Часть 1
7 июня 2023 г., 20:56
Маленький мальчик одиннадцати лет потерянно оглядывался, с сомнением то и дело проверяя билет. Указанная платформа была странной — разве существуют такие? И спросить он пытался, только вот люди лишь отмахивались, считали это шуткой.
Гарри вздохнул, уже собираясь вернуться назад, но тут он услышал весёлый женский голос, поторапливающий детей.
— Быстрее, мальчики, Хогвартс-экспресс совсем скоро отправится! Фред, Джордж, хватит уже быть такими несерьёзными, ну в самом деле… — женщина сокрушённо всплеснула руками и остановилась у одной из колонн. Поттер наблюдал на расстоянии, не решаясь приблизиться. Ему показалось, что эта семья могла помочь найти нужную платформу. Когда несколько мальчишек пробежали со своими тележками сквозь стену (прямо через неё!), Гарри понял, что не ошибся. Он сглотнул и, дождавшись, пока пройдёт последний рыжий парень, сделал несмелый шаг в своё будущее.
Вокруг звучали голоса детей, взрослых, совсем рядом раздался гудок экспресса. Затаив дыхание, мальчик остановился и начал оглядываться, чтобы найти в цветастой толпе знакомое лицо, хотя бы одно. Ему стало до жути неудобно, внутренности скрутило от страха неизвестности. Он не знал, что делать, куда идти. Сердце сжалось.
Вдруг тёплая ладонь легла на плечо — Поттер развернулся и выдохнул. Наконец-то.
— Ты в порядке, малыш? Выглядишь потерянным. Я же говорил, что найду тебя, — Сириус добродушно улыбнулся, протягивая крестнику клетку с Буклей. Гарри расплылся в улыбке, когда его волосы растрепали привычным движением. Поправив очки, сползшие с переносицы, мальчик порывисто обнял мужчину, цепляясь за ощущение тепла, заботы и спокойствия. С детства Поттер уже считал Блэка своим отцом, который действительно старался изо всех сил позволить воспринимать себя таковым, хотя его глаза становились тусклыми, едва Гарри заводил разговор о случившемся с родителями. Нет, Сириус не скрывал ничего, не врал, чтобы было легче, но он сам никогда не поднимал эту болезненную тему. И со временем Гарри перестал его мучить крутящимися в голове вопросами. Всё же, едва ли его детскому разуму под силу понять и принять всю правду. Люпин сказал именно так, в очередной раз с болью наблюдая за их разговором. Он часто навещал Поттера и Блэка, стал родным для Мальчика-Который-Выжил. И поэтому его слова имели такой же вес, как и слова Сириуса. С тех пор Гарри, вместо того, чтобы печалить опекунов, записывал свои вопросы в старый потрёпанный дневник — вещь, найденную в пыльном шкафу на Гриммо. Это место стало для него домом.
— Гарри, тебе пора. Я буду писать тебе время от времени, будь осторожен и… — присев напротив крестника, Блэк загадочно сверкнул глазами, в которых плясало веселье, нежность. И немного тоски. Что бы он не говорил, отпускать мальчика было сложно. — Заведи друзей, хорошо? Ты со всем справишься.
Тихо шмыгнув носом, Поттер порывисто кивнул и вновь обнял, прежде чем поднять голову и ответить.
— Конечно. А Лунатик?.. — вдруг печально спросил Гарри, с тусклой надеждой поглядывая за плечо мужчины. Тот качнул головой, и мальчик понимающе кивнул.
— У него много работы, малыш. Мы увидимся на Рождество, не переживай. А теперь иди, — кивнув в сторону поезда, уже готовящегося тронуться с минуты на минуту. Поттер улыбнулся и сделал шаг в сторону вагона. Он махнул рукой крёстному, забираясь внутрь. Чувства, которые он испытывал, были неоднозначными и мешались в комок, а разбирать их ему не хотелось. Тихо вздохнув, Гарри принялся идти вдоль купе в поисках свободного и в итоге нашёл такое в конце вагона, тут же занимая место и поглядывая в окно, глазами пытаясь найти Блэка. От такой длительной разлуки становилось тоскливо на душе, но он понимал, что впереди — чудесная школа и много нового, потрясающего, несомненно интересного. Улыбнувшись Сириусу через стекло, Поттер пообещал сам себе, что не станет грустить слишком много. В конце концов, они на каникулах увидятся.
Когда тронулся Хогвартс-экспресс, мальчик прислонился лбом к стеклу, погружаясь в мысли о школе, которая должна была быть очень большой и, непременно, магической. Он станет настоящим волшебником! Прямо как родители, Люпин и Сириус. Это было его мечтой.
Поттер прикрыл глаза, всё ещё мягко улыбаясь, вслушался в мерный стук колёс о рельсы. Где-то звучал голос девочки, которая искала жабу, помогая другу; смех детей доходил до Гарри даже через закрытые двери купе. Ему не было страшно больше, не появилось желания вернуться, ведь, по сути, дороги назад уже нет — с тех пор, как он ступил в вагон. Теперь ему нужно учиться пользоваться магией, чтобы стать достойным волшебником и работать потом вместе с Сириусом, прикрывать его на опасных заданиях.
Достав из кармана волшебную палочку, Поттер нежно провёл по ней пальцами, положил на небольшой столик собственные очки и шёпотом произнёс: «Вингардиум Левиоса». Это было единственным заклинанием, которое он смог выучить после множества проб и ошибок. Блэк помогал освоить его, и теперь Гарри с довольными искорками в глазах смотрел, как предмет медленно плывёт по воздуху.
Дверь резко распахнулась, и внутрь шагнул незнакомец, шипя что-то себе под нос. Поттер испуганно обернулся, а потом едва не разбил очки, умудрившись вовремя поймать их и надеть. При рассмотрении, вошедшим оказался мальчик его возраста, серые глаза с каким-то удивлением смотрели на Гарри, словно тот ожидал увидеть кого-то другого. Светлые волосы пшеничного цвета светились в лучах солнца, а бледная кожа казалась фарфоровой и холодной. Сглотнув, Поттер хотел было что-нибудь сказать, но ему не дали: в купе забежала запыхавшаяся девочка, тут же подала голос.
— Я уже нашла их, идём, Драко. Они через две двери отсюда, как оказалось, — она блеснула недовольно глазами на Гарри, который, впрочем, даже не заметил этого, увлечённый разглядыванием очаровательного ангела. Его сердце почему-то забилось быстрее от вида, как тонкие губы искажала ухмылка. Тот обвёл Поттера взглядом, затем вышел, завёл диалог с Панси Паркинсон.
— Могла бы найти и побыстрее. Какого чёрта они вообще без меня ушли? Идиоты.
А Гарри так и стоял, моргая время от времени, не понимая, какой шанс упустил. Его так обескуражило появление Драко, что он не сумел сориентироваться и представиться, как минимум. Или даже подружиться.
Мальчик сел на сиденье и посмотрел в окно на сгущающиеся краски неба. Солнце медленно заходило за горизонт, а они постепенно приближались к Хогвартсу, к месту, в котором Гарри Поттер будет обучаться искусству волшебства целых семь лет. И он был готов.
***
Высокое величественное здание было вправду прекрасно, башни, из которых лился свет, привлекали внимание, а шум воды за пределами лодки проникал в голову тихим, незамысловатым пением. Мальчик с восторженным вздохом жадно рассматривал очертания Хогвартса в темноте. Его глаза блестели восторгом, интересом, юный волшебник уже ощущал эту невероятную атмосферу. Почему-то он подумал, что там, под сводами башен, найдёт что-то ценное, помимо знаний. Уже на лестнице в здании школы толпа первокурсников, шепчущихся о Мальчике-Который-Выжил, тем самым заставляя Гарри чувствовать себя неловко, остановилась напротив дверей в Большой зал. Поттер прошёл к перилам, с удивлением посмотрел на портреты на стенах. Его удивляло то, что те двигались и даже говорили, некоторые пели, они были непохожи на жуткий портрет в доме Блэков. Вдруг мальчика окликнули, и он обернулся, натыкаясь на Драко, того самого, который по ошибке зашёл в его купе. — Гарри Поттер, прямо из легенды? Я Драко Малфой, — он протянул ладонь и вздёрнул бровь с гордым видом. — Думаю, мы могли бы подружиться, что скажешь, Золотой мальчик? — едкая ухмылка на ангельском лице выглядела завораживающей. Поттер невольно задержал дыхание и потерялся в собственных мыслях, в его голове не было идеи, как ответить словами на это. Но он был рад, чертовски рад, первому другу. Протянув ладонь и сжав ею чужую, оказавшуюся мягкой на ощупь, Гарри кивнул и, не сдержавшись, улыбнулся: — Я тоже так думаю. Малфой почему-то изменился в лице, словно бы не ожидал такого ответа, но мгновенно взял себя в руки и самодовольно кивнул. Его выражение лица было забавным, поэтому Поттер тихо хмыкнул. Драко не успел ничего сказать больше, так как раздался стальной голос. Перед ними появилась женщина средних лет, она начала рассказывать им о факультетах и том, что произойдёт, когда они войдут внутрь. Едва двери открылись, десятки детей стройным рядом прошли в зал, ловя на себе весёлые взгляды старшекурсников. Поттер сглотнул, у него перехватывало дух от потрясающего звёздного потолка. Зелёные глаза зацепились за блондина, который шёл впереди Гарри, что-то рассказывая о заклинаниях. Мальчик застыл вместе со всеми, но его взгляд был прикован к Драко. Когда имя того огласила Макгонагалл, Малфой с гордой ухмылкой прошёл к табурету и сел, ожидая решения Шляпы. Та, впрочем, почти не думала над этим. — Слизерин! Под громкие аплодисменты первокурсник прошёл к столу своего факультета, где его уже встретили Крэбб и Гойл. Глаза цвета грозовых облаков немедленно нашли растрёпанную макушку среди оставшихся детей. Он не переживал, но было бы досадно, если бы Мальчика-Который-Выжил определили, скажем, на Гриффиндор или же Пуффендуй. Особенно после своей речи, Малфой хотел бы видеть его рядом. И это желание не было связано со словами отца, это исходило больше от него самого, от детского сердца. Он был рад новому другу. В этом было что-то чарующее. — Гарри Поттер, — громогласно произнесла Минерва. В зале повисла тишина. Гарри с нетерпением поднялся по ступеням и сел, сжимая кулаки и скрывая дрожь. Шляпа начала бормотать, вслух решая, куда отправить мальчика. — Слизерин. Прошу, — тихо прошептал Поттер, зажмурившись. — Что-что? Вы уверены? Гриффиндор также может дать Вам раскрыть свой потенциал. К тому же… — Пожалуйста, на Слизерин, — перебил тихо, жмурясь с напряжением. Ему безумно хотелось туда, где был его единственный друг. Находиться за столом с незнакомцами — испытание, но он был готов на такое, если среди толпы будет хоть один знакомый человек. К тому же, его сердце быстро билось от мысли, что он сможет учиться вместе с Драко. Это необъяснимое желание жгло грудь, и Гарри даже не думал заглушать его. Казалось, что в этом нет ничего плохого и странного. — Хорошо, пусть будет так. Слизерин! — громко провозгласила Шляпа, на что толпа учеников отозвалась аплодисментами. Особенно были рады, как ни странно, слизеринцы. Поттер с улыбкой прошёл к своему столу, усаживаясь с краю, получая несколько кивков от старшекурсников, явно довольных появлением знаменитости в их кругах. Некоторые же, напротив, кривились с недовольством, но мальчик не мог понять этого, да и не желал. Его интересовало мнение только одного за этим столом — тот сидел напротив, растягивая губы в ухмылке, не такой едкой, как раньше, скорее даже весёлой. Гарри хотел начать разговор, но не мог подобрать нужных слов, поэтому они молча смотрели друг на друга, словно изучали, а потом раздался голос директора. Дамблдор произнёс свою речь, напомнив о запретах и правилах, после чего настало время долгожданного ужина. Потрясённый появлением разнообразных блюд на столе, Поттер осознал, что был действительно голоден. Он съел, казалось, весь стол, хотя по сути лишь несколько кусочков тыквенного пирога, который любил есть по праздникам дома. С ним неожиданно завела диалог девочка, которая также была с Драко в поезде при их первой встрече. Панси задавала вопросы о питомце, палочке, она сама много всего рассказала о себе, шутила, хотя иногда Гарри лишь моргал, не понимая, что может быть смешного в той или иной ситуации. Ему впервые приходилось общаться со стольким количеством сверстников — за Паркинсон к разговору присоединились другие первокурсники, желая узнать о Гарри немного больше. Но, он мог поклясться, это было вызвано их интересом к появлению шрама на лбу. Вопросы иногда были прямо-таки наводящими, из-за чего Поттер хмурился и предпочитал переводить тему. Вспоминать об этом с чужими людьми было слишком неудобно. Мальчик то и дело поглядывал на Драко, который пил сок и разговаривал с Крэббом, хотя это больше походило на монолог. Временами Гарри так засматривался, что не замечал, когда с ним говорили. Так прошёл его первый вечер в Хогвартсе.***
7 лет спустя
С утра в коридорах Хогвартса было людно, прямо-таки не протиснуться по дороге к нужному кабинету. Гарри испытал это на своей шкуре, когда, опаздывая, спешил к лестнице, чтобы спуститься в подземелья на Зельеварение. У него было несколько минут на это. Врезавшись в одного из учеников, Поттер узнал в нём гриффиндорца, тут же бросив сухое «извини» и поспешив вниз. К собственному счастью, он, запыхавшийся и растрёпанный, успел занять место как раз к самому началу урока. Снейп через минуту вошёл в класс, как обычно недовольно хмуря брови. Но, надо признать, иногда он был в худшем настроении. — Итак, сегодня вашим заданием будет подготовка ингредиентов к приготовлению Бодроперцового зелья. Кто мне расскажет, что в них входит? — он оглядел класс придирчиво, словно выбирал, кого отравить первым. Поттер провёл по лицу ладонью, прогоняя остатки сна, надеясь, что на него не падёт недовольство Северуса с самого утра. И, возможно, именно эта мысль нагнала на него проклятие. — Мистер Поттер, будьте так любезны, — с явным сарказмом бросил профессор. Парень прочистил горло и заговорил: — Рог двурога, корень мандрагоры… — начал было он, запнулся и замолчал. В его голове перемешались рецепты зелий, и найти среди них нужное оказалось сложнее. Снейп надломил брови и процедил слова так, что у Гарри мурашки пробежали по спине. — Чудесный ответ, мистер Поттер, даже учитывая, что Вы забыли про огненные семена, тимьян и саламандровую кровь. К следующему уроку жду от Вас подробное эссе о свойствах каждого из перечисленных ингредиентов, — твёрдо заявил мужчина, пройдя между рядами, покосившись на ученика. Гарри отчаянно вздохнул. — Да, профессор. — Итак, начнём с изучения процесса… Пока Снейп рассказывал о том, почему нельзя мешать веточки тимьяна против часовой стрелки, Поттер положил голову на стол, чтобы привести мысли в какой-никакой порядок. Чьи-то пальцы задели его рёбра, привлекая внимание к соседу. Драко встретился с ним взглядом, после чего насмешливо хмыкнул, протянув кусочек пергамента. Парень взял его и вгляделся в ровные строки, тут же хмурясь. «Гениальный ответ, Поттер». Прикусив губу, Гарри взял перо и черканул поспешно ответ: «С утра голова не варит, как старый котел профессора, уж прости. Спасибо, что разбудил, кстати». Нотки обиды можно было увидеть и в его глазах, только вот едва ли Малфой начал бы распинаться в извинениях, не в его стиле. «Твои проблемы, я будил. Кто-то просто не может лечь пораньше, предпочитая тренироваться в заклинаниях. Из-за тебя, между прочим, я тоже не высыпаюсь». Золотой мальчик сжал губы, не зная, что сказать. Драко был чертовски прав, но отступать было просто неприятно. Тем не менее, Гарри выдохнул и взялся конспектировать слова Северуса, признавая поражение. Он услышал шёпот Малфоя через какое-то время. Ухо обожгло, из-за чего Поттер вздрогнул и покраснел. — У нас скоро Квиддич, ты ведь постараешься? — его тон был таким странным, что Гарри не узнал друга. Его вопросительный взгляд лёг на лицо, исследуя на наличие чего-нибудь, указывающего на то, что это на самом деле кто-то под действием оборотного зелья. — Какого числа у меня день рождения? — напряжённо спросил невпопад парень, удивляя собеседника. Тот отвёл глаза, а потом ответил. — Эм, тридцатого? Поттер облегчённо выдохнул — Драко никак не мог запомнить дату, и что-то в этом казалось забавным. Он улыбнулся и коснулся очков, поправляя. — Значит, настоящий, — вынес вердикт и усмехнулся сам себе. — Естественно, я выложусь на полную ради победы Слизерина. «И чтобы ты поздравил меня потом», — мысленно продолжил Гарри, чувствуя лёгкое смущение от подобных мыслей. Они часто его посещали в последний год, иногда были даже слишком… личные. Драко убьёт его, если узнает хоть одну такую, а жить пока хотелось. — Отлично. Не продуй, Потти, — бросил он и вернулся к записям. Возможно, Поттер бредил, но ему показалось, что Малфой подмигнул ему. Нет, это наверняка была галлюцинация. По голове неожиданно ударили книгой. — Внимательнее, мистер Поттер. — Да, профессор, — вновь ответил Золотой мальчик и начал писать вслед за однокурсниками. Его лёгкая глупая улыбка, к счастью, осталась незамеченной. По расписанию следом за Зельеварением шли Прорицания, совмещённые с факультетом Гриффиндора. Гарри собрал вещи и, закинув лениво сумку на плечо, проследовал за Драко к выходу из подземелий. Он зевнул, оттого и не заметил, как друг остановился, и врезался в спину. — Ой, в чём дело? — взглянул через плечо Поттер. Его лицо вмиг посуровело от вида шедших рядом с ними гриффиндорцев — у тех явно была только что Травология. Перед Малфоем стоял Рон Уизли, с ярким презрением обводя взглядом слизеринцев. Он выплюнул нечто оскорбительное, но из-за гомона Гарри не расслышал, в отличие от Драко, который сжал палочку в кармане мантии и стиснул зубы в оскале. — Повторишь ещё раз, Уизел? — ядовито выплюнул он. Рон шагнул ближе и открыл рот. — Самовлюблённый отпрыск, — после процеженных сквозь зубы слов Малфой сделал шаг вперёд, явно намереваясь отплатить остротой. — От таракана слышу. Гарри положил ему на плечо руку, предупреждающе сверкнул глазами с затаённой в них злобой. Он нахмурился, отчего лицо стало выглядеть сурово — Рон вздрогнул и отступил, растеряв былую уверенность. Гермиона подошла к нему, попыталась успокоить и убедить, что не стоило идти на конфликт на ровном месте, но её не слушали. — Драко, идём, — шепнул на ухо Поттер, замешкавшись, взял за руку и потянул к лестнице наверх. Тот, всё ещё хмурясь, последовал за другом. Серые глаза задумчиво скользили по сцепленным рукам к чужой спине, к растрёпанным волосам. Неожиданно ухмылка на лице стала больше похоже на улыбку, но парень постарался это скрыть. — Будем гадать на будущее? — уже на пороге кабинета странной преподавательницы поинтересовался Драко, слабо высвобождая руку из захвата. Поттер, покраснев от неловкости, начал ерошить собственные волосы, занимая место рядом с Малфоем. — Почему бы и нет, это довольно интересно. Иногда, — скривившись, он припомнил, как ему пророчили страдания буквально на прошлом занятии. Да и Гарри не особо хорошо умел читать предсказания, хотя друг в этом заметно преуспел. — Иногда, — издевательски хмыкнули в ответ. Поттер откинулся на спинку стула и растянул губы в нежной улыбке, на которую Малфой привычно отреагировал — замер, а потом отвёл глаза на мгновение, будто смутился, но тут же вновь посмотрел на собеседника. — Ты полный ноль в прорицаниях, Поттер. Тебе было бы лучше заняться чем-то попроще, например, уходом за животными. Гарри качнул головой и наклонился ближе к другу, загадочно прикрыв глаза, будто собираясь вспомнить что-то. — Ну уж нет, тогда я не смогу быть рядом с тобой, — он изменился в лице, вновь улыбаясь во все тридцать два, как будто за этой улыбкой старался скрыть печаль от правды, превратить в лёгкую шутку. Как бы ни пытался, постоянно говорил чушь, способную выдать его чувства в мгновение ока. Опасно, но чертовски волнующе. Малфой ухмыльнулся и опустил глаза на стеклянный шар на их столе. — Дурак ты… В ответ парень лишь тихо рассмеялся, ловя на себе непонимающие взгляды однокурсников. В целом, Поттер ладил лишь с несколькими, включая Драко, Панси, Крэба и Гойла. С некоторыми был в нейтральных отношениях, а вот часть была откровенно враждебно настроена. Вообще Гарри было плевать на тех, кто недолюбливал его — это были дети из семей Пожирателей смерти, которые поклонялись Тёмному лорду, следовательно, Мальчик-Который-Выжил не был у них в любимчиках. Но его тревожило лишь мнение Малфоя, который, вопреки всем, лишь молчаливо продолжал держаться рядом, показывая свою позицию действиями. И такое грело сердце Гарри. Через некоторое время он, уже не слушая мадам Трелони, склонился над шаром, приблизившись к лицу Малфоя, чтобы тот его услышал, и зашептал: — Может, вечером проберёмся в Хогсмид тайком? Хочу кое-что купить, — он заговорщицки огляделся, чтобы ненароком никто не подслушал. Драко скептически поднял бровь. — Что? Ты совсем больной? Нарушать правила в открытую… — парень был готов начать очередную тираду о том, какой Гарри безответственный болван, но его прервали. — А кто в прошлый раз пробрался со мной в ванну старост, лишь бы понежиться в тёплой воде в тишине? — припомнил беззлобно Поттер, смотря, как друг недовольно фыркает, понимая, что проиграл. Всё же, его также будоражило нарушать правила. — Я достал карту у близнецов Уизли, мы сможем незаметно уйти и вернуться, не попавшись на глаза Филчу. Ну давай, Драко, соглашайся. Малфой нахмурился, вглядываясь в шар, явно думая над тем, как спустит шкуру с Поттера, если их поймают. Но его ответ уже был очевиден. Зелёные глаза весело блестели. — Чёрт… Мерлин с тобой, я согласен, — выдохнул он, вызвав у собеседника радостную улыбку. — А с каких пор ты опять покупаешь у Уизли вещи? Тебя тот порошок ничему не научил? — хмуро вспомнил, как лицо Поттера несколько часов было абсолютно красным. Это было пугающе, но сам он смеялся. Чокнутый. — Да ладно, это весело, — пожал плечами легкомысленно. — Надо было тебе на Гриффиндор идти, — покачал головой Малфой, цыкнув. Его недовольство было лишь поверхностным, за ним чаще всего скрывалось волнение, смущение — то, что было неприглядно показывать на публику. Гарри с этим был явно не согласен, но его слова ничего не меняли. Тем не менее, он уже давно хотел хоть раз увидеть, как улыбка Драко доходит и до его глаз. — Нет уж, терпи меня, — весело хохотнул друг, тут же обратив на себя внимание Трелони. Она решила, что у него получилось заглянуть в будущее, но это было не так. К счастью, его спас Малфой, который впрямь умудрился разглядеть нечто через шар. Поистине невероятный человек.***
Вечером в гостиной Слизерина было тихо — многие ученики уже разошлись по спальням. Гарри сидел на кровати, битый час пытаясь сосредоточиться на эссе, но написал за всё время лишь несколько строк, то и дело поглядывая в окно. На своей части спальни сидел Блейз, он без энтузиазма листал какой-то журнал. Драко же читал учебник по Зельеварению, будто впрямь мог что-то новое узнать оттуда. Его глаза пробегали по строкам, иногда поднимались на друга, который сидел напротив него и грыз кончик пера. Не выдержав, Поттер убрал пергамент на тумбочку и забавно потянулся, поднимаясь с постели, незаметно забирая из-под подушки мантию-невидимку, подаренную Сириусом на день рождения, и карту Мародёров. — Пойду прогуляюсь, — бросил незатейливо он, кивнул в сторону двери, покидая спальню. Драко проследил за ним глазами, а потом, спустя минуту, захлопнул книгу и встал, накидывая мантию поверх кофты. — Я вдруг вспомнил, что меня просил зайти профессор Снейп, — парень тихо проговорил это, словно создавал себе алиби. Забини ухмыльнулся и ехидно закатил глаза. — Да-да, как скажешь. Вы уж повеселитесь, — подтрунивал сокурсник, вызывая у Малфоя раздражение. — Да пошёл ты, — рявкнул он, явно скрывая смущение. Это действительно выглядело неоднозначно, но сознаваться в вечерних прогулках с Поттером, ещё и перед Блейзом, не желал. Выйдя из комнаты, парень спустился в гостиную, в которой, к счастью, уже никого не было. Закрыв за собой дверь, он взглянул на холодные стены и шагнул вперёд, в кромешную тьму, которая сомкнула зубы за его спиной. Неожиданно что-то зашуршало рядом, и, едва успев вздрогнуть, Драко почувствовал, как на него накинули мантию, рядом поспешно успокоили: — Тише, всего лишь я, — улыбнулся Гарри, притягивая парня ближе, чтобы его конечности не выглядывали из-под ткани. Малфой затаил дыхание и невольно покраснел, надеясь, что в потёмках этого не будет видно. Фыркнув, он потянул друга за рукав. — Идём, не стоит тратить время. Тебе ещё эссе писать, — не упустил шанса напомнить. — Зануда, — буркнул наигранно обиженным тоном. Вопреки своим словам, Поттер не отстранился, осторожно продвигаясь плечо к плечу вместе с Драко по коридорам. То и дело они подсвечивали Люмусом карту и проверяли, нет ли за углом Филча или Северуса. Добраться до потайного хода оказалось несложно, будто их намеренно выпустили, но Поттер отбросил такие мысли, предпочитая думать, что им просто повезло. За пределами Хогвартса промозглый ветер гулял по земле, покрытой толстым слоем снега. Зима, набирающая обороты, обещала стать суровее в скором времени, ближе к каникулам. Поттер мечтательно думал о том, как вернётся к Блэку и Люпину, как вновь будет днями напролёт тратить время на разговоры и редкие прогулки. В голове мелькала мысль, которая уже давно появилась, но парень не решался озвучить её. Уже в Хогсмиде они остановились около ещё не закрывшихся магазинов и стянули мантию, оглядываясь на редких прохожих. Малфой картинно вздёрнул подбородок и поправил одежду. — Итак, куда?.. — начал было он, но за руку резко дёрнули, вынуждая поспешить следом. Гарри целенаправленно шёл быстрым шагом к небольшому зданию, которое выглядело весьма ветхим на первый взгляд. Внутри оно оказалось тёплым, но всё же довольно мрачным. Одинокие зачарованные свечи горели тут и там. Поттер прошёл вдоль ряда с какими-то сушёными травами прямо к женщине, что сосредоточенно пересчитывала семена в мешочке. Она не сразу обратила внимание на покупателей, а уже когда заметила, мягко улыбнулась. — Добрый вечер, что Вам нужно? У меня есть много из того, о чём Вы могли думать, и не только, — она заговорщицки подмигнула, скользнув взглядом на всё ещё сцепленные руки. Драко отвернулся, делая вид, что его заинтересовали корни мандрагоры, но руки не убрал, чувствуя какое-то возбуждающее покалывание в груди, жгучее и приятное. Поттер, похоже, понял свою ошибку и отпустил ладонь, краснея. Прокашлявшись, он заговорил: — Лианы дремодема и тысячелистник, пожалуйста, — произнёс ровно, смотря красноречивым взглядом в глаза волшебницы. Та приподняла брови и, видимо, додумавшись, кивнула с пониманием. Её глаза лукаво осмотрели занятого разглядыванием сушёных трав Малфоя. Тот вздрогнул, когда расслышал слова друга, но не сказал ни слова, припас это на потом. Когда небольшие мешочки оказались в руках Гарри, а деньги — у миловидной дамы, двое юных магов вышли из магазина. Колокольчик тихо уведомил об их уходе. Закутавшись плотнее в мантию, Драко наложил согревающие чары и выругался, пожалев о том, что не взял шарф. Вдруг вокруг его лица образовалось тёплое нечто. Он поправил чужой шарф на своей шее и удивлённо выгнул бровь. — Чего это? — с намёком поинтересовался парень. Поттер шмыгнул носом и неопределённо пожал плечами, шагая к книжному магазину. Пусть они это и не особо обсуждали, но он находился в довольно-таки хороших отношениях с Грейнджер — девчонкой из рядов Гриффиндора, а также лучшей из них в учёбе. Драко со скрипом признал её ум и нрав на втором курсе, но разговаривать по душам до сих пор не желал. Впрочем, их дружба с Гермионой была лёгкой, непринуждённой, в разговорах они затрагивали лишь учёбу, и от этого был толк. Как девушка она была очаровательной, хоть и немного резкой, но это придавало ей какую-то невообразимую притягательность. И в будущем Грейнджер определённо могла стать отличным колдомедиком. — Что, решил слечь с простудой? — продолжал Драко, желая послушать что-нибудь помимо завывающего ветра. Ему становилось немного тоскливо зимой в подобные дни. Скоро он сможет навестить родителей в мэноре, но… Отчего-то сердце больше не рвалось туда так сильно. Да, это всё ещё был его дом, там было хорошо, но его не покидало ощущение, что чего-то не хватает. Здесь же, в Хогвартсе, такого ощущения не было. — Знаешь, у меня хороший иммунитет, чего не скажешь о тебе, Драко, — он открыл дверь, пропуская в тёплое помещение друга, который скептически хмыкнул и поправил шарф. Его такими словами нельзя было задеть. — Я просто не хочу, чтобы ты заболел, — под конец добавил Поттер, тут же прячась в тени стеллажа с книгами. В столь позднее время посетителей было мало, поэтому никто не мешал им слышать друг друга, не нужно было кричать на ухо, как это бывало в праздничные дни. Они могли говорить хоть шёпотом, и всё равно прекрасно слышать слова. Малфой приоткрыл рот, чувствуя, как сердце сильно ударилось о рёбра из-за волнения или же удивления. Он шагнул следом, наблюдая, как друг выбирал книги придирчиво, вчитываясь в короткие описания на обложке. — Не у меня же важная игра с Гриффиндором на носу, Потти. Не стоит бросаться такими словами, ты ведь у нас ловец, ты важен для команды… — его голос становился тише, задумчивее. Следующие слова прозвучали так, словно он и не думал их озвучивать: — И для меня тоже. Серые глаза отражали тусклый свет свечей, а бледная кожа была всё такой же притягательной. Гарри забыл, как дышать, так и замерев с книгой «Всё о чудесных тварях». Ему показалось это слуховой галлюцинацией (очередной). Смутившись, он не отводил глаз, замечая, что собеседник точно так же не желал отступать, но Драко опустил взгляд на книгу и забрал, оглядывая причудливые картинки на обложке. Он хмыкнул и легко улыбнулся, так необычно, несвойственно гордому Малфою. Гарри всерьёз подумал, что у него жар. — Хорошая книга. Если ты закончил, пойдём? Нужно вернуться поскорее, — проговорил парень. Поттер кивнул и прошёл к мужчине, чтобы отдать деньги за книгу. Они вновь вышли навстречу холоду ночи. Началась метель, часть заведений закрывалась, огни в окнах меркли. Наложив согревающие чары, Гарри поёжился и натянул мантию повыше, стараясь прикрыть хотя бы часть лица от острых снежинок. Драко искоса наблюдал за ним, а потом, вздохнув, намотал шарф на покрасневшее от холода лицо. На него ошарашено посмотрели. — Эй, всё в порядке, тебе… — Замолчи, просто иди быстрее, — он взял Поттера за руку и ускорил шаг, скрывая заалевшие уши капюшоном мантии. Друг послушно угукнул и поспешил. Через какое-то время они, тяжело дыша, ввалились в стены школы, запыхавшись. Проверив карту Мародёров и накинув мантию-невидимку, Гарри с Малфоем двинулись в сторону гостиной Слизерина, осторожно продвигаясь по тёмным коридорам. Вдруг они услышали шаги за поворотом. Поттер вздрогнул и, не теряя времени, быстро подошёл к железным доспехам у стены, притягивая к себе друга. Они синхронно задержали дыхание и замерли, прижимаясь к стене. Снейп, как обычно суровый, прошёл мимо них, что-то бормоча себе под нос. Драко, только заметивший, что прижимал к стене парня, впал в ступор, сглотнул и напряжённо оглядел лицо напротив. Гарри выдохнул, когда решил, что беда миновала, а потом осознал своё положение. По спине пробежались мурашки. — Драко?.. — прошептал, сжимая пальцами мантию. Сердце забилось в горле, дышать стало тяжелее. Он почувствовал, как грудь тепло сдавило — Малфой был очень близко, его дыхание отпечатывалось на щеке. Гарри невольно посмотрел на губы, сглатывая слюну. Когда желание, столь навязчивое, захватило весь разум, он поднял руку, несмело касаясь поясницы сквозь плотную ткань и приближаясь на жалкий сантиметр — его всё ещё пугала возможная реакция. — Чёрт, Поттер, — порывисто выругался Драко, устав от повисшего между ними напряжения. Он опёрся ладонью о стену, впиваясь в губы требовательно, грубовато, но Гарри и не возражал, притягивая ближе. Ему показалось, что за этот жалкий миг мир перевернулся, стал таким, каким он хотел его видеть. Малфой углубил поцелуй, не желая тратить время, сжигаемый острым желанием почувствовать больше. Голова опустела, он действовал на инстинктах, покусывал губы, словно дразнил, то и дело отстраняясь, чтобы насладиться покрасневшим лицом друга. Он нетерпеливо надавил коленом на пах, расслышав тихий стон, который заставил кожу покрыться мурашками. Лёгкая дрожь проскальзывала в движениях его рук. Возбуждение нарастало, сводило с ума, как самое качественное приворотное зелье. Внезапно в ушах раздался звон, тихий, но настойчивый — он будто бы пытался вывести Малфоя из транса. Тот вздрогнул, когда ладонь медленно расстёгивала уже вторую пуговицу рубашки, а под его собственную давно пробирались холодные пальцы. — Гарри, — прервался Драко, заглядывая в зелёные глаза, полные такого же страстного желания. Ему сложно было говорить нечто, что шло наперекор этой ситуации. — Погоди, не здесь же, — шикнул, когда над ними раздался шёпот портретов, потревоженных их голосами. Гарри моргнул, словно пришёл в себя, и на него тут же нахлынуло понимание, осознание и даже, совсем немного, разочарование. — Эм, да, ладно, — невпопад кивнул он, касаясь руками собственных горячих щёк. Было жарко, так жарко, что парень был готов выйти на холодный воздух. Драко уткнулся в плечо, восстанавливая дыхание. В голове не укладывалось, что он сам поцеловал Поттера. О Мерлин, как же так всё произошло? С каких пор он интересовался им? Нет, это неважно, вопрос в другом: почему ему ответили? Похоже, не он один вляпался. — Ты жалеешь? — тихо поинтересовался Золотой мальчик, ненавязчиво поглаживая поясницу, не в силах убрать руку. К счастью, его не ударили ничем тяжёлым, так что волноваться пока не было смысла. Драко невыразительно хмыкнул. — Скорее запутался. Это было неожиданно. — Но приятно, согласись? — Гарри с улыбкой проверил карту и убедился, что никого не было на этаже рядом с ними. — Замолчи, я только успокоился, — подняв голову, Малфой слабо щёлкнул его по лбу, после чего немного отстранился, из-за этого парень был вынужден убрать руку. Выражение лица Драко было очаровательным: покрасневшие щёки, хаотично блестящие глаза и покусанные губы. Поттер зажмурился, почувствовав явный дискомфорт ниже пояса. — Я не буду ничего говорить, но… — стоявший очень близко парень не мог не заметить выпуклость в штанах, но его лицо не выражало отвращения, скорее… удовольствие? Какое-то тёмное, саркастичное и до чёртиков возбуждающее. Гарри рвано вдохнул, когда Малфой приблизился вновь, выдыхая ему в шею. Влажный след остался на перекате плеча, почти незаметный, если не присматриваться, но для Поттера это было словно ожог. Он, потрясённый, часто дышал и моргал, чтобы прогнать пелену слёз. Его слишком удивляло всё происходящее. Когда Драко поднял голову и облизнулся, издав смешок от вида ошарашенного Гарри, тот и вовсе забыл, что должен дышать. — Теперь я сделаю вид, что ничего не заметил. Выгодная сделка? — вдруг бросил парень, а потом вытащил карту из кармана чужой мантии и, подсветив Люмусом, оценил вероятность вернуться в спальню, не попавшись никому из учеников или преподавателей. Поттер, отдышавшись и придя в себя, кивнул, тем самым давая понять, что можно идти. — Нам надо будет поговорить, да? — уже около входа в гостиную. Драко обернулся и красноречиво вскинул брови. — О да, Потти. Но точно не сегодня. Тебя ждёт твоё эссе. Страдальческий стон Гарри был слишком громким, что поспешил заметить друг.***
В последний день учёбы перед рождественскими каникулами учиться уже никто не хотел. За окном хлопьями падал снег, а солнце непривычно ярко светило, хотя теплее не становилось ни на градус. Оставался день, и уже завтра все разъедутся по домам встречать праздник с близкими. И Поттер в том числе. Мальчик-Который-Выжил корпел над подарком ночи напролёт, когда мог ускользнуть из спальни, оставшись незамеченным, поэтому на уроках клевал носом, едва держа глаза открытыми. Он сидел на трансфигурации, моргая медленно и неохотно. Его сова стояла в виде графина рядом, преломляя свет прямо в лицо волшебнику. Забавно фыркнув, Гарри потёр глаза руками и зевнул незаметно, чтобы не навлечь на себя гнев Макгонагалл. Та была занята оцениванием работ других учеников пока что, и это к лучшему. Малфой поглядывал на него, но молчал, что несколько напрягало. С того рокового момента они не заводили разговор о поцелуе, да и об отношениях между ними, но Поттер явно чувствовал, что что-то изменилось. Казалось, будто Драко стал более внимательным, хотя, быть может, всегда таким был, но теперь он вслух говорил о том, что, в его понимании, было не так. Например, Паркинсон на днях оказалась слишком близко к Гарри (девчонка буквально повисла у него на шее, угрожая испачкать новой волшебной помадой), на что Малфой отреагировал до странного недовольно: он холодно заметил, насколько помада была ужасной, и почти угрожающе попросил отойти от Поттера. Всё это, разумеется, сопровождалось убийственным взглядом. Парень несколько дней монотонно думал, была ли эта ревность? Пришёл к выводу, что так оно и есть. Почему-то от этого факта сердце стучало быстрее, щёки краснели, а улыбка не сползала с лица. Наверное, Золотой мальчик свихнулся. На самом деле Драко наедине с ним был таким же спокойным, как и раньше, но когда Гарри ловил на себе его взгляд, то вздрагивал, не решаясь прервать контакт ещё долго. Они будто мысленно разговаривали, между ними натягивалась тонкая нить, которая никак не рвалась. Малфой большую часть времени старался находиться рядом, словно пытался найти момент для разговора, но не желал или не мог начать его. Сидя с утра за столом Слизерина на завтраке Гарри, поедая омлет, задумчиво исследовал лицо друга, который даже ел так, что это походило на потрясающую живую картину. В такие моменты Поттер жалел, что не умел рисовать. — Эй, Драко, — вдруг позвал он, сделав глоток сока. На него подняли серые глаза. — Ты не хочешь побыть немного у меня дома на каникулах? На Рождество, если у тебя найдётся время, — на одном дыхании выпалил то, что долгое время крутилось в голове. Парень никак не мог решиться это предложить, но всё оказалось куда проще. Малфой моргнул, склонил голову, словно вспоминая своё расписание, а потом с ухмылкой кивнул. — Я выкрою несколько дней для тебя, Поттер, — ответил, услышав вздох облегчения явно волновавшегося по этому поводу друга. — Сириус Блэк же не выгонит меня метлой из дома? — беззлобно хмыкнул, доедая яблоко. Его волосы были наспех уложены, так что редкие пряди торчали, что выглядело мило. Гарри едва не пропустил фразу, засмотревшись. Кажется, он успел проглотить кусочек печенья, чудом не поперхнувшись. — Нет, конечно, — Поттер рассмеялся, но тут же вспомнил, что прожужжал все уши крёстному о Драко, который ему очень дорог. Тот, естественно, сначала был шоке, но лишь поддержал его, несколько саркастично пожелав удачи и подмигнув. Тогда Гарри не знал, что это означало, а сейчас — да. И вот, парень уже третий урок сидел и мечтал, едва не проваливаясь в соблазнительный сон. Неожиданно его ткнули в бок, а затем, едва не успел он возмутить, раздался строгий голос с другой стороны. — Хорошо, мистер Поттер, но попрошу Вас не спать на занятиях, Вы рискуете потерять очки факультета. — Да, профессор, — устало отозвался он и развоплотил Буклю, наблюдая, как тот чистит свои крылья клювом. Глаза слипались, но спать было нельзя. — Чем ты ночью занимаешься? Я видел, как ты уходил куда-то, — не повернув головы в сторону Поттера, шёпотом спросил Драко, чиркая что-то в тетради со скукой. Гарри вздрогнул — весь сон как рукой сняло. Холодный пот каплями стекал по спине. «Вот чёрт, если он узнает о том, что я делаю в подземельях… Снейп ведь точно не расскажет? О Мерлин, Драко, почему ты такой наблюдательный?» — надломив отчаянно брови, парень пытался придумать логичное оправдание. — Я… Я практикую Патронус. Намного удобнее учить его в тишине и одному, — промямлил и мысленно дал себе подзатыльник за неубедительность. Малфой повернулся и, скептически выгнув бровь, посмотрел на него. Несколько секунд молчания прошли ужасно сложно, Поттер думал, что любое его движение могло выдать ложь, потому не двигался. Звонок его спас. — Понятно. Неплохо, — нотки недоверия скользили в голосе, но больше в нём преобладало одобрение. Гарри выдохнул и поднялся, чтобы затем вернуться в гостиную и начать собирать вещи, как и все остальные ученики в Хогвартсе. Малфой шёл рядом с ним, думал о чём-то своём, когда они наткнулись на Уизли прямо на входе в кабинет Трансфигурации. Он скривился и показательно отошёл. Гарри нахмурил брови и положил руку на плечо Драко, который даже не отреагировал на появление Рона. Его глаза были холодными, а ухмылка сквозила безразличием. Тем не менее, он мельком, с долей удивления, посмотрел на ладонь на собственном плече. Шестой Уизли преградил им дорогу, будто нарываясь на неприятности. — С дороги, — ровно бросил Драко, приподняв подбородок, показывая тем самым, что находится выше противника и в прямом, и в переносном смысле. Тот лишь презрительно фыркнул. — Забавно, я хотел сказать то же самое, слизень, — он показательно шагнул вперёд, не собираясь отступать. Малфой не изменился в лице, а вот Поттер скрипнул зубами, явно сдерживая себя, чтобы не схватить палочку. — Уизли, ты слишком много о себе думаешь. Уйди с дороги, — он-таки сделал выпад, осторожно и ненавязчиво преграждая путь к Драко, сталкиваясь лоб в лоб с раздражённым парнем. — Я не хочу волновать Гермиону твоими травмами. Казалось, от этой фразы Рон вспыхнул пуще прежнего. Его лицо покраснело от ярости. — Смотрите-ка, цепной пёс умеет говорить, — его тон выводил из себя, и Гарри впрямь уже сжал кулаки, но его отстранили, схватив за плечо. Малфой подошёл вплотную к гриффиндорцу с той же ухмылкой и зашептал так, чтобы услышать мог только Уизли. — Тронешь его, и тебе придётся беспокоиться о внезапных визитах в медицинское крыло. Круциатус, говорят, просто невероятно мощное заклинание, — угрожающий блеск его глаз вселил страх в парня, и он, гневно сжимая зубы, замер. Драко прошёл мимо, довольный собой, а за ним последовал Поттер, несколько озадаченный таким тихим решением конфликта. Они без лишних проблем спустились в подземелья, прошли к двери в слизеринскую гостиную. — Мёрзлая земля, — проговорил пароль Драко, открывая дверь. Гарри, до этого молчавший, хотел заговорить, но их сокурсников было очень уж много в комнате, поэтому он отложил это. Его втянули в разговор Блейз и Панси, потому он не заметил, как Малфой скрылся за дверью их общей спальни. Через некоторое время, когда говорить Поттер уже не мог, устав от одних и тех же вопросов, он поднялся к другу, тихо прикрыл за спиной дверь. Тот лениво складывал одежду в чемодан взмахом палочки, придирчиво выбирая лишь самое нужное. Гарри опустился на свою кровать, неловко кашлянул. — Так, насчёт нас… — начал он с заминкой. Драко закончил с вещами и, обернувшись, скользнул по другу горящим любопытством взглядом. — «Нас»? — медленно повторил Малфой и приблизился. Он остался в расстёгнутой на верхние пуговицы рубашке, ослабленном галстуке и тёмных брюках, мантия аккуратно висела на спинке стула. Поттер старался не смотреть на соблазнительно проглядывающие из-под рубашки ключицы, но выходило скверно, и этим явно наслаждались. — Ну, я подумал, что, возможно, мы теперь… пара? — неуверенно проговорил парень. Его голова шла кругом, потому он не сразу заметил, как Драко опустился на покрывало рядом, заглядывая в глаза. На лице привычная ухмылка, заставляющая сердце трепетать. — А я считал, что думать это не твоё. Гарри закатил глаза и фыркнул, подавляя смех. Ну и разговор, конечно. Неожиданно Малфой подался вперёд и поцеловал. Порывисто, резко, едва касаясь, но и этого хватило, чтобы удивить. Он оторвался от губ, горячо выдыхая слова, от которых Золотой мальчик вздрогнул: — Ты мне нравишься, Поттер. В этот момент что-то пошло конкретно не так. Вроде, Гарри должен был что-то сказать, но губы отказывались слушаться, а руки подрагивали от всколыхнувших тело эмоций. Его тело и разум предавали своего хозяина. Но, казалось, Драко прекрасно всё понимал и не возражал против молчаливого согласия. Он втянул парня в долгий поцелуй, осторожно покусывая нижнюю губу. Когда напор Малфоя стал куда сильнее и Гарри уже судорожно вдыхал, скользя ладонями по покрывалу, дверь с щелчком открылась, и внутрь шагнул Забини с книгой в руках. Он замер, когда поднял глаза на двоих сокурсников. Поттер крупно вздрогнул и густо покраснел, а Драко с явным недовольством отстранился, повернул голову, вперив гневный взгляд в вошедшего. — Убирайся. Немедленно, — прошипел он, щурясь. Блейз потерял дар речи, впал в ступор, оттого не сделал и шагу. Терпение раздражённого чужим вмешательством Малфоя подходило к концу. — Блейз, за дверь. Тот наконец вернулся в реальность и со смешком вышел, плотно закрыв дверь. Драко зажмурился и повернул голову к смущённому такой ситуацией другу. Они молча смотрели, размышляя над одним и тем же. — Если хочешь остановиться, говори сейчас, потом шанса не будет, — прошептал Малфой, накладывая палочкой заклинания на дверь: запечатывающее и заглушающее. От таких слов Гарри невольно завёлся сильнее, сглатывая от слишком явного желания. — Прошу, не предоставляй мне его, — он заметил искорки удовольствия в серых глазах, прежде чем потянуться за поцелуем и привкусом яблок во рту. Драко, не торопясь, раздевал его, при этом осторожно касался открытой кожи, словно дразнил каждым своим движением или хотел заставить Поттера потерять остатки здравомыслия от сладкой прелюдии. Влажный след оставался на губах каждый раз, когда тот отрывался, чтобы провести ладонью по горячей щеке. В какой-то момент Гарри понял, что на нём уже нет очков и что поцелуи стали куда чувственнее, отчего мысли медленно вытекали из ушей, испарялись за ненадобностью. Когда он расслышал звон пряжки ремня на собственных брюках, Драко уже был наполовину обнажён (стараниями Поттера, конечно же). Бледная кожа мягко подсвечивалась заходящим солнцем, лукаво заглядывавшим в окна. Гарри пусть и был без очков, но видел, насколько это было прекрасное зрелище. Мягко коснувшись шеи, скользнув к волосам, непривычно растрёпанным, он улыбнулся. — Такой красивый, — шёпот невольно соскользнул с губ, только вот парень явно считал, что лишь подумал, вслух не сказав. Малфой ласково ухмыльнулся, выражение его глаз было невероятно тёплым. — Согласен, — беззлобно хмыкнул он, разбираясь с остатками одежды. Откинув в сторону ненужные вещи, Драко сглотнул, слегка нервничая, но вид возбуждённого партнёра не давал ему мыслить о чём-либо. Одним заклинанием Акцио волшебник призвал тюбик, явно случайно оказавшийся в его тумбочке. Не то чтобы он давно думал о таком развитии событий, скорее был разумно предусмотрительным. Но, к счастью, в данным момент Гарри было основательно всё равно на то, откуда у Малфоя смазка в прикроватной тумбочке. Его голова пустовала, что было невероятно приятно, тело полыхало от всего происходящего, а краска не сходила с лица. Поттер заворожённо смотрел, как Драко оставляет засосы на внутренней стороне бёдер, ненавязчиво разводя колени в стороны, и с ужасом понимал, что не может сдержать стона. Звук, выскользнувший из его горла, был предательски высоким и громким, смущающим. Малфой довольно промычал, оставляя метки с большим упорством и медленно вводя влажные пальцы. Гарри, не готовый к такому, не имевший ранее опыта, вздрогнул и прикусил губу, пуская кровь от странных ощущений. Он сжался против воли, отчего его поспешили тут же успокоить. — Расслабься, ты ведь со мной, — горячо прошептал Драко. Парень понимал, что бояться не стоило, но тело предавало, дрожь, возникшая, когда внутри были два пальца, била заметно. К нему наклонились, осторожно поцеловав, отвлекая от боли. Пальцы внутри растягивали узкий проход так, как только было возможно, но Поттер даже с тремя пальцами внутри был невозможно узким, сжимался и яростно давил высокие стоны в горле. Едва Малфой остановился, вынул пальцы, собираясь постараться войти, что явно было проблемно, Гарри крупно вздрогнул. Его недовольный полустон позабавил Драко, но это не делало ситуацию проще. Тот задумался, дразня лёгкими прикосновениями к прессу, соскам, шее. Мысль в голову не шла. Тогда, уставший от мучений, партнёр потянул за руку на себя, нахально кусая и требовательно шепча что-то в губы. — Драко, ты войдёшь в меня? Это уже сводит с ума, — его пьянящая улыбка действовала безотказно. Бледные руки поправили влажные волосы на лбу, а тихий смешок озадачил Поттера. Он нахмурился, пытаясь разобраться в происходящем, впрочем, тщетно. — Ох, Гарри… — выдохнул нетерпеливо Драко, но не закончил предложение, медленно вставляя, стараясь причинять как можно меньше боли. От неожиданности Гарри не сдержал стона и тут же сжался, но постарался взять себя в руки и расслабиться. Он сжимал член Драко, отчего тот часто и прерывисто дышал, кусал шею, целовал укусы, чтобы отвлечь хоть немного. Его самого переполняли эмоции, которым сложно было дать название. Толкнувшись плавно до основания, Малфой замер, поднял глаза на парня, чтобы узнать, как тот себя чувствовал — волшебник выдыхал через раз, глаза были покрасневшими, по губам то и дело скользил язык. По щеке нежно провели ладонью. — Ты как? Гарри приподнял уголки рта, словно на большее не было сил, и немного приподнялся, оставляя влажный след на губах. — Я в порядке. Ты слишком заботливый, неужели заболел? — беззлобно, хрипло рассмеялся он, но в ответ лишь фыркнули с пренебрежением. Драко самодовольно приподнял подбородок. — Потти, я сейчас в тебе, это не самая лучшая ситуация для шуток. Но раз у тебя столько сил, продолжим, — его ухмылка не сулила явно ничего хорошего. Разве что самую чуточку. Не успев открыть рот, Гарри застонал протяжно, отзываясь на первый короткий толчок. Это вполне удовлетворило интерес Драко. Движения становились размашистыми и более ритмичными, со временем Поттер перестал предпринимать попытки сдержать собственный голос, вместо этого сосредоточился на удовольствии, которое волнами накрывало каждый раз, когда Малфой попадал по комочку нервов под определённым углом. В очередной такой раз он вздрогнул крупно и слабо ухватился за плечи, оставляя неглубокие царапины на спине. Драко остановился, жмурясь от того, как мышечные стенки сжимали его. Дыхание у обоих было тяжёлым, но приоритетом было не оно. Они ставили на первое место, как ни странно, удовольствие. В такие моменты думать ни о чём другом нет ни смысла, ни желания. Едва Поттер перестал дрожать, Малфой выпрямился и, с ухмылкой смахнув волосы с лица, закинул стройную, усыпанную засосами ногу на плечо, придвинул чуть ближе. Гарри в ожидании наблюдал, готовый к очередному всплеску серотонина в мозгу. Его тело, чувствительное после первого раза, приняло член легче, но ощущения стали острее, поэтому при первом же глубоком толчке парень сжал в руке простынь и, кажется, услышал треск. Скрип пружин в кровати был оглушительным, только вот Мальчик-Который-Выжил слышал помимо этого свои стоны, голос возлюбленного и даже его громкое дыхание. Пылающий вожделением взгляд серых глаз прожигал его насквозь, не оставляя шанса спастись. Гарри улыбнулся нежно, снова сорвался на стон. Малфой двинулся резче, быстрее, входя глубоко с пошлым шлепком, обжигая своей кожей в местах их соприкосновения. Было похоже, что вокруг всё может загореться от искры, которая разожгла между учениками пламя. Поттер не понял, когда ему стало нравиться, но двигался навстречу, растеряв стыд. Мысли поглощало желание получить больше. И Драко будто бы слышал, входил глубже, оставлял синяки от сильной хватки на бёдрах. Он толкнулся несколько раз и томно застонал — тело мелко задрожало от поглотившей его эйфории. Гарри закатил глаза, задохнувшись от волны удовольствия, ещё большей, чем до этого, испачкал собственный торс и бессильно лёг на подушку, пытаясь отдышаться. С влажным звуком Малфой вышел из него, вспотевший и такой привлекательный, что Поттер подавил восторженный вздох. Его член заинтересованно дёрнулся, но Гарри решил, что с него хватит на этот день. Драко лёг рядом, лениво доставая палочку из горы одежды у изголовья. Одно заклинание очистки привело их в более-менее приличный вид, чему парень был очень рад, лишённый сил идти в душ. — Ты девственник, да? Вернее, был им до меня, — со смешком поинтересовался у того Малфой, повернув голову. Собеседник густо покраснел. — Ну… Да, а что? — Ничего, просто ты так сжимал меня, что я уж подумал… — его рот накрыли рукой, не давая закончить фразу. — Твои похабные комментарии, оказывается, куда хуже сарказма. Драко, будь добр, не порть момент, — терпеливо проговорил Поттер и осторожно поцеловал возлюбленного в кончик носа. — Ладно, но я вообще-то хотел сказать, что мне понравилось. Ты ведь не будешь против повторить это, Потти? Или мне придётся спаивать тебя каждый раз? — искорки в его глазах выдавали то нежное, переполняющее парня чувство, которое скрывалось за словами. Драко был счастлив от того, что любимый человек не отверг его. Большего желать он не мог. — Мне тоже понравилось, — проигнорировав последние слова, Гарри притянул к себе Малфоя, заглядывая в серые глаза. Они были прекрасны. — Оставайся со мной навсегда.***
В Рождество в доме Блэков на Гриммо было чуть больше шума, чем обычно — Поттер любил напевать песни, когда листал книги или вырезал снежинки. Детство Гарри было не самым прекрасным, но рядом с ним были Сириус и Люпин, которые стали для него семьёй, и это было уже по-своему чудесно. Они помогли мальчику стать тем, кто он есть. Вернувшись из школы, Поттер вновь почувствовал себя дома. Добродушная улыбка Блэка тронула сердце, и парень тут же ответил на объятия. — Гарри, ты голоден? Римус вернётся вечером, поэтому у меня было время приготовить ужин, — мужчина по-доброму ухмыльнулся и прошёл на кухню, где на столе уже остывало мясо. Поттер почувствовал, как живот жалобно отозвался на вкусный запах. — Приготовить? А разве Лунатик доверяет тебе готовку после того, как ты спалил пирог? — он едва сдержал смех, вспоминая, как они пытались избавиться от дыма магией. Тогда им здорово влетело от Люпина, но это всё равно было светлым воспоминанием. — Эй, это было давно, — закатив глаза, Сириус позвал домового. Тот вежливо склонил голову, искоса посмотрел на вернувшегося парня и поприветствовал в своей манере. — Чего изволите, хозяин? — Ты ведь прибрал в комнате Гарри, как я просил? — Блэк сощурился, недоверчиво осмотрел Кикимера, который что-то пробурчал себе под нос. — Да, хозяин, — скрипуче ответил он и обвёл странным взглядом обоих. — Я учёл визит гостя мистера Поттера. — Отлично, можешь идти, — мужчина удовлетворённо кивнул. Он взял разогретый кофе и кивнул крестнику в приглашающем жесте. — Рассказывай. Слышал, Люциус посещал Хогвартс пару раз, что-то случилось? Сириус не особо ладил с главой семьи Малфоев, но Гарри понимал это, ведь тот был очень саркастичным и своенравным, этого человека было трудно понять. И, кажется, в прошлом у них были конфликты. Поттер сел напротив крёстного и вздохнул, его взгляд мечтательно блеснул за стёклами очков. — Это были просто визиты к Драко, ничего серьёзного, — объяснил парень, пожав плечами. — А так, учиться там интересно. Я вновь поймал золотой снитч, выиграв матч по квиддичу. Ещё мы с Драко пару раз были в Хогсмиде, с ним очень весело, — с лёгкой улыбкой. Блэк не сдержал хриплого смеха от того тона, каким парень рассказывал о Малфое. Мужчина давно уже понял, что это была не простая дружеская симпатия, и лишь с умилением наблюдал, вспоминая свою первую влюблённость. — Хорошо. Вы будете жить в одной комнате, ты ведь не возражаешь? Просто едва ли привыкшему к роскоши Малфою придётся по вкусу старая пыльная спальня моей матери, — прыснул Сириус и допил кофе в пару глотков. Его глаза медленно скользили по комнате, словно он пытался что-то вспомнить, а Поттер в это время рассказывал о том, что решил подарить друзьям и уже подарил. Блэк слушал, делился своими идеями, которые пришли недавно ему на ум, когда нужно было выбирать подарок Люпину, и парень с улыбкой говорил, что часть была очень уж странным выбором. Ближе к вечеру вернулся Римус и был невероятно рад видеть Гарри. Они провели время, разговаривая ни о чём, попивая глинтвейн, который в канун Рождества был неким подобием традиции в этом доме вот уже много лет. Поздно ночью, когда Сириус и Люпин уже спали, Поттер нетерпеливо разглядывал стеклянный пузырёк с жидкостью, сверху покрытой перламутровым блеском. Улыбнувшись, он лёг спать, предвкушая праздник.***
Первое, что пришло на ум с утра юному волшебнику: «Хочется есть». Он поднялся и, лениво зевая, побрёл в ванную в хлопковой футболке и спортивных штанах, борясь с остатками сна. Где-то внизу раздавались голоса беседующих на кухне магов. Когда Поттер вышел из светлой комнаты, то мельком заметил чемодан в своей комнате и сразу всё понял. Он спустился по лестнице, окидывая взглядом наряженную в гостиной ёлку. Десятки игрушек качались из стороны в сторону, блестели на свету, некоторые даже пели механическим голосом праздничные песни. Подхватив невольно мелодию, парень направился прямиком на кухню, где уже сидел его гость, завтракая вместе с двумя опекунами. — Доброго утра, Гарри, — почти в один голос произнесли Блэк и Римус, тут же переглянулись с улыбкой на лицах. Драко повернул голову, прежде чем подняться и поздороваться с другом. Тот довольно прижал к себе парня, осторожно касаясь губами щеки на мгновение, почти незаметно. Малфой ухмыльнулся, поприветствовал Гарри и вернулся на место. Только в это мгновение Поттер заметил, что тот был в чёрном костюме, соблазнительно сидящем на теле, и постарался не думать о том, как бы тот выглядел без него. Покрасневшее лицо парень попытался спрятать, отвернувшись к кофейнику. На столе его уже ожидал любимый тыквенный пирог. — Я очень благодарен, что вы позволили мне у вас остаться хоть и на пару дней. Уверен, договориться с моим отцом — то ещё испытание, — Драко умело избегал неловких тем, старался завести разговор о чём-то нейтральном, и ему отвечали с пониманием. Сириус был к нему необычайно добр, как и Римус, что сначала казалось подозрительным, но вскоре парень понял, что они просто явно знают о нём многое из рассказов Поттера, который не умел иногда держать язык за зубами. Красноречивые взгляды старших, когда Драко с Гарри ненавязчиво контактировали, были очень уж понятными. Малфой пообещал себе поговорить об этом с другом потом. День прошёл на удивление легко. С утра до обеда они занимались подготовкой к празднику. Вид Драко, засучившего рукава кофты и сосредоточенного на поддержании огня, Поттер запомнил до конца своей жизни, как и момент, когда тот неловко признался, что никогда не занимался готовкой самостоятельно, ведь на то были домовые эльфы. Вечером они обменялись подарками. Гарри с восхищением оглядывал подаренную крёстным и Лунатиком метлу, а также очки в красивой оправе от Малфоя. Когда двое мужчин занимались своими подарками, Поттер подошёл к Драко, сидящему на диване, и смущённо протянул тому обёрнутую в подарочную бумагу коробочку. Он сел рядом с парнем, подогнув под себя ногу, с трепетом наблюдая, как ловкие пальцы медленно вскрывают упаковку. Его пиджак давно лежал в комнате Гарри, ведь в доме было вполне тепло, и это позволяло Поттеру бессовестно скользить по красивому телу, скрытому тканью. — Это же… — удивлённый вздох Драко был вполне хорошим знаком. Парень тихо хмыкнул и улыбнулся. В бледных руках сверкал бутылёк, преломляя свет разноцветных игрушек и гирлянд на ёлке. Он поднял мягкий взгляд на Гарри, прежде чем открыть бутылёк, уже осознавая, что там — Малфой был почти лучшим на курсе, как-никак, наравне с Грейнджер. Аромат зелий и чего-то, едва уловимого, проник в ноздри. Он понял, что последним был явно запах кожи Поттера, ведь не было ничего, что могло нравиться ему больше. Лёгкая улыбка легла на тонкие губы. — Амортенция. Так вот, для чего тебе были нужны ингредиенты из той лавки, — сделал вывод Драко. Поттер уже когда закончил варить зелье, удивился запаху, но это удивление было приятным, ведь одеколон одного конкретного человека было сложно забыть. — Ага. Ты бы видел лицо профессора Снейпа, когда я попросил его помощи, — парень зажмурился, вспомнив, сколько пришлось уговаривать Северуса, прежде чем тот, наконец, сдался. Готовить такое зелье в одиночку было бы поистине глупо. Малфой кивнул, закрывая бутылочку. Он бережно вернул её в коробку, собираясь чуть позже отнести подарок в комнату и спрятать среди своих вещей. — Это прекрасный подарок, спасибо, Потти, — Драко, вопреки своим же мыслям о том, что выставлять их отношения на публику не стоило, приблизился и осторожно поцеловал, оставляя тепло на губах. Гарри, не ожидавший такого, застыл. Кончики его ушей покраснели, а глаза заблестели яркой изумрудной зеленью. — Ну, так ты сможешь почувствовать меня, даже когда я не буду с тобой рядом, — неловко поправив очки, волшебник взъерошил и так растрёпанные волосы. Малфой слабо приподнял уголки губ и коснулся щеки рукой, словно ему было грустно говорить нечто очевидное. — Но ты ведь не собираешься оставлять меня, так? — его глаза будто пытались заглянуть в душу, чтобы узнать ответ. Только вот Гарри был открытой книгой для него — он просто не умел врать достаточно хорошо. — Конечно нет. Идиллию прервал голос Блэка, несколько насмешливый. Мужчина стоял, оперевшись плечом о дверной косяк с бокалом в руке. От его снисходительного взгляда Гарри захотелось простонать. — Пора за стол, мальчики. У вас ещё будет время, не волнуйтесь, — он вернулся на кухню, оставляя Драко и Поттера в неловком молчании. Малфой первым с ухмылкой поднялся: — Он прав. Идём, я бы не отказался выпить чего-нибудь. — Учти, в комнату я тебя не потащу, если напьёшься, — беззлобно рассмеялся парень, поймав выразительный взгляд серых глаз. — Ох, ну конечно, Поттер, обязательно учту это, — он игриво провёл рукой по спине, спускаясь к пояснице, заставляя Гарри покрыться мурашками. Тот вспыхнул и услышал смех. Они провели весь вечер, смеясь и рассказывая забавные истории. Драко был рад, что смог побывать в месте, где Поттер провёл почти всю свою жизнь.
