Эйфория

— Андрюх… иди сюда, поближе… Горшок придвигается к лежащему рядом на кровати Князю. Целует его в ухо, обводит полуоткрытым ртом раковину, касается языком. — М-м-м, Мишка… — Князь шумно вздыхает, моргает полусонными глазами, зарывается пальцами в растрёпанные волосы Горшка, притягивает его ближе. — Приятно… сладко с тобой… — И с тобой… — бормочет в ответ Горшок, играя губами с серёжкой в его ухе. — Щекотно… Нравится… — Князь гладит Горшка второй рукой по голой спине, забравшись под футболку. — И мне… с тобой… — Горшок отпускает серёжку и начинает легонько потрахивать языком его ухо. — Да… — Князь поворачивает голову, подставляясь, дышит чаще, чуть выгибается. Скользит рукой Горшку в трусы, поглаживает копчик и ягодицы с лёгким нажимом. Горшок глухо, коротко стонет, придвигается ближе, перемещает руку Князю на бедро, поглаживает. Андрей целует его в ухо, в загривок, горячо прижавшись губами, ёрзает в объятиях; забирается пальцами между ягодиц, дразняще потирает, взъерошивает второй рукой волосы. — Хочешь?.. Пальцами тебя… — Ага… да, хочу… — Горшок прерывисто вздыхает, мажет Князю носом по шее и чуть расставляет ноги, закидывая одну Андрею на бедро. — Щас… — Андрей приспускает с Михи и с себя трусы так, чтобы соприкасаться обнажёнными членами, облизывает свои пальцы, стараясь больше смочить слюной, гладит, аккуратно нажимает на колечко мышц, погружая один за другим два пальца на фалангу. Подлезает под Горшка поудобнее, легонько потрахивает пальцами. — Хорошо так, Миш?.. Да?.. — Да… да, пиздец хорошо… — Миха блаженно полузакрывает глаза, чуть ёрзает, пытаясь насадиться сильнее. Притирается, надавливает языком на шею Андрея, чувствуя биение пульса. — Ага… — Андрей негромко стонет, добавляет третий палец, забирается поглубже, потрахивает и растягивает, чувствуя, как Михин напряжённый член трётся о его собственный, о живот, и от этого во всём теле почти воздушная сладость и будто щекотно. — И на меня… на меня потом спустишь… — бормочет он и жмякает пальцами свободной руки Михин загривок. — Чёрт, сладко как… — Ага… и… и тебе помогу… — Горшок проводит ладонью по животу Князя, спускается ниже, и дразняще, не сжимая, гладит яички. — Приятно… когда пальцами твоими… там распирает… Князь дёргается от удовольствия, ёрзает под Михой, умудрившись нажать внутри особо чувствительное место, так, что Горшок сильнее вдавливает его в постель. — И мне под тобой приятно… Тяжёлый, горячий… пиздец хорошо… — Андрей ловит губами губы Михи, вовлекает его в глубокий поцелуй, пробует посасывать язык. — М-м-м… и мне… — Горшок снова ёрзает, притираясь сильнее, сплетается языками, царапает ногтями по бедру Князя. — Надави там… ещё… да… — Ага, щас… — Князь ритмично надавливает ещё несколько раз, мычит в поцелуй, лижется, трётся языком о язык Горшка. — Бля, люблю… Вкусный… Вкусный ты… — бормочет он и суёт язык Михе поглубже в рот. — И ты… когда ты так… кажется, что вот-вот… просто от того, что ты пальцами… — Горшок пытается притереться пахом сильнее и хрипловато стонет. — Ага… И я, кажется… могу от того, что ты просто на мне лежишь… и прижимаешься, трёшься… — Князь прихватывает губами нижнюю губу Горшка, оттягивает, быстро проводит языком по дёснам, забирается к нёбу. Потрахивает пальцами более часто, подаётся бёдрами вверх, проезжается членом по члену Михи. — Да… вот прямо так… — Миха просовывает обе руки под Андрея, сжимает его ягодицы, чуть растягивая в стороны и заставляя сильнее прижаться пахом к паху, и ёрзает, растрахиваясь сильнее. — А-а, да… так… Поёрзай на мне… и полапай там… блядь, кайф… — Андрей двигает бёдрами из стороны в сторону, обтираясь ягодицами о Михины ладони. Коротко царапается свободной рукой по спине, спускается ниже, мнёт ягодицы, стараясь сильнее потрахивать пальцами, почаще проезжаться там, где приятнее всего. — Да… да, кайф… пиздец кайф… — Горшок мнёт ягодицы Князя сильнее, оставляя, вероятно, синяки, трёт подушечками пальцев ложбинку между ними, задевая края входа. Пытается сильнее насадиться на пальцы Андрея, одновременно вжимаясь в него пахом. Князь стонет в голос, сильнее ёрзает под Михой, порывисто, мажуще целует его куда-то в ухо. — Бля, хочу, чтоб ты на меня спустил… пиздец сладко… — он ещё трётся пахом о пах Горшка, ритмично, стараясь проехаться членом по члену, чувствуя, как от этого трения всё больше скапливается внизу пряное тепло. — Сейчас… сейчас спущу… ещё чуть-чуть… надави сильнее… и растяни… я… сейчас… — Миха сильнее впивается в ягодицы Андрея, стонет в голос и втягивает губами кожу на его шее, оставляя засос. — Давай… Давай, хороший… Вот так… — Андрей так же бесстыдно стонет, изогнувшись, надавливая часто и ритмично, задерживая пальцы на секунды дольше, чем перед этим, растрахивает сильнее, подставляет Мишке горло. — Блядь, Миха… — Блядь… — эхом отзывается Горшок, снова впивается губами в шею Князя и начинает выплёскиваться ему на живот, чувствуя, как подрагивает и его напрягшийся до предела член. — Андрюх… давай… давай… ты тоже… — Ага… щас я… прижми меня чуток… — Андрей чувствует, как горячая влага разливается по животу и паху, стекает на бедро. Медленно вынимает пальцы, обняв Миху за бёдра. Тот наваливается сильнее, вжимает в постель, сгребает, целуя в шею, и Князь тоже доходит до края, застонав в голос, дёрнувшись под ним, куснув за плечо. — Бля, Мишка… Мишка мо-о-о-ой… — Твой… — Горшок просовывает руку между их телами, несколько раз проводит ладонью по обмякающему члену Князя, чтобы убедиться, что вылилось всё до капли. Нет, всё в порядке, у Андрея, в отличие от него, с этим проблем никогда не было… — Люблю пиздец, — тихо говорит он. Вытирает руку о живот Князя, обхватывает ладонями его лицо и, всё ещё прижимая своим весом к кровати, крепко целует в губы. — И я, — откликается Андрей и закидывает руки ему на шею. — Покемарим чуток, а?.. — Да… Горшок скатывается с Князя, ложится рядом, обнимает. Андрей прижимается к нему крепче, бормочет что-то ласковое и неразборчивое. Вскоре они вдвоём проваливаются в сонную негу.