Привет, красавица...

      — Привет, красавица!       Одновременно с до боли знакомым голосом раздаётся смачный шлепок по заднице. И действительно до боли обидно! Чимин ненавидит этот голос так же сильно, как и его обладателя!       Юнги.       Стоит только напомнить о нём, как Чимин начинает скрипеть зубами.       — Отвали! — резко оборачивается он к Юнги.       Ухватившись за лямки рюкзака, Пак со злостью смотрит на парня, а ему лишь нагло улыбаются в ответ. Злость закипает с ещё большей силой.       Пак Чимин и Мин Юнги — студенты — учатся в одном университете, но на разных курсах, и, несмотря на данный факт, это не мешает темноволосому наглецу Юнги постоянно задирать младшего. Чимин много вечеров провёл в размышлениях над тем, почему же он так «любит» его и при каждой удобной возможности унижает. А эта коронная фраза «привет, красавица» бесила больше всего!       — Какая я тебе красавица! Если ты слепой, то сходи к окулисту! Я парень! — грозно прокричал Чимин в лицо Юнги.       — Не кипятись, красавица, а то лопнешь от злости сейчас!       И дружки Юнги, всегда следовавшие за ним по пятам, дружно загоготали. Он обернулся к ним и подмигнул в знак одобрения.       — Шуга, а он вправду красавица! — толкнул в спину кулаком Чонгук.       Чимин и правда был красивым светловолосым парнем с миловидным лицом. Да и сам весь он был… миловидный, слащавый, ванильный. И одевался соответствующе. Вот и сегодня нарядился в нежно-голубой джинсовый комбинезон, под который на голое тело надел белое худи, украшенное шнуровкой с пушистыми помпонами. Даже обувь была слащавой — белые кеды с голубыми шнурками. А вот рюкзак не вписывался в общий образ, так как чёрный, и явно не пара своему хозяину.       — Ты глянь, как покраснел! Он точно лопнет от злости! — прыснул ещё один дружок, положив руку на плечо Чонгука.       Кажется, Техён? Противный тип. Вечно самодовольный и ходит с лохматой шевелюрой, из-под которой никогда не видно глаз. И почему он ещё ни в один дверной косяк не врезался?!       — А ты захлопни свою пасть! Чего пялишься? — бросил гневный взгляд Чимин на лохматого Техёна. — А ты на себя посмотри, — уже обратился к Юнги. — Какой ты Шуга? Шугарь-сухарь!       — Поосторожнее со словами, красавица! — угрожающе тихо произнёс Юнги.       — Страшный и костлявый, как кощей!       — Не понял?       — Куда уж тебе! Только и можешь пальцами по фортепиано стучать. Читать не пробовал?       Юнги вплотную подошёл к нему и грозно над ним навис. Хоть Чимин и был ниже ростом, но отступать не собирался. Он придвинулся ещё ближе к Юнги, расправил грудь и задрал нос, смело глядя в глаза врагу, смотревшему на него сверху вниз.       — Ты играешь с огнём, малец, предупреждаю сразу, — прошипел Юнги.       — Сухарь!       — Да ты…       В этот самый миг Чимин резко дёрнулся назад.       Произошла их очередная стычка около университетских ворот. Студенты уже привыкли к этим перепалкам: если раньше их пытались разнять, то сейчас проходили мимо, улыбаясь и бросая очередную фразу: «И как только не надоело!» Вот и в этот раз так и кусались бы, если бы Намджун не увидел светлую макушку друга и не выцепил его за рюкзак.       Чимин шел спиной вперёд и не видел, кто его тащит. Но, если честно, сейчас это мало интересовало, а вот отдаляющийся Юнги с дружками был важнее. И прежде чем отвернуться от ненавистного «кощея», Чимин успел ребром ладони провести поперёк шеи, давая понять, что в следующий раз тому крышка.       — Зачем ты меня утащил, Джун? — возмущался Чимин, всё ещё идущий спиной вперёд.       — Сколько раз я тебе говорил, не связывайся с ним, — друг наконец-то остановился и поставил перед собой паренька. — Над вами уже весь университет смеётся!       — Скажи это ему! — Чимин возмущённо махнул рукой в сторону троицы, оставшейся где-то позади. — Я шёл спокойно на пары. Нет же, ему надо было снова прицепиться ко мне! Он меня бесит, хён! Я ему когда-нибудь вмажу! Моё терпение скоро лопнет!       И он ещё сильнее схватился за лямки рюкзака и потопал к учебному корпусу. Намджун мельком глянул назад на Шугу и, засунув руки в карманы джинсов, поплёлся за другом.       — Ну ладно, не злись, — добродушно крикнул удаляющемуся другу, — я поговорю с ним, чтобы больше не цеплялся к тебе.       — Будь уж добр, поговори, — Чимин всплеснул рукой, выкрикивая в ответ.       Как только Намджун утащил желанный объект насмешек, друзья Юнги тоже направились в сторону центрального входа в главный учебный корпус. Сам же Мин не торопился уходить. Он неотрывно следил за Чимином, как тот что-то яростно объяснял другу, при этом размахивая руками. Довольно оскалился и потащил свои кости (как сказал Чимин) на пары.       — Костлявый, говоришь? Это мы ещё обсудим.              — Утро безбожно испорчено! И снова этот придурок Мин! Как же я его ненавижу! И как только Земля таких носит! Пусть только мне попадется на глаза: я ему их сразу выцарапаю, пальцы попереломаю, нечем будет по клавишам стучать!       — Привет, Чимин! — раздался рядом радостный голос Хосока.       Хосок — друг детства. Всегда вместе. Учились вместе. Занимались танцами вместе. Поступили в университет вместе.       Чимин ничего не ответил, но продолжал неистово опустошать свой рюкзак. Хосок какое-то время молча наблюдал за действиями парня, потом спросил:       — Юнги?       Чимина словно током ударило, и он выпалил:       — Сколько можно, вот скажи мне? Сколько можно меня доставать? Он не может найти себе другую жертву? Почему он не цепляется к Намджуну? — и оба парня синхронно повернули головы к первым рядам аудитории. Там сидел их друг Намджун. Правой рукой он приобнял за плечи какого-то парня и мило с ним беседовал.       Джуни, как ласково его звали друзья, был на полторы головы выше их самих и в два раза шире, мощнее в плечах всех парней, присутствующих в этом кабинете. Многие побаивались его, обходили стороной, даже несмотря на то, что сам по себе он добрый, весёлый и ни разу ещё никого не отлупил. Детское выражение глаз, смущённая улыбка и ямочки на щеках. А ещё он славился тотальной неуклюжестью. Ручки во время написания конспекта почему-то ломались. Дверные ручки часто исчезали с дверей. Преподаватели недоумевали, когда находили их на подоконниках или на партах. Порой Намджун уходил домой в разодранной одежде, так как вечно цеплялся за всё, за что можно зацепиться, и за всё, за что нельзя. Может, поэтому многие боялись его злить: кто знает, насколько он неуклюж в гневе…       Хосок повернулся к Чимину и засмеялся:       — Ты серьёзно? Юнги засранец, но далеко не идиот и не смертник.       — Но почему я? — снова возмутился Пак. — Или хотя бы почему не ты?       — Ты красивый.       Парень в ответ только закатил глаза и фыркнул.              В течение учебного дня «красавица» больше не встретился с «кощеем». Чимин даже было решил не идти в столовую на обед, но друзья подхватили его под руки и потащили. Позади троицы с рюкзаком Чимина шел Джин — новый знакомый Джуни.       — Ты собираешься от него прятаться? — интересовался Намджун, загадочно улыбаясь Хосоку.       — Если я его увижу, то не смогу удержаться, чтобы не вмазать! — начинал заводиться Чимин. — Какого хрена ему надо от меня?       — Такого и надо! — запрокинув голову, громко засмеялся Джуни. — Джин, не отставай, привыкай к моим непутёвым парням.       — Я иду следом за вами, — весело отозвался голос сзади.       — Это почему мы ненормальные? — не унимался Чимин, стараясь поспеть за широким шагом друзей. Он вертел головой в разные стороны и кого-то выискивал.       — Нет его, не ищи. И он мне обещал, что больше не тронет тебя.       Чимин встал как вкопанный.       — Правда?       — Правда, но только сегодня. Вот насчет завтра ничего не могу сказать, — Джуни почесал затылок и, словно извиняясь, виновато посмотрел на друга. — Это же Юнги. От него можно ожидать что угодно.       — Ты смеёшься? — чуть ли не плача так громко крикнул Чимин, что мимо проходящие студенты шарахнулись в сторону.       Джин стоял в обнимку с чужим рюкзаком и, ничего не понимая, с любопытством смотрел на троицу.       — Идёмте уже поедим! Я голоден! — шикнул на парочку Хосок. — И если вы сейчас не тронетесь с места в столовую, я вас сожру. Идём, Джин, дорогу знают, придут! — и махнул головой в сторону столовой.       Оставшись с другом, Чимин уже повернул за двумя удаляющимися парнями, но Джун его придержал.       — Постой, надо поговорить.       — О чём?       — О ком.       — О ком? — и пристально посмотрел в глаза другу. Тот молчал.       — О-о-о-о-о, нет! — поднял руки.       — Он неплохой парень. Я давно его знаю.       — Нет, не начинай.       — Да ты только послушай меня, угомонись, чёрт возьми! — старший начинал злиться.       — Нет, нечего слушать! Он год, слышишь Джуни, год при всех обзывает «красавицей», постоянно оскорбляет, задирает! И после этого ты всё ещё будешь меня убеждать в том, что он неплохой парень?       — Да.       — Может и так, но только не со мной он неплохой! Со мной он ведёт себя как последняя скотина, Джун. Так и передай своему неплохому парню! — развернулся и пошел следом за остальными в столовую.       Намджун обречённо вздохнул.       — Ладно, попытка не пытка. Поговорим вечером.              Чимин год назад поступил в один из университетов Сеула. Квартиру снимать не захотел, хотя родители предлагали. Общежитие было ему по душе. Свой выбор объяснил тем, что так выйдет дешевле. Да и веселее жить.       При университете было несколько корпусов общежития. Чимин жил в одной комнате с Хосоком, соседствовали с ними Намджун и его новый знакомый Джин. На вечер друзья договорились собраться в комнате Чимина и Хосока. Пиво закуплено днём и старательно припрятано в рюкзаках.       Комнату в общежитии смело можно назвать однокомнатной квартирой: небольшая прихожая, переходящая в кухню с выходом на балкон, по соседству с кухней ванная и напротив комната, где парни спали, делали домашние задания, принимали гостей. Здесь две кровати с тумбами, письменный стол и шкаф для вещей. Единственное, о чём попросил Чимин родителей, когда они с другом въехали в эту комнату, — это купить телевизор. Так у них появилась большая новая плазма. Вот поэтому чаще всего собирались компанией в их комнате.       В назначенное время соседи не явились, и Чимин начал волноваться.       — Скоро будут, не наводи суету, — успокаивал Хо парня. — Задержатся немного. Сделают свои дела и придут. На, выпей пива лучше и расслабься, а то с самого утра напряжённый какой-то, — и бросил жестяную банку сидящему на полу парню.       После душа Чимин переоделся в спортивные чёрные штаны и белую футболку огромных размеров. На затылке хвостик.       — Да ладно, с чего бы это вдруг? Не скажешь? — парировал в ответ Чимин.       — Ты несправедлив по отношению к Юнги. Я согласен с Джуни: вам просто нужно сесть и спокойно поговорить.       — О чём? — вскочил парень. — Ты думаешь, он не понимает, что, называя парня на глазах всего университета красавицей, унижает его? И вечно цепляется ко мне со своими тупыми шуточка и такими же тупыми дружками и снова поднимает меня на смех. О чём мне с ним говорить? Или просто погрозить ему пальцем и пожурить его, чтобы так больше не поступал?       — Успокойся, успокойся. Снова завёлся. Пей. Или лучше выбери фильм на вечер.       Но Чимин действительно завёлся!       — Где этих двоих носит? — повышая тон на Хосока, спросил Чимин.       Парень направился в комнату Намджуна. Хосок побежал следом за ним:       — Сейчас они придут. Их, может быть, там и нет.       Но его никто не слушал. Чимин пронёсся по коридору общежития к соседней двери, затарабанил в неё и позвал Намджуна, но никто не отвечал. Тогда Чимин повернул ручку, та подалась. В нос ударил аромат кофе. Открыв настежь дверь, он влетел в комнату, следом за ним Хосок. Никого. Только вещи разбросаны по незаправленным кроватям. На столе недоеденный ужин и кружки с нетронутым кофе. Парень протянул руку к одной и одёрнул — горячо.       — И где они?       В этот момент из душевой раздался протяжный мужской стон. Парни замерли: один в растерянности, другой от безнадёги.       — У Джуни девушка? — Чимин растерянно посмотрел на дверь и указал на неё пальцем. — И он нам ничего не сказал?       Он начинал злиться опять, но, глянув на друга, обомлел. Тот виновато посмотрел на него, а потом провёл ладонью по лицу.       — Ты знал! Ты знал и ничего мне не сказал? И давно у него шашни?       Снова раздался стон, но не один — стонали двое мужчин.       Чимин от шока раскрыл рот.       — Намджун? — наконец позвал он.       — Чимин, уйди, — под стон сбивчиво выкрикивал Намджун, — я… сейчас… кончу…       Чимин, как от чёрта, шарахнулся от двери и выскочил из комнаты. Хосок тоже вышел и тихонько прикрыл дверь за собой. Вернувшись в комнату, увидел друга, метавшегося по ней:       — Так ты всё знал? Ты знал, но промолчал! И давно вы это скрываете от меня?       Тишина. Хосок сложив руки на груди, оперся плечом на стену.       — Ну и молчи! Молчи! Больше никогда ничего не спрошу! Тоже мне, друзья!       Он ещё побушевал, попыхтел недовольно, но в итоге уселся на пол в поисках фильма для совместного просмотра.       Минут через десять приоткрылась дверь, и показался Намджун:       — Тук-тук, можно?       Открыв шире дверь, вошёл и за собой втянул Джина. Оба выглядели смущёнными. Чимин проигнорировал вошедших парней. Все молчали.       — Ну? И долго там будете мяться? — не глядя на них, спросил Чимин. — Мы уже пиво допиваем.       Джин подошел и поставил на пол несколько банок.       — Как предусмотрительно! — съязвил, не глядя на «знакомого» Джуни.       Ещё помолчали.       Чимин вскочил и отошёл к окну, повернувшись ко всем спиной. Наконец, заговорил:       — Я вас считал друзьями! Всегда всё рассказывал вам, слепо верил вам! А сами за моей спиной устраиваете личную жизнь, ничего не сказав другу! — в голосе проскальзывала обида. — Или я уже не друг? Стал не нужен? — он повернулся и сверкнул глазами. — Смотрю, мне хорошую замену нашёл…       — Прекрати. Никто не искал тебе замены, — спокойно начал Намджун. — О своих отношениях мы хотели тебе сегодня вечером рассказать, поэтому и предложили собраться всем вместе. Но ты нас опередил…       — А Хо? Ему-то ты почему-то рассказал!       — Он сам всё понял. Пока ты весь день играл в прятки, Хо поговорил со мной, расспросил обо всём. Ну и я как на духу всё выложил, а…       — А тебе рассказать вечером — это была моя идея, — оборвал Хосок, — потому что ты был взвинченный. И… — он бросил быстрый взгляд на парочку, — Джуни очень сильно переживал из-за того, как ты всё это воспримешь: всё-таки с парнем встречается.       Чимин сначала ничего не ответил. Уселся на своё место на полу и только потом обратился ко всем:       — Долго ещё вас ждать? Фильм начался, — схватил пульт и нажал на «Play».       Во время просмотра кино напряжение спало, парни расслабились, на лицах заиграли улыбки, глаза заблестели (то ли от выпитого алкоголя, то ли от радости, что всё благополучно разрешилось), тихо переговаривались, обсуждая эпизоды.       Иногда Джуни украдкой поглядывал на часы. После такой очередной «проверки» часов Чимин не выдержал:       — Ты кого-то ждёшь?       Трое парней странно переглянулись.       — Вообще-то жду.       — Кого? — искренне удивился Чимин. — Хо, только не говори, что ты тоже с кем-то встречаешься и тоже сегодня решил меня познакомить со своей пассией? — и засмеялся, прикрывая ладонью рот.       — Нет, Чимин, я ни с кем не встречаюсь. Этот человек придёт к тебе. Мы пообещали, что устроим вам встречу, чтобы вы могли спокойно поговорить.       Раздался резкий стук в дверь. Чимин вздрогнул. Джин остановил фильм.       — Ну, наконец-то, — облегчённо выдохнул Джуни и пошёл открывать дверь. — Я уже начал думать, что он передумал.       Хосок и Джин испуганно переглянулись. Чимин нахмурился.       — Вы знаете, кто это. Я прав?       Парни кивнули.       — Проходи, мы уже заждались. Я начал подумывать, что ты не придёшь.       — Нет, не передумал, — опять раздался до боли знакомый голос.       Чимин вскочил и повернулся. Перед ним стоял Юнги.       Первое, что больше всего поразило Чимина, — сам Мин Юнги. Он готов был кого угодно сейчас встретить, но только не его. Только не его! Второе — во что был одет Юнги. По обыкновению парень ходил в мешковатых драных джинсах, безразмерных худи, и вечно бейсболка на голове. Чимин уже думал, что она приросла к его голове, но нет. Сейчас парень пришел без головного убора и… во всём кожаном: чёрные кожаные берцы, чёрные кожаные штаны, чёрная кожаная куртка с белыми надписями на спине и красными вставками на рукавах и черная футболка. Чимин невольно сглотнул.       — Привет… — глянул, как «красавица» сжал пальцы в кулаки, — всем. Не ждали?       — Какого, мать вашу, — Чимин тяжело дышал, — хрена он здесь делает?       В голосе только злость и ненависть.       — Это я предложил ему устроить вам встречу, — начал Намджун. — Помнишь, я же тебе сегодня обещал, что постараюсь помочь.       — Это ты называешь помощью?       — Чимин, я… — начал Юнги.       — Чимин? Тебе известно моё имя? Если честно, то всегда думал, что для тебя я «малец», «засранец», «пискля», «гадёныш»! Мне продолжать? — парень медленно подходил к незваному гостю. — Ах, да! Как же это я забыл… Ещё же «красавица»! Ты случайно адреса не попутал?       Юнги не испугался и не отступил.       — Нет, не попутал. Я хочу с тобой поговорить.       — А я не хочу! — крикнул парень в ответ. — Катись отсюда!       — Чимин, — начал Хо, — послушай, что он тебе скажет.       — Я уже как год слушаю, что он мне говорит! Больше не горю желанием выслушивать очередную порцию оскорблений! Убирайся! — и указал рукой на дверь.       Но на фразу «убирайся» почему-то стали собираться друзья, Юнги же не двинулся с места. Он напряжённо смотрел в глаза Чимину. А Чимин растерялся, глядя, как его друзья дружно собрались и вышли. Только напоследок обернулся Намджун и бросил:       — Чимин, успокойся и, пожалуйста, дай ему всё объяснить.       Они остались вдвоём.       — Давай поговорим, — начал Юнги.       — Нет!       — Я хочу объяснить своё…       — Нет!       Мин глубоко вдохнул и медленно выдохнул.       — Хорошо, давай тогда…       — Я сказал нет!       — Да чтоб тебя! Заладил нет и нет! Пластинка заела?       — Заела!       — Ну выскажись тогда ты сначала.       — Нет!       — Тогда начну…       — Нет!       — Ты меня начинаешь бесить, — зашипел Юнги. — И как только они тебя терпят! — махнул головой в сторону двери.       Чимин уже не помнил себя. Сорвавшись с места, со всего размаху он впечатал кулаком прямо в губу Юнги. Тот отшатнулся к двери и ударился о неё спиной. Чимин шёл на него, снова занеся кулак для удара. Юнги вовремя увернулся, и костяшки прилетели в дверь. Он схватил Чимина за руки, пытаясь успокоить, но понимал, что может и не справиться. Парень обезумел. Он не слушал и не слышал, хоть Юнги постоянно просил его успокоиться. Старший удивлялся тому, что в таком миловидном, на первый взгляд, парне много силы. Юнги навалился на него, прижимая к стене, но парень в ответ брыкался и кричал:       — Убери от меня свои костлявые руки! Ты! Мразь! Я тебя ненавижу! Сука! Тварь!       Юнги на какой-то момент опешил от услышанных в свой адрес слов и понял, что разговаривать с ним бесполезно. По крайней мере, сегодня. Он сильнее схватил красавчика за руки, спиной повернул его к комнате и толкнул.       — Хорошо, я ухожу! — развернулся и вышел, хлопнув дверью.       Чимин опомнился и тоже выскочил следом за ним. Юнги шёл по коридору к лестнице и рукой вытирал кровь с разбитой губы. Чимин бежал и кричал ему вслед:       — Куда собрался? Я ещё не всё сказал!       Юнги не обращал внимания на него и продолжал идти.       — Ты только глянь на себя! Не противно на самого себя смотреть? — и громко засмеялся. — Вырядился! Костлявый обтянулся кожей!       Юнги замер около лестничной площадки. Он обернулся, с грустью посмотрел в глаза парню напротив.       — Значит, таким ты меня видишь? — тихо спросил.       Из комнаты выскочили Хо, Намджун и Джин и обеспокоенно переглянулись. Двери других комнат стали открываться, высунулись любопытные лица. Но Чимин игнорировал абсолютно всех и продолжал приближаться к человеку, к которому кроме отвращения, ненависти и злобы ничего не испытывал.       Юнги повернулся к Чимину.       — Ты мне противен, Мин Юнги! — выкрикнул прямо в лицо.       Юнги отступил на лестничную площадку.       — Я это понял.       — На что ты надеялся, когда собирался сюда? — напирал Чимин, тыча пальцем в грудь парня.       Юнги сделал ещё шаг назад.       — Ты совсем тупоголовый? Только и умеешь дебильную музыку писать и, — снова толкнул рукой в грудь, — унижать других!       — Я хотел сказать, что ты…       Неожиданно Юнги зашатался, замахал руками и начал терять равновесие. Чимин не понимал, что с парнем происходит. Но когда посмотрел на ноги Юнги, то увидел, что у того соскользнули пятки со ступенек. Он подскочил к парню и протянул ему руку. Юнги махнул рукой, пытаясь ухватиться за руку Чимина, но лишь прошёлся по ней вскользь и упал спиной на лестницу и покатился кубарем вниз.       Последнее, что помнил Чимин, — это грусть и ужас в глазах человека, к которому лишь мгновение назад испытывал только отвращение…