Nosce te ipsum

— Хатидже..О, моя милая, нежная Хатидже… — женский плач сотрясал воздух, пока тело на кровати не подавало признаков жизни. — Ну же, доченька, прошу, открой свои прелестные глазки…       Дайе-хатун, что на всех парах мчалась вместе с Валиде в лазарет, не могла и слова вымолвить. С каждым взглядом на бледную госпожу и на её нежно-белое платье, что так подходило хозяйке, с красным пятном, надежда угасала. Лекари бегали по всему помещению, смешивая какие-то растворы, пока, убитая горем, мать читала молитвы за свою кровинку. — О, Аллах, за что мне это всё. — Айше Хафса не унималась и единственное, что могла делать её самая близкая служанка, это сидеть рядом и успокаивающе гладить плечи.       Наконец женщины приготовили "спасительный" отвар — их последнюю надежду. Они поднесли чашу к губам Хатидже Султан и стали ждать.

***

      Жанна поняла, что что-то случилось. Только вот что? И где она вообще? Откуда такая дикая слабость и головокружение?

«Чëрт, вот как знала, не стоило мне до конца сидеть. А ведь Алëнка предупреждала. »

      Девушка сосредоточилась на звуках вокруг себя. Какой-то шорох, кто-то плачет и причитает. Вдруг плач прекратился, и некто начал трясти её руку. Стало больше голосов, что так смутно знакомы, будто Жанна их совсем недавно слышала. Желание героини посмотреть, что происходит вокруг, оказалось сильнее желания поспать. Через силу открыв глаза, она сначала поморгала, чтобы зрение сфокусировалось. А потом брови полетели на лоб — рядом с ней сидит рыдающая Валиде Султан, мать вашу! А за её спиной находились Дайе-хатун, Сюмбюль-ага и Нигяр-калфа. Превозмогая боль, девушка встала и в непонятках рассматривала лица присутствующих. Вокруг странно пахло, от чего голова кружилась в два раза сильнее. — Хатидже Султан, прошу Вас, вернитесь в постель. Вам нужен покой, чтобы рана затянулась. — Лекарша говорила это строгим голосом, но в глазах читался страх сказать что-то не то. — Я? Хатидже Султан?? Да нет, вы ошибаетесь! Меня зовут Жанна! И я, чëрт возьми, не знаю, как оказалась здесь..       Боль в боку отдалась острыми ощущениями, от чего пришлось присесть возле чьей-то постели. Героиня никак не могла сложить два плюс два.

«Что происходит? Почему я оказалась здесь? А что с моей семьёй? Я договорилась погулять с подругами, отпраздновать конец экзаменов. Так, это всё сон, точно! Только почему так бок болит? »

— Госпожааа, — Сюмбюль в своей привычной манере подбежал к девушке и, применив силу, усадил её на кровать.       Айше Хафса, отходившая от шока, аккуратно подошла к дочке. Мягким касанием к её щеке она обратила на себя внимания. Валиде не могла злиться на ту, что буквально только достали с того света. Никто не знал, какое счастье в душе женщины пылало. — Милая, Аллах не забрал тебя у меня, — она тряхнула головой, чтобы непослушные слезы не полились снова. — Я так счастлива, Хатидже. Мы найдём того, кто сделал это преступление, и казним его, а сейчас тебе нужен отдых.

«Блять, это не сон.. »

      Валиде Султан поцеловала девушку в лоб и, слегка толкнув на подушки, уложила её обдумывать всё, что произошло. Жестом женщина показала слугам идти за ней следом, натянув на лицо самый невозмутимый вид. Поклонившись госпоже, что неподвижно лежала, все мигом покинули лазарет и отправились в покои управляющей гарема. Жанна, в свою очередь, начала усиленно обдумывать всё случившееся. Она теперь Хатидже Султан, дочь Валиде Айше Хафсы и Селима I, любимая сестра Сулеймана Великолепного. Только вот ей это понимание не доставило удовольствия. Девушка вернулась в сидячее положение.

«Я в шестнадцатом веке! Да как это возможно вообще? Нет, я конечно читала фанфики об этом, но кто же будет верить в то, что это реально?!»

      Она схватилась за голову. Головокружение так и не отступало.

«Что же случилось с Хатидже, что её тело так разрывает? Хотя что мне это даст? Как вернуться в своё тело?! »

      От боли заныл и бок, что заставило героиню в срочном порядке лечь.

«Да к чëрту всё! С этой болью даже думать нереально. Нужно выспаться и на свежую голову что-нибудь да придумать, может сбегу в конце концов...»

      Глаза сами по себе закрылись, и Жанна погрузилась в глубокий сон.