нить судьбы

Когда Найтмер уходил из замка, никто не удивлялся. Он мог исчезнуть на день, на три, иногда на неделю. Никто не спрашивал, куда именно. Никто не ждал объяснений — это было частью того, как Найтмер существовал в пространстве: появлялся и исчезал, как что-то погодное. Но была одна закономерность. Каждый раз перед уходом он на секунду задерживал взгляд на Хорроре. И каждый раз говорил одно и то же. — Присмотри здесь. Хоррор коротко кивал. — Хорошо. Для остальных это звучало почти как ничего — пара слов, обычная просьба. Но Хоррор воспринимал её иначе. Если Найтмер оставлял замок ему — значит, доверял. Этого было достаточно. Лишних слов не требовалось.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

На следующее утро замок проснулся без своего хозяина. Зато проснулся Киллер. И уже через пять минут Хоррор услышал характерный грохот из коридора. — Не бегай. — Почему? — Потому что ты уже снёс одну вазу. Киллер посмотрел на осколки с видом монстра, который искренне удивлён происходящим. — Она сама. — Конечно. — Честное слово. Хоррор молча протянул ему веник. — Убирай. — Это эксплуатация. — Это последствия. Даст, проходивший мимо, хмыкнул, не замедляясь. — Заслужил. — Предатели, — с чувством произнёс Киллер.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Следующей проблемой оказался склад. Хоррор открыл дверь, осмотрел полки — мешки с мукой, консервы, специи, несколько ящиков овощей — и записал, чего осталось мало. Тяжело вздохнул. Киллер снова ел сладкое быстрее, чем кто-либо успевал пополнять запасы. Это было так же неизбежно, как рассвет, только менее полезно. После обеда Хоррор нашёл Эррора — тот сидел на балке под потолком, лениво перебирая голубые нити, с видом существа, у которого нет никаких обязательств перед миром. — Не забудь. — Что? — Ты обещал починить дверь. — Я обещал «подумать» о том, чтобы починить дверь. — Ты обещал. Эррор скривился с таким выражением, будто его попросили сделать что-то глубоко оскорбительное. — Ты становишься похожим на Найтмера. — Нет. — Да. Уже командуешь. — Дверь всё равно чинить тебе, — сказал Хоррор. — Я просто напоминаю. Эррор пробурчал что-то невнятное и отвернулся. Но к вечеру дверь действительно была на месте.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

На третий день Кросс молча пришёл на кухню. Без слов взял ведро. Ушёл. Вернулся через полчаса с водой. — Спасибо. — Не за что. — Ты сам догадался? Кросс пожал плечами. — Кто-то должен был. Хоррор кивнул. Больше говорить не понадобилось — именно это в Кроссе было удобно: он умел понимать без длинных объяснений и не ждал признательности за очевидное.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Вечерами Хоррор обходил весь замок. Закрывал окна. Проверял склады. Тушил свечи, забытые Киллером в самых неожиданных местах — однажды нашёл одну на подоконнике прямо под занавеской, что было уже отдельным достижением. Собирал разбросанное оружие. Следил, чтобы никто не затеял драку, которая закончится обрушением очередной стены. Пару раз приходилось буквально разнимать Даста и Киллера. — Отпусти его. — Он первый начал. — Потому что ты опять назвал меня Разноглазым Шизофренником! — Но так и есть! — ХОРРОР! – крикнули они хором. — Драться будете на улице, — сказал Хоррор. Оба замолчали. Посмотрели на него. Переглянулись. — Ладно. И разошлись. Хоррор проводил их взглядом. Иногда ему казалось, что он работает воспитателем. Очень плохо оплачиваемым воспитателем в очень специфическом учреждении.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

На четвёртый день он снова готовил ужин. Большая кастрюля тихо булькала. Запах специй медленно расходился по кухне — один из немногих запахов в замке, который не вызывал никаких неприятных ассоциаций. Киллер первым заглянул в проём двери. — Уже готово? — Нет. — А теперь? — Нет. — А сейчас? Хоррор без слов хлопнул его деревянной ложкой по лбу. Не сильно — скорее символически, в воспитательных целях. — Ай! — Жди. — Жестокий. — Терпи. Даст, сидевший за столом с кружкой, усмехнулся. — Заслужил. — Все вокруг токсичные, — пожаловался Киллер, потирая лоб с видом глубоко обиженного существа. Хоррор вернулся к кастрюле. Не улыбнулся. Почти.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Так прошла почти неделя. Замок стоял. Никто не умер. Киллер сломал всего два стула — что, по любым меркам, было результатом выдающимся. Эррор починил дверь. Кросс добровольно брался за тяжёлую работу, не дожидаясь, пока его попросят. Даже Даст несколько раз молча убрал за собой оружие без напоминаний. Хоррор этого не комментировал. Но замечал. Он вообще многое замечал — просто предпочитал не говорить об этом вслух. Слова имеют привычку делать вещи неловкими, которые сами по себе вполне понятны.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Последняя ночь перед возвращением Найтмера выдалась необычно тихой. Даже Киллер, похоже, наконец выдохся. В коридорах не раздавалось привычного топота. Не хлопали двери. Не было криков Эррора, спорящего с Монохромным, или Даста, ворчащего на весь замок. Хоррор закончил обход позже обычного. Остановился у высокого окна. За стеклом стояло огромное древо. В темноте казалось, что древо самостоятельно колыхнулось, словно в мире Найтмера был ветер. Замок тихо поскрипывал. Старые стены всегда разговаривали по ночам. Он привык. Медленно пройдя по коридору, Хоррор машинально поправил перекосившийся ковёр. Потом поднял перевёрнутый табурет. Закрыл дверь, которую кто-то снова оставил открытой. Ничего важного. Просто мелочи. Но именно из таких мелочей и складывался порядок. Когда он проходил мимо комнаты Киллера, из-за двери донеслось сонное бормотание. — ...не трогайте... это мои пончики... Хоррор остановился. Несколько секунд молча слушал. Потом тихо покачал головой. — Конечно, твои. И пошёл дальше. В соседнем крыле дверь оказалась приоткрыта. Хоррор заглянул внутрь. Кросс сидел у окна и не спал, а вот его дружок, Чара, левитировал и спал в воздухе. Кросс просто смотрел в темноту. — Не отдыхаешь? — Не хочется. Хоррор молча вошёл. Несколько секунд они просто стояли рядом. Без необходимости что-либо говорить. — Завтра он вернётся. Кросс коротко кивнул. — Думаю, да. — Замок спокойно пережил неделю. — Потому что ты не дал ему развалиться. Хоррор хмыкнул. — Не преувеличивай. — Не преувеличиваю. Ответ прозвучал настолько спокойно, что спорить оказалось бессмысленно. Кросс редко говорил подобные вещи. А если говорил — значит, действительно так считал. Через минуту Хоррор молча вышел. Он не любил долгие разговоры. Но почему-то после этих нескольких слов идти стало легче.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Когда Хоррор уже собирался уходить спать, сверху вдруг послышался подозрительный скрип. Он поднял взгляд. Несколько секунд было тихо. Потом с потолка свесилась вверх ногами знакомая белая голова. — Не спишь? — Нет. — Я тоже. — Вижу. Киллер широко улыбнулся. — Мне приснилось, что Найтмер вернулся и заставил меня чинить мебель. Хоррор посмотрел на него долгим взглядом. — Это был не сон. Улыбка Киллера медленно исчезла. — ...Что? — Два стула. — Это была самооборона. — От кого? — От физики! Хоррор впервые за весь день тихо фыркнул. Киллер удивлённо замер. — Ты сейчас... смеялся? — Нет. — Смеялся. — Нет. — Я расскажу всем. — Тогда я расскажу про шоколад. Киллер трагически закрыл лицо ладонями. — Почему ты всегда побеждаешь? Хоррор пожал плечами. — Потому что запоминаю всё, – соврал он. — Это нечестная способность. — Зато полезная. Киллер ещё немного повисел вниз головой, после чего тяжело вздохнул и исчез обратно под потолком. Через несколько секунд сверху донеслось уже совсем сонное: — Спокойной ночи, Хоррор... Хоррор задержался у двери. И почти неслышно ответил: — Спокойной. Замок снова погрузился в тишину. До возвращения Найтмера оставалось всего несколько часов. Именно этой ночью Хоррор окончательно понял, что перестал воспринимать замок как просто место, где они живут. Незаметно для самого себя он начал считать его домом. И именно поэтому каждую ночь проверял двери, окна, огонь в очагах и даже кружки на кухонном столе — не потому, что кто-то приказал, а потому, что хотел, чтобы утром всё встретило остальных таким, каким и должно быть. На следующий вечер Найтмер увидит это сразу, хотя Хоррор, как обычно, не скажет об этом ни слова.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Утро наступило медленно. Не потому, что солнце здесь светило иначе. Его почти никогда не было видно за тяжёлыми тучами, нависавшими над владениями Найтмера. Просто в такие дни даже время словно двигалось осторожнее. Хоррор проснулся раньше остальных. Это уже давно стало привычкой. Он молча прошёл на кухню, поставил на огонь большую кастрюлю и занялся завтраком. Пока вода нагревалась, успел ещё раз проверить список запасов, переписать несколько заметок в блокнот и вычеркнуть то, что уже успели сделать за неделю. Когда запах горячей еды начал расходиться по замку, первым, как и ожидалось, появился Киллер. Он вошёл, сонно зевая, с растрёпанным шарфом и совершенно серьёзным выражением лица. — Мне приснилось, что ты приготовил блины. Хоррор даже не обернулся. — Нет. — Очень жаль. Киллер заглянул в кастрюлю. — А если представить, что это блины? — Тогда представь, что ты уже их съел. — Ты ужасно скучный. — Поэтому кухня до сих пор стоит. Киллер тяжело вздохнул так, словно именно ему приходилось нести на плечах судьбу всего мира. Через несколько минут подтянулся Даст. Не говоря ни слова, он налил себе кружку чая, сел за стол и молча наблюдал, как Киллер безуспешно пытается украсть кусок хлеба раньше остальных. Получив деревянной ложкой по пальцам, тот возмущённо уставился на Хоррора. — За что?! — За попытку. — Но я ещё ничего не сделал! — Именно поэтому удар был предупредительным. Даст тихо фыркнул. — Учится. — Кто? – не понял его Хоррор. — Ты. — У кого? — У Найтмера. Хоррор ничего не ответил. Наверное, со стороны это действительно выглядело похоже. Но он не отдавал приказы. Он просто не позволял всему окончательно превратиться в хаос.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Найтмер вернулся поздно вечером. Как всегда — тихо, так, что большинство не услышало. Хоррор встретил его в главном зале. — Всё спокойно? — Более-менее. — Потери? — Два стула. Найтмер едва заметно приподнял бровь. — Всего? — Киллер старался. — Верю. Хоррор протянул ему блокнот. Найтмер листал молча — короткие, аккуратные записи, без единой лишней строки. Заканчивается мука, сахар, чай. Эррор починил восточную дверь. Западное крыло лучше пока не трогать — Киллер решил проверить, выдержат ли перила его вес. Не выдержали. Всё, что нужно знать. Ничего больше. — Хорошо поработал. Три слова. Для кого-то — обычная похвала. Для Найтмера — почти целая речь. Хоррор кивнул. — Спасибо. Он уже собирался уйти, когда Найтмер добавил: — Я не случайно оставляю замок на тебя. Хоррор остановился. — Знаю. — Нет, — сказал Найтмер спокойно. — Думаю, не знаешь. Он закрыл блокнот. — Киллер умеет сражаться. Даст умеет выживать. Кросс умеет выполнять приказы. Эррор умеет защищать замок. — Пауза. — Но только ты следишь за тем, чтобы здесь продолжали жить. Не существовать. Именно жить. В зале стало тихо — настолько, что было слышно потрескивание факелов. Хоррор не сразу нашёлся с ответом. Потому что никогда не думал об этом именно так. Он просто делал то, что считал нужным: готовил, чинил, следил, напоминал, убирал. Не потому что его просили. А потому что если этого не делать, замок очень быстро перестанет быть чем-то большим, чем просто крепостью. Оказывается, Найтмер это видел. Найтмер проходя мимо на секунду положил руку ему на плечо. Короткий жест, почти незаметный — но осознанный. — Я не зря назначил тебя правой рукой. Спасибо. И ушёл. Хоррор ещё долго стоял посреди пустого зала. Думал о том, что «следить, чтобы здесь продолжали жить» — это, наверное, именно то, чем он занимался. Не только здесь. Всегда, в той или иной мере. В Сноудине — тоже. По-другому, при других обстоятельствах, но суть была та же: держать что-то вместе, пока всё вокруг пытается разойтись по швам. Он не знал, хорошо это или просто привычка. Но подумал, что, наверное, разница не так важна, если результат один и тот же. Откуда-то сверху уже доносился голос Киллера: — Хорро-о-ор! Босс вернулся? Можно мне проверить люстру на прочность?! Хоррор медленно прикрыл глазницы, делая глубокий вдох. — Нет. — А подоконник? — Нет. — Одиночный прыжок со шкафа? Чисто эксперимента ради? Он позволил себе настоящую улыбку. Тихую, тёплую, спрятанную от чужих глаз.. Тишина продлилась недолго. — Я ВСЁ СЛЫШАЛ! — громкий шёпот раздался прямо сверху, и Хоррор повернул голову на звук. Это был Киллер, который без раздумий спрыгнул с лестницы и прижал Ужаса за плечи. — ОН НАЗВАЛ ТЕБЯ ВАЖНЫМ! — Если ты сейчас же не убирëшь руки, я расскажу Найту, что это именно ты съел его стратегический запас шоколада под половицей. Киллер мгновенно убрал руки, отряхивая пыль с плеч. — Это была вынужденная мера! У меня был низкий уровень сахара на фоне стресса! И вообще, почему сразу «съел»? Я дегустировал. По кусочку. Каждый день. — Дегустация целой плитки за раз называется иначе, — ровно заметил Хоррор. — Например, кражей со взломом эмали. Из коридора донёсся тихий смешок. На пороге кухни появился Эррор, вытирая руки промасленной тряпкой. Он выглядел подозрительно довольным для того, кто только что закончил чинить дверь. — А знаешь, Киллер, — лениво протянул он, опираясь спиной о стену. — В этом есть определённая ирония. Самый нестабильный монстр во всех таймлайнах оказался единственным взрослым в комнате. — Не называй меня так, — привычно огрызнулся Хоррор. — Но тебе идёт роль надзирателя, — оскалился Эррор. — Особенно когда ты бьёшь Киллера ложкой по голове. Очень педагогично. Почти как удар линейкой по рукам в старой школе. — Ты просто завидуешь, что тебя никто не воспитывает, — парировал Хоррор. — Потому что тебе некого здесь бояться – одни ошибки вокруг и ни одной души, которая смогла бы тебя остановить. Эррор театрально прижал руку к груди, изображая смертельную обиду, но спорить не стал. Вместо этого он кивнул в сторону лестницы и хмыкнул. Замок снова шумел.

Значит, всё было на своих местах.