FoE: Лучший Исход

      Бар «Пропитая подкова» безнадёжно дарил "счастье и радость" своим утончëнным постояльцам. В основном корëжащим слух шумом и горьковатым привкусом утонувшего в пиве котëнка. Местный контингент не спешил смахивать на зажиточных посетителей, ибо даже если бы те сюда и зашли, то лишь затем, чтобы смачно сплюнуть на пол. Для полноты картины стоило упомянуть о тусклом свете ламп и отсутствующем копыте закона – изредка заглядывающие сюда охранники совсем забросили свои и без того редкие патрули. Не удивительно, что здесь потихоньку начал процветать подпольный сбыт… скажем так, не совсем законных веществ.       «Ха! Незаконная торговля в постапокалипсисе!», – усмехнëтесь вы. – «Не забудь ещё звезду за плохое обслуживание снять».       – И-с.. *кхг*... сниму! – крякнув так, что выпивохи за соседним столиком подпрыгнули, с закружившейся головой опираюсь на столешницу.       Но... по большому счёту, данное замечание было верным. За неучётом того момента, что мэр сего захолустья, имеющего громкое звание «Мегамарт», отчаянно пытается не допустить распространения местной гадости на вверенной территории. Что-то о собственных стандартах и завышенном самомнении по типу "я лучше других". Хотя, стоит отдать должное. Бедная кобыла – остаётся пунктуальной в таких-то условиях!       Но мы отвлеклись.       Здесь, в прокуренном закоулке возведённого на руинах конного города, окруженный нестройным хором собственных мыслей и нетрезвыми выкриками подпитых лошадей, сидел… я. Такой же прокуренный, подвыпивший и как-то совсем уж не стройный. Заливая в себя бутылку за бутылкой, меж тем как моё и без того довольно паршивое настроение становилось всë более паршивым. Честно, не такого эффекта ожидал, заваливаясь в эту дыру, но остановиться уже не мог. Желание вставать и идти за чем-то, разнящимся с набитием осточертевших морд разумных четвероногих полудурков, отсутствовало совершенно.       Да, как вы уже могли понять, настроение у вашего пожизненного героя не задалось. День… выдался тяжелым.       С барахла, вытащенного из подорванного сто лет назад бункера, удалось выручить приличные на первый взгляд "деньги", ненадолго возомнив себя королëм местной помойки. Но даже столь скупое счастье продлилось недолго. Первая часть крышечек (на сей раз я не стал настаивать на оплате золотом) ушла в "загребущие" когти Сюзанны. Просто чувствовал, что потом могу тупо забить, потому на кураже да с лёгкой же руки расстался с парой... тысяч кусочков металлического мусора. С этим проблем не возникло.       Зато со следующими делами пришлось изрядно попотеть.       "Кто бы мог подумать, что Девяносто Девятые меня невзлюбят?", – сверясь со своим планом, с нервным перебираеним пальцев прикусываю нервную губу. "Наверное, любой адекватный человек... или даже, не приведи Джейсон Стейтем, конь".       Несмотря на кажущуюся расслабленность, я понимал – вербовка из числа не местной "элиты" будет трудной. Но чтобы настолько…       Не подумайте, я не побежал к своим старым знакомым с "невероятным предложением мечты" и цветами наперевес. Пришлось дожидаться, пока эта толпа сверхтехнологичных "дам" хоть немного разбредëтся по торговым улочкам, дабы проследить за ними в более «приватной» обстановке. Казалось, плëвое дело! Особенно с учётом того, что мне даже скрываться не обязательно. Наоборот! Считывая спектры эмоций (что начинал нехорошо зашкаливать при виде меня любимого), я мог с большей уверенностью отбросить тех, кто точно не станет со мной работать.       Как оказалось, работать не хотел никто.

*Занавес*

      Ненависть. Страх. Желание как можно быстрее свалить или покрепче врезать (нужное подчеркнуть) настолько преобладали в выраженном фоне бывших подземников, что нередко смешивались друг с другом в неприглядное месиво. С первых минут моих безустанных потуг становилось понятно – эти четвероногие барышни помнили, что произошло в Убежище. И не собирались этого прощать.       Может, в следующий раз не стоит резать пони на глазах у их товарищей?       Хм. Обдумаю это позже.       Честно, после второго десятка проверенных претендентов хотелось опустить руки... и поднять их со взведённым автоматом. Проверка торговлей прошла на троечку. Те кобылы, что, казалось, могли бы подойти для моих задумок даже относительно, оказались настолько несостоятельными в плане взаимоотношения со своими братьями по разуму, что остались без ничего в первые полчаса, чуть ли не отдавшись продавцам на их прилавках. И это при том, что цены выданных им вещей никто не скрывал!       Непредвзятое отношение конкретно этих индивидов к моей персоне объяснялось скорее отсутствием мозгов, а не наличием тёплых чувств.       На Хэви Спир и Сильвершайн мне повезло наткнуться случайно. Парочку удалось выцепить во время моего... скажем так, небольшого перерыва, проходящего подальше от любопытных глаз очевидно стремающихся моей околосвятой личности лошадей. Эти две фигуры, отбившиеся от общего стада, слишком уж выделялись среди обычных жителей Маркарта...

...или это был Мегакрад? Судя по здешним ценам, больше подошло бы второе.

      – Дамы, какая встреча! – заставив слегка дëрнуться счастливую парочку девяносто девятых, выскакиваю тем навстречу, как неожиданный самосвал на марафонных велосипедистов. – Не ожидал встретить кого-то из вашей братии в далеке от остальных... то есть, в этом случае, "сестрии", конечно. Хм. В конном языке правда есть такое слово? Мой словесный критик в восторге!       – Только его здесь не хватало, – обречённо выдохнув, кобыла свето-рыжего окраса словно и не догадывалась о наличии у меня слухового аппарата. Иначе сложно объяснить, почему обо мне вдруг заговорили в столь отдалённой манере.       Но задаваться новыми вопросами стало невозможно, когда меня, уже вдоволь «насладившегося» отрицательным к себе отношением, встряхнул новый, внезапно обнаружившийся факт. В столь простых словах столь неординарной особы отчётливо различалось раздражение, нервозность и смачный оттенок недоверия, но востальном... даже самой простой злости не набиралось достаточно, чтобы прибить радтаракана. А это, по сравнению с остальными поняхами, был нихреновых размеров Прогресс! Что удивляло ещё больше – кареглазая подруга говорившей, казалось, оставалась с ней солидарна.       – Воу! А где же ваше столь популярное "убежищное" приветствие? Что-то вроде «вскройся, ублюдок!», если мне не изменяет память, – с непоказанным внешне умопомрачением, перехожу к перепрограммированию черепушек новых знакомых на нужный лад. Попросту забиваю разговор мусорной информацией, если интересно. – И, простите, если врываюсь в личное пространство, но я здесь немножечко ответственный за ваше времяпре-про-вож-де-ни-е, во как! Так что особо не удивляйтесь.       – Можешь расслабиться. За нас можно не переживать, – с явным нежеланием продолжать диалог, пони двинулась мимо моей фигуры… при этом даже не поëжившись! – Мы уходим.       – Какая новость! – всплеснув руками, и не думаю перегораживать дорогу, попросту отойдя на пару шагов задним ходом. – Может ли столь благосклонная личность вроде меня поинтересоваться, куда лежит ваш путь? – До того, как собеседница успевает открыть рот с явным желанием дать универсальный совет "не лезь не в своё дело", добавляю:       – Я отлично знаю внешние Пустоши. Если что, дам дельный совет. Совершенно бесплатно!       – Много вас таких... советчиков, – фыркнув, тем не менее, моя неосознанная жертва всё же замедлила ход, повернув мордочку в сторону доселе молчавшей сестры.       "Погоди-ка. Они сестры?" – не успев удивиться, тут же отмахиваюсь. – "А, двоюродные...".       – Мы собираемся в Тенпони, – поняв, что у неё решили узнать стороннее мнение, кареглазая лошадь с выцветившим воротником включилась в разговор. – С нас хватит! Больше никаких наставлений от Джин и её прибитой ржавой гайкой подружки.       – Отличный выбор! – прокрутив в голове данный ответ как минимум трижды, делаю выводы.       "Отличным выбором" это являлось лишь для тех, кто хотел сдохнуть за внешними воротами спустя где-то двое суток пути. Ибо, насколько мне известно, от Хуфа до Тенпони – ахуеть как долго топать. Обычные жители Пустоши или вовсе не совались в такие экспедиции, или собирались в караваны. Не считая отбитых одиночек, реальными путешествиями занимались либо отбитые выживальщики, либо торговцы, что тоже старались сбиваться в группы, до кучи нанимая охрану. А так – даже рейдеры предпочитали сидеть на жопе ровно, застолбив за собой какой-нибудь более-менее оживленный тракт или строение.       Так что, не считая Искателей и частично подконтрольных им Мусорщиков, экспедиции на неосвобожденные территории бывшей Эквестрии отправлять было практически некому. Конечно, всегда находились исключения из исключений, считая Блекджек с её компашкой или ходящего на слуху "Выходца", но мы ведь сейчас про основные случаи говорим.       Учитывая все факты и принимаемые условности, ситуация у наших юных дарований складывалась не то, чтобы очень радужная. И как бы ни было весело отправить кобыл на верную смерть, живыми они всяко будут полезней. Для меня, так точно.       – Только вот... попасть туда не так-то просто, – сделав вид, словно размышляю над смыслом мирового бытия, продолжаю свой довольно затянувшийся ответ.       Остатки ПМ исчезали, как сахар на раскалённой сковороде, и я искренне пытался выжать максимум из остатков. Что будет, когда они кончатся? Надеюсь, что мой новый организм справится с резким спадом производительности. Иначе проще окажется сдохнуть, чем выкладывать бюджет небольшого поселения для очистки у местных докторишек. Запугивать же тех, кто должен тебя лечить – идея заранее провальная.       – У нас есть направление, – в ответ на моë разглогольство, мне же под нос (насколько это возможно при нашей разнице в росте) сунули уже знакомую модель ПипБака. – Появилось, как только мы услышали о башне.       "Как это вообще должно работать?", – потупив секунду, слегка прокашливаюсь. – Не важно, как вы попадëте в Тенпони Тауэр... хотя, честно сказать, я бы на такой "забег" глянул. Всё-таки тащиться вам аж до Манхэттена. Здесь другое интересно... С хрена ли вас туда пустят?       – В каком это смысле? – самоуверенно переглянушись с кареглазой, первая пони с вызовом вскинула к небу свой аккуратный носик. – Я слышала ваш разговор с "Крышечкой". Мы – элита! Кому не нужна хорошая охрана?       От вида столь самовлюблëнной морды захотелось блевать. Фу... Как будто в зеркало посмотрел! Похоже, слишком уж я расхвалил наших подземных крыс на собственных торгах, по сути, придя к ситуации "такая корова нужна самому". Только вот здесь прихуел не торговец, а сама корова! Во дела, хоть частушку пиши. Матерную.       – Дорогая моя. Мне кажется, вы не совсем понимаете реальность происходящего, – скривив рожу так, чтобы проняло даже свежевыжатый лимон, перехожу к тактике дизморали. – Это здесь, в жопе мира, ты – "элита". Хотя и тут присутствуют некоторые сомнения, уж прости за прямоту. А в Тенпони таких болванок если не палками отгоняют, то точно с распростëртыми объятиями не ждут. Вообще, знаешь, открою тебе секрет! В тамошних хоромах живут довольно серьёзные пони, с давно укомплектованной, серьёзной охраной. И беспризорников, что неделю назад небо увидели, не сильно-то жалуют.       Глядя на то, как в течении моей речи меняется лицо Сильвершайн (имя удалось узнать позднее), я постепенно приводил еë к нужному выводу. Мне нужному, если кто сомневался!       Но по хорошему, подумав и приспустив рукава, можно понять – если эти милашки таки допрутся до башни, то их с большей вероятностью впустят. Всё же всякие "Выходцы из Стойл", как удалось понять из обрывков местного радио, в постядерном (или какой он тут у них?) мире ценятся неплохо. Но даже так, оставался хороший шанс сдохнуть по дороге к счастливому будущему, или получить по шапке уже по прибытии.       Так что доброе дело делаю, товарищи, не подумайте!       – Плевать! – вторая беглянка, именуемая не иначе, как Хэви Спир, ожидаемо заупрямилась, – лучше попытать удачу там, чем оставаться здесь! Подопека Джин попросту невыносима! "Не ходите туда, не разговаривайте с тем, не берите того, не делайте ни-че-го!", – с каждым процитированным словом мордочка говорившей кривилась всё больше, под конец превратившись в забавную рожицу.       – А работать на ряду с жеребцами здесь, под еë присмотром, в сто раз хуже, –поддакнув словам своей подруги, Лисичка (ну... рыжая же она... а Апельсин у нас уже был!) вновь попыталась пройти мимо меня.       – Хм! Вот оно как. Что же, дело ваше, безусловно. Но... – сменив интонацию, медленно, с надлежащим пафосом вытягиваю припрятанный козырь, – как вы отреагируете, если я скажу, что работать на Джин вам вовсе не обязательно?       ...       Стопка вновь опустела. Повертев в руках мутную стеклотару, со вздохом опускаю ту на стол. Сюзанна только что сбежала. И, судя по озарëнному лицу оной, вовсе не для того, чтобы вернуться сюда в ближайшее время при хорошем настроении. Эх, молодëж... совсем не умеет пить.       Ту парочку Девяносто девятых удалось завербовать относительно просто. Как оказалось, Хэви и Сильвер просто не хотели подчинятся старому руководству и в целом бегать по струнке смирно под недовольными очами в край надоевших патрулях. За чашку супа. Клянусь, им даже спасибо не говорили! Так что обещание подзаработать чисто за то, что они есть, прокатило на ура. Всего делов, сиди-смотри, чтобы будущие покупатели слишком уж не наглели, да изредка помогай с товаром.       Хотя, сию контору моего неминуемого обогащения ещё предстояло официально открыть. Крышечка в этом вопросе чувствовала собственное превосходство и краëв прирождëнной жадности в упор не видела. Как бы я ни торговался, аренда места, в совокупности с разрешением на торговлю, обошлись мне в поднебесные *дцать процентов от общего дохода. А ведь мне ещё и зарплаты платить нужно как-то, и долю Либрана учитывать! С такими приколами я разбуратею не быстрее, чем состарюсь. А это, при нынешних обстоятельствах, дело пиздец как не близкое!       Но даже это – лишь пол беды. Оставить работников без премии и фальсифицировать доход (крайне осуждаю, конечно же) оставалось возможным. А вот тот факт, что "мои маленькие пони" торговались лишь с помощью ПипБаков – вот это был уже полный аут! Серьезно, эта маленькая компьютерная дрянь попросту подсказывала нужную цену... что она вообще не может?       В общем. Тех, кому хватало очков красноречия в охране не нашлось, так что искать пришлось уже в другом месте.       ...       – Скажи, вот кому ты здесь нужна со своим мастерством в починке ПипБаков? – потирая ушибленный лоб, с лёгким недоверием смотрю на чудом уцелевший стол. И как только подняла? Он же весом побольше меня будет!       – Не твоё дело! – глядя на меня снизу вверх, но при этом сохраняя свой кусачий нрав, Миднайт почему-то до боли напоминала мне моего старого хорька. Который, к слову, по первоначальной задумке должен был быть хомяком. – Я лучше пойду отшкрëбывать трупы от внешних стен, чем стану работать с чудовищем!       – Благодарен столь лестной оценке, но я, между прочим, не выбирал кем быть, – поняв, что с напором бульдозера к делу подойти не получилось, делаю ход конëм. – Слушай, я же о тебе беспокоюсь.       – Что-то не видено было той заботы, когда твои щупальца раскроили Голдкитс!       Что же, это... аргумент.       – Ладно. Твоя взяла, – подперев лоб тыльной стороной ладони, хмурым взглядом обвожу разгромленный за день периметр переговоров. – Вряд ли ты поверишь, что это вышло не по моей воле. Не знаю, почему вообще рассчитывал на утвердительный ответ.       На удивление, тогда кобылу подловить не удалось. Фыркнув, чëрная единорожка покинула кабинет быстрее, чем в мою голову пришла хоть одна новая идея. Блядь, ну вот чего мне так не везёт!? Те двое – слишком мало! Даже с учётом того, что в этом мире восьмичасовой рабочий график лишь снился в кошмарах работодателей, а выходным считался тот день, когда ты сдох, пара сомнительных кобыл для моего плана – жалкий минимум.       А я минимум не хотел. Хотелось дохуя. И побольше!       Вот только отписанные мне сутки для вербовки подходили к своему распрекрасному концу, а новых раб... хкм, ну да, работников! Их-то я так и не нашëл. Проблема оставалась: меня боялись, меня ненавидели, мне не доверяли. Искать нужных торгашей среди местных было ещё той задачкой, тем более после того, как слух о моей причастности к Потрошителям набрал обороты. Здешние пони скорее сдохнут от страха, чем добровольно пойдут в мои условные "угольные шахты". Видимо, придётся рассчитывать на посредников больше, чем мне хотелось.       Ибо больше ждать было нельзя.       Нежданно ни гаданно свалив из Мегамарта, пришлось потратить остатки светового дня на то, чтобы найти ближайший перевалочный пункт Либрана. Плюс, дождаться и его самого, подав сигнал.       – Не выгорело? – первым же вопросом кротокрыс показал всю глубину своего ко мне доверия.       – Ну вот что ты так в меня не веришь? – вытряхнувшись в довольно расширившийся проход, с трудом затягиваю туда же заплечную сумку. – Всё выгорело! Даже углей не осталось... тьфу, Либран, неужели нельзя выкопать туннель пошире?       – Чтобы он в один прекр-р-расный день обвалился мне на голову, – понимающе кивнув, подземный житель удовлетворëнно покосился на мою поклажу. – Так что с тор-рговлей? Пони согласились?       Я в кратце поведал о сложившейся ситуации. Ныть по поводу убегающих в ужасе лошадях не стал – не моему "распрекрасному" внешностью технику об этом слушать. Но вот о собственных достижениях умалчивать не стал.       Кто бы сомневался.       – Кто это сказал?! – повертев головой по сторонам, натыкаюсь лишь на недоумëнную рожу кротокрыса. – Кх-м. Забей. Лучше скажи, как дела с твоей стороны? Первая партия готова?       Как оказалось, да. Сразу с новыми пушками и неясного предназначения инструментами на рынок мы решили не лезть. Простое оружие, понятные предметы. Лучшего качества, чем среднее, и большей наглядности для местных сорок. Также подобрали блестяшки и просто нужные в быту вещи. Эдакий аналог старого-доброго "Магазина всего", где на первых порах продавалось всё: от накопытной вилки до трествольного пулемëта. А там посмотрим на спрос и скорректируем график.       – Отлично. Замечательно! Превосходно!!! – осматривая гору всякой хрени, становилось страшно от мысли, как всё это должно попасть на прилавок. Хотя... парочка тяговых лошадок у меня уже имелась. – Свои процентики сможешь забирать в том же месте, нужными металлами. Но с этим пока придется подождать. Первых покупателей найти сложнее всего.       – Я буду удивлен, если на большинство мелочëвки вообще кто-нибудь позар-рится. Поверхностникам нужна лишь смерть, и способы, как еë ускор-рить, – ковыряясь у станка, Либран удовлетворительно хмыкнул. – Хватай, используй, провер-ряй.       Поймав внушительных размеров перчатку, я с маниакальным блеском в глазах закрепил ту на логте и запястье. Одно хватающее движение, и чудное устройство сливается в монотонный поблескивающий кулак. Смесь ударного накопытника (что до лучших времëн валялся сломанным на одном из прилавков Мегамарта) и умения мастера сделала из груды железа настоящий мини-таран. Что-то подобное я видел у Психошай, если кто-то ещё помнит эту суку из компании полудохлого докторишки.       В любом случае, эта хрень должна быть помощней... что только разогревало моë желание опробовать еë в действии       ...       – А потом приперлась эта... *ик* ...шлюха! – приобняв посапывающего единорога, владеющим какой-то хитромудрой магией внушения, краем глаза замечаю, как открылась дверь в бар, пропуская через себя кучку нагловато выглядящих личностей. – Предствля-ишь?       Пони не ответил. Но меня это не остановило.       ...       – Я по поводу нашего разговора.       Миднайт выглядела устало. Под глазами виднелась потемневшая шерсть, края глаз покраснели, веки набухли. Было видно, что пони последние часы старалась либо перепить местных забулдыг, либо навести в них справки о работе. Что, по итогу, и сделало из кобылки небольших размеров пони, за день отвозившего под сотню орущих детишек.       Если честно, я тоже не блистал. Лишь к вечеру следующего дня добравшись до Мегамарта, на этот раз с нужным грузом и лошадьми, которые притащили его под злобные фырканья в мою сторону. Уже на месте повезло повстречать Сюзанну, которую я тут же отправил за чем-нибудь расслабляющим. Хватит ей, наотдыхалась.       – Что, уже передумала? – не особо надеясь на положительный ответ подбираю губы. Нет, не с пола.       Казалось, всё складывалось не так уж плохо, так с чего бы мне ловить апатию? Дело кралось в мелочах. На свою голову, я таки спросил Либрана, как же называют его вид подземных енотов, и почему я раньше о нём ничего не слышал...

...Алмазные Псы.

      И ЭТИХ ТВАРЕЙ СРАВНИВАЛИ СО МНОЙ?! И после этого сие лошади смеют называть СЕБЯ разумным видом?! Клянусь, я не хотел, но видимо несведущих непарнокопытных придётся просвещать куда более радикальными методами. Без жертв не обойдëтся, это точно.       – Что ты имел в виду, когда сказал, что произошедшее вышло не по твоей вине? – кобыла верила взгляд своих доселе блуждающих глаз в мою фигуру. – Как ты вообще оказался в нашем Стойле?       – А, так вот ты о чём.       Слегка помявшись, поглядывая на настенные часы, так и не дожидаюсь где-то потерявшуюся грифоншу. Говорить, или нет? Впрочем, почему бы и да. Всё же, подловить меня почти не на чем, а профит намечается не шуточный.       – На самом деле, ничего необычного, – отсутствие эффекта от Минталок сказывалось критически. Собирая мозги в кучу, а после не понимая, что вообще держу в руках, мой профиль едва ли не представлял собой заговорившего кота Шредингера. – Я искал Блеклдек...       – Блекджек?! Эта слабоумная здесь?!       – Блядь, завали свой рот! – в секунду взбесившись, с силой вбиваю кулак с стену. От неожиданности Миднайт осела на задние ноги, но паника, мелькнувшая на её лице, меня ничуть не охладила. Происходящее бесило, и бесило с невероятным успехом. – Она спасла вас! Всё ебучее "Стойло"! На пару с жеребцом, которых вы за разумных существ не считаете! Ещё раз услышу хоть одну насмешку в еë адрес, клянусь, выбью зубы!       Тяжело дыша, я откинулся в кресле. Бесит. Как же бесит! Ладно эти мрази с отравленными мозгами, но даже знакомые? БиДжей в их Стойле будто гривой сортиры мыла, а не охраной числилась, честное слово! И тем не менее, после всего пережитого, эта кобыла до сих пор старается помогать пони? Да она святая!       – Теперь, когда мы друг друга поняли, я продолжу, – процедив данное утверждение, с небольшой гримассой вытаскиваю руку из стены.       "Соберись Колян. Держи планку, что б тебя!", – поморщившись от ран, впрочем, быстро исчезающих, провожу языком по нёбу. "Это последний раз. Подумай о чём-то хорошем, и разберись с проблемой".       – Я искал Блекджек, когда пришёл к воротам Девяносто Девятого, – рисуя картину происходящего и наиболее выгодного сценария, воскрешаю остатки своего думающего аппарата. – Там меня ожидал неожиданно "тëплый" приëм, холодные наручники и жесткий... допрос. Судя по всему, тогда мне в кровь попала рейдерская зараза, и тело мутировало, перестав меня слушаться. Что было дальше – помню смутно.       – Почему мне кажется, что я что-то упускаю? – незаметно для себя начав размышлять вслух, едва отошедшая от моих выкрутасов Миднайт зацепилась за формулировку. - Подожди... Я не понимаю. Риветс уверяла, что монстр умер в Убежище, задержав заражëнных! Но Джин говорит, что ты и он – одно существо!       – Дошло, значит? - ухмыльнувшись, с трудом прогоняю из себя остатки неблагонадежного рассказчика. – Там был не я. И здесь, перед тобой, тоже не я. Смекаешь? Данное тело – лишь наиболее приспособленная оболочка, которой удобно манипулировать с расстояния...

И рассказал Князь, в чём дело стало. Как злобные учёные над ним опыты окаянные ставили. Как в клетке держали, словно зверя дикого. Почему оказался тот в беде несравненной, запечатанный глубоко в подземельях города старинного – под охраною сотен турелей, что многие века не дают ни пройти к нему, ни выбраться самому.

А страшнее всего то, что он облика истинного лишился, да проклятие на себя накличил, неснимаемое. И бродит бывший жеребец ныне куклой бездушной по свету, в вечных поисках того, кто смог помочь бы ему в тяжбе нелëгкой, да прекратил мучения страшные!      

      Короче понесло меня, как ту пизду по старым кочкам. Пони только глазами хлопать успевала.       – ... вот и вся история, – устало кивнув, с потемневшим лицом подпираю подбородок замкнутыми руками. – И ведь хрен кому скажешь! Сам до сих пор с трудом верю, хоть и лет уже прошло прилично.       – И... как ты... что? - кобылу можно было класть на пол и использовать в качестве коврика. Не заметила бы.       - Да, такие вот. Дела! – мельком посмотрев в окно на предмет всяких заплутавших грифонов, удерживаю зевок. – Меня ведь, представляешь, первое столетие огнём отовсюду выжечь пытались. Думали, мутант какой. Пришлось затаится на пару десятков лет, а то вообще жизни не давали, – поняв, что ещё чуть-чуть, и бедолагу придётся вести под бело копытце к местному мозгоправу, заканчиваю промывание чужой башки. – Так что... пойдешь ко мне в работники? С оплатой не обижу.       – Да.... в смысле, что? – Миднайт внезапно вскинулась, но так же быстро осела, схватившись за голову. – Нет, я согласна, но... как... почему... *тяжелый вздох с малопонятным шëпотом*. Со мной придëт ещё одна пони. И это не обсуждается!       – Да ради бога, – поняв, ради чего вообще начинался весь спектакль с допросом, выставляю дуру за дверь. Столкнувшись там с Сюзанной, Миднайт тихонько охнула, постаравшись слинять как можно быстрей и незаметней. Всё таки грифоны, даже юные, побольше здешних лошадок будут. На полголовы так точно.       – А ты где ходила? – дождавшись, пока моя заклятая подруга таки запрëтся в занимаемый мною кабинет, подмечаю в еë когтях интересный свëрток. – Достала, что просил?       ...       Закончить притворяться в стельку пьяным (хотя бы для самого себя) я не мог. Не верилось, что после всего, что в меня опрокинулось за последний час, мой организм ещё способен на активную жизнедеятельность. Но мозг отключаться не хотел совершенно, бутылки с дерьмовым пойлом подозрительно быстро кончились, а новых брать смысла не видел от слова совсем – дрянь редкостная!       – Что ты сказал?! – от барной стойки донëсся бесящий скулëж. – Ты от собственной борматухи совсем ослеп? Потрошители не платят!       Так, сто-о-оп! Я встрепенулся. А с какого радостного события тогда мне своё добро за эту бодягу пришлось отдать?! Не дело!       – Теперь – платят, – сквозь внезапно прекратившийся шум бара донëсся ответ торгаша.       Пока я в проходящем ступоре наблюдал за разворачиваюдейся картиной, в которой добрая половина посетителей засверкала припрятанными пушками, во мне медленно начал разгораться очаг тупой злости. Вот как, значит? Дебаффы от того, что состою в Потрошителях, я ловлю, а как за обещанной оплатой пришли – так лавочку уже прикрыли?! Кажется, местная гопота подзабыла, кого здесь стоит бояться...       Думать долго не пришлось. Схватившись за револьвер, я собирался включиться в новое кратковременное приключение с многочисленными жертвами и разрушениями средней тяжести... как меня осаживает до боли знакомое ощущение. "Так нельзя..."

"Не заслуживает... "

"Это не твоя жизнь..."

      В секунду перед сознанием пролетают моменты. Боулз Диллер боится. До дрожи, ломящей с трудом удерживаемые на месте колени. Его дело терпит постоянные убытки от выпивох, что знают – пони не откажет в бесплатном пойле тем, кто связан с громкими именами убийц. Но сегодня всё изменится. Он собрал в своём заведении тех, кто согласился припугнуть наглецов... конечно, за недельное обслуживание взамен, но пришло очень много! Теперь наглецы не скоро придут сюда, издеваясь над ним и его беспомощностью...       Рука на револьвере ослабела. Тело безвольно опускается на табурет. От былых мыслей остались лишь рваные куски, но даже в их остатках удалось вспыхнуть новой, доселе невиданной злобе.

Почему тебе не всë равно?

      Кровь застыла в жилах. Кровь бушевала в венах. Кровь лилась рекой, застыв в своëм великолепии. Чистая, мутная, богоподобная кровь.       Сила, доселе висящая тяжёлым грузом, сковывая разум, отступила. Скрылась, замерла, затерялась в суматохе. Глаза заслезились от неожиданной эмоции чего-то нового. Чего-то полноценного, заполнившего мой разум своим блаженным присутствием.

Убить? Хочешь ли ты его смерти? Нет...

ТЫ ЖАЖДЕШЬ ЭТОГО.

      Слабый кивок. Всё, на что я способен. Но большего и не требуется.       В руки вернулась сила. Пришëл холод. Пальцы сомкнули сталь. Выстрел. Прогремел...

*ВЫСТРЕЛ!*

      Тело жеребца резко дëрнулось, отлетев на задние ряды, после чего грохнулось на пол, свалив за собой несколько полок с грязной стеклотарой. Взрыв алого произошëл в одном моменте, украсив стойку и ряды бутылок в приягательный, манящий цвет.       Боулз Диллер был мëртв.       Я обалдело перевёл взгляд на собственную руку, удерживающую в мëртвом захвате отгремевшую пушку. Это... я? Я убил его? Рой мыслей, пытающийся протиснвться в мою голову, мешал рационально оценить ситуацию. Я смог сопротивляться запрету Проклятья?! От внезапно нахлынувшего ощущения свободы захотелось смеяться.       – Ну? Кто-нибудь ещё хочет высказаться? – внезапно вспомнив, что нахожусь в не совсем приватной обстановке, в новом порыве цепляюсь за огнестрел. Проходясь дымящимся столом по мордам шокированный лошадей, с нарастающей уверенностью оскаливаюсь. – Давайте, я абсолютно свободен к предложениям!       От нахлынувших эмоций слегка шатало, но пропади всё припадом, если я сейчас отступлю! Певать на этих любителей лëгкой наживы – не за спасибо помогать припëрлись! Пусть отрабатывают.       Но пони будто переклинило. По невидимой стене нарастающей неуверенности становилось ясно – сюда пришли за лëгкими деньгами. Вовсе не ради надуманной бравады о справедливости. Рассчитывая задавить нахлебников числом, идиоты даже не задумались о возможном отпоре.       И последствиях.       Воспользовавшись заминкой, слегка подзабытые рейдеры не торопясь расчехлили собственные пугалки, злобно скалясь по сторонам. По взгляду, брошеному на меня, я понял – особых благодарностей не будет. Впрочем, на этих любителей дармового пойла плевать. Не ради них стрался.       – Что же. Я так и думал, – демонстративно кинув собственный ствол на столешницу, сбив тем самым несколько пустых бутылей, даю отмашку. – Убирайтесь отсюда к чëртовой матери.        Внушительная часть постояльцев как по команде выдохнула. Косясь на всё ещё агрессивно настроенных рейдеров, неудачники начали тихонько кучковаться в стороне двери, в спешке покидая бар. Вообще-то, моя ставка оставалась на том, что сейчас меня изрешетят пулями, но реальность оказалось довольно скучной.       Хм. Что же, жаловаться не собираюсь.       Удостоверившись в том, что желающих записаться на эшафот не нашлось, бухаюсь обратно за стол. Грëбанные трусы. Этих болванов здесь с десятка два, но даже небольшой шанс словить шальную пулю перевесил любое желание покорчить из себя героя.       "С другой стороны, ни у кого из них нет второго шанса", – хмыкнув, соглашаясь с собственным доводом, хватая лежащую боком бутыль, на дне которой болталась какая-то гадость. – "Да и чего ожидать от сброда, пришедшего на обещание бесплатного пойла? Неударжимой самоотдачи собственных шкур?"       Проставив для себя несколько галочек, удовлетворительно усмехаюсь. Вряд ли этот выпад пройдëт для меня без последствий. Может, даже придëтся выдумать какую-нибудь правдородобно выглядящую историю о защите собственной чести или типо того... А пока оставлю это будущему "я".       – Ты!       – Какого хуя будущее наступило так быстро? – в испорченном настроении метнув взгляд на раздавшийся возглас, ненадолго вхожу в ступор.       Со стороны выхода, куда уже успела слинять большая часть "опорников справедливой справедливости", в мою сторону бросился... судя по цвету грязи на шкуре, какой-то бомж. За секунду осмотревшись, с тем же недоумением замечаю стоящую за ним Сюзанну. Блядь, ну вот чего ей во дворе не сиделось? Получается, подпортил свой имидж в глазах пернатой.       – Ты! – наконец, грязнопони (и это даже не утрирование) добрался до столика, остановившись едва ли не в шаге от меня. – Это был ты!       – Да, я. Не отрицаю, – параллельно нащупав заветные остатки кислотно-горьчичной дряни, подношу бутыль к губам. Хм. Надеюсь, я правильно понял суть вопроса. А то вруг этот тип ищет дебила, что его брамира совратил... Перед глотком всё же задаю встречный вопрос. – Чё орëшь то?       От столь прямолинейного ответа жеребец слегка осадился. Похлопав глазами, он прояснëнным взором осмотрел бар. Тот опустел со скоростью вспыхнувшего сарая – любители халявы выперлись практически полностью, оставив лишь тех индивидов, что каким-то образом успели заблаговременно напиться до состояния полутрупа. Так что обстановка складывалась достаточно приватная, если не считать:       a) Догнавшей своего нового друга грифонши;       b) Нервничающего балахончика, что до сих пор не мог спокойно оклематься от единственной выпитой стопки, но теперь, вы только гляньте, продравшего глаза;       c) Группы "Потрошителей", что в данный момент усердно занималась разграблением бара, из принципа не смотря в нашу сторону.       – Ты... – сглотнув, мой собеседник, казалось, заметно растерял внушительную долю уверенности. Стоило об этом подумать, как ко мне прилетела нить стыда, вперемешку с глубокой злобой. – Ты убил моего брата!       Вот же дрянь. Слегка поморщившись, оглядываю свою новую проблему, одновременно с тем стараясь придумать, как бы отпиздеться от так не вовремя нашедшегося родственника бесславно почившего бармена. Шерсть на пони висела грязными клочками. Грива и хвост растрепались настолько, что стали похожи на распущенные половые тряпки. Да и несло от этой личности знатно.       Погодь. С какого счастливого случая на этом полудурке плащ Сюзи?       – Да? – закончив бросать на того оценивающие взгляды, пожимаю плечами. – Ну, что ж, мои соболезнования и всë такое. Наверное.       Отличное начало чувак. Продолжай в том же духе.       – А... но... – неизвестный вновь запнулся на полуслове. Наверное, не слишком часто ему приходится обличать убийц своей родни, а? А?       Бля, просто заткнись....       Переключив внимание на стоящую позади него Сюзанну, слегка осиротевший пони обратился уже к ней:       – Это Потрошитель! И... он убил моего брата!       Поняв, что ничего нового от нашего нового знакомого мы уже не услышим, решаю разобраться в ситуации... хотя бы слегка. Видя, как мнëться грифонша, разрываясь между привитым долгом холоднокровного наëмника и искренними чувствами добросовестного обывателя, подманиваю ту рукой.       – Сюзанна, подойди.       Под обалдевшим взглядом жертвы обстоятельств в лице одного не слишком адекватного жеребца, выделенная мной пернатая особа женского пола прошествовала в указаную мной область. Так сказать, для получения дальнейших указаний.       Да, всё таки последняя бутылка была явно лишней.       – Это кто? – даже не пытаясь хоть как-то обозначить конкретику вопроса, вглядываюсь в дрожащие глаза своей компаньонши.       – Я... эм, мы встретились за баром. Мне показалось... – зарницы грифонши бегали по бару, словно пытаясь передать невысказанное, – ... что ему нужна помощь.       – Другими словами, – растягивая слога, словно пресную жвачку, мой мозг постепенно включался в происходящее, – ты привела сюда левого типа с улицы, ничего о нëм не зная? – по вмиг опущенному виду своей собеседницы я понял, что попал в точку. Блять. – Откуда ты знала, что это не опасный бродяга, обдолбавшийся веществами? Сюзи, он мог втереться к тебе в доверие, а потом, в лучшем случае, обчистить! Вот где твои крышки?       Судя по оторопевшему взгляду грифонши, направленному на собственный плащ, что в данный момент висел на жеребце, моя тирада запустила в птичьей черепушке несколько подржавевших шестерëнок. Жертва же данного разговора, судя по замершему дыханию, готовилась либо экстренно покинуть нас в самом не метафоричном смысле... либо столь же экстренно проблеваться.       – Ты, – постаравшись придать своему угашенному тону несколько холодных нот, щурюсь, – чем докажешь, что этот жеребец *небрежный взмах в сторону трупа* твой брат?       – Ч-что? - сжав челюсти до скрипа, пони вперил в меня взгляд своих почему-то сузившихся зрачков.       Нападение стало для меня полной неожиданностью. В эмоциях бродяги не было ни единого намёка на агрессию – лишь страх, опустошение и боль. Ощутил на себе массу прыгнувшего на себя тела, успеваю задуматься. Я настолько привык доверять своей привитой "абилке"? Чëрт возьми.       Грохнувшись вместе с табуретом, я попытался подставить под себя руки. К сожалению, готовы к такому манëвру они не оказались. А пустая бутылка оказалась не самой лучшей опорой.       – Ты не помнишь?! – свалившись вместе со мной, придурок даже не соблагозволил удивиться. Умудрившись хорошенько вмазать по моей полупьяной роже, нападавший и не думал останавливаться. – Мой брат – Клайм! Ты застрелил его, монстр!!! Он был безоружен, и ты всё равно убил его на моих...       Треснув мудиле по башке, чудом не повреждая удерживаемый в руках предмет, прерываю этот бред до того, как тот успевает дойти до моих ушей. Уже после того, как жеребец с остекленевшим взглядом свалился на моë же бренное тело, потеряв сознание, до моего мозга начало доходить.       Караван. Нападение шайки доходяг. Радивый единорог с его идиотской идеологией "Лучшей Пустоши". Серебристый пони, смотрящий на труп у своих копыт. Тот, что несколько секунд назад спас его, закрыв от выстрела собственным телом.       – Бля...       – Что. Здесь. Происходит?!       Знакомый голос заставил слегка встрепенуться. Выглянув из своей позиции лёжа, замечаю, как в бар заваливается неописуемое колличество лошадей, во главе со своей монополистской альфа-кобылой. И, судя по взмыленному виду последней, у кое-кого намечаются неприятности.       Сука. Только еë здесь не хватало.       – Секунду, дорогая! – заметив неудобство, всё ещё пускающее слюни беспамятства на моей груди, сваливаю тело оглушëнного пони на пол. – Я практически готов к объяснениям.       – Они бы очень пригодились, – клянусь, она шипела. Внезапно указав копытом в сторону, Крышечка пустила в голос сталь. – Стоять! Никто не уходит!       Вместе с этим возгласом на потихоньку съебывающего балахончика направилось несколько стволов. Чёрный-причëрный единорог дëрнулся, застыв, после чего разбито повесил голову.       Да, чувак, не повезло тебе.       Тень, упавшая на меня, перекрывает тусклое свечение ламп. Осознав, что пол до сих пор не отпустил моë бренное тело, оглядываюсь, только для того, чтобы увидеть скрипящую зубами Крис.       – За мной.       – Слушаюсь и повинуюсь, моя Королева...       *ХРЯСЬ*       – ... Больно, знаешь ли, – потирая попавшую под горячее копыто шею, поднимаюсь на ноги.       Видя, как кобыла раздражённо взмахнув хвостом, направилась к выходу, оглядываюсь на Сюзанну. Грифонша за всë время даже позу не поменяла, стараясь не смотреть на окровавленную стойку бара. Мнда... с этим нужно будет поработать. Может, чуть позже.

* * *

      – Скажи мне... Игорь, – цедя каждое слово словно прощупывая собственную речь на подводные камни, моя собеседница, казалось, была готова. Не знаю, к чему или на что именно, но степень повисшего в комнате напряжения уже можно измерять дозиметром. – Ты правда думаешь, что тебе всё сойдёт с копыт?       – Конечно нет. У меня ведь нет копыт, – пожав плечами, доказательно вскидываю руки. Даже пальчиками поиграл для достоверности.       "Теперь она меня точно прибьëт". Наблюдая, как встает шерсть на загривке моей четвероногой подруги, показательно устало откидываюсь на кресле:       – Расслабься. А то такими темпами линять начнëшь.       Уклонвшись от летящего неясного предмета, попросту наклонив голову набок, внутренне стараюсь сдержать своё состояние прогрессирующей деградации. Сидя здесь, словно на ковре перед начальством, я потихоньку придумывал, как выпутаться из своей... ситуации. Убийство посреди белого дня, да при такой куче свидетелей, мне не простят, это точно. В планах зрел пунктик, в котором дело вешалось на идиотов, что возомнили себя взаправдашними Потрошителями, разгуливающих по городу в самодельном суповом наборе. Но при тщательном осмотре местности выяснился один очень интересный факт: уроды свалили за несколько минут до прихода охраны, заодно обнеся кассу. И это не считая того, что свидетелей моей недавней "вспышки" набиралось предостаточно.       Вот же черти четвероногие. Не могли все резко ослепнуть, что ли?       – Ты хоть понимаешь, что я обязана с тобой сделать? – выделив нужное, Крышечка как-то по особенному обречëнно покосилась на окно в своём кабинете.       Где-то там сейчас должны сжигать тело неудачного предпринимателя. Хм. Или закапывать? Мне внезапно стало интересно узнать о том, как в этом городе избавляются от трупов. Всё-таки, с недавних пор, их более, чем предостаточно.       Да Колян, думай о чём угодно, только не о деле.       – На самом деле, не вижу здесь большой проблемы, – до того, как мне в лицо прилетит уже даже не тяжёлое копыто уставшей женщины, а вполне себе убойный удар вкрай заебавшегося мэра, тут же поясняю:       – Просто подумай. Бармен перечил мнимым "Потрошителям". Как думаешь, они бы просто так ушли оттуда? После того, как их опозорили перед доброй частью города? Да даже если бы и струсили, хер с ними! В следущий же четверг нашли бы красавцев, развешанными на собственных кишках. И вот угадай, кто бы постарался?       – Думаешь, мне есть какое-то дело до этих ублюдков? – тон Крышечки слегка повысился. – Да будь моя воля, лично бы по стенке размазала.       – Крис, тебе нужно спать. Хотя бы иногда. Вот тебе моë честное слово! – отчаявшись найти понимание в этом дурдоме, потираю висок. – Начнëм думать логически. Кучка оборванцев назвают себя членами всем известной группировки самых добрых и пушистых обитателей Пустоши, после чего своей трусостью пятнают еë имя во всëм Мегамарте. Что дальше?       – Настоящие Потрошители приходят, чтобы "исправить" недоразумение... в своём стиле. Например, устроив показательную бойню, – Крышечка уткнулась лбом в стену. Громко. – Блять.       – Боулз думал, что спасает своё заведение. На деле, он его хоронил, – кивнув, под шумок откупыриваю бутылку Спаркл-Колы. – А заодно и себя.       – Эй... откуда ты это взял?       – Взял что? – с невозмутимым видом сделав большой глоток из маловатой для себя бутылки, приподнимаю бровь.       – Забудь, – прекратив подпирать стену своей умной головой, кобыла плюхнулась за стол. – Но ты мог бы обойтись меньшей кровью. Не обязательно убивать у всех на глазах.       – Отнюдь, – качаю головой. – Прояви я мягкость, ситуация могла закончится куда хуже. Знаешь, скольким идиотам захотелось бы проверить свои навыки стрельбы? Смерть отрезвляет, знаешь ли.       Пару минут мы сидели в тишине. Прикончив свой приторно сладкий напиток, я крутил в руках пустую бутылку, в надежде прочитать в составе выпитого хоть что-то, кроме воды и сахара, а Крышечка... Хм. Она уснула?       – Я не сплю. – Оторвавшись от стола, кобыла сонно потëрла мордочку. – И зачем ты проговариваешь это вслух? С ума сошёл?       – В слух? – проморгавшись, слегка встрепенаюсь. – Эм... Забей. Лучше скажи – что делать-то будем? Если даже до тебя моë пояснение дошло не с первой попытки, то чего ждать от простого народа? ... Может, само как-нибудь рассосëтся?       – Было бы прекрасно, но нет, – вздохнув, тем самым взбодрив себя большим доступом кислорода, пони проморгалась. – Придурки, заставшие произошедшее в баре, лезут из шкуры вон, один красочнее другого пересказывая твой самосуд. Скоро окажется, что вместо одного бармена ты лично перебил половину района. Вам нужно ненадолго уйти из города, пока не уляжется шумиха.       – И куда же... погодь. "Вам"? – В непонимании отложив уже пустую стеклотару, хмурюсь. – При чём здесь Сюзи? Еë на тот момент даже рядом не было!       – Она твой ресурс. Этом только брамин не знает, – холодно выдав свою оценку происходящего, Крис нахмурилась в ответ. – Хочешь, чтобы народ переключился на неë, пока тебя нет?       Дерьмо.       – ... и я говорю не только о грифонше.       – А о ком... Бля, да ты шутишь, – тупо смотря на чё-то вот вообще не весёлое изображение морды своей собеседницы, тяжело вздыхаю. – Я их практически не знаю. Какого хуя мне с делать этими...?       Невысказанный термин остался лишь в моём кисло-пренкбрежительном выражении лица.       – Что хочешь. Оставаться здесь я им всë равно не позволю, - непреклонная, но будто сама не восхищëнная данным решением, Крышечка закопалась в свои записи. - Один из них... Реверс, кажется. Бездомный. А на второго вообще информации нет. Даже имя спрашивать оказалось бесполезно – молчит, как убитый. Оба не заплатили за вход, так что охрана вышвырнет эту парочку в любом случае. Возьмешь их себе или нет, дело твоë.       – Заебись. Выгоняешь ты, но виноватый, в случае чего, я? – хмыкнув, слегка ухмыляюсь. – Уважаю. Но, говоря конкретно... чего именно ты хочешь? Я ни в жизнь не поверю, что пони твоего уровня не припасла для меня чего-то особенного.       Крышечка не секунду вопросительно выгнула бровь, но, видя мою донельзя самоуверенную рожу, быстро сдалась. Не тягаться местному населению с эмпатами, ох не тягаться...       – Возможно, есть кое-что, – долгожданно выдохнув, кобыла в неожиданном вопросе приложила копыто к виску. – До сих пор не понимаю, как ты это делаешь. Когда я увидела тебя в первый раз, мне казалось, что передо мной просто чудоковатый мутант, способный лишь нажимать на курок в нужное время.       – Ну-ну. А теперь? – о себе любимом я был готов говорить до бесконечности.       – Ты, – внезапно замявшись, Крис помяла губы, – словно... ожил. – Взглянув на моë слегка обалделое выражение лица, она постаралась объяснить. – То существо, пришедшее вместе с Охранницей, я бы никогда не приняла как равного. Пустой взгляд. Скупые движения. За весь мой разговор с Блекджек ты не произнёс ни слова. Вдумайся! ТЫ. Стоял и молчал, как статуя. Тебе... тебе было будто плевать на весь мир.       Слова Крышечки внезапно встали комом в горле. Я... ведь правда. Вспоминая сейчас те дни, прошедшие будто в другой жизни, мне становилось трудно опровергнуть определение своего собеседника. Но она не знает, через что мне пришлось пройти. Какого это: умереть, увидев тот свет, а после попасть в лошадиный ад, умерев снова.       – Знаешь, ты тоже тогда не показалась мне особо общительной, – криво усмехнувшись, стираю с лица выражение ностальгии.       – Шутишь? – едва слышно хихикнув, кобыла слегка склонила голову. – Я была готова прибить охранников, что запустили нечто подобное в город без моего ведома.       – Ты бы многое потеряла, – поддержав шутливый тон, про себя добавил: – "Например, парочку нерасторопных охранников".       – Боюсь представить, – успокоенно выдохнув, Крышечка вновь приняла деловой тон. На этот раз более спокойно, без той доли обречëнности, что проскальзывала в движениях. – Но мы отвлеклись. Я правда хочу попросить тебя об услуге. Это будет и твоей выгодой.       – Говори уже, – смирившись с тем, что в этом мире даже пëрнуть нельзя, не получив в ответ несколько квестов разной степени сложности, принимаю более деловую позу во всё том же кресле. – Кого надо убить?       Крякнув от неожиданности, Крис смерила меня пронзительным взглядом.       Конечно же, я попал в самую точку.       ...       Покинул кабинет своей ненаглядной кобылы мечты я уже с новым, очумительным планом беспощадной изобретательности. Хотелось бы мне сказать, что мои дела в моменте стали лучше некуда, но реальность говорила сама за себя – новая жопа, в которую меня запихивали всеми правдами и не правдами, ощущалась ничуть не свободней предыдущей.       В одно мгновение потеряв все планы на ближайшую неделю, мою тушку лишили насиженного места, где эта ленивая нечисть могла спокойно просиживать свою пятую точку едва ли не до второго пришествия. Заодно подкинув головной боли в виде двух дармоедов, которых ещё куда-то пристроить надо. И я очень надеюсь, что они сами откажутся от моей околосвятой компании, так как набранные мной очки добродетели в глазах Сюзанны заметно проседают с каждым неловким движением моего указательного пальца.       Спустившись из кабинета в зал, я смерил взглядом собравшуюся в нём компанию обездоленных. Бля, и ведь лучше и не скажешь! Компания, как на подбор, вся какая-то прибитая и приплюснутая. Начниная от неудавшегося налетчика на караваны, уже очуховшегося и смеряющего меня чутка трусоватым, но убийственным взглядом, и заканчивая недоучкой-псиоником, вновь выглядевшим как пустой балахон на скамейке.       И как это ему только удаëтся?       – Так, паря, – оглядев взглядом группу своих бедолаг, среди которых нашлись недомаг, полубомж, и трусоватый грифон, обречëнно потираю подбородок. – Думаю, вы уже в курсе, что нас попросили ненадолго свалить из города. Так сказать, во избежание. И если не хотите, чтобы охрана помогла вам оформить безвизовый отпуск в Пустоши, советую собрать свои монатки ещё час назад.       К моему безграничному катастрофическому и безотказному антиудовлетворению никто из заседающих в холле не вскочил с возмущëнным воплем. И если насчёт Сюзанны у меня и так хватало планов, то вот новые мальчики в нашей компании меня совсем не радовали. Серебряный с побитым видом и набухшим виском даже не старался скрыть своего злобного отношения. Чёрный бубль-гум косился, но упорно молчал. Грифонша, казалось, находилась в прострации. Команда мечты собрана, осталось найти для всех верёвки и мыло.       Свои вещи, любезно мне предоставленные местной конторой недокурьеров, я уже забрал. Сюзанна со своим добром теперь не расставалась, когда-то успев вернуть свой плащ. К остальным вопросов не было, так что к выходу мы двинулись достаточно бодро. К моему возрастающему недовольству, обоих жеребцов подтолкнули вперёд. Разумеется, ни у кого из них собственной поклажи я не заметил.       Довольно шустро оказавшись за стенами города, оставив злобные взгляды позади (по крайней мере, большую их часть), я вынул припрятанную сигарету из внутреннего кармана. Взглянув на опущенный вид своей подопечной полубоевой подруги, плетущейся за мной, словно варжека на поводке, с сожалением кладу ту обратно.       Слегка приторив шаг, сравняю наши пути.       – Ты как, в норме? Выглядишь, как индюшка, которая слишком поздно поняла, что день благодарения предназначен лишь для одного цыплёнка.       – Не называй меня так! - внезапно воспрянув, никак от задетого триггера, Сюзанна так же быстро осела. – В смысле... прости, я ушла в себя.       – Да уж, я заметил, – не собираясь развивать тему, с небольшим сожалением оглядываюсь на минувшие ворота Мегамарта. – Если хочешь, могу ответить на несколько вопросов. Времени навалом.       Оглянувшись назад, но не на ворота, а на плетущихся позади жеребцов, Сюзанна, казалось, некоторое время боролась с собственными мысленными тараканами. Наконец, она выдохнула:       – Так... ты их знаешь?       – Готов поклясться, что единорога вижу впервые, – понимая о ком идёт речь, поправляю рюкзак. – А вот этот... Реверс, как ты говоришь. Я правда встречал его раньше. Их компашка пыталась ограбить караван беженцев, на дороге к Северу отсюда. К счастью, я оказался достаточно близко, чтобы помочь им понять каждую долю своих неправомерных действий.       – Мы с Клеймом были не причём! – оказавшийся довольно ушастым, упомянутый хрен счёл необходимым влезть в разговор. – Нас заставили!       Обернушись на с чего-то разоравшегося жеребца, пожимаю плечами, заодно ставя галочку в своей голове. Лёд тронулся. Осталось лишь убедится, что это весенняя оттепель, а не горная лавина.       – Да, слушай, только сейчас вспомнил: выбегают на дорогу трое вооружённых до зубов разбойников, а впереди, в цепях и ошейниках, толкают вас – двоих невинных бедолаг! Ух, сука, вот это я проебался, а? – видя, как побледнела Сюзанна, со стоном хватаюсь за голову. – Это называется утрированием милая. На самом деле всё было не так.       – Горелый согласился отступить! – догнав нашу пару, потрëпыш хромым скачком перерезал нам путь. – Ты напал первым!       – Ты правда такой дурной, или успешно прикидываешься?       Потихоньку начиная готовить убедительную речь, нащупываю в отдельных карманах оставшиеся менталки. К сожалению, обычные, а не те, на которых мне приходилось сидеть последнюю неделю. Конечно, на порядок хуже, но пригодится явно больше, чем весёлые травяные пипетки.       Закинув гадость в пасть, удерживаю прошедшую судорогу слишком короткого удовольствия. Но прочищенные мозги оказались куда важнее. Окинув мир потеплевшим взглядом, возвращаюсь в обретшую краски реальность. Время расчехлять фантазию и словарный запас.       – Пока твой "Подгорелый" заговаривал мне зубы, его подруга готовилась всадить мне пулю в висок. Или ты думаешь, брось они тотчас же оружие, я бы казнил всех на месте? – поражаясь, как удачно подтасовываются факты и додумки, кончу самое правдоподобное пренебрежительное возмущение. – Правда, мне говорили, что мой вид внушает не самые лучшие ассоциации, но не на столько же!       – Мы... она не... не правда! Они бы... Не может быть... – возмущения бывшего Серебряного переросли в едва слышный шëпот.       Обходя по дуге эту жертву собственной тупости, ненадолго приостанавливаюсь. Может, он и правда не хотел влезать во всё это. Как Реверс оказался там, среди подонков? Его ли решения превратили жеребца в пустую версию себя? Если на то была воля злого рока, судьба искренне ненавистна к своему избраннику.       – Прежде чем ты утонешь в этом, подумай вот о чём, – не обращая внимания на дрожь, пробившую бедолагу, устремляю взгляд вперёд. – Что бы сказал твой брат, увидев тебя сейчас?       Казалось, пони перестал дышать. Эмоции, до сего момента шедшие от него липкой волной безысходности, обрезало, словно словно ножом. Меня до ужаса интересовали последствия этого выпада. Сломает ли его мой вопрос, или наоборот, даст надежду? Будь он слаб и разбит, как в нашу последнюю встречу, сомнений бы не осталось. Но сейчас передо мной совсем не тот тепличный пони, что встретился мне по воле случайности.       – Не тебе говорить об этом. Если бы не ты, Клайм бы сейчас был жив, – уронив мою самооценку крайне убеждённого болтуна на пару пунктов, жеребец отступил на шаг. – Всё было не так ужасно, пока мы не встретились.       "Значит, третий вариант", – внутренне скрипя зубами, внешне остаюсь нейтрально-спокойным. – Можешь не верить, но я тоже не горел желанием встречать вашу шайку. Как и беженцы того каравана.       Осадив жеребца, ускоряю шаг. Да, получилось не так хорошо, как могло быть. Но теперь, по крайней мере, его тусклый взгляд винит себя, а не меня. Самокопание всегда было моим излюбленным методом вывести ненужные мысли из головы. Может, ему это и не поможет, зато мне больше не придётся беспокоится за свой тыл.

* * *

      Мрачная атмосфера висела над фасадом чудом уцелевшей усадьбы. В застеклëнных окнах любопытный путник мог разглядеть лишь собственный ебальник, с интересом смотрящий в ответ. Лишь в проëмах третьего этажа, лишённых какого-либо заграждения, изредка мелькали то ли неясные тени былых надежд, то ли силуэты неупокоенных душ. Если бы не осознание того, что сейчас ты находишься в практически уничтоженном мире разноцветных лошадей, решил бы, что попал в остросюжетей детектив или ужастик про полтергейстов.       Предупрежу сразу – в подвал не пойду. Даже если очень захочется.       Следующим комплектующим была Вонь. Да, прямо с большой буквы. На огороженной территории в разной степени разложенности и сохранности валялось просто умопомрачительное количество трупов лошадиных мастей. Начиная от ворот, заканчивая фасадом возвышающегося строения, мертвецов только на первый взгляд насчитывалось штук тридцать. И это в первые минуты!       – Ещё раз... почему мы здесь?       Оглянувшись на Сюзанну, за которой, как птенцы за курицей, пыталась спрятаться наша бравая пара самцов, неожиданно мужского пола, приподнимаю бровь. Бравые ребятки частенько замедлялись, будто раздумывая над тем, какого хрена они пруться с нашей компашкой, но, не получая от меня никаких указаний, догоняли процессию. Выглядело довольно забавно, так что я решил хранить молчание до талого. Сама грифонша также особым энтузиазмом не отличалась, вжавшись в собственный плащ, будто пытаясь сойти за начинающую ученицу Балахончика.       – Как понимаю, ответ "переночевать", вас не слишком устроит? – криво усмехнувшись на выпученные глаза своей "непобедимой" троицы, возвращаюсь к осмотру места минувшей бойни. – Поясняю. Слышали о недавней атаке рейдеров на Мегамарт? – сделав вид, что не заметил дëрнувшегося под своими тряпками единорога, продолжаю. – Если не слышали, то точно видели кучу трупов под стенами. Так вот. После того, как это сборище умалишенных разбил один единственный мутант (по описаниям подозрительно похожий на мой неудачный эксперимент), выжившие разбежались кто-куда. Несмотря на то, что сейчас эти прошлые грозы торговых путей представляют весьма посредственную опасность, безопаснее от их присутствия не становится. Крышечка просила осмотреть бывшее пристанище одной давно покинувшей этот мир личности, убедившись, что оно не стало пристанищем для выживших ублюдков.       На самом деле, Крис ставила на то, что особняк Дейли Дэл сам прекрасно справился с незванными гостями. По имеющейся информации, владеющий им жеребец в последние довоенные годы съехал с катушек, но так как финансов хватало, а родственники передохли на войнушке, ответственные пони не придумали ничего лучше, чем выслать того подальше от столицы.       К сожалению, Дейли, несмотря на своё умопопрачение, всё ещё оставался бывшим членом Министерства Военных Технологий. И он очень, ОЧЕНЬ верил в то, что зебры хотят от него избавиться. По слухам, в один прекрасный день администрация Хуфа получила письмо, в котором наш сбрендивший трудяга заявлял, что в усадьбе работают одни зебриканские шпионы. Ну а прибывшие на место оперативники обнаружили лишь наглухо закрытый особняк, окружённый самопальными турелями.       До того, как тогдашние пони придумали, как вообще вскрывать эту конфетку, и так ли им это надо, грохнули первые бомбы. Чокнутый пони так и сдох в своём личном склепе, предположительно, похоронив с собой всю имеющуюся прислугу. Вот так. Невеселый конец весëлой истории.       – Что же в ней веселого? – поëжившись, Сюзанна с новым страхом огляделась по сторонам.       Опешив, округляю глаза.       – Ты что, правда меня слушала? – приняв невозможное, обращаю свой взор на жеребцов, туповато поглядывающих на лучезарный лик праведного человека (всё я, да-да), траурно вскидываю руки. – И вы?! Кошмар какой! Уже и в слух ничего не скажи, все всё слышат!       В наигранном негодовании потрясая руками, стряхиваю с плечь набитый рюкзак. Болтающийся на поясе ствол удостоился лишь мгновения моего внимания, а в руки перекочевал Мини-Таран. Хм. Буду звать его "Таурус", в честь зелёного бомбардира Зодиак. Люблю, знаете ли, зелёный цвет...

...или тот был красным?

      – Что ты имел в виду под "неудачным экспериментом"?       Самостоятельно заговоривший Балахончик сводился к чему-то, находящемуся за гранью общепринятого понимания. На протяжении нашего продвижения этот хрен молчал как убитый, хоть и становился всё более нервничающим с каждым шагом. Уж я то это дело сразу подметил. Сейчас его глухой голос очень разнился с ясными глазами, выглядывающими из-под капюшона.       – А? О, так я сказал это вслух? – скребя начинающую лезть щетину, пожимаю плечами. – Что же. Эта история может подождать лучшего часа. Сейчас главное удостовериться, что рейдеры не прорвали оборону особняка Дейли Дэл. За это поручение Крышечкв обещала закрыть глаза на произошедшее в баре, и ... *внимательный взгляд на встрепенувшегося Реверса*... на ваш долг перед торговым городишкой.       Ступив за ворота первым, как самый живучий член отряда, я мысленно скрестил пальцы за обнулившийся боезапас местных ловушек. Надеюсь, он успешно закончился на прошлых посетителях сего прекрасного склепа. Каменная дорожка, покрывшаяся паутиной трещин и забитых туда землёй, глухо отозвалась на мои шаги. Если бы не засохшая кровь, щедро украшающая поверхность сдешних пейзажей, остался б здесь жить, честное слово.        Чуть не поскользнувшись на чей-то выпавшей селезëнке, чертыхаюсь. Повезло же местным хвостатым с их устойчивыми копытами. Но сапоги тоже хороши. Хе, вот за что я люблю Креста, так это за его искусственные мозги! Придумать создавать одежду и обувь на готовом к заселению клоне, так ещё и воплотить сию задумку в жизнь... Где бы я был без него? До сих пор вышивал наряды, иль устроился единственным в мире сапожником? Берцы, мои любимые берцы, как же я скучал по вам!       *БАХ!*       Свалившись мешком картошки на пропитанную смрадом чужой крови землю, слегка (как уж на сковородке) корчусь от вцепившейся в тело боли. Кажется, этой дыры не должно быть в моём пузе? Вроде нет... но нужно уточнить.       – Игорь!       – Сюзи! Я помню своё имя! – поскрипев зубами, останавливаю грифоншу от необдуманных действий.       Скрутивший спазм прокатился по ране, сжимая внутренности. Холод свинца, казалось, распространился по всему телу, кромсая внутренности. Угх. Сука... Не знаю, как киношные герои несмотря на сто пулевых ранений идут в рукопашку. Лично мне сейчас хочется сдохнуть.       Внутри кишок дëрнулась невидимая нить. И ещё одна. И ещё. Представляя, что внутри меня поселился маленький дружелюбный осьминог, слегка стону, прерываясь на тихие хихиканья. Фу, почти щекотно! Нити сплелись в один тугой комок, прошедшийся по брюшной полости одной волной, чудным образом выплëвывая инородный предмет на землю.       Выдохнув, наблюдаю, как затягивается шов на пузе. Наверное, нестоило витать в облаках, находясь на опасной территории, а? Мнда. Ладно, полежали, и хватит.       – По крайней мере, теперь мы знаем, что некоторые ловушки работают, – встряхнувлись, пожимаю плечами на слегка обалделые взгляды своей радивой команды.       Внимание переходит на засохшие кусты, заботливо высаженные по краям главной тропинки. Из образовавшегося за сотни лет бурелома выглядывал подржавевший ствол, глядящий своим чёрным провалом точно в место моего прошлого пребывания.       Перед тем, как вновь испытать судьбу, достаю припрятанную Гидру. Насколько известно, пони от этой штуки вообще ни разу не весело, но на меня еë эффект распространяется слегка по другому. Укол. Вместо заживления и без того успешно заросшей плоти, организм получает стимул к мутации клеток. Новая волна нитей, и на этот раз кожа меняет свою плотность, оставляя вместо себя ощущение плотно натянутого скафандра. Да, к этому надо привыкнуть...       – Сюзи, – с корнем вырвав заинтересовавший меня механизм, перевожу взгляд на единственную девушку в нашем коллективе, – можешь облететь усадьбу по периметру? Только не подлетай к особняку на расстояние ближе трёх крыльев. А лучше пяти. Нас интересует любое место, откуда нападавшие могли пробраться внутрь.       Сглотнув, мой личный фпв-дрон взмахнул крыльями, с явным волнением поднимаясь в воздух. Наблюдая за сим явлением грубого нарушения законов Ньютона, отбрасываю в сторону бесполезное железо. Хоть мне и удалось несколько раз лично наблюдать летающих существ, своей массой значительно превышающей самого жирного журавля, я до сих пор балдею от столь очевидного чуда. Грифон! Летающий! Ахуеть!       Проводив взглядом удаляющийся хвост полупернатой птицекошки, оборачиваюсь на оставшихся друзей Оушена.       – А вы ребята, слишком не расслабляйтесь. Ради сохранности ваших же шкур. Если скажу "валим", значит, валим! Команда "на землю" так же означает резко принять положение лëжа, а не призыв посмотреть на меня, как корова на летящий в неё товарняк. Всё ясно?       Скрип зубов Реверса (назвать его Роджером что ли?) было слышно за милю. Честно, сочувствую этому парню – как-никак, совсем выбора у того нет. Либо скитаться по Пустоши, либо за мной таскаться. И если кто-то вроде меня мог бы выбрать первый вариант без особых усилий, то парень тем самым подпишет себе смертный приговор. Да, можете удивлëнно приподнять брови, во мне ещё осталось нечто человеческое! Точно. Дам бедолаге часть крышек с задания, может, на ноги встанет, да передумает мстить мне, почём зря. А пока дружку придётся потерпеть, да строем подо мною походить.       Вновь отведя взгляд от грифонши, на этот раз скрывшейся за углом особняка (здоровый, зараза), оглядываюсь на Балахончика. Тот ещё Скрытник, если честно. Я ведь не просто так его Балахончиком зову, да удивляюсь присутствию разумной речи – молчит, как афганский партизан! Хорошо ещё ловушки не расставляет. Сразу бы пришиб, пока под землю не залез.       – Ты, может, хоть имя своё скажешь? – перекрестившись взглядом с предметом своих размышлений, решаюсь на попытку контакта. Не дожидась минуты молчания, припугиваю: – А то смотри, своё придумаю.       – Каст. – Жеребец неохотно подал признаки жизнедеятельности. – Флавест Каст.       – Ух. Звучит сильно, – нисколько не иронизируя, приподнимаю бровь. – Лет через двадцать себе как псевдоним возьму. А то Игорь звучит уже как насмешка.       Довольный хлынувшей от моего собеседника волной негодования, довожу до мозга приближающийся хлопот крыльев. Ого, а это заняло не так уж много времени.       – С обратной стороны выбиты двери, – "обрадовал" грифон. – И... тел там... больше.       – Благодарю, рядовой! Эх. Ну вот почему в нашей жизни всё не может быть просто? – вздохнув, вновь обращаюсь к своему бездомному рюкзаку. Или всё же бездонному? А чёрт с ним. Моё внимание прикрепилось к шлему, что до сих пор прельщал к себе значительное внимание нервничающей грифонши. – На. Надень.       – Опять? – Не успела та пригорюниться, как еë голову накрыл плотный металл (разумеется, с плотным подшлемником). – Эй... ой, подожди. Я всё вижу!       – А ты думала, – хмыкнув, закрепляю на руке Тауруса. Металл взвизгнул, намертво прилипая к коже. – Можешь потом Либрану спасибо сказать, – в ответ на непонимающий взгляд, отмахиваюсь. – Как-нибудь познакомлю.       Выдав не слишком радостному ребёнку короткоствольный автомат, а пони погрозив пальчиком, даю команду на старт сего мероприятия. Обойдя особняк по шикрокой дуге, достаточно часто поглядывая в сторону темнеющих окон... наша компания быстро добралась до места назначения. Нет, ну а что? Несколько трупов там, немного здесь. Ничего экстраординарного. Турелли не работали, что само по себе являлось дурным знаком, даже смотря на присутствующие здесь горы гниющего мяса. Если нет патрон, значит, хватило не на всех.       Место прорыва оказалось полной жопой. "П"-образное здание, с давно увядшим садом ровно в окальцовке, оказалось слабым на задок, что расположился прямо меж параллельно идущих стен.       Пункт для засады – моё почтение! Осталось табличку с приветственной надпись повесить, да попросить броню на входе оставить.       – Так. План следующий, – выцепив взглядом довольно мило выглядящую беседку, тыкаю в ту пальцем. – Засядите там. Увидите кого-то, кроме меня – дружно стреляем, потом спрашиваем, кто идëт. Я на разведку. Надеюсь, не боем. Сюзи, план "Б" помнишь?       Дождавшись кивка, такого же уверенного, как ёж перед трамвайными путями (минуты подготовки не прошли даром), переключаюсь на непутëвых братьев по разуму:       – А вы тут слишком явно крупы не просиживайте. Побродите, что ли, трупы обыщите. Может, чего интересного найдëте.       Не смотря на дружно сморщившиеся морды лошадей (и не только), оборачиваюсь к выходу. Хотя, в данном случае, входу. Я ведь внутрь идти собрался, а не гостей оттуда встречать. Впрочем, что-то мы распизделись. Вперёд, командос! На встречу новым приключениям.       Двигаясь вдоль стены, проскальзывая мимо окон шумно пыхтящей тенью, подбираюсь ближе к выбитым дверям. Ступени забрызганы кровью, а из проëма несло палëной шерстью так, что рука сама достала гранату. Нет, не ту, что прикидывается красивым яблочком. Эта дура будет попрактичней.

*С'к-ДЫЩЬ!*

      Рвануло так, что заложило не только уши. Можно сказать, башку цементом залило, под самую завязку. Причём, сначала ухнула моя граната, а уже потом что-то новенькое. Проëм обвалился вместе с солидным куском второго этажа, по стене прошла трещина до третьего, а из недр возможного убежища рейдеров донëсся протяжный металлический гул.       – ... -аз, ра-з, раз... о, очухались, – похлопав по уху, машу видневшейся беседке. А то хрен их знает, решат ещё, что откинулся.       Не дождавшись новых сюрпризов, заваливаюсь внутрь.       Темно, как в темноте. Освещение здесь если и присутствовало, то после моей "проверки на безопасность" откинулось безвозвратно. Из чего здесь сделаны окна? Материал идеально подходит для тонировки старой бэхи. Фонарь, креплëнный к проабгреженой М-ке, высветил тучу неосевшей пыли и кучу вполне себе лежащих обломков. Что интересно, трупов нашлось не так много: тут и там по обгорелому неудачнику и всё. Максимум. Мечтая, представляю, что внутрь пробралось от силы несколько обречëнных.       – Хм. Хм-м-м... стоп, – приопустив ствол винтовки, ловлю мелькнувшую мысль за яйца.       А с какого такого интереса эти идиоты вообще сюда лезли с таким остервенением? Они же дохли как хомячки от... от чего угодно. Поведение такое же, как и у тех, что пëрли на турели Мегамарта. Я, конечно, не эксперт, но такая самоотдача даже для этих кретинов нихрена не типичная.       Луч холодного света выцелил пятно крови, тянущееся от выхода куда-то вглубь здания. Надеюсь, это труп встал и ушёл, а не система уборки заработала. Одного мертвеца убить проще, чем кучу роботов.       Решив, что дела конченных лошадей меня не касаются, а если коснуться, ни в жизнь не ототруться, выбрасываю размышления из головы. Не время. Или "на время", кому как удобнее.       Двинувшись за находкой, как именинник за праздничной подсказкой к припрятанному подарку, украдкой поглядываю по сторонам. Внутренности особняка, на удивление, не выглядили как царские хоромы с лепниной за полтора мильëна баксов. Никаких тебе резных перил с позолотой или устрашающих картин давно скисших родственников. Обстановка больше подходила на спартанскую, чем зажиточную. И здесь либо я ничего не смыслю в суровых домах размером с отдельный жилой район небольшого города, либо владелец сего места не жаловал любовь к богатству "на показ".       Хриплый стон, раздавшийся из-за угла, заткнул мой новый мысленный поток. Прям рог изобилия, Деус бы его побрал. Вновь направив поток света вперёд, вышагиваю навстречу звуку.       – Кто здесь? – на всякий случай не палю во все стороны. Мало ли.       – Агх... - ответ мне не очень понравился.       В пятне обозримого пространства появился... чей-то труп. Обгоревший, оборванный и израненый, жизни в этом куске плоти виднелось не больше, чем пресной воды в бочке спирта. Но кто тогда кряхтит? Я постарел, что-ли, пока шëл?       Мигнув, мой фонарь заметно потускнел.       – Не понял прикола... – нахмурившись, как самый наученный технарь, стучу по взбрыкнувшей аппаратуре. – Давай без триллеров сегодня, сволочь.       – Хе-хе-хе...       – Да кто тут хрипит блять?! – Не выдержав напряжения, бросаю попытки вернуть свету должную силу.       Тусклое мерцание прошлось по глухой стене, высветив чьи-то копыта... висящие в воздухе . С шарами на выкат поднимаю башку, только для того, чтобы встретится взглядом с местным Каспером.       – Ебать.       – Не стоит, – просвечивающийся насквозь конь улыбнулся, тем самым одарив меня белоснежной улыбкой отсутствующих зубов. – Кьх... хе... так ты... меня видишь?       – Нет, это у меня стандартная реакция на говорящие стены, – сглотнув в горле внезапный ком, несколько раз моргаю. – Слушай, у тебя, случаем, прозрачных единорожек в родственниках не наблюдалось?       – Хь-ха-ха!.. А ты забавный, – жеребец, казалось, был максимально оторван от реальности.       – Ты тоже ничего. Для призрака.       Уже не обращая внимания на едкий смех моей уходящей в закат кукухи, отвожу взгляд. Смотрю снова. Прозрачный силуэт висит на месте. Плохо.       – Надеюсь, не помешал? А то тебе тут, смотрю, и без меня довольно весело.       – Вовсе нет, – слегка расплывшись в пространстве, пони подплыл к трупу. – Я ведь недавно умер. Это нормально. Снаружи все уже ушли. И я скоро уйду. Чувствую это тянущее, сосущее как караванская шлюха ощущение. Хе-хе.       – Что же, рад за вас. Так, говоришь, ты последний? В здании больше нет рейдеров? – пользуясь моментом, заставляю себя ненадолго забыть о деталях происходящего.       – Ни живых, ни мëртвых, – удивительно, но глюк реальности решил ответить. – Но не о них тебе стоит беспокоится, чудище. Есть здесь тот, кто всё ещё жаждет мщения и крови. Эта жажда мне... так знакома...       – О ком ты? Почему вы вообще пришли сюда, на смерть? – напрягшись, стискиваю ствол. Силуэт мертвеца потерял в плотности, судя по всему, начиная развеиваться. – Отвечай!       – Мы пришли туда с тем же, с кем явился и ты, – злорадно растянув морду, ублюдок поплыл, теряя стабильную форму. – Об остальном узнаешь быстрее, чем думаешь.       Растаяв, рейдер не оставил после себя и следа. Что для призраков, наверное, не удивительно. Не спец, уж простите.       Стиснув зубы, вновь поправляю фонарик, на этот раз добившись от него внятного света. На секунду. Мигнув, подлец потух окончательно. Всё, "писдес, товарисчи", приплыли.       – Ну заебись. Не припоминаю, чтобы заказывал хоррор-квест. И местные аниматоры мне вовсе не нравятся!       Констатировав ситуацию как крайне хуёвую, разворачиваюсь назад. Может, мне это дерьмо и привиделось, но оставаться здесь я не намерен. Мало того, что света никакого, так ещё и шанс, что сумасшедшие лошади забились в это место толпой и теперь тихо сидят, как пуганные мыши, равен ебучему нулю.       Глухой удар в лоб заставил отскочить быстрее испуганной белки. Тупо вперив взгляд вперёд, встречаю перед собой глухую стену. Э-э-э... что? Я был уверен, что пришёл отсюда.       Звук за спиной заствил резко развернуться. Немая тень скользнула по потолку, скрываясь от дальнейшего рассмотрения. Но я был уверен, что что-то видел! Что за ужас здесь творится?!       – Чур меня, – рука сама прошлась от плеча до плеча, вызвав слабый смех. Не мой смех.       *ТРАКТАТАХ!!!*       Решетя пустое пространство, вжимаю спусковой крючок до предела. Воздух резко стал вязущим, зрение поплыло. Я вижу... Я всё ещё вижу. Протерев глаза, с трудом привожу дыхание в норму. Рука с залипанием ослабляет хват на скрипевшем от давления оружии. Нахер это дерьмо. Просто... нахер.       Двинувшись дальше по проходу, плюю на осторожность. Звук шагов и без того необычно глух. Окна, что, казалось, мелькали тут и там время от времени, куда-то исчезли. Не обращая внимания на то, что собственный топот дублируется за моей спиной, ускоряю шаг. Какого чёрта мне бояться?! Я, мать его, бессмертен!       Коридор медленно проявлял очертания. В темноте, говорят, мозг становится злейшим врагом. А что будет, если с ним изначально не дружить? Кошмар!       Перед носом выплыла новая стена. Ах, какое широкое разнообразие, господин Дейли, отдаю должное.       – Так. Признаю, это довольно забавно, но я предпочитаю смеятся сам, а не развлекать других, – постучав по стене, не слышу за ней никаких пустот. Шаг вправо, шаг влево – расстрел результат тот же. – Ненавижу, сука, лабиринты. Особенно те, что возникают из ниоткуда.       На всякий случай хорошенько треснув по глухому камню, сплёвываю, поворачивая обратно. Может, здесь как в тех заумных фильмах ужасов, здание перестраивается по ходу дела? Так ведь и шума механизмов от передвигающихся стен я не слышал.       Обратный путь занял, по ощущениям, вдвое больше времени. Следы, отпечатывающиеся в пыли вслед за моими шагами, напрягали, если не сказать, что вправду нагоняли страх. Одно дело, когда тебе встречаются мëртвые животные, и ты кричишь "О боже, меня преследует призрак разноцветной пони, помогите!", а другое, когда какая-то дрянь путает тебе мозги.       По крайней мере, я не помню, чтобы проходил здесь дважды... вместе с ручной ящерицей, судя по мелким отпечаткам лап.       – Ага. А ты, мой старый друг, уже успел уйти? – добравшись до места, где впервые всерьез задумался о собственном психическом здоровье, недовольно морщусь. Тело рейдера пропало. – Хоть бы попрощался на последок.       Тишина, повисшая в гробовом туннеле, начала напрягать сверх меры.       – И? Что дальше? – вскинувшись, злобно стискиваю кулаки. – Мне разгадать загадку? Спеть дружную песню, найти ключи истины или решить ебучий кроссворд?! – попинав балду, стараюсь не думать о том, как много кислорода осталось в замкнутом пространстве.

ЗдЕ/сь

      Медленно повернувшись, озираю пространство. Казалось бы, обыкновенный камень, но...       Подобрав собственное "я", подхожу ближе, проводя рукой по шероховатой поверхности.       Что же, Таурус, твоё время пришло.

*БУМ* *БУМ* *БУМ!*

      Осыпавшаяся крошка сменилась внезапным деревянным хрустом.       – А говорят, чудес не бывает, - хмыкнув, выдираю скрытую дверь из стены. – Блять, и здесь о светильниках не слышали? Уроды.       Канув во тьму, слегка выставляю руку вперёд. Это уже не апокалипсис, а триллер какой-то! С конями, ага. Нет, чтобы в прошлое попасть, или в сагу какую. Куда нам! Тебя, дружок, закинет в мир пушистых садо-мазо лошадок с мозговыносящей магией единорогов и огнестрельным оружием. Даже слови я трип, подобного бы не увидел.       Заняв себя мыслями, пропускаю мимо восприятия шепотки и мурашки вдоль тела. Но те были явно другого мнения.

Боль. Сотни лет? Мгновения.

Скука. Секунда? Вечность.

      Мозги начало троить. Знакомый внутречерепной шум сменился чем-то иным. И снова. Тунелль тьмы растягивался, словно резиновый, каждый новый шаг уходил в никуда.

Хозяин совсем ушëл. Совсем мëртвый Хозяин

Пришёл новый

             Опустив руку, щурусь от внезапного света. Впереди меня небольших размеров комната, пространство которой занимал широкий стол, с одним единственным креслом во главе. Занятым креслом.       Скелет пони расположился точь в точь, как из сценария какой-нибудь игры престолов. Обтянутый увядшей кожей, Дейли Дэл двести лет просидел здесь, в своей большой, неприступной могиле. Где не было ни зебр, ни пони. Застывший во времени канущих веков.       Но он был не один.       Клочок сжатого пространства мирно горел у копыт иссходешо трупа. Маленькая тьма распахнула глаза на встречу звуку от моих шагов. Красное свечение вспыхнуло, в ответ на мой непонимающий взгляд.       – Так, эм... глюки продолжаются? – не совсем уверенный в том, что окончательно не сошëл с ума, останавливаюсь.       Мини-призрак кошки... или собаки... не ответил. Вообще, не знаю, на животное не слишком похоже.       – Фьи?       Я не успел даже дëрнуться. Сжатый кусочек нематериального выскользнул из-под стола, рванувшись в мою сторону. Но так же быстро остановился, оставшись на расстоянии вытянутой руки от моих, как бы это странно не звучало, ног.       Теперь я мог рассмотреть Нечто вблизи. Если бы это, конечно, помогло.       Это могло сойти и за крысу, и за разожратую перепëлку одновременно. У существа вырисовывался то короткий клюв, то появлялся длинный хвост. Когтистые лапы сменялись щупальцами тьмы, в воздух исходили нити чëрного тумана. Но глаза... красные сгустки никогда не менялись.       – Во мне каждая клеточка кричит о том, чтобы я убирался отсюда, – предупредив нечто, наклоняюсь к тому поближе. Протянув руку, слегка ухмыляюсь. – Друзья?       – Фьи...       Удар в грудь показался резким погружением во вселенную. Словно душу схватили за изнанку и слепили из неë пельмень, взяв за начинку полыхающий в греческом огне азот. Но, как и всё не физическое, боли так таковой не пришло. Пришëл ахуй.       Внезапно, голова очистилась. Присутсвие, появившееся за моим плечом, казалось, не желало зла. Оно было одиноко по своей природе, но жаждало найти пристанище. Впустив Саона в себя (не надо тут ненужных додумок), я и он обрели нечто, до сих пор не нашедшее название в толковых словарях.        О, и ему нравятся мои мысленные шутки! Ну что за прелесть!       Из глубины особняка прозвучал взрыв.       Чувствуя себя более полноценным, чем минутой ранее, вылетаю из комнаты с дурными мыслями. Рейдер сказал, что больше здесь никого нет. Или он говорил только о своих дураках-приятелях? Чёрт, если кто-то попал в здание, то он должен был пройти мимо засады. В Балахончике я уверен, Реверс тоже бы не подставился. Вариантов того, кто мог наткнуться на ловушку в здании оставалось не так много.       Обратный путь оказался вообще не похож на себя прошлого. Никаких глухих тёмных коридоров, запирающихся стен или призраков. Я знал куда идти и видел яснее, чем когда-либо. Единственное, в чëм я нуждался, было время, которое сокращалось с каждой секундой.       Знакомый коридор закончился, разветвление ушло в сторону. Туда же уходили неясные следы. Рванувшись вперёд, пролетаю несколько комнат, перед тем, как увидеть место активированной ловушки и тела, исходящего кровью на полу.       – Джин?! Какого хуя?!       Закативщиеся глаза пони невидяще смотрели в потолок.       Время вышло.