Благодаря зоне Увядания...

Солнечные лучи, проходя сквозь листья, рассеивались, создавая легкую пелену, навевающую покой и сонливость. Послеполуденная жара в лесу Авидья разогнала все живое по норам. В сонной тишине единственным звуком был легкий шелест шагов и потрескивание веток под чьими-то ногами. Ветки раздвинулись – и сначала показалась пара больших, феньковых ушей, а затем и сам парень с этой необычной особенностью. Тигнари шел быстро, оглядываясь по сторонам, что-то выискивая огромными оливкового цвета глазами, сжимая нечто в ладони до побелевших костяшек. Вышел на поиски он уже как час назад, даже солнце успело немного сдвинуться на запад, но пока никакого успеха не было, и тревога усиливалась с каждым мгновением, сдавливая сердце ледяной рукой. Тигнари разжал кулак и нервно взглянул на содержимое ладони – Электро Глаз Бога и снова нервно вздохнул. Зачем Сайно вообще его дали, если он оставляет где попало. Интересно, если Тигнари ему скажет, что потерял артефакт, Сайно хоть как-то отреагирует? Надо проверить. По губам скользнула лисья усмешка от предвкушения. Через несколько шагов воздух внезапно стал тяжелым и будто бы грязным. Тигнари огляделся и только сейчас заметил, что трава под ногами, как и деревья, выглядела высохшей и мертвой. Он едва себе пощечин не надавал от недовольства. Паника не причина для такой рассеянности. Нужно срочно покидать зону, но внезапно взгляд парня зацепился за что-то, похожее на… человека? Тигнари тут же бросился туда. Даже если это галлюцинация зоны Увядания, стоит все равно проверить, чтоб потом не мучиться совестью до конца жизни. Но чем ближе он подходил к этому «видению», тем четче видел его, и тем больше сердце наполнялось ужасом, поскольку это… ребенок? Одним, почти звериным прыжком Тигнари оказался возле него и, даже не взглянув в лицо, подхватил на руки. Глаза зацепились за копье, которого, по идее, у ребенка быть не должно, в особенности такого знакомого, но думать было некогда - парень взял и его на всякий случай и бросился из этого мертвого места, поскольку ему уже и самому становилось плохо. Тигнари изо всех сил старался бежать, не поддаваясь усталости и ноющей боли в руках, быстро устающих от тяжести ребенка. Как только последнее засохшее дерево оказалось за спиной и зеленый, живой лес снова окружил их, защищая, Тигнари опустил на землю спасенного и наконец посмотрев на него, вздрогнул. Первой мыслью, которая возникла в ошеломленном мозгу, была: «Откуда здесь ребенок-пустынник?» Взглянув на одеяние, он уже почти в панике подумал: «Почему на нем одежда висит и так похожа на одеяние Сайно?» Тигнари снова вгляделся в смуглое лицо и закрытые нежными веками глаза. Высокий лоб обрамляли белые, мягкие волосы. Парень не мог оторвать взгляда от него. Он не мог заставить себя даже мысленно произнести это. Не мог. - Сайно? – тихим, севшим голосом переспросил он. И тогда понял, что уже целую минуту сидит над бессознательным телом, ничего не делая. Тигнари быстро достал воду и какие-то травы с резким запахом, которые он собирал до этого. Он провел листьями под носом, в надежде, что этот аромат достигнет сознания. Его ожидания оправдались – мальчик чихнул и открыл янтарные глаза. И именно в это мгновение Тигнари потерял остаток надежд на то, что это не генерал махаматра. Однако против воли глаза жадно изучали новый облик – его всегда очень интересовало как суровый и холодный Сайно выглядел в детстве. Парень всегда представлял милого смуглокожего малыша с вьющимися волосами и огромными, наивными глазами. Реальность его не разочаровала, и даже превзошла ожидания. Сайно моргнул, и в глазах появилась растерянность - очевидно чувствовал, что его тело изменилось. Он медленно поднял руку к лицу, будто желая убедиться, что все в порядке. Тигнари хотел перехватить ее, остановить, но сдержался. Какая разница, когда он узнает правду? По хрупкому, детскому телу пробежала дрожь, а в глазах зажглась паника, когда Сайно увидел, что привычная ему мозолистая рука превратилась в нежную детскую ладошку. - Сайно… - начал Тигнари, но тот его перебил срывающимся высоким голоском: - Что со мной?! – и тут же замолк, услышав себя. Паника начала мешаться с ужасом. Парень-фенек ласковым жестом погладил по голове, пытаясь успокоить его, да и себя заодно. -Скверна зоны Увядания влияет на всех по разному. Видимо, это один из них. Мы все исправим. Ребенок затрясся еще сильнее, от этих спокойных слов и в глазах сверкнули слезы. Видимо, вместе с взрослым обликом, Сайно утратил и свое обыкновенное хладнокровие. Сердце Тигнари переполнилось от страха за него, нежности и гнева на самого себя за такую бессердечность, он подхватил Сайно на руки, крепко обнимая и прижимая к себе. - Сайно, я тебе обещаю, - быстро зашептал Тигнари, пытаясь сделать все, чтоб голос не дрожал, - Есть способ все исправить. Ничего не бойся. Я с тобой. Скоро мы все исправим. Маленькие ручки обхватили шею, и Сайно уткнулся носом в плечо парня, пытаясь успокоиться. Тигнари рассеянно перебирал белые волосы, продолжая ласково шептать успокаивающие слова. Когда дрожь немного утихла, Сайно отстранился и, неестественно серьезно для ребенка глядя в глаза, наконец смог спокойно спросить: - Подобное уже происходило? Откуда у тебя уверенность, что все будет хорошо? Тигнари вынужденно признал: - Нет, подобное впервые. Но, знаешь ли, - насмешливо произнес он, - не каждый обладатель Глаза Бога оставляет его где попало. Но есть способ вывести из тебя скверну и тогда, скорее всего, тебе вернется прежний облик. Сайно покачал головой, и ответил только на одну фразу: - Я оставил его не где попало, а у тебя, потому что знал, что у тебя он в сохранности, да и ты бы меня нашел в любом случае. На губах парня невольно появилась улыбка и он, не удержавшись, ласково сжал щеку мальчика: - Я и не думал, что ты мне так доверяешь. Янтарные глаза потемнели от негодования и Сайно поджал губы, стараясь придать суровый вид, но став от этого только милее: - Мне приходится. - Мальчик разжал объятия и недовольно спросил: - Может, отпустишь? - Нет. - Что значит «нет»?! - То и значит. – Тигнари спокойно поднялся с ребенком на руках: - Во-первых, так проще будет тебя спрятать – ты же не хочешь, чтоб тебя узнали? Или хочешь? – парень хмыкнул. - Ты знаешь ответ. А во-вторых? - Во-вторых, - еще шире улыбнулся он, - когда еще я смогу тебя потискать без последствий? Я не намерен упускать этот шанс. Сайно широко раскрыл глаза от такой наглости и попытался выбраться из объятий: - Отпусти меня, - властно, как ему наверное казалось, прошипел он. Устав от этого сопротивления, Тигнари опустил ребенка на ноги и присел на корточки напротив, чтоб их лица были на одном уровне. - Тебе и правда так плохо у меня на руках? – строго спросил он, однако в оливковых глазах плескалась грусть: - Если да, то прости. Сайно понял, что перегнул палку, и молча обхватил снова шею, безмолвно просясь на ручки, а огромные глаза стали почти умоляющими, заставив сердце Тигнари болезненно сжаться. Не так уж и плохо здесь, подумал мальчик устраиваясь поудобнее. В такой ситуации это и вовсе лучшее место. Вслух, разумеется, он в этом признаваться не собирался. Мир с подобной точки зрения казался несколько другим. Сайно внимательно рассматривал деревья, солнечные лучи и, что и скрывать, сосредоточенное лицо Тигнари. Последнее в особенности. В груди зашевелилось противное чувство вины. «Ему тоже страшно, - внезапно осознал он, - страшно за меня. Разве он заслуживает таких грубостей, даже не смотря на то, что я и сам не могу себя вести по другому?” Каждая струна души желала утешить Тигнари или хотя бы расслабить немного натянутое как струна тело. Но как? Янтарные глаза прищурились в задумчивости. Командир лесного дозора всегда терпеливо относился к детям, а значит он может позволить себе больше, верно? Сайно мягко потянул пушистое ухо. Тигнари скосил глаза на него: - Что ты хочешь? Мальчик вздохнул: - Ты злишься на меня? – задал он самый волнующий вопрос. Первое, что пришло в голову, это сказать «да», но при взгляде в невинное личико, резкости застряли в горле. Он не мог намеренно обидеть взрослого Сайно, а в облике ребенка это казалось просто преступлением. Поэтому он только покачал головой. Впрочем, отвечать уже и не нужно было – они подошли к лагерю лесного дозора. Ребенок спрятал лицо в плече, а парень накрыл белые волосы своим рукавом, положив ладонь на затылок. Со стороны это выглядело вполне естественно – лесной страж утешает потерянного ребенка. Слава Архонтам, наблюдать эту актерскую игру было некому и они быстро проскользнули в хижину Тигнари. - Ну, вот и все, - произнес ее хозяин, опуская ребенка на землю, - теперь ты в безопасности. Сайно взобрался на стул и вопросительно посмотрел на него: - Когда же мы испытаем твой способ? - Не сейчас, - спокойно ответил Тигнари, садясь напротив, - Тебе нужно отдохнуть хотя бы до завтра, иначе ты просто не выживешь. Этот процесс довольно сильно связан с элементальной энергией, и тебе может стать еще хуже. Кстати, - спохватился он, - ты как себя чувствуешь? Голова не кружится? Может, стоит прилечь? Мальчик покачал головой: - Все в порядке. Стоило быть внимательнее. Мне сообщили, что в этом районе видели одного из ученых, и я увлекся… Тигнари протянул руку через стол и взял маленькую ладошку, ласково сжав пальцы: - Не стоит так переживать. Зато ты получил внеочередной свободный день. - С тобой, - еле слышно прошептал Сайно. Если бы не острый слух фенька, парень бы и не услышал это. Однако он услышал и бледные щеки покрылись румянцем смущения и удовольствия. - Если ты хочешь чаще бывать со мной, то мои двери всегда открыты для тебя. Ребенок вздрогнул, не ожидая, что его услышали, и в его глазах появилась грусть: - Я знаю, но моя работа занимает так много времени, и ты это знаешь. В подобных разговорах и прошел остаток дня. Оба старались вести себя как можно тише, чтоб не привлекать внимание и никто не зашел, и это удалось. Когда подошло время для обеда, Тигнари сначала попытался вспомнить, как кормить детей, но потом, взглянув на Сайно, которому, судя по всему, сейчас физически было около пяти, успокоил себя. В таком возрасте дети уже едят сами. Но это не избавило от того, что ребенок путался под ногами во время готовки, пытаясь помочь, а в результате мешая еще больше. Не то, чтоб Сайно ничего не умел, просто детские ручки не такие ловкие, как у взрослого человека, и за что бы он ни брался получалось это не очень хорошо. И уж точно ими не приготовишь блюдо, которое он обычно готовил. И даже если это раздражало, при взгляде на разочарование в глазах он мгновенно таял и тут же бросался утешать ласковыми словами и объятиями. В эти моменты он начисто забывал, что перед ним взрослый, просто в детском теле. В первую очередь сейчас это был очень дорогой человек, о котором нужно и можно заботиться как никогда. Сайно же, хоть и фыркал, напоминая, что на самом деле не ребенок, но Тигнари замечал, что он все чаще что-то портит, чтоб утешения и внимание вернулись к нему. Это было мило до тех пор, пока ребенок не порезался. Парень мгновенно обернулся на тихое шипение, ожидая увидеть что-то в очередной раз криво нарезанное, но вздрогнул от вида крови на смуглой ручке. -Архонты, Сайно! - бросился Тигнари в очередной раз к ребенку: - Ну, и как ты умудрился? - Все нормально, - тихо ответил тот, однако руку покорно дал, чтоб обработать порез. Только когда Тигнари поднял взгляд от своей работы, ему показались искорки смеха на дне зрачков. «Интересно, - задумался парень, когда они ели безнадежно подгоревшую от всех этих отвлечений еду, - он вжился в роль или наоборот снял маску?» Но, как бы то ни было, подобные капризы не закончились до заката. Вечером же Сайно внезапно, обняв руками колени, притих и загрустил, и тогда Тигнари вспомнил, наконец, про оставленный у него Глаз Бога. Даже если это не поднимет настроение, то сделать стоит. Он взял в свои ладони безвольную руку и положил в нее хрустальный шар, который, будто радуясь встрече с хозяином, выпустил слабый разряд тока. Он заставил мальчика поднять лицо и устало взглянул на ладонь. - Какой в нем смысл, - с недетской горечью произнес Сайно, - если он мне не может помочь сейчас? Тигнари только крепче сжал руку и положил себе на сердце, то ли утешая, то ли доказывая искренность своих слов: - Ты мог умереть там, и ты это знаешь, но Глаз Бога спас тебя от этой судьбы. Если бы ты его взял, вообще ничего бы не произошло. Завтра все станет как раньше. Я обещаю, что сделаю все для этого. Ты веришь мне? Сердце спокойно билось под его ладонью, и Сайно совершенно не хотелось отнимать руку. Этот ритм успокаивал, заставлял не просто верить, а знать, что все будет так, как Тигнари сказал. Тем более, если учитывать, что Тигнари - это все, что у него есть… да и все, что было и будет. Он встретился взглядом с оливковыми глазами и кивнул, как зачарованный. - Я верю тебе. – севшим голосом ответил он. Тигнари внезапно вскочил и начал что-то лихорадочно искать в столе. Сайно застыл от удивления, а потом аккуратно, будто сомневаясь в рассудке парня, спросил: - Все в порядке? Тот резко обернулся, словно только вспомнил про существование ребенка здесь. - А, да. Просто вспомнил, что ты еще кое что у меня оставил, когда в последний раз был. – Рука в ящике стола внезапно застыла, будто наткнувшись на что-то: - Нашел! Уверен, тебя это порадует. Он вытащил мешочек и бросил прямо в руки Сайно. Тот инстинктивно поймал и, как только взгляд скользнул по этой вещи, его глаза загорелись, а на губах появилась улыбка. Мальчик с упоением развязал мешочек и высыпал на стол свою коллекцию карт. Тигнари с непередаваемой радостью наблюдал за этими изменениями. Во взрослом облике одержимость Сайно своей коллекцией казалась иногда странной и инфантильной, но маленькая же версия выглядела просто до боли милой и увлеченной. Парень не смог сдержать чувства, быстро подошел и, крепко обняв ребенка, ласково поцеловал в щеку, которая покрылась легким румянцем от этого. -Что с тобой? - спросил Сайно, слегка охрипшим голосом то ли от молчания, то ли от волнения. -Ничего не могу с собой сделать - ты в детском теле слишком милый. Не то, что взрослый, - прикрыл Тигнари сарказмом истинные чувства. - Если неприятно, лучше говори. - Он слегка ослабил объятия. Ребенок же крепче прижался спиной к груди: -Мне и тут хорошо, - ответил он, отводя глаза. Какую только правду не скажешь, когда можешь отмазаться невменяемым состоянием из-за смены возраста.Он быстро перевел тему: - Сыграешь со мной? – немного неуверенно спросил Сайно, повернув голову, чтоб посмотреть в глаза. Судя по голосу, он ожидал отказа, поскольку в обычной жизни Тигнари не всегда соглашался. “Не смотри на меня, особенно сейчас, - заглядывая в наивные глаза подумал Тигнари, - Как же я смогу тебе так отказать?” И не смог. И именно из-за невозможности сказать «нет», они играли, пока Сайно не начал клевать носом. Тигнари спокойно собрал карты так, как по его наблюдениям собирал их хозяин, взял на руки ребенка и положил в кровать. От прикосновения холодной простыни Сайно немного взбодрился и тихо спросил: - А ты где ляжешь? - На полу, - кратко ответил парень. – Не хочу тебе мешать. Ребенок сел на кровати, спустив ноги, и покачал головой: - Я не хочу доставлять неудобство тебе. Мне нормально будет на полу. - Не геройствуй, - резко ответил Тигнари, положив его обратно. – Все будет нормально. Ну или, - насмешливо продолжил он, - я могу лечь с тобой. Хочешь? И, неожиданно для обоих, Сайно кивнул. Отступать было некуда, ведь он сам предложил, и Тигнари скользнул под одеяло рядом, стараясь оставить как можно больше места. Сайно же, в котором детский облик отнял остатки такта и отстраненности, прижался ближе и обнял, уткнувшись носом в грудь и чувствуя, как его тоже крепко обнимают. -Я с тобой, - тихо прошептал Тигнари. - Спокойной ночи. Однако Сайно не знал - это сон о том, что он хочет слышать, или реальность. Уже на рассвете Сайно проснулся и бесцеремонно растолкал Тигнари. Тот не стал даже недовольствовать – нетерпение было понятным и очевидным. Будь он сам в подобной ситуации, не дотерпел бы и до утра. Они выскользнули в утреннюю прохладу. - Что мы ищем? – тихо спросил Сайно. - Уничтоженную зону Увядания. Там кое-что должно быть. Я знаю, куда идти. В полном молчании они быстро достигли места, которое вспомнил Тигнари. - И что здесь нужно? – в полном недоумении спросил снова мальчик. Тот в ответ молча указал на тотем с яркой искрой. - Садись возле него Сайно сразу же послушался. Парень же тем временем подошел к странному каменному «лепестку», наполненному зеленоватыми, сияющими лозами. От одного прикосновения несколько оплели руку, и он вернулся к своему «пациенту» - Ты готов? Может быть очень больно. В детском голоске зазвучал стоицизм и уверенность генерала махаматра: Готов Тигнари покачал головой, сжал свободной ладонью смуглую руку и почти умоляюще прошептал: - Будь сильным. Не дожидаясь ответа, он поднял руку, светящуюся элементальной энергией и прикоснулся к груди Сайно. Стебли тут же оплели тело, кожа немного побледнела, а янтарные глаза закрылись. Несколько минут Тигнари тревожно вглядывался в бессознательное тело, пока не увидел еле заметные изменения, которые становились все быстрее и явнее. Черты лица стали четче и тоньше, как и весь облик. Он с облегчением вздохнул. Все получилось. Но тогда откуда эта тоска?