Часть 2
11 августа 2023 г., 21:29
Драко с глубоким вздохом поднялся по лестнице ко входу в школу. Предпоследний день каникул выдался ужасным, поскольку ему показалось, что их отношения с Поттером зашли достаточно далеко, чтобы рассказать об этом родителям. Он надолго запомнит полные удивления глаза Нарциссы и стальной голос главы семьи, который явно был недоволен подобной выходкой. После грубой перепалки, в конце которой Драко посмел бросить прямо в лицо отцу наглое «это мой выбор, и ты не смеешь меня лишать его!», парень поспешно собрал вещи и вернулся. Никто его не остановил, никто не попытался успокоить или сказать, что всё образуется. Вместо этого Добби лишь грустно опустил глаза и помог ему телепортироваться вместе с багажом прямо на порог Хогвартса. До начала учёбы оставался целый день, но Малфоя это беспокоило не особо сильно.
Он медленно побрёл по коридорам к гостиной, но в последний момент развернулся, решив зайти в кабинет Снейпа. Чем вызвано было такое желание, он не стал разбираться, просто шёл, иногда выпадая из реальности. Около нужной двери волшебник остановился и постучал, ожидая, когда его впустят. Через пару минут дверь распахнулась, и на него взглянул хмурый профессор Зельеварения, прищурился, а затем позволил войти в комнату.
— Что случилось? Я думал, ты собирался вернуться завтра вечером, — в неофициальной обстановке крёстный казался как никогда родным и понимающим, хоть и временами суровым, но таков был его характер. Как в детстве, когда Драко с интересом только начинал учиться искусству приготовления зелий.
Парень устроился у стола, засунув руки в карманы мантии, рассматривая котёл с остатками Бодроперцового зелья. Наверное, он варил его для себя — к такому выводу пришёл Малфой, вновь оглядев Северуса повнимательнее.
— Да, так и было, — сухо подтвердил он, не отрывая взгляда от бледного лица, даже немного сероватого в свете одиноко горевшей пары зачарованных свечей. — Плохо себя чувствуешь? — ровно поинтересовался парень, стараясь не задеть мужчину, ведь это было легче, чем казалось на первый взгляд. Тот пренебрежительно цыкнул и резком движением палочки очистил котёл от остатков зелья.
— Я вполне могу разобраться со своими проблемами сам, — он держался гордым, хотя явно с трудом перенёс лихорадку, возможно, даже прошлым вечером. Это больно кольнуло сердце, но Драко знал своего крёстного, поэтому не стал говорить, что готов помочь, если это будет необходимо — Снейп попросту не примет его помощи. — Так, зачем ты пришёл? Полагаю, не для пустых разговоров.
Драко задумчиво отвёл взгляд, думая над тем, стоило ли вообще заводить разговор о таком с крёстным. Хотя, безусловно, он был тем, кто даже в самые ужасные времена встанет на его сторону. Так считал слизеринец. Он мотнул головой и сел на табуретку, дожидаясь, пока мужчина опуститься в кресло около окна прямо напротив.
— Я повздорил с отцом. Знаю, такое уже бывало, но покупка новой метлы была для него не настолько возмутительной, как то, что я затронул сегодня, — плечи парня постепенно опускались, он почувствовал, как потерял силы. Такое осуждение и негодование со стороны Люциуса были куда болезненнее, чем можно было представить. Драко не думал, насколько родителей могло задеть его заявление.
Северус, казалось, слегка удивился, но виду не подал.
— И что же могло побудить тебя сбежать? Что такого ты мог сказать? — мужчина с готовностью поддерживал разговор, понимая уже по виду крестника, насколько тому нужно понимание и поддержка. Когда-то он и сам проходил через нечто подобное.
Драко облизал пересохшие губы и ответил не сразу, вперив стеклянные глаза в уставшее лицо:
— Я сказал, что… что встречаюсь с Гарри Поттером, Северус, — парень неосознанно произнёс это шёпотом, словно не желал, чтобы кто-то услышал, кроме него. Он боялся вновь увидеть неприязнь, почувствовать неодобрение со стороны тех, кто всю его жизнь поддерживал Драко. Снейп кивнул, не выглядя особо удивлённым, но после этого нахмурился, видимо, предположив, что на такое мог ответить Люциус.
— А Нарцисса? — вдруг спросил он, отчего Малфой даже растерялся.
— Мама? Она тоже не была в восторге от такой новости, — юный волшебник грустно усмехнулся и принялся считать стеклянные бутылочки на полках. — Молчала, но я видел, как её глаза наполнялись слезами.
Голос парня осип, поэтому он прокашлялся, силой воли подавляя в себе самом слёзы, которые были готовы пролиться в любое мгновение. Он не будет плакать, это ниже его достоинства.
Снейп тяжело вздохнул, с осознанием ситуации провёл рукой по лицу. Крестник явно повторял его ошибку, влюбляясь в Поттера. Когда-то давно Северус неосмотрительно полюбил Джеймса Поттера, но его сердце разбилось вдребезги о холод, презрение и невзаимность. Мужчина не хотел, чтобы Драко пережил нечто подобное со стороны родителей, но ничего поделать не мог.
— Я не буду говорить, что они примут тебя со временем, этого может и не случиться, но, как минимум, ты должен понять: это твоя жизнь, и если ты решил быть с мистером Поттером, то никто не вправе тебя останавливать, — ровно проговорил профессор, незаметно скрывая слова поддержки за серьёзным тоном. Парень моргнул, цепко рассматривая лицо крёстного, а потом слегка приподнял уголки губ, чем немало удивил мужчину. Улыбка была спокойной и даже умиротворённой. Драко больше не чувствовал, что все близкие были против него, он чувствовал поддержку, пусть даже одного человека, но уже это меняло ситуацию.
Малфой вдруг подумал, что, вероятно, Снейпу нужен отдых, потому поспешно встал со стула и благодарно кивнул.
— Спасибо, профессор, выздоравливайте, — формально, полушутя пожелал он, услышав терпеливый вздох.
— Спокойной ночи, мистер Малфой.
Парень закрыл дверь и в более хорошем расположении духа направился в слизеринскую гостиную, где собирался провести пару часов за книгой, а затем провалиться в глубокий сон до самого утра. У него был целый свободный день перед учёбой и приездом Гарри, поэтому он будет убивать время всеми возможными способами.
Как оказалось, без Поттера, который большую часть времени был рядом, весьма тихо и тоскливо. Драко не отдавал себе отчёт в том, что иногда поднимал взгляд со страниц, чтобы найти зелёные глаза где-нибудь поблизости. Это было похоже на манию, но только с одним конкретным человеком. Малфой с ужасом подумал, что впрямь скучает. Такая странная, неприятная мысль, заставившая его перед сном порыться в вещах и найти бережно закрытую коробку с подаренным зельем. Запах ударил в нос, и это на немного подарило умиротворение. Закрыв бутылочку, парень разочарованно обвёл взглядом холодные постели, пустые тумбочки и лёг спать, вспоминая самое чудесное, что пережил за эти каникулы.
***
Утро в школе волшебства не могло, казалось бы, быть обычным. Тем не менее, Драко не был удивлён ничем: для него, с рождения знакомого с магией, появившиеся на круглом столе блюда не были чем-то странным. Он встал позже, чем привык, практически час провалялся в постели, не желая подниматься, потом направился в ванную, равнодушно приведя себя в порядок чистящим заклинанием, которое обычно не выносил, предпочитая всё делать самостоятельно. В Большом зале был накрыт стол уже задолго до его прихода. Несколько профессоров, включая Дамблдора, пили чай и разговаривали о предстоящих занятиях. Парень поприветствовал преподавателей и сел за стол, без особого аппетита протыкая вилкой бекон. Он скользнул взглядом к Снейпу, сидящему через два места от крестника, отметил, что тот выглядел получше чем прошлым вечером. Мужчина, отвлёкшись от беседы с Дамблдором, почувствовав взгляд на себе, посмотрел на него и что-то в родном лице смягчилось, неуловимо успокоило Драко, хотя он и не волновался. Самочувствие немного улучшилось. Случайно взглянув на директора, слизеринец поймал его лукавый взгляд, после чего тот подмигнул, продолжая разговор с Северусом. Малфой передёрнул плечами, не совсем понимая, к чему такие непонятные знаки. На своей памяти он явно не сделал за прошедший день ничего плохого. Пока что. После тщетных попыток заставить себя есть, Драко сдался, допивая сок, решая, что аппетит вполне может вернуться ближе к обеду. Он поднялся, мельком оглядел пустовавшие два места по обе стороны от него — наверное, эти двое ещё спали, наслаждаясь последним днём каникул. Совсем скоро начнут прибывать ученики, возвращаясь шумными толпами в спальни факультетов. По правде, Малфой хотел бы избежать встреч с кем бы то ни было в этот день, а завтра… может быть, завтра ему станет чуточку лучше. Парень призвал с помощью Акцио метлу, накладывая согревающие чары на тёплый зелёный свитер с эмблемой Слизерина на предплечье, и вышел на территорию школы. Ветер стих, солнце ярко светило, ослепляя. Чудесный день для полёта на метле по окрестностям и наблюдения с высоты за тёмным лесом, даже днём казавшимся мрачным и опасным. Чёрное озеро отражало свет и пролетать над ним, вглядываясь в водную гладь, было прекрасно. Драко поднялся ещё выше и облетел замок, рассматривая безучастно величественные башни. Меланхолия как-то своевольно заняла место в его сердце, и от слишком быстро приевшегося ощущения хотелось просто валяться в кровати и спать днями напролёт, как минимум. Казалось бы, ни одна проблема больше его не волновала, ничто, даже пришествие мёртвого Тёмного лорда не могло бы заставить Малфоя лишиться хладнокровия. Вдруг он услышал звук, до боли знакомый — Хогвартс-экспресс был недалеко. Парень вышел из апатии, вспомнив, что сегодня должен был вместе со всеми приехать и Поттер. Это стало тем единственным, что подняло ему настроение. Горький осадок всё ещё тревожил, медленно разъедал изнутри, но лучик света радовал настолько, чтобы можно было отвлечься от плохого. — Наверное, мне стоит рассказать об этом, — тихо прошептал сам себе Малфой, поправив ворот свитера. — Или не стоит?.. Резкий порыв холодного ветра побудил посильнее ухватиться за древко метлы. Драко устремил взгляд на далёкий пейзаж холмов. Почему-то от мысли, что он скроет нечто серьёзное от возлюбленного, больно кололо сердце. — Что ты здесь делаешь? Ещё и в таком виде. Заболеешь же, — раздался голос позади. Парень вздрогнул от неожиданности и развернулся, натыкаясь на знакомое лицо. Волосы трепал ветер, а глаза красиво светились под яркими лучами солнца. Гарри улыбнулся ему. — И тебе привет, Потти, — ухмыльнулся в ответ Драко, сделав вид, что не был тронут заботой. — Ты слишком печёшься о моём здоровье, прекрати. Мне вот интересно, почему ты сейчас здесь, а не там, — показательно кивнув в сторону экспресса. Поттер кинул мимолетный взгляд на поезд, после чего пожал плечами. — Мне просто захотелось добраться своим ходом, — что-то в его голосе звучало подозрительно. Малфой не стал допытываться, вместо этого с затаённой нежностью в глазах рассматривал парня. Через несколько минут Гарри замолчал, заметив, что Драко как-то странно безучастен. — Всё в порядке? Тот моргнул и сжал губы, исказив их в тонкой самодовольной ухмылке, ужасно наигранной. — Разумеется, что за вопросы? Нам стоит возвращаться. Перед тем, как развернуться и направиться к зданию школы, он заметил, что в изумрудных глазах блеснуло недоверие. Он прокололся. О Мерлин, неужели ложь всегда была такой сложной махинацией? Вдвоём они добрались в тишине до Хогвартса и прошли через двери вместе с небольшой толпой второкурсников. Гарри незаметно шёл рядом с Драко, то и дело поглядывая на него, явно сдерживая рвущиеся наружу вопросы. К счастью для Малфоя, до гостиной, ещё пока пустой, они добрались спокойно, а вот в спальню подниматься вместе с парнем он не захотел, сделав вид, что дочитать брошенную прошлым вечером на столе книгу стало самым важным делом за всю его жизнь. Поттер явно скептически отнёсся к этому действию, уже уверенный в том, что его парень не хочет чего-то рассказывать. Он приблизился и мягко отобрал книгу, отложив её в сторону, наклонившись и поцеловав осторожно, словно в попытке внушить, что всё хорошо. Драко почувствовал тепло, отвечая на поцелуй и притягивая к себе, касаясь руками талии под тканью кофты и мантии. Смуглая кожа на ощупь была обжигающе горячей. Гарри едва заметно вздрогнул, отстранился, чтобы посмотреть в серые глаза напротив. — Так, ты мне расскажешь, что случилось? Или мне продолжить выпытывать это у тебя до конца дня? — его лёгкая ухмылка была очаровательной. Сердце Драко на мгновение остановилось, и он подумал, что готов выдать все свои секреты этому человеку по одному его требованию. — Ради таких пыток я готов молчать вечность, — пробираясь ладонями выше по телу, заставляя чаще дышать. Малфой удивился тому, как быстро его день стал лучше за считанные минуты. Но, увы, Поттер всё ещё смотрел на него своими прекрасными глазами и ждал, тем самым не оставляя никакого шанса избежать разговора. Драко выдохнул и откинул голову на спинку дивана. — Почему ты так хочешь прибавить себе новых проблем? Моих проблем, — он прикрыл глаза, пряча за веками некую обречённость и вновь подступившую к горлу горечь. — Потому что ты важен для меня, я хочу помочь, — произнёс Поттер, касаясь мягких волос. Малфой приподнял уголки губ, вспоминая, как прошлым вечером подумал почти то же самое о крёстном, но не озвучил. Видимо, для дорогих друг другу людей испытывать нечто подобное было нормально. — Я рассказал о нас родителям, — на одном дыхании выпалил, отвёл взгляд, чтобы не видеть удивление на лице и последовавшую за этим реакцию. — Они отреагировали несколько… резко. Сам понимаешь, ни один чистокровный волшебник не будет рад такому сыну, — горькая ухмылка против воли исказила губы, но Драко постарался подавить её. Защитный механизм действовал безотказно. Поттер понимающе кивнул, а потом вдруг протянул руки, скользя по свитеру, прижимаясь. Он обнял, оказывая поддержку в той степени, которая требовалась уже остывшему после конфликта с Люциусом парню. — Я уверен, он поймёт. Твой отец не может возненавидеть тебя из-за подобного, Драко, — тихий шёпот Гарри вправду действовал, его слова влияли на состояние юного волшебника. — Чистокровные семьи ведь не против… таких видов отношений. Думаю, дело не в том, что мы оба парни. Скорее, всему виной я, — он отстранился, виновато улыбаясь. Малфой нахмурился, не желая делать виновным во всех бедах своего возлюбленного. — Ты о том, что он был Пожирателем? Возможно, но это явно не твоя вина, Гарри, — качнул головой, резко отвергнув слова собеседника. Тот неопределённо хмыкнул. Вообще-то, конфликт вполне мог возникнуть на этой почве, но сути дела это не меняло. — Со временем он смирится. Я буду рядом, что бы ни случилось, просто знай это, — Поттер отстранился и, прежде чем встать и отправиться разбирать свои вещи, поцеловал Малфоя мягко, осторожно, будто это было впервые. Тот не сдержал лёгкой улыбки прямо в губы. Нечто тёплое заполняло сердце, когда он был рядом с Золотым мальчиком. «Он умеет обнадёжить», — мельком подумал парень, провожая фигуру взглядом. В гостиную начали заходить ученики факультета Слизерин, тихо переговариваясь между собой о разном. До обеда оставалось не так много времени.***
В День Святого Валентина многие не находили себе места, старались приготовить шоколад для своей второй половинки или урвать несколько минут, чтобы занять свободный уголок. Эта «любовная лихорадка» — как окрестил данный период Драко — была очень заметной и, порой, раздражающей. Малфой не считал своим долгом разгонять обжимающиеся на каждой лавочке пары, вместо этого просто игнорировал, утыкаясь в книгу или углубляясь в свои мысли. Ни разу этот день не вызывал у него радость, восторг, он считал глупым подобное поведение и искренне не мог понять, какой смысл из всех дней в году лишь в один рассказывать о своей любви. Разве для этого нужен особый повод? Видимо, его мнение было весьма нераспространённым, если судить по тому, как все вокруг весело щебетали о свиданиях. Парень с самого утра был не в духе: получил письмо от родителей, но так и не открыл со вчерашнего дня. Это было первое письмо со времени ссоры с Люциусом, что ещё больше нагнетало. Несмотря на то, что Поттер был рядом, Драко почему-то чувствовал, словно что-то не так. Его напрягали очередные тайные прогулки волшебника в одиночестве. Спрашивать Малфой не стал, ведь, по сути, парень сам рано или поздно расскажет. Или же он выяснит сам, если этого не произойдёт. Завтрак перед уроком Травологии был ужасно долгим, из-за чего Драко не выдержал и, оставив нетронутым пирог с яблоками, чем изрядно ошарашил сидящего рядом Гарри, ушёл. «Что-то забыл в спальне? — нахмурившись, подумал Поттер, но тут же отмахнулся от этой догадки, ведь Малфой не был таким рассеянным. Он опустил задумчивый взгляд в тарелку, сглатывая комок волнения в горле. Возможно, его идея была всё же не такой хорошей, как казалось на первый взгляд. — Мерлин, хоть бы он не догадался». Через полчаса, когда ученики начали подтягиваться в кабинет Травологии — по совместительству, теплицу, — Драко уже был там, медленно оглядывая широкие лепестки магических растений. Профессор Стебль с умилением что-то начала говорить, но её слушала лишь пара слизеринцев, которые ещё не до конца проснулись. Гарри подошёл к возлюбленному и осторожно коснулся его плеча, с неким благоговением запечатлев в памяти образ окружённого красивыми растениями Драко. Он был невероятно красив, как ангел, но характер имел дьявольский. Малфой скользнул глазами по обеспокоенному лицу и огляделся без интереса, желая лишь убедиться, что их скромная пара не привлекает внимание сокурсников. Он не любил, когда их разговоры подслушивали. Слухи — дело грязное и липкое. — Ты что-то хотел? — парень приподнял уголки губ, хотя Гарри видел, что это было несколько наигранно. Сердце больно кольнуло. Неужели он как-то успел задеть Драко? Не могли их отношения испортиться за одну ночь. — Ты… Всё в порядке? Ты сам не свой, — тихо и напряжённо поинтересовался в лоб Поттер, ненавязчиво скользнув по руке вниз, к ладони. Его прикосновение обожгло кожу, Малфой с нежностью проследил за этим движением. — Разве? Мне кажется, тебе просто приснился кошмар, Потти. Я в порядке, — он мягко отстранил от себя парня, возвращаясь к растениям. Выражение лица было умиротворённым, немного грустным, и это пугало. Гарри не успел ничего сделать — начался урок, и профессор громко попросила всех собраться у стола с мандрагорами. Ох уж эти крикливые создания… За Травологией шли остальные предметы, а конец дня скрашивало Зельеварение. Часть учеников уже строили планы на остаток дня, кто-то же собирался разумно заняться домашним заданием. Малфой к тому времени думал лишь о том, как откроет письмо и увидит почерк отца, который выразил в лаконичных фразах свой гнев. Снова. Юный маг морально готовил себя к этому, потому даже меньше обычного разговаривал, постоянно прокручивал в мыслях этот ужасный момент вскрытия письма. На Зельеварении его апатии настал конец — в паре с Поттером нельзя было думать ни о чём другом, иначе их котёл взорвался бы в любой момент. Парень со смешком отметил, что Гарри совсем не умеет нарезать сушёные крылья веретенницы. Тот фыркнул и пробурчал что-то, пряча смущение за стёклами очков. Малфой остановился, перестав помешивать зелье с уже добавленными ингредиентами, и посмотрел на него. Как вообще он смог влюбиться? Почему Золотой мальчик достался ему? Разве может так повезти в жизни? Драко смотрел на смуглую кожу, зелёные глаза и очаровательную улыбку, не в силах оторваться. Гарри был невероятно красив, также талантлив во многом, включая квиддич, но исключая приготовление зелий. — Потти, их нужно нарезать вдоль, а не поперёк, — напомнил парень и вновь принялся за дело. Через пару мгновений они уже видели перед собой животворящий эликсир очень даже неплохого качества. Малфой даже с удивлением отметил, что в этот раз у него получилось лучше, чем в прошлый. Северус подошёл к их столу, оглядывая сначала котёл, а потом и двоих учеников. Его взгляд задержался на Гарри, словно в попытке что-то найти в лице улыбающегося парня. Тот чувствовал, что в этот раз его не ударят книгой и не скажут переделывать. Малфой с некой гордостью наблюдал за возлюбленным — приятно было видеть такое довольное выражение. — Хорошо. Остальным следовало бы брать пример с мистера Поттера и мистера Малфоя, — на мгновение Драко увидел в тёмных глазах нежность, но мужчина отвернулся и вновь прошёл по рядам. Где-то позади кого-то ошпарило кипятком, и Снейп не удержался от очередного саркастичного комментария в сторону «неумелого мистера Крэбба». Тот болезненно шипел, пока его отводили в медицинское крыло. Драко разглядывал ровную поверхность приготовленного зелья, подперев голову рукой и размышляя о полёте на метле. Почему-то именно сегодня он решил, что полетать ночью, тем самым нарушая правила, было бы неплохо. Погода стояла прекрасная, а ночь обещала быть звёздной. Вроде, он слышал от Лавгуд, которая частенько заговаривала с ним ни с того ни с сего о каких-то непонятных существах, что в этот день будет пролетать комета. Хотя едва ли девчонка не могла что-то напутать, но почему бы не проверить? Он ничего не потеряет. От мыслей волшебника оторвало недвусмысленное прикосновение к рёбрам. Малфой вздрогнул и обернулся к соседу: — Что? По скептическому взгляду Поттера можно было понять, что тот разговаривал с ним то время, пока Драко думал о своём. — Я спросил, есть ли у тебя планы на сегодня, — повторил парень и неловко потёр шею, где у него красовался незаметный засос, почти сошедший. Драко проследил за этим движением, ухмыльнулся и поднял глаза на лицо. — У тебя есть предложения? — вопросом на вопрос ответил он. Полёт можно было и отложить на другой день, если у Гарри была идея получше. Да и смущённый вид возлюбленного вызывал немалый интерес к происходящему. Кашлянув, Поттер поправил очки, выдавив из себя короткое и тихое: — Свидание. Пара секунд тишины — Малфою показалось, что он ослышался. Нет, погодите, его только что пригласили на свидание? Ничего удивительного, но почему-то сердце забилось быстрее от одной мысли. — Извини, что ты сказал? — решил удостовериться он, вгоняя в краску собеседника. Гарри закрыл лицо руками, прячась. Ему было безумно трудно набраться смелости и предложить извечно спокойному, гордому, как гиппогриф, человеку пойти на свидание. Почему-то даже после того, как они переспали (и не раз), Поттер всё равно был безумно стеснительным в некоторых вещах. И Малфою это нравилось. — Ты пойдёшь со мной на свидание? Сегодня вечером, — вдохнув побольше воздуха, выпалил это, не потрудившись понизить голос, а потому некоторые сокурсники с удивлением замолчали и отвлеклись от приготовления зелий. Драко вдруг стало смешно от того, как парень побледнел мгновенно и оглянулся. «О Мерлин, я сказал это слишком громко?..» — он жалостливо взглянул на друга, который едва сдерживал смех, хотя внешне это было почти незаметно. — С удовольствием, — мягко произнёс Малфой. После этого его взгляд стал холоднее и жёстче, он обвёл каждое заинтересованное в их диалоге лицо, заставляя вернуться к своим делам. Единственные, кто ни капли не удивился и даже шёпотом обсуждал их с ухмылками, были Панси и Блейз — Драко скривился, когда они оба насмешливо посмотрели в ответ. До конца урока всё шло гладко, если не учитывать то, что Гарри сидел как на иголках, так и норовя сорваться с места и убежать куда-то, из-за чего Малфою время от времени приходилось напоминать ему, где тот находится. Впрочем, против счастливых зелёных глаз у него не было ни шанса. После Зельеварения Поттер мгновенно вылетел из класса, чему оставалось только подивиться, а Драко лениво последовал к выходу вслед за другими слизеринцами. Последний урок закончился, следовательно, торопиться было некуда. Парень намеревался отправиться в гостиную и сделать набросок эссе, которое было задано, но его ожидало разочарование и неприятный сюрприз прямо у дверей кабинета профессора Снейпа. Семейство Уизли было крайне неприятным для его отца, но сам Драко не считал их грязью или чем-то подобным. Но исключения есть всегда, и Рон Уизли был тому доказательством. Малфой знал и понимал, чем вызвана его неприязнь, только постоянно цапаться без должных причин было так глупо, что он предпочитал игнорировать выпады в свою сторону. Может, когда-то давно, когда его волновало мнение подобного человека, эти слова могли заставить озлобиться, начать спор или даже драку, теперь в этом он просто не видел смысла и предпочитал избегать встреч, хоть получалось не всегда. К сожалению, гриффиндорец явно не разделял его мнения, что неудивительно. Драко остановился, холодно посмотрел на стоящего перед ним человека и изобразил скуку на лице, чтобы побыстрее избавиться от ненужных разговоров и препирательств. Он был не в настроении играть в эту игру, только не сегодня. — Что, пёсика потерял? — тон Рона был ужасен, и Драко недовольно скривил губы, а потом ухмыльнулся. Видимо, так просто его не оставят в покое. — Мне хотя бы есть, что терять, Уизел. Он сделал шаг вперёд, намереваясь просто пройти мимо, но за плечо нагло схватили и развернули к себе. На такую вольность Малфой отреагировал резко, угрожающе ткнув палочкой в грудь, устанавливая расстояние между ними. — Не трогай меня. Предупреждаю один раз. — А не то что? Убьёшь меня? Думаю, твой отец уже давно тебя научил трём непростительным. Не удивлюсь, если от ваших рук и погибли пропавшие люди, — парень нёс чепуху, но Малфой понял, что тот говорил о недавних пропавших из министерства. Многие винили во всём именно Пожирателей. — Много уже убил? Вы с папашей одинаковые, — презрительно выдал Уизли и достал палочку, одним резким движением насылая проклятие оцепенения. Где-то рядом раздался вскрик Гермионы, но Рон был слишком увлечён. Драко, вовремя успевший отразить атаку, не на шутку разозлился. Его ссора с Люциусом пролетела перед глазами, а слова противника эхом отразились в голове. Он потерял самообладание, направив палочку в чужую сторону. — Инкарцеро, — сорвалось с языка. В ту же секунду веревки обвили ошарашенного Уизли, и тот свалился на пол, осыпая оскорблениями соперника. Драко убрал палочку и с омерзением развернулся, натыкаясь на так не кстати подошедшего декана Слизерина. Снейп с долей удовольствия окинул взглядом крестника и лежащего неподалёку гриффиндорца, после чего с явным недовольством освободил последнего и снял с каждого по пять очков за неподобающее поведение. Сухо извинившись перед профессором, Малфой направился к гостиной Слизерина, не очень разочарованный тем, что потерял несколько баллов. Учитывая, насколько сильно его раздражал Рон, эта стычка была неизбежной. Парень просто не мог понять, насколько далеко можно заходить в высказываниях, потому стоило ему показать. И Драко это сделал. Большего от него не требовалось, ведь, если Уизли не поймёт с первого раза, то дальше уже не было смысла разговаривать. В гостиной было несколько человек — большая часть разбрелась по замку в поиске романтичных мест для посиделок. Малфой же находился в окружении гордых одиночек, которые предпочитали глупостям учёбу. Наверняка, в библиотеке было так же около десятка людей, но сидеть там не было никакого желания. В камине потрескивали поленья, за окном смеркалось. Отложив перо и пергамент с написанным эссе, которое парень хотел просто начать, но решил потратить чуть больше времени и написать его целиком, Драко потянулся. Его все ещё жгло непрочитанное письмо, лежащее на тумбочке у кровати в спальне, но волшебник продолжал сидеть на кожаном диване, откинув голову на спинку, и слушать треск. Было спокойно и по-своему тепло, как будто это место впрямь стало для него родным. Не так, как мэнор или дом на Гриммо, но всё же… В этот уголок спокойствия ворвался настоящий ураган, способный снести всё на своём пути, но вместо этого он лишь тихо устроился рядом с Драко, со слабо скрытым нетерпением прожигая взглядом. Малфой лениво приоткрыл глаза и выпрямился, чтобы ответить лёгкой насмешкой на подобное поведение. Гарри напоминал игривого гиппогрифа раннего возраста, когда у них ещё не такие устрашающие клюв и когти, не столь опасный нрав. — Мне стоит надеть платье? — произнёс парень, на что Поттер непонимающе вскинул брови. Он, должно быть, представил это, потому что в следующее мгновение отвернулся, и его красные щёки утонули в свете пламени в камине. — Очень смешно, — фыркнул Гарри, после чего протянул ладонь, до странного решительно глядя в серые глаза, в которых плескалось тепло. Драко оставил на потом переживания о письме отца, о завтрашнем дне и сегодняшних словах Уизли, вместо этого поддаваясь желанию в столь слащавый праздник провести время с любимым. Что-то в этом было красивым. Наверное, сам Поттер, поправляющий мантию-невидимку и держащий Малфоя за руку. Если подумать, то он столько раз заставлял Драко чувствовать себя счастливым, что мысль жить с Гарри казалась уже не просто странной, а вполне реальной и даже приятной. Парень с удивлением осознал, что совсем не против до конца своих дней оставаться рядом с ним. Они добрались до Астрономической башни. На небе сверкали тысячи звёзд, а около перил лежал тёплый плед, на котором уже стояла корзина, явно с едой, и даже пара кружек с чем-то, чего нельзя было увидеть без должного освещения. Драко не сдержал улыбки от такого зрелища. — Да ты романтик, Потти, удивил, — беззлобно присвистнул он и услышал весёлый смех. Они сели, и вместо холода Малфой ощутил тепло — не только от согревающих чар, но и от чувства, которое в это мгновение плескалось в его сердце. Как оказалось, Гарри всё то время, исчезая после уроков и по вечерам, учился готовить, с чем ему помогал — Драко ужасно удивился — домовой эльф Добби. Это всё объяснило. Парень не смог унять смех от того, как Поттер рассказывал, что поджёг штору на кухне. По его словам, готовить маггловскими приборами было бы несколько проще. Они сидели на небольшой смотровой площадке, разговаривали, совершенно не следя за временем — пятница это позволяла, к счастью, — и пили сливочное пиво, которое Гарри каким-то невероятным способом успел купить в Хогсмиде сразу после Зельеварения. Малфой не переставал удивляться тому, что вытворял временами его возлюбленный. Факт того, что это всё было ради Драко, заставлял сердце биться быстрее. Он пообещал сам себе придумать что-нибудь для волшебника в будущем. Что-нибудь интересное. — Так, что случилось утром? Я знаю, что ты уже отвечал, просто… — Поттер вновь поднял тему, прикусив губу. Драко сделал глоток из стакана и поднял глаза к небу. Комета, о которой говорила Полумна, пересекла ночное небо. — Я получил письмо от родителей, — выдохнул он. Это стало поразительно неважно для него, больше не было волнения и беспокойства. Словно время, проведённое наедине с Гарри, подавило все переживания и страхи. Парень понимающе кивнул: — Ты его не открывал, да? Уверен, они просто хотели узнать, как твои дела, — попытался приободрить, касаясь тёплой ладони. Малфой посмотрел на него и сжал руку, ухмыляясь. Ему не нужно было гадать, чтобы понять смысл этого письма. Родители явно хотели сгладить конфликт, ведь он, на секундочку, единственный сын. И, плюсом, высказать разочарование, что скорее всего и попытается донести до него ровный почерк отца. Но это будет не сегодня. Драко приблизился и поцеловал Поттера, мягко сминая губы и сплетая язык с другим, неспешно отвечающим. Очки накренились из-за столкновения, и их поспешили приподнять для удобства. Голова шла кругом то ли от выпитого, то ли от чувств, хотя первое можно было вычеркнуть сразу. — Мы ведь не будем делать это здесь? — шёпотом поинтересовался Поттер, невольно облизывая губы. Драко хмыкнул. — Боишься, что поймают? — от этих слов Гарри тихо рассмеялся, коротко чмокнув собеседника. — Нет, просто привлечь Филча стонами было бы ужасно неловко. Мы ведь не хотим стать известными в таком свете? — он провёл ладонью по щеке, спускаясь к шее, заворожённо рассматривая бледную кожу и ключицы. Малфой довольно улыбнулся, заговорщицки понижая тон: — О, мы этого точно не хотим.
