Любовь богини таится во тьме

— Как ты себя, чувствуешь? — спросила наконец Райха, боясь открыть глаза и увидеть, что могла изменить в Лилит ее необузданная страсть. Стремясь продлить состояние умиротворенности, в котором продолжала пребывать, я пробормотала что-то нечленораздельное и потерлась щекой о грудь Райхи. — Лилит! Я откинула голову назад, чтобы посмотреть в зеленые глаза любимой. — Прости меня, — виноватым тоном произнесла Райха. — Я не хотела срывать твои щиты. — Она смущенно покачала головой. — Я никогда так не теряла голову. Медленная, женственная улыбка Лилит бросила Райху в жар. — Если ты ждешь, чтобы я тебя отругала, тебе придется ждать слишком долго, — сказала я и поцеловала ее в плечо. Райха приподняла подбородок нидари, чтобы посмотреть ей в глаза. В них она не прочитала ни раскаянья, ни сомнений. Это были глаза женщины, которая не только испытала удовлетворение от физической близости. Это были глаза счастливой женщины. — Я не причинила тебе боли? — Ну, немножко в самом начале. Понимаешь, ведь ты… гм… — Слишком груба, — подсказала Тень. Я удивленно посмотрела на нее. — Я совсем не это имела в виду. Райха ждала. — Знаешь, Райха, — решительно сказала я. — Ты должна помнить, что во мне сейчас магии меньше, чем у тебя. И в своем стремлении впихнуть в меня всю энергию этого Мира, ты немножко перестаралась. Райха увидела, как покраснела нидари, а в ее красивых глазах заискрился смех. У нее сердце обливалось кровью при мысли о том, что она причинила ей боль. Она ласково поцеловала Лилит в губы, думая, как было бы здорово, если бы она была кем угодно, даже смертной, лишь бы не Изначальной. Но Лилит до нее была Создателем и навсегда останется ею. «Нет смысла рыдать над разлитым молоком, — мрачно подумала Райха. — Что сделано, то сделано, да я бы и не стала ничего переделывать, даже если бы могла. Я даже на смертном одре буду вспоминать счастливые крики и стоны Лилит и трепет ее тела в момент нашей близости. Может, мне повезет. Может, мы никогда не попадем на Энетру… Может, все в Мире порталы будут закрыты и Лилит никогда не вернет себе память». Эта мысль была как бальзам на смятенную душу Райхи. Однако жизнь научила ее не рассчитывать на счастливый случай. Жизнь научила ее делать то, что должно быть сделано, ибо слишком многое зависело от возвращения Изначальной к Сердцу Мироздания. Райха привлекла к себе Лилит и обняла ее — просто по-человечески обняла, ибо в этот момент она была погружена в мучительные размышления. — Что с тобой? — спросила я. — Разве тебе не хорошо сейчас? Райха грустно улыбнулась и зарылась лицом в пахнущих лавандой волосах. — Так хорошо, что еще немного — и я бы умерла. Я засмеялась, но тут же стала серьезной. — Да, это действительно похоже на смерть… но не совсем… С возрождением… в обновленном виде. — Мои руки обвились вокруг девушки. — Я никогда больше не буду прежней… Ты теперь часть меня. — Запомни то, что ты говоришь, — сказала Райха, крепко сжав меня. Ее голос казался грубым. — Вспомни это, когда однажды увидишь во мне просто Тень… Я обязана была сдержать себя… Но не сдержала… Не смогла… Мне очень жаль, Лилит!  — А мне — нет! Я люблю тебя. Я затаила дыхание, надеясь услышать ответное признание Райхи. Но я услышала лишь плеск дымящейся воды, омывающей наши тела, а затем Райха наклонила ко мне голову, и поцелуй ее, при всей нежности, заставил меня вздрогнуть. — В один прекрасный день ты вспомнишь это и пожалеешь, что не прикусила вовремя язык, — тихо произнесла Тень. — Тем не менее я очень рада это слышать. Я рада, что доставила тебе удовольствие. У меня горестно сжалось сердце, сияние в глазах померкло. — Райха, в чем дело? Я ничего не понимаю. — Я знаю. — Она набрала побольше воздуха в легкие и приготовилась рассказать Лилит о том, что на Энетре любовь к Изначальной это непозволительно, но под ее взглядом не смогла заставить себя начать рассказ, как раньше не могла заставить себя оторваться от желанного тела. — Как только мы вернемся к Сердцу, ты поймешь. Вопросы, которые я хотела задать, были погашены поцелуем девушки. Я не могла понять причин ее мрачного настроения. Не могла понять ее грусти в тот момент, когда говорила ей о своей любви, но я прекрасно понимала, что причины для этого были. И еще я хотела вернуть Райхе доброе настроение и радость и стать солнцем, которое разгонит мрак в ее жизни. Райха весьма неохотно прервала поцелуй. — Если ты не сойдешь с моих колен, — сказала она, покусывая мою губу, — все мои благие намерения рухнут в темный Хаос. — Какие благие намерения? — Я стараюсь не соблазнить тебя снова. — Вообще? — спросила я, не имея сил скрыть разочарования. Райха прикрыла глаза и подумала, что лучше всего, если бы она никогда больше не находилась в физической близости с Лилит, не ощущала токов страсти, которые пробегали между ними. Но мысль о том, что она больше не будет обладать ею, была для нее непереносима. Она никогда не встречала кого-то, подобных Лилит. Она принесла ей столько радости, сколько не смог принести ни кто до нее, открыв, насколько она была неутоленной до встречи с ней. А ведь она лишь прикоснулась к глубинам ее страстной души. — Я стараюсь не соблазнить тебя снова сейчас, — хриплым голосом сказала Райха. — Почему? — Слишком рано. В тебе еще не освоилась энергия и аура твоя слаба. Я слегка улыбнулась. — Моя аура не слаба. — Но я стараюсь сдерживать себя. А вот если ты сейчас не встанешь, я могу не удержаться. Райха обвила руки вокруг талии Лилит и стала медленно поднимать ее с колен. У нее перехватило дыхание, когда она почувствовала, как твердеющие соски стали проскальзывать по ее коже. Она услышал приглушенный стон Лилит и еще крепче обняла ее за талию. — Перестань, — сказала Райха и, наклонившись, куснула нидари в плечо. — Что я должна перестать? — пробормотала она, запуская пальцы в ее шевелюру. — Вынуждать меня оставаться в этом бассейне и брать тебя, пока я не ослабею и не утону. — Ослабеешь? — Тонкие ладони прошлись по рукам Райхи. — Ты такая же слабая, как гора. — Разве ты не знаешь? Изначальная делает Тень слабой. Лилит засмеялась, откровенно пошевелила бедрами, явно поддразнивая ее. — Ну, ты скажешь. Райха закрыла глаза, чтобы ослабить наваждение. — Так когда ты слабеешь? — повторила она и снова пошевелила бедрами. Медленная улыбка Райхи заставила меня в предвкушении удовольствия задрожать. — Ты будешь первой, кто узнает об этом, — пообещала она. Стиснув зубы, она подняла ее, освободив от объятий. При этом у нее вырвался негромкий стон. — После тебя и вода кажется холодной. Поняв смысл последних слов, я прерывисто вздохнула. — А я чувствую себя не целостной… Скажи, это естественно — хотеть, чтобы все оставалось так всегда? Зеленые глаза Райхи вспыхнули, тело напряглось, когда она убедилась в том, что Лилит действительно получала удовольствие от того, что она находилась с ней. Быстрый, яростный поцелуй не позволил Лилит закончить фразу. — Марш из воды, несносная женщина! Мои благие намерения слабеют с каждой секундой. — Слабеют? Я бы сказала наоборот, — пробормотала я. Райха разразилась смехом, после чего повторила: — Марш из воды! Команду она подкрепила шлепком по моей круглой попке, который тут же перешел в ласку нежных округлостей и затененной ложбинки между ними. Не дыша, я выбралась из теплой воды и подняла одеяло, которое оставила на камнях. Я повернулась к бассейну в тот момент, когда Райха выходила из воды. Серебряные капли скатывались с ее тела, словно очерчивая и обрисовывая женские формы. — Теперь уже поздно прятаться, — сказала Райха, уловив на себе мой взгляд. Я проглотила комок в горле, лицо покрылось густой краской, я растерянно проговорила: — Извини… Я не хотела пялить глаза на тебя… — Ты их и сейчас пялишь. — Ой! — я виновато зажмурилась. Райха шагнула вперед, наклонилась и легонько поцеловала меня в щеку. — Ты можешь смотреть, куда тебе заблагорассудится. Я ведь шучу. Над тобой приятно подшутить — прямо как мед испить. — Она нагнулась, подняла мыло и свое одеяло и свободной рукой притянула меня к себе. — Пошли. Я обещала причесать и высушить тебе волосы. — А ты всегда держишь слово? — Всегда. Даже тогда, когда душа к этому не лежит. — Рот Райхи сурово вытянулся. — В этом случае — тем более. — Ты можешь не расчесывать мне волосы, если тебе не хочется, — после некоторого колебания предложила я. — Я знаю, как хлопотно распутывать все эти узелки. Райха улыбнулась и запустила пальцы в мои волосы. — Мне нравится расчесывать твои волосы. Это как будто гладить лунный свет. — Она сжала мне руку. — Пойдем. На лугу теплее. Холодок пробежал по моей коже. В Райхе была сила и мощь, которые способны были внушать страх. — Ты дрожишь, — нахмурилась Райха и набросила свое одеяло мне на плечи. Мы прошли по лугу, и Райха расстелила хлопчатобумажное одеяло на траве. — Ложись здесь. Внизу теплее, здесь ветер не достанет. Я принесу щетку и расческу. Райха ушла, и я не успела сказать, что мне не холодно. Я тут же опустилась на одеяло и легла животом вниз, отгоняя от себя мысли об странном поведении и настроении Тени. Очень быстро я признала, что Райха была права: на траве гораздо теплее. Я отбросила в сторону шерстяное одеяло. Белье из тонкой материи под прямыми лучами солнца быстро высыхало. Я блаженно раскинулась на одеяле, радуясь солнцу и жизни. — Ты похожа на котенка, который наткнулся на сметану, — раздался голос Райхи. — Так оно и есть, — согласилась я. Я открыла глаза. Рядом со мной на коленях стояла девушка. Она так и осталась нагой как физически так и ментально, и волны желания исходили от нее. Когда наши глаза встретились, она задумчиво улыбнулась. — Ты очень сильно действуешь на меня. — Я заметила. — Тебя это больше не пугает? Я покачала головой. — Смущает? — Ну… — скрыть румянец во всю щеку было трудно, если вообще возможно. Райха засмеялась и коснулась тыльной стороной пальцев моей пылающей щеки. — Ты привыкнешь ко мне, малышка. Так же, как я привыкну появляться перед тобой обнажённой. Я удивленно посмотрела ей в глаза. — В некотором роде, — пояснила она, — для меня это так же непривычно, как и для тебя. Я прищурилась. — Неужто? Райха задумалась, как объяснить ей то, в чем она не была уверена сама. Как объяснить, что она впервые встретила кого-то, кто с такой силой воздействовала на ее чувственность. — Я еще ни перед одним Изначальным или Изначальной не расхаживала обнажённой по солнечному лугу, — сказала шутя в конце концов Тень. — И я сомневаюсь, чтобы хоть один из них пожелал допустить эффижи так близко. Никто ранее не мог зажечь меня одним взглядом, словом или случайным прикосновением. — Она смущенно хмыкнула и в раздумье добавила: — Это чертовски выбивает из колеи, если хочешь знать. Ты отыскала такие уголки во мне, о существовании которых я и не подозревала. — Ты тоже… Сказанное хриплым шепотом признание Лилит настолько подействовало на Райху, что ей захотелось сорвать с нее последние одежды и взять немедленно. И одновременно молиться на нее, шепча нежные признания. А пока происходила борьба двух взаимоисключающих желаний, она оставалась неподвижной. Затем, издав глубокий вздох и чертыхнувшись в душе, она взяла шерстяное одеяло и начала промокать волосы Лилит, действуя быстро, аккуратно, со свойственной ей ловкостью. Вскоре они блестящим веером легли на обнаженные плечи. Райха водила по ним щеткой, пропускала через пальцы, наслаждаясь их шелковистой мягкостью. — У тебя изумительные волосы, — сказала Райха, откладывая наконец щетку, я вздохнула, пошевелилась и села на одеяле, подогнув ноги в одну сторону. Волосы после щетки потрескивали и льнули к телу. Райха отвела прядку от моего лица. Я благодарно поцеловала чуткие девичьи пальцы. — Спасибо. — Я улыбнулась, припомнив сказанные ею однажды слова. — Хотя эта идея показалась бы тебе чудовищной, я думаю, что из тебя получилась бы великолепная горничная. Сверкнула улыбка Тени. — Моя нидари… О, Мироздание, ты была удивительна, — сказала она хрипло. — Вовсе не так. — Я посмотрела на прозрачные кружева лифчика и панталон, которые не скрывали, а самым соблазнительным образом подчёркивали полноту груди, тонкость талии. — Я почти поглотила твою ауру. — Цыц! — Райха приложила пальцы к моим губам. — То, что произошло, случилось по моей вине. Но я не стыжусь того, что было. Это было слишком хорошо, чтобы испытывать стыд или сожаления… Даже если бы я могла вернуть то мгновение, я не стала бы ничего менять. Ты мне подарила такую сладость, как никто другой… И в этом твоя заслуга. Я улыбнулась открытой и обворожительной улыбкой девушке, которую любила и которая говорила о любви ко мне. Эта девушка могла быть мрачным ангелом смерти, могла быть суровой и опасной. Но только не со мной. Говорила ли она о любви или нет, она относилась ко мне нежно и трепетно. Я поцеловала пальцы Тени и про себя признала, что она была права в своих рассуждениях. Казалось бы, я должна была испытывать смущение, вспоминая об нашей близости, и о том что во время нее я практически кормилась ее энергией и ее эмоциями. Однако никакого смущения не было. Я никогда не чувствовала себя так легко и свободно, как в эту минуту. — Я не взяла бы назад ни то мгновение, ни то, что делилась с тобой своей энергией, — шепотом сказала я, целуя пальцы девушки, лежащие на моих губах. — Я никогда не найду более достойной Тени, которой можно было бы ее отдать. Складки на лице Райхи углубились, когда она услышала последние слова и ощутила тепло губ, целующих ее пальцы. — Как ты себя чувствуешь? Тебе все еще холодно? Я покачала головой. Серебристые волосы сверкнули на солнце и накрыли мои руки. — Нигде не болит и не ноет? На моих щеках выступил румянец, и улыбка была чуть лукавой. — Нигде не болит. — И не ноет? — Во всяком случае, лечению это не подлежит… А у тебя где-нибудь ноет? Пока я это говорила, рука моя двинулась под покровом волос и коснулась сокровенной плоти между бедер Райхи. Она вздрогнула от неожиданности. Я отдернула руку. — Прости, пожалуйста, — заволновалась я. — Я не хотела тебя напугать. Райха задержалась с ответом, стараясь восстановить дыхание и успокоить бешеный стук сердца. — А ты и не напугала меня. — Ты дернулась… — Вот если бы в тебя попала молния или по телу пробежали токи… Примерно это я и почувствовала. Но токи были приятные, и никакой боли не было… Удивительной силы токи… Райха улыбнулась, несмотря на пламя, полыхавшее в ее теле. — Дерзай, душа моя. Исследуй. Теперь ты не застанешь меня врасплох. — Я не хотела бы сделать что-то для тебя не приятное. — Тогда ты тем более должна приласкать меня, потому что я горю желанием ощутить эти нежные тонкие пальчики на себе. Оторвав глаза от лица Райхи, я перевела взгляд на ее тело. Она сидела лицом ко мне, упираясь коленями в разостланное одеяло. Несмотря на недавнюю близость, тело девушки во многих отношениях представляло для меня тайну. После некоторых колебаний я позволила своей руке опуститься на ее бедро. Кожа теплая и глянцевая, линии бедер были плавными и манящими. — Эффижи все так хорошо сложены? — спросила я. — Иногда. Бушующая в ней страсть сделала ее голос хриплым и низким. Она пришла к выводу, что ловить на себе взгляды Лилит почти так же приятно, как и ощущать ее нежные прикосновения. Видя любопытство и восхищение в ее глазах, она почувствовала себя долгожданным подарком, который медленно разворачивают. — Ты так чутко реагируешь на прикосновения, — заметила я, коснувшись кожи, которая покрывалась мурашками. — Я ведь уже сказала, душа моя. Это так же ново для меня, как и для тебя. Я улыбнулась. — Мне это очень по душе. Мне приятно трогать тебя так, как раньше никто не трогал. — Да ты не очень и трогаешь меня, — с некоторым укором произнесла Райха, — но все равно ты права. Ты совершенно неповторима. И для меня все ново. С улыбкой глядя в глаза Райхе, я провела пальцем по ее бедру. Я заметила, как сузились ее глаза и напряглись мышцы ног, как участилось ее дыхание, когда я приблизилась к очагу страсти. Мои пальцы потрогали нежные складки у ее лона. Вначале робко, затем все смелее я стала гладить бугорок ее клитора. Когда я прикоснулась пальцами к ее лону, сама застонала от возбуждения. — Ты здесь вся такая нежная, гладкая, атласная… И горячая. Райха застонала, почувствовав набежавшую волну неистового желания. Если бы она уже не стояла на коленях, после слов и ласк Лилит она рухнула бы на траву. Райха была бессильна сдержать свое тело, и на кончиках девичьих пальцев блеснула шелковистая капля как доказательство страсти, которую вызвала в ней нидари. Рука Лилит замерла. — Извини, — хрипло сказала Тень.  Я удивленно посмотрела на нее. — Я не привыкла так быстро терять контроль над собой, — пояснила Райха. — Ах, вот оно что… — Я к этому совсем не привыкла… — А тебе… — Я запнулась. — Тебе нравится, когда я ласкаю тебя? Райха улыбнулась. — А как ты сама думаешь? Я вздохнула и сказала: — По-моему, я никогда не была так откровенна… Ты сделала меня бесстыдной, Райха. Ну и пусть! Она наклонилась и нежно поцеловала меня. — Нам нечего стыдиться. Стыд нужно оставить людям, которые обманывают, воруют и разрушают. А быть вместе, как мы, — это значит создавать. И это — потрясающе. — Да, — прошептала я. — Это здорово. Мы как две половинки одного целого. Всю свою жизнь я подозревала это, хотя и не знала, — я улыбнулась Райхе. — Мироздание было бы очень скучным, если бы я не встретила тебя. Райха засмеялась, затем замерла, когда тонкие руки Лилит скользнули между ее ног. Потом она откинулась назад и легла на покрывало, позволяя ей отыскать то, что она хотела. Она была вознаграждена нежнейшим исследованием, от которого едва не потеряла сознание. Райха застонала, пытаясь сдержать дрожь экстаза, но преуспела в этом лишь частично. Возбужденно охнув, я снова ощутила шелковистую жидкость. — И сколько же времени, по-твоему, тебе понадобится, — тихонько спросила я, — чтобы ты привыкла к тому, что теряешь контроль над собой? — Не знаю, — призналась Тень, — но подозреваю, что ты хочешь это выяснить. — Если ты не будешь возражать. — Голос Лилит был нежным, как и руки, которые касались ее тела. — Я открыла, что мне приятно ласкать тебя. Мне приятно видеть, как ты щуришь глаза и напрягаешь тело, пытаясь сдержаться. Ты очень страстная, Райха… Мне нравится твоя страсть. Кончики пальцев пробежали по атласной коже бедер, гладкость и тепло которой приводили меня в восхищение. Прикосновения вызвали волны страсти от ауры Тени. Это произвело такое впечатление на меня, что я почувствовала, как подобным же образом откликнулось мое тело. Мои ладони любовно скользили по телу девушки, пальцы ласкали, дразнили ее и восхищались этим чудом. Трепет пробегал по телу Райхи. Пальцы Лилит стали ласкать ее между ног все чаще погружаясь в ее плоть — и все более частым становилось ее дыхание. — Ты не возражаешь? — прерывающимся шепотом спросила я. — Трогай меня так, как тебе нравится… А потом позволь мне приласкать таким же образом тебя, — сказала Райха. — Я хочу дать тебе все, что может принести радость и наслаждение … — Хорошо, — прошептала я, слегка касаясь ноготком ее напряженного клитора. — Только после того, как я дам радость тебе. Тонкие чуткие руки ни на миг не прекращали ласку, и Райха тихонько застонала. — Если и дальше ты будешь продолжать в том же духе, я просто взорвусь, —сказала Райха. — Ты этого хочешь? Я посмотрела в зеленные глаза, чувствуя, как бьется пульс жизни в девушке, которую я ласкала столь интимно, и спросила: — А такое удовольствие… позволяется? Райха посмотрела в блестящие, чуть шальные глаза Лилит и, испытывая одновременно радость и ужас, подумала, что позволит ей все. Ее обезоруживала откровенность нидари. — Любопытная кошечка, — хрипло сказала Райха. — Давай, действуй. Это даже к лучшему. — Почему? Ее смех прозвучал отрывисто и резко. — Действуй, душа моя. Я чертовски хочу тебя, но слишком рано снова проверять на прочность твои щиты. Я не уверена что смогу сдержать их сейчас. Я снова перевела взгляд на свою ладонь, которой продолжала ласкать девушку. Девушка была мокрая, горячая, такая желанная. — А что касается того, что позволяется и что нет, — сказала Райха, — я отношусь к тем, кто не очень считается со всякими запретами и дурацкими ограничениями. Все, что тебе хочется, позволяется. Я так считаю, Лилит. — Даже это? — спросила я, не имея больше сил бороться с искушением. Я нагнулась, накрыв волосами обнаженные ноги Райхи. Губы приоткрылись, и кончик языка коснулся атласного узелка. — Ты здесь даже нежнее, чем я ожидала, — шепотом сказала я, отрываясь от ласки. Райха вновь была захвачена врасплох. Меньше всего она ожидала этого от своей богини. Лилит только начала свою нежную пытку языком, а она не смогла отдалить экстаз, застонала и закрыла глаза, отдаваясь его силе. Когда Райха пришла в себя, она села и поцеловала Лилит. — Теперь ты все знаешь обо мне, — сказала она. Улыбка Лилит казалась еще одной разновидностью ласки. — А теперь моя очередь познать тебя таким же образом. Рука Райхи коснулась рта Лилит, словно не давая ей задавать вопросов, затем скользнула к горлу. Учащенный пульс красноречиво свидетельствовал, что, доставляя удовольствие ей, она сама пришла в возбуждение. Под покровом волос рука Тени двинулась ниже и легла на грудь. — Не возражаешь? — спросил она тихонько. Лилит покачала головой. Она отбросила лифчик в сторону и стала любоваться обнаженной грудью, испытывая особое удовлетворение оттого, что розовые соски отвердели под одним только ее горячим взглядом. — О чем ты думаешь? — спросила Райха. Раньше я постеснялась бы ответить. Но не теперь. Райха без сомнений шла навстречу всем ее просьбам. Я буду вести себя с ней так же прямо. — Хочу, чтобы ты поцеловала меня, — просто сказала я. — Здесь? — девушка коснулась бархатистой пирамидки груди. Дрожь удовольствия пронизала тело. — Да. — А здесь? Она потрогала вторую пирамидку. — И здесь тоже. Райха наклонилась, поцеловала груди и стала не спеша обводить кончиком языка соски, чувствуя, как у Лилит прерывается дыхание. Погладив талию, ее пальцы скользнули вниз и сняли последнее, что было на нидари, — панталоны. — А еще я хочу поцеловать тебя здесь, — сказала Райха, касаясь пупка. Неожиданная ласка вызвала взрыв острейших ощущений, которые родились у меня под ложечкой. Я прямо-таки задохнулась. А рука Райхи последовала ниже, исторгая из моей груди тихие стоны. Лилит была горячая, томная, податливая… — И здесь. Я издала стон, в котором соединились возбуждение и удовольствие. — Раскройся для меня, — шепнула Райха, наклоняясь и касаясь языком пупка. Это было изумительно, когда длинные пальцы скользнули мне между бедер. Я прерывисто вздохнула и развела ноги, предоставляя Райхе свободу действий и возможность рассмотреть все мои тайны. Когда Райха насладилась упоительным зрелищем, ее палец раздвинул упругие лепестки и вошел во влажное, скользкое лоно, и я задохнулась. — Милая, страстная кошечка, — сказала Тень, нежно куснув мой живот. — Я вижу, ты пережила приятные мгновения, когда испытывала мою стойкость. Райха мягко опрокинула меня на спину. — Скажи мне, если будет больно, — прошептала она, лаская низ живота. — Ведь ты такая нежная. Райха улыбнулась и укусила меня посильнее, отчего я вскрикнула. Большой палец вошел в меня, воспламенив и вызвав острый сладостный удар. Я почувствовала, как становлюсь мокрой. — Райха, я хочу… — Все в порядке, — перебила она, счастливо улыбаясь и трогая влажную плоть — свидетельство пережитого Лилит наслаждения. — Я тоже этого хочу. Она прикоснулась щекой к лобку. — Раскройся посильнее, — шепнула Райха. Лилит с готовностью развела бедра еще сильнее, и Райха встала между ними на колени. Упругие лепестки разошлись, открыв жадному взору девушки живой, дрожащий узелок. Большим пальцем Райха стал описывать круги возле узелка. Волны наслаждения одна за другой накатывали на Лилит, исторгая стоны из ее груди. Когда Райха убрала палец, Лилит протестующе застонала. Девушка улыбнулась и возобновила ласку. Реакция Лилит была бурной и благодарной. — Вот так, милая кошечка, — Райха нагнулась к бедрам нидари. — Ты можешь сказать, что мои руки тебе нравятся так же, как твои мне. Кончиком языка она стала описывать круги вокруг атласного узелка. Эта ласка возбудила меня до предела, и я не в силах была сдержать обильный горячий дождь. — Сладкая женщина, — сказала Тень. — Райха, — прошептала я, — я… Новая волна сладострастия лишила меня голоса. Райха удовлетворенно заурчала, продолжая ласки, все ближе подводя меня к финалу. Ее губы легонько сомкнулись вокруг пульсирующего узелка, даря наслаждение, которое я не могла себе даже представить. Внезапно я поняла, что испытывают люди при ударе молнии. Я не смогла сдержать крика, перешедшего в стон. Мир унесся куда-то прочь, я снова и снова в экстазе повторяла имя Райхи. Выждав некоторое время, Райха неохотно оторвалась от Лилит. Нидари открыла еще затуманенные глаза и посмотрела на нее. — Какие красивые глаза, — сказала Райха. — Красивый рот, красивая грудь, красивый живот, красивые губки …здесь снизу. Я увидела восхищение в глазах Райхи и снова испытала возбуждение. Я обняла ее, приглашая лечь рядом, чтобы всем своим телом почувствовать ее. Наверное полностью понимая меня, ибо такую потребность испытывала и сама, Райха, опираясь на локти, прижалась ко мне. Я обнимала девушку, стараясь прижаться к ней еще теснее. Это было несказанно хорошо — ощущать на себе тяжесть ее тела. Я терлась о нее, наслаждаясь теплом и нежностью. Райха позволяла моим рукам блуждать, где им хотелось. Когда я почувствовала влажность ее интимной плоти, у меня прервалось дыхание. — Ты действуешь на меня со страшной силой, — призналась Тень. — Поэтому перестань крутиться и тискать меня, пока я не успокоюсь. — Ты всегда так мучаешься? — Раньше у меня не было проблем. — Не было? — Нет, — подтвердила Райха, легонько куснув меня за ухо. — Только с тобой. Я еще крепче обняла ее. Она попыталась заглушить стон, но это удалось лишь отчасти. — Райха, — окликнула ее я. — Лежи спокойно, душа моя. — У меня есть идея получше. Я раздвинула ноги, и ее лобок уперся в меня. Я медленно подвигала бедрами, стремясь к близости иного рода. По прерывистому дыханию Райхи было ясно, что она вполне определенно отреагировал на прикосновение к жаркой девичьей плоти. — Перестань, Лилит. Я не знаю, сколько еще смогу держат щит между нами, чтобы не навредить ядру Изначальной. — Разве другая половина одного целого может навредить другой? — шепотом спросила я. — Не может, если они подходят друг другу. А разве я тебе подхожу? — Да, — хрипло сказала я. — Только ты. Возьми то, что тебе предназначено. И я стала снова тянуться всей своей аурой и силой к ее сущности. Некоторое время Райха смотрела в золотистые глаза Лилит, покоренная ее откровенностью. В ней крепла уверенность, что ей никуда от нее не уйти, как реке не уйти от моря. Наклонившись, чтобы поцеловать ее, Райха прошептала имя нидари. Из груди Лилит вырвался вздох, в котором прозвучало имя Тени. Она хотела было спросить, не причиняет ли ей боль, снова направляю свою энергию к ядру Изначальной, но тело Лилит ответило сладостной дрожью. Она не стала более сдерживать себя. Слияние тел и душ было глубоким и полным. Это было божественно. Я открыла глаза, испытывая блаженство и восторг. Я прошептала ее имя, пытаясь рассказать о наслаждении, которое она подарила мне, но у меня не нашлось слов, чтобы передать то, что со мной происходит. Поцелуй Райхи сказал мне, что она понимает меня и без слов. Я слышала, как она произносила мое имя, и ощущала трепет ее тела, который передавался мне. Сознание ее блаженства вызвало новый прилив страсти у меня, и эта страсть сплавила наши тела в одно целое. Никто не мог сказать, где кончалось одно «я» и начиналось другое, потому что мы стали половинками одного золотого шара.