Хищная проблема

Пегаска бегала за гепардом уже полчаса, и ноги и крылья начинали ныть от постоянного напряжения. Лайри носился по полю, как угорелый — то взметнётся вверх «свечой» за вспорхнувшей птицей, то припадет к земле, выслеживая кого-то в траве, то вдруг срывается с места и несётся по кругу, просто так, от избытка сил и радости жизни. Флаттершай едва успевала за ним, то и дело теряя из виду пятнистую тень среди высокой травы. — Лайри, пожалуйста, не надо! — крикнула она, когда гепард в очередной раз подпрыгнул, пытаясь достать пролетающую бабочку. — Ты распугаешь всех! Кот, разумеется, не слушал. Он был счастлив. Впервые за долгое время — может быть, впервые с тех пор, как свалился в этот непонятный зелёный мир, полный странных копытных и вкусно пахнущих нор — он чувствовал себя свободным. Трава под лапами, ветер в ушах, солнце на шкуре. Что ещё нужно для счастья? Из-под ближайшего куста с возмущённым писком выскочила какая-то мелкая зверушка, и Лайри немедленно рванул за ней, припадая к земле перед броском. — Нет! — Флаттершай спикировала вниз и врезалась в гепарда плечом за миг до того, как он прыгнул. — Это не еда! Это… ну, это чей-то друг! Наверное. Лайри покосился на неё с явным недоумением: «Ты серьёзно? Оно же маленькое, пушистое и бегает. Как это — не еда?» — Не еда, — твердо повторила Флатти, хотя внутри у неё всё дрожало. — Пожалуйста. Я потом тебе кабачок превращу. Большой. Очень вкусный. Зверушка тем временем юркнула обратно под куст и затаилась. Лайри вздохнул — тяжело, обречённо, как кот, которого лишили законной добычи — и побрёл дальше, то и дело оглядываясь на куст с явным сожалением. Флаттершай выдохнула. Твайлайт, наблюдавшая за этой сценой с безопасного расстояния, покачала головой. — У неё воистину селестийное терпение, — заметила она вслух. — Я бы уже десять раз заколдовала его бегать по кругу до изнеможения. — Зато он слушается её, — философски заметила подошедшая Эпплджек. Она, закончив утренние хлопоты, решила проводить гостей до фермы — благо, путь всё равно лежал мимо её полей. — Без слов, без команд, просто потому что она попросила. Это дорогого стоит. — Это стоит того, что я поседела за последние два дня, — буркнула Твайлайт, но беззлобно. Лайри тем временем обнаружил нору. Она была большая, глубокая, явно обитаемая — и пахла оттуда так аппетитно, что у гепарда слюнки потекли. Он сунулся в отверстие, пытаясь рассмотреть, что там внутри, но голова не пролезала дальше ушей. Тогда он запустил лапу — длинную, гибкую, с кривыми когтями, идеально приспособленными для того, чтобы выковыривать мелких зверьков из любых укрытий. Из норы донеслось возмущённое фырканье, а потом оттуда вылетел комок рыжей шерсти с полосатым хвостом и вцепился гепарду прямо в нос. — Мр-р-ря-у-у?! — Лайри подскочил на месте, мотая головой и пытаясь сбросить нападающего. Бурундук — а это был именно он, самый крупный и наглый бурундук во всей округе — держался мёртвой хваткой, вцепившись зубами в самый чувствительный орган кошачьей морды. Флаттершай ахнула и бросилась на помощь. Эпплджек заржала в голос. Твайлайт просто закрыла глаза ногой. — Я же говорила, — простонала она. — Я же говорила, что это плохая идея — выпускать его на волю без намордника. — Да он просто играет, — сквозь смех выдавила ЭйДжей. — И бурундук тоже играет. Видишь, не убегает. Бурундук и не думал убегать. Он, наоборот, перехватился поудобнее и теперь методично грыз кошачий нос, время от времени издавая победный писк. Лайри орал благим матом, пытаясь достать наглеца лапами, но тот ловко уворачивался, переползая с носа на лоб, со лба на ухо, с уха обратно на нос. Флаттершай наконец долетела и зависла в воздухе, не зная, с какой стороны подступиться. — Лайри, закрой глаза! — крикнула она. — И не двигайся! Гепард зажмурился, продолжая истошно вопить. Флатти схватила бурундука за шкирку — тот, к счастью, оказался не таким уж тяжёлым — и дёрнула что было сил. Бурундук отцепился, но вместе с собой выдрал из кошачьего носа изрядный клок шерсти. — Ай-яй-яй! — запричитала Флатти, пытаясь одновременно удержать извивающегося грызуна и погладить пострадавшего гепарда. — Больно? Ой, наверное, больно! Прости, малыш, прости! — Кто из них малыш? — уточнила подошедшая Твайлайт, с интересом разглядывая бурундука. Тот, почувствовав слабину, ловко вывернулся из копыт Флаттершай, шлёпнулся на землю и, показав всем присутствующим хвост, скрылся в норе. Из норы донёсся торжествующий писк. Лайри сидел на траве, хлюпая ободранным носом, и смотрел на дыру в земле с выражением глубочайшей кошачьей обиды. Его уши были прижаты, усы поникли, а из глаз буквально капали слёзы — то ли от боли, то ли от унижения. — Ну, — Эпплджек вытерла выступившие от смеха слёзы, — теперь он хоть знать будет, что не во все норы стоит соваться. — Он не виноват, — вступилась Флатти. — Он просто любопытный. И голодный. И вообще, это природа. — Природа у него, конечно, та ещё, — хмыкнула ЭйДжей. — Ладно, пошли. До фермы уже хвостом подать. Там хоть его нос лечить будем. — А чем лечат кошачьи носы? — озабоченно спросила Твайлайт, пристраиваясь рядом с обиженным гепардом и залечивая его рану просто магией. — Лаской, — коротко ответила Эпплджек. — И едой. Много еды. Лайри, услышав знакомое слово, навострил уши. — Еда, — повторила Флатти ласково. — Скоро будем есть. Большой вкусный кабачок. Хочешь? Гепард подумал, потом тряхнул головой, отбрасывая унижение, и потрусил дальше, то и дело косясь на злополучную нору. На всякий случай — вдруг оттуда снова выскочит этот полосатый ужас. Бурундук, сидя в темноте, довольно чистил усы и гордился тем, что сегодня он одержал великую победу над силами зла. Хищник повержен, нора спасена, можно спать спокойно. И принялся утеплять лежку добытой в честном бою шерстью с вражеского носа. — Знаешь, — задумчиво сказала Твайлайт, когда они отошли подальше, — а ведь он мог бы его убить. Одним ударом. Даже не заметить. — Мог бы, — согласилась Эпплджек. — Но не убил. И даже не пытался, по сути. Просто хотел поиграть. — Бурундук этого не оценил. — Бурундук — это бурундук. У него своя правда. — ЭйДжей поправила шляпу. — А кот… кот учится. Потихоньку. С Флатти он другой, чем был в первый день. Ты видела? — Видела. — Твайлайт кивнула. — Он её слушается. Не всегда понимает, но слушается. — Это главное. — Эпплджек улыбнулась. — Остальное приложится. Впереди уже виднелись знакомые очертания фермы «Сладкое яблоко». Лайри, забыв про обиды, припустил вперёд, обгоняя поней, и вскоре пристально обследовал столбы ворот, ища «метки» хозяев. Вайнона, выскочившая из конуры, залилась лаем. Где-то в доме хлопнула дверь, и послышался возмущённый старческий голос. — Ну вот, — философски заметила Эпплджек. — Добро пожаловать на ферму. У нас весело.