Украденная жизнь

Тёмный вечер опустился над лагерем, и лишь слабый свет лампы, висевший на балке барака, мягко освещал лицо Иосифа. Сидя на деревянных нарах,и обхватив колени руками, а рядом —у края пристроился Шмуэль, с широко раскрытыми глазами, жадно слушая старшего брата. Время от времени Иосиф вздыхал, словно пытаясь собрать в себе силы для рассказа, который он давно хранил в сердце. Шмуэль внимательно разглядывал лицо старшего брата, которое теперь казалось ему на диво чужим и необычным. Его налысо побритая голова подчеркивала тонкие черты лица, делая его похожим на куклу без волос — беззащитную и уязвимую. Взгляд его больших глаз — словно два прозрачных озера — иак походих на мамины, был полон удивления и тревоги. Они отражали не только недавние ужасы лагеря, но и ту невинность, которая еще оставалась внутри него, несмотря на все испытания. Глаза Иосифа были широко раскрыты, как будто он все еще не может поверить в то, что произошло вокруг. В них читались страх и усталость, но также и искра надежды — желание понять и выжить. Каждое движение казалось осторожным, словно он боялся привлечь к себе внимание или напомнить о своей уязвимости. Его лицо было бледным, с тонкими губами и чуть вздернутым носиком — черты, которые придавали ему особую хрупкость. Он утер пот со люа и взглянул на брата, приготовившись говорить. — Шмуэль, — начал он тихо, — я знаю, что ты хочешь знать, как мне удалось выбраться от Менгеле и найти нашего папу. Это было трудно… очень трудно. Мальчик прижался ближе к нему, словно боясь пропустить хоть слово. — Всё началось тогда, когда я понял, что меня ведут в ту самую лабораторию. Менгеле думал, что я — его очередной объект для экспериментов. Но мы с другими ребятами придумали план. Я знал, что у меня есть шанс — если смогу отвлечь его и сбежать. Иосиф сделал паузу, собираясь с мыслями. — Я подделал свою смерть. Когда меня привели туда в тот день, я притворился без сознания. Менгеле поверил и оставил меня на некоторое время без присмотра. Тогда я воспользовался моментом — тихо выбрался из лаборатории через задний вход и побежал туда, где было темно и тихо. Я помнил дорогу по памяти: вдоль той дороги, по котрой нас везли,сначала там ехада колонна из большых грузовиков, а потом я увидел как солдаты строем вели толпу людей и там я увидел папу. Я смешался с остальныии и ухватился за папину одежду, он заметил меня и помог дойти. И вот мы пришли сюда. Шмуэль слушал с затаённым дыханием. — Он рассказал мне всё: как они нас разделили и как он пытался найти способ выбраться. Мы решили действовать вместе. Иосиф погладил брата по голове. Мальчик смотрел на него широко раскрытыми глазами. — И вы нашёл меня? — прошептал он. — Да, — улыбнулся Иосиф с легкой грустью в голосе. — Да папа отвскал тебя,потому что верил: даже в самой тёмной ночи есть рассвет. И даже среди ужасов есть надежда на спасение. Мне сказали, что теперь папа чинит подметки и в той самой обувной мастерской он познакомился с другим поляком, он тоже из Кракова и сейчас служит у Менгеле. Он и рассказал о том, что там происходит—кулаки Иосифа невольно сжались а голос задрожал. — Папа рассказал тому мужчине о тебе и буквально чудом ему удалось на тележке выаезти тебя под брезентом и доставить сюда. Ты не представляешь, как мы тогда обрадовались, но ты очень долго не приходил в себя. Папа уходил работать и меня си перед этим подсаживал меня тобой на руках наверх нар, под самый потолок и закрывал одеялами. Там я незаметно мог собирать аоду, стекающую по потолку и стенам и поить тебя, а так же делал тебе примочки. Гикто в бараке не был уверен, выкарабкаешься ли ты, но нам все очень много помогали, кто-то ночью оставался с тобой, когда я засыпал или размачивал кусочек хлеба, припасенный от завтрака и размачив его, по крошке давал тебе. И видишь как все хорошо сложилось, тебе ведь уже лучше, да? Шмуэль прижался к брату крепче. — Спасибо тебе… спасибо вам всем за всё. Теперь я знаю: мы не одни. Мы найдём путь домой вместе. Иосиф обнял младшего брата крепко-крепко, чувствуя тепло его тела — сейчас он чувствовал себя пости счастливым в этом закутке лагерного барака.