рядом. Не впереди. Рядом. Он держался с ней наравне, не обгоняя, не отставая. Он просто бежал рядом, глядя на неё с тем же лёгким любопытством. Рейнбоу не верила своим глазам. Он мог обогнать её. Он обгонял её в прошлые разы. Но сейчас он бежал рядом. Как будто давал ей шанс. Как будто проверял — а сможет ли она? Она прибавила скорости. Он прибавил тоже. Она выложилась до предела. Он держался рядом. Они добежали до забора, развернулись и помчались обратно. Рейнбоу чувствовала, что ноги её начинают заплетаться, но она не сдавалась. Она бежала, пока не пересекла финишную черту. Лайри пересек её ровно на полкорпуса раньше. Рейнбоу рухнула на траву, тяжело дыша. — Я… почти… — она попыталась отдышаться. — Я почти… догнала его. — Он дал тебе фору, — сказала Флаттершай, подходя к ней. — Он мог обогнать тебя на старте, но он хотел, чтобы ты почувствовала, что можешь бежать с ним рядом. — Зачем? — Чтобы ты поняла, что проигрывать — это не стыдно, — ответила Флаттершай. — И что он не враг. Он просто партнёр по игре. Рейнбоу села, посмотрела на Лайри, который уже стоял у поленницы и облизывал лапу. — Ты… — она запнулась. — Ты специально дал мне шанс? Лайри посмотрел на неё, моргнул и запрыгнул на поленницу. — Он не скажет, — сказала Флаттершай. — Но я думаю, да. Рейнбоу улыбнулась. И впервые за эти дни она улыбнулась не с вызовом, а с чем-то тёплым. — Значит, он не просто быстрый, — сказала она. — Он ещё и честный. — Он гепард, — сказала Флаттершай. — Он делает то, что считает правильным. Рейнбоу встала, отряхнула гриву и подошла к поленнице. — Спасибо, — сказала она Лайри. — За то, что дал мне шанс. И за то, что не унизил. Лайри посмотрел на неё и улёгся удобнее. — Кажется, он принял твою благодарность, — сказала Флаттершай. — Кажется, да, — ответила Рейнбоу. Она отошла от поленницы и посмотрела на небо. — Завтра я снова приду, — сказала она. — И снова попытаюсь его обогнать. — Ты не обгонишь, — сказала Эпплджек, проходя мимо с корзиной яблок. — Знаю, — ответила Рейнбоу. — Но это не значит, что я не могу пытаться. Флаттершай смотрела ей вслед и думала о том, что иногда проигрывать — это тоже урок. И иногда самый важный урок — не победа, а понимание, что победа не всегда нужна.