Вэй Ина усыновили Хуаляни

      Деревня Водных каштанов была достаточно маленькой и скромной, расположенной вдалеке от крупных городов или торговых путей. К ним заезжали разве что люди из других деревень, мелкие торговцы или, очень редко, такие бродячие заклинатели, как Се Лянь. Новости с других краёв Поднебесной доходили до жителей деревни с большим опозданием, поэтому суровые фермеры в перерывах между работами на полях любили посплетничать, чтобы разбить свою скуку.       — Эй, ты слышал? Настоятель храма, который живет в той ветхой хижине за пределами нашей деревни, усыновил ребёнка!       — Где ты был всё это время, раз говоришь об этом только сейчас? Мальчика зовут Вэй Ин, ты разве не знаешь? Он живет здесь уже больше года.       — Правда? Не похоже, чтобы он был здесь так долго…       — Это потому, что ты не выходишь из дома! А-Ин всегда приходит вечером и играет в деревне. Он такой очаровательный ребёнок. Даочжан, живущий в храме, должно быть, хорошо о нём заботится.       — Да. Я видел их обоих вчера, вместе с тем парнем в красном одеянии. И, о предки, я думал, что ослепну. Они такие красивые.       Другой житель деревни вмешался в их разговор:       — Чертовски верно. Я никогда в жизни не видел таких красивых мужчин. Это благословение богов, что они есть в нашей деревне.       — Эй, это всего лишь слухи, которые я слышал, но вы двое тоже думаете… что ребёнок на самом деле является биологическим сыном кого-то из тех двоих?       — Что? Я слышал, что даочжан подобрал его на улице.       — Да, но посмотри на них. Они такие красивые, это не может быть простым совпадением. Кто-то из них определённо кровный родственник этому мальчику!       — И правда… тогда это сын даочжана? У парня такие же румяные щёчки и большие глаза, как у него.       — Подождите минутку. Волосы даочжана прямые и мягкие. А волосы А-Ина упругие и густые, как у сяо Хуа. Он такой же игривый и сильный, как и он. Вам не кажется более вероятным, что он сын сяо Хуа?       — Что?! Сяо Хуа выглядит максимум на двадцать! Как у него может быть сын, которому почти девять лет?       — На самом деле мы не знаем, сколько сяо Хуа лет. Может быть, он просто выглядит моложе. В прошлый раз, когда мы спросили его и даочжана, пока они работали в поле, он сказал, что у него дома есть жена.       — Точно-точно. Ещё он сказал, что его жена потрясающе красивая и благородная женщина, и ему пришлось очень сильно постараться, прежде чем он смог завоевать её.       — Да… но если посмотреть с этой стороны, то даочжан тоже красивый и благородный мужчина. А-Ин очень любит их обоих. Трудно сказать, чей он сын.       — Да, если так выразиться, А-Ин выглядит одновременно и как даочжан, и как сяо Хуа.       — Ты прав. Он усыновлен ими обоими. Мне просто интересно, если бы он был биологическим сыном кого-то из них, кто был бы его отцом… но он ведь не может быть сыном обоих!       Мужчина, стоявший рядом и всё это время прислушивающийся к разговору, хмыкнул, а после присмотрелся к дороге, которая шла вдоль поля в деревню. По ней кто-то шёл.       — Подождите, а это не они? Идут из святилища.       — Да, ты прав! Это они. Пойдём поприветствуем их.       Вэй Ин ехал на плечах Хуа Чэна, когда они вдвоём вошли в деревню. Се Лянь смеялся рядом с ними, время от времени поддразнивая сына при помощи Жое. Жители деревни, увидевшие их, тепло улыбались и радостно зазывали к себе в гости. Троица лишь вежливо отказывалась, говоря, что они просто шли на деревенский рынок, чтобы купить еды.       Хуа Чэн, Се Лянь и Вэй Ин, смеясь, вместе покупали продукты. Это была сцена, знакомая всем жителям деревни, и каждый раз, когда они её видели, она согревала их сердца.       Се Лянь поднял глаза на Вэй Ина и мягко спросил:       — А-Ин, тебе что-нибудь нужно?       — Я хочу съесть острую жареную лапшу А-Ди!       Се Лянь хихикнул.       — Не это, А-Ин. Конечно, Сань Лан приготовит тебе что-нибудь дома. Я имею в виду, ты не хочешь что-нибудь купить на рынке? Мы могли бы взять это, пока мы ещё здесь.       — Ой… тогда…       Вэй Ин оглядел рынок. Он возвышался над толпой, поэтому мог беспрепятственно рассматривать прилавки. Вдруг он что-то увидел и стал активно показывать на это пальцем.       — Это! Баба, пожалуйста, купи мне эту погремушку!       Се Лянь посмотрел туда, куда указывал Вэй Ин, и увидел прилавок с игрушками и бумажными животными. Се Лянь и Хуа Чэн пообещали сыну купить ему награду за отличную работу на тренировках с мечом. К тому времени мальчик уже мог продержаться в схватке с Хуа Чэном почти полчаса. И хотя Хуа Чэн использовал деревянный меч и до некоторой степени сдерживался, это не означало, что это было лёгким подвигом, который мог совершить каждый.       Се Лянь взял с прилавка барабан-погремушку.       — Ты про это, А-Ин?       — Ага, баба. Я хочу это!       — Хорошо. Вот, пожалуйста.       Вэй Ин радостно засмеялся и стал активно играть со своей новой игрушкой. Хуа Чэн лишь улыбнулся, мягко смотря на Се Ляня и Вэй Ина.       — Это всё, что ты хочешь? Ты мог бы попросить больше.       — Я спрошу в следующий раз.       — А ты уверен, что в следующий раз тебе купят?       Вэй Ин сказал с самодовольным лицом:       — Почему я должен быть не уверен? Всё равно платить будет А-Ди.       Хуа Чэн в ответ усмехнулся и ущипнул Вэй Ина одной рукой за бок.       — Ха-ха! Ты подлый ребёнок.       — А-Ди! Хватит щекотать! Я упаду! Пха-ха-ха-ха!       Се Лянь присоединился к их веселью.       — Ха-ха. Сань Лан, будь осторожен, не урони А-Ина. Ха-ха-ха.       Вскоре они вернулись в храм Водных каштанов. По приходе Вэй Ин отдал погремушку Гуцзы, и они стали вместе с ней играть. Жизнь в храме протекала настолько тихо и мирно, насколько это было возможно, не считая случайных ругательств, которые исходили от Ци Жуна, всё ещё связанного у двери. Однако благодаря усилиям Гуцзы у призрака теперь были собственные постельные принадлежности и одеяло, но мальчик так и не смог привести его внутрь, потому что Ци Жун отказывался оставаться в одной комнате с Хуа Чэном. Тем не менее, это тоже было обычно.       Се Лянь крикнул, стирая бельё в ручье позади храма:       — А-Ин! Пора обедать. Ты сможешь пойти и накрыть на стол?       — Да, баба! — ответил Вэй Ин и вошёл в храм с двумя ведрами питьевой воды, после чего умело расставил миски и наложил пять порций острой жареной лапши на всех. Хуа Чэн, Се Лянь и Лан Ин были более или менее довольны, но для маленького Гуцзы эта лапша была слишком острой, поэтому в его миске было меньше специй, чем у остальных. Тарелка же Вэй Ина, наоборот, была ярко красной, и уже на вид казалась едкой и обжигающей. Мальчик дразняще позволил Гуцзы попробовать кусочек из своей миски, и бедняге пришлось проглотить почти целое ведро воды прежде, чем он снова смог нормально дышать. Се Лянь тоже из любопытства попробовал немного лапши Вэй Ина, но тут же закашлялся и успокоился только после того, как выпил воды, которую ему дал Хуа Чэн.       — А-Ин, лапша не слишком острая? У тебя может заболеть живот, если ты съешь слишком много специй.       — Всё в порядке, баба. Это вкусно.       Се Лянь не знал, смеяться ему или плакать. Если его стряпню можно было назвать ядом, то еду Вэй Ина можно было считать оружием массового поражения, потому что только от одного сильного запаха специй уже щипало в глазах. Именно такое впечатление составил об этом Се Лянь — наверное самый неискушённый на еду человек во всей Поднебесной. Но видя, что его сын никогда не имел проблем с употреблением специй, Се Лянь решил просто позволить ему дальше наслаждаться.

***

      На следующее утро, закончив утреннюю тренировку, Вэй Ин побежал обратно в храм, чтобы позавтракать.       — О, А-Ин. Я сегодня пойду на рынок, чтобы купить ещё немного овощей. Хочешь пойти со мной? — весело спросил Хуа Чэн, наблюдая как Вэй Ин за обе щёки уминал жареный рис.       — Ага! Я хочу пойти!       — Хорошо. Тогда отправимся сразу же после завтрака.       Се Лянь, с улыбкой наблюдающий за этим разговором, мягко сказал:       — Будьте осторожны в пути, хорошо?       Вэй Ин и Хуа Чэн одновременно повернулись к нему и, веселясь, ответили:       — Да, Ваше Высочество.

***

      На деревенском рынке утром было немного шумновато. Фермеры, ещё не отправившиеся на поля, и торговцы обсуждали возможный урожай, когда вдруг один из них сказал:       — Эй! Разве это не сяо Хуа и А-Ин идут сюда? Я думал, они уже были здесь вчера.       Другой небрежно ему ответил:       — Кого волнует, что они приходили вчера? Я рад, что они снова здесь. Мои глаза чувствуют благословение от одного только созерцания их красоты…       Хуа Чэн в это время, по привычке игнорируя направленные на них взгляды, остановился рядом с одной из лавок.       — А-Ин, не отходи от меня, хорошо? Я собираюсь купить немного лука и помидоров.       — Хорошо!       Хотя мальчик так и сказал, ему было скучно, пока его А-Ди рассматривал овощи один за другим. Он понимал, что Хуа Чэн просто хотел лично выбрать ингредиенты, чтобы приготовить самые лучшие блюда для бабы и для него, но это всё равно было жутко скучно! Совсем не так, как он представлял.       Так что, увидев неподалеку стайку детей своего возраста, Вэй Ин, не задумываясь, поспешил к ним. В конце концов, играть со своими деревенскими друзьями было гораздо интереснее, чем наблюдать, как А-Ди пытал взглядом бедные помидоры.       Подбегая, Вэй Ин закричал:       — ЭЙ! Мы играем в пятнашки, но не убегайте слишком далеко!       Другой ребёнок весело закричал в ответ:       — Ну уж нет! Если мы не побежим по полям, ты нас догонишь через секунду!       — Ха-ха! Это потому, что я быстрее… Ах!       Вэй Ин вдруг вскрикнул, столкнувшись во время бега с каким-то человеком, и отступил назад на несколько шагов. Однако прежде, чем он успел даже извиниться за столкновение, мальчик почувствовал, как его с силой отшвырнули на землю. Вэй Ин в недоумении поднял голову, чтобы посмотреть, кто его ударил, и увидел перед собой человека, которого он никогда раньше не видел в деревне Водных каштанов. Он был одет в белое ханьфу с большими красными узорами, изображающими солнце, а его лицо было искажено гневом и отвращением. Позади него стояло ещё несколько людей в таких же одеждах.       Другие дети немедленно побежали обратно к Вэй Ину, чтобы помочь ему подняться, но не осмелились приблизиться, потому что страшный мужчина с ненавистью посмотрел на них.       Спустя время один из незнакомых мужчин сказал:       — Молодой господин Вэнь, я боюсь, что мы пошли по ложному пути.       Вэнь Баси, заклинатель, ударивший Вэй Ина, взревел:       — Что?! Почему мы на неправильном пути? Почему вы, тупые засранцы, не можете сделать хоть что-то правильно?!       Вэнь Баси безжалостно сбил своего человека с ног и стал бить его ногами в живот. Остальные мужчины прекрасно видели это, но ничего не говорили и не пытались вмешаться. Их даже позабавила эта ситуация. В конце концов, если бы он не хотел быть избитым, нужно было с самого начала справляться со своей задачей лучше. А теперь из-за него они заблудились.       — Ты! — Вэнь Баси указал на жителя деревни, который пришёл проверить детей, и повелительным тоном приказал. — Скажи нам, где мы находимся. Живо!       — Деревня В-Водных каштан-нов…       — Что?! Что ещё, гуй тебя дери, за деревня Водных каштанов?! Тц. Скажи нам, как отсюда попасть в Ланьлин!       — Л-Ланьлин?       — Ты… проклятая псина! Ты что, даже не понимаешь меня?!       Вэнь Баси поднял руку, чтобы ударить беззащитного жителя деревни, но внезапно его сильно отбросило назад, и он упал на землю. Остальные заклинатели встревожено охнули и начали озираться по сторонам. Они в шоке смотрели на того, кто это сделал — перед ними твёрдо стоял одетый в белое заклинатель в бамбуковой шляпе. Вэнь Баси был самым сильным среди этой группы, а этот странный человек так легко швырнул его на землю…       После того, как он не позволил незнакомцу причинить вред жителю деревни, Се Лянь осторожно помог сыну подняться.       — А-Ин, ты в порядке?       Как раз когда он проверял Вэй Ина на травмы, он услышал знакомый голос со стороны рынка.       — Гэгэ! А-Ин!       Се Лянь, не дожидаясь других слов от призрака, с небольшой силой ударил Хуа Чэна по лбу. То место, куда пришелся удар, стремительно покраснело.       — Где ты был?! Я думал, что сказал тебе присматривать за А-Ином!       Се Лянь сказал это несколько возмущённым тоном, пока Сань Лан смотрел на него как побитый лисёнок. Поначалу, Хуа Чэн пришёл в ярость, когда заметил, что случилось с Вэй Ином, и бросился к нему на помощь, но он никак не ожидал, что Се Лянь опередит его. И ещё он совершенно не ожидал, что небожитель так строго отчитает его за оплошность, при этом грозно хмурясь и надувая от возмущения щёки. Это был первый раз, когда Се Лянь отругал его и ударил по голове, поэтому Хуа Чэн окаменел и остался на своём месте, беспомощно смотря на Его Высочество.       — Я… Я слишком долго был на рынке… гэгэ… пожалуйста, не сердись…       — …       Се Лянь ничего на это не ответил. На самом деле, он уже не знал, что сказать. Он никогда не мог по-настоящему злиться на Хуа Чэна, особенно, когда тот так себя вёл. Поэтому Се Лянь просто проигнорировал его.       — А-Ин, у тебя что-нибудь болит? Ты где-нибудь ранен?       — Я в порядке, баба. Не волнуйся сильно.       Вэй Ин хотел было добавить что-то ещё, но в этот момент очнулся Вэнь Баси.       — Эй! Кто толкнул меня?! ТЫ ЧТО, ПРИДУРОК, СМЕРТИ ХОЧЕШЬ?!       Через некоторое время Вэнь Баси наконец поднялся с земли. Всю свою жизнь он был уважаемым молодым мастером клана Вэнь, и все относились к нему, как к императору. Это был первый раз, когда кто-либо обращался с ним подобным образом, да ещё и в такой ничтожной деревеньке. Даже если бы нападавшим был кто-то из нынешних ведущих кланов, Вэнь Баси не дрогнул бы и дал десятикратный отпор. Однако тем, кто напал на него, был какой-то вшивый бродячий заклинатель, который не принадлежал ни к одному ордену. Вэнь Баси пришёл в ярость из-за того, что его избил какой-то безымянный заклинатель, и поклялся уничтожить того, кто так его унизил.       Из-за крика Вэнь Баси Хуа Чэн наконец пришёл в себя. Он уже собирался выпустить свою демоническую ауру, как вдруг Се Лянь остановил его:       — Не надо, Сань Лан. Это опасно для жителей деревни.       Вэнь Баси становился всё более нетерпеливым, слушая разговор двух этих странных мужчин. В мире совершенствования было очень мало тех, кто имел более высокий уровень развития, чем он, и мужчина никогда до этого не страдал от подобного неуважения. Он бушевал.       — Я УБЬЮ ВАС ВСЕХ! — вдруг выкрикнул Вэнь Баси и высвободил все свои духовные силы, чтобы атаковать людей перед ним.       Однако Хуа Чэн лишь поднял руку и выпустил заклинание. Для Короля призраков это было так же легко, как дышать, но в одно мгновение на заклинателей ордена Вэнь было наложено мощное проклятие, а на месте, где они стояли, появился красный дым. Вэнь Баси даже не успел закончить атаку, как внезапно исчез. Когда же дым рассеялся, на земле лежало четыре круглые куклы дарума, каждая с рисунком красного солнца на боку.       Се Лянь только тогда вспомнил, что Хуа Чэн мог превращать других существ в этих деревянных кукол. Небожитель ведь и раньше видел, как он делал это с Лан Цяньцю. Вероятно, это был лучший способ справиться с заклинателями Вэнь, не сражаясь с ними, — просто превратить их всех в безвольных кукол.       Вэй Ин и другие дети с изумлением наблюдали за происходящим. Хуа Чэн, тем временем, повернул голову к испуганному жителю деревни, который стоял как вкопанный, широко открыв рот, и поднёс указательный палец к губам, намекая на то, чтобы все молчали об этом инциденте. Крестьянин сразу всё понял и кивнул, сглотнув ком в горле, после чего призрак довольно хмыкнул. Дети не были проблемой, так как даже если бы они проговорились о том, что видели, взрослые просто приняли бы их слова за детский вымысел.       Се Лянь тяжело вздохнул.       — Сань Лан, давай сначала уйдём отсюда.       Хуа Чэн согласно кивнул, и они двинулись в поле довольно далеко от деревни, где их было бы трудно заметить. Перед этим Се Лянь оставил Вэй Ина в храме и приказал им с Лан Ином вообще никому не открывать дверь. Он также поставил Жое вокруг святилища и установил защитный барьер, чтобы никто не мог приблизиться к храму, пока он не вернется. Обычно такая защита была не нужна, но сегодняшняя стычка с незнакомыми заклинателями его обеспокоила. Кто знал, сколько ещё их могло быть? Деревня Водных каштанов находилась довольно глубоко в сельской местности, куда обычные заклинатели из орденов не заглядывали из-за большого расстояния. Се Лянь слишком волновался, чтобы оставить святыню и детей в ней без защиты.

***

      В поле, где стояли четыре куклы дарума, Хуа Чэн смотрел на них сверху вниз, как будто у него под ногами валялся какой-то отвратительный мусор. Куклы хоть и были полностью беспомощны, всё ещё оставались людьми, и они всё ещё могли видеть и чувствовать присутствие Короля призраков. Они дрожали под его угнетающей аурой. Хуа Чэн небрежно щёлкнул пальцами, и четыре дарумы вернулись обратно в свою человеческую форму. Но четверо мужчин были напуганы до полусмерти и спотыкались о землю, со страхом наблюдая за призраком в красном одеянии перед ними.       После этого Хуа Чэн так презрительно смотрел на Вэнь Баси, что тот оказался на грани обморока.       — Теперь скажи мне. Как ты здесь оказался?       — Мы… мы были на неправильном пути…       — Я должен учить тебя объяснять? Говори с самого начала.       Вэнь Баси сильно вздрогнул под пристальным взглядом Хуа Чэна       — П-простите! М-мы должны были из Цишань отправиться в Ланьлин, чтобы встретиться с главой Цзинь Гуаншанем из ордена Ланьлин Цзинь. Но из-за некомпетентности одного из моих людей мы пошли не туда и з-заблудились…       Хуа Чэн нахмурился, слушая.       — Как долго твоя группа была в пути?       — Наверное… около недели…       Через несколько мгновений после этого Се Лянь присоединился к Хуа Чэну, благополучно обезопасив храм Водных каштанов.       — Сань Лан, ты сомневаешься в их мотивах?       — Да, гэгэ. Но, похоже, они ничего не знают ни обо мне, ни о деревне Водных каштанов. Они прибыли сюда, потому что заблудились.       Се Лянь нахмурился в ответ. Сначала небожитель подумал, что эти заклинатели пришли в святилище Водных каштанов, потому что слышали о том, что Хуа Чэн, Король призраков, жил здесь, но смертные не должны были знать эту информацию. Хуа Чэн сначала тоже думал так же, но после допроса он обнаружил, что были и другие факторы.       Хуа Чэн задумчиво уставился на валяющихся на земле заклинателей.       — Они прибыли из Цишань и направлялись в Ланьлин… но они путешествовали всего неделю.       — Из Цишань в Ланьлин? Разве это не в противоположном направлении?       Хотя Се Лянь не был осведомлён о текущих делах в небесном царстве, он уже давно путешествовал по миру смертных, поэтому у него были базовые знания о географии Поднебесной. Ланьлин находился к юго-востоку от Цишань, а деревня Водных каштанов — к юго-западу. Заклинатели никак не могли оказаться в деревне, если только по пути они не свернули под прямым углом или не были достаточно глупы, чтобы изначально пойти в противоположном направлении. Более того, их время в пути составило всего одну неделю. Даже если они летели на своих мечах, добраться до деревни Водных каштанов всего за семь дней было невозможно. Это заняло бы не менее месяца даже на полном ходу, а эти заклинатели ещё и потерялись в пути. Се Лянь смог быстро добраться из Илина в храм Водных каштанов, потому что путешествовал по небесному царству. Однако для простых культиваторов было почти невозможно прибыть сюда за неделю — если только с помощью заклинания перемещения.       — Гэгэ, я должен пойти проверить. За этим должен кто-то стоять.       — Подожди, Сань Лан. Что, если это ловушка? Очень похоже на того старика, который рассказал нам о перевале Баньюэ. Может и его, и их к нам отправил один и тот же человек.       — Да, эти инциденты действительно похожи. Вот почему я подумал о том, чтобы проверить всё. Посмотрим, смогу ли я найти что-нибудь на их пути от Цишань до Ланьлина. Там могут остаться какие-нибудь слабые следы использованного заклинания перемещения. Может тогда мы получим ключ к разгадке.       — Нет, подожди. Если он знает о нас и всё ещё посылает кого-то, значит, он хорошо подготовился или просто полностью стёр все свои следы.       — Тем не менее… мы могли бы получить одну или две подсказки, если бы я мог исследовать этот случай. Не волнуйся, гэгэ. Я не пострадаю.       — Хм… если ты так думаешь, я предлагаю пойти вместе…